Постановление от 13 января 2025 г. по делу № А33-1898/2024

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-1898/2024
г. Красноярск
14 января 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен         14 января 2025 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Петровской О.В.,

судей: Бутиной И.Н., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Щекотуровой Я.С.,

при участии в судебном заседании:

от ответчика – ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 21.01.2022, диплом, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 10 октября 2024 года по делу № А33-1898/2024,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибирский завод металлических конструкций» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - истец, завод, ООО «СЗМК») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО1 (далее - ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 361 419,22 руб. по обязательствам подконтрольной и исключенной из публичного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) ему организации - общества с ограниченной ответственностью «Стройдоркомплект» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - должник, общество, ООО «СДК»).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 10 октября 2024 года иск удовлетворен.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

В апелляционной жалобе заявитель указал, что ФИО1 предпринимал действия по гашению задолженности еще до вынесения решения по делу №А27-24163/2016. Считает, что ответчиком была предоставлена выписка по счету Сибирскою филиала ПАО Росбанк, согласно которой 23.01.2017 ООО «СДК» произвело оплату в размере 30 000 руб. на счет истца, однако денежные средства были возвращены обществу на счет, основанием для возврата денежных средств стало несоответствие номера счета наименованию получателя, истец сменил свои реквизиты и не сообщил об этом ООО «СДК». Полагает, что ФИО1 действовал добросовестно и разумно согласно обычаям делового оборота, предпринимал меры для гашения долга и не укрывался от исполнения решения суда во время исполнительного производства. По мнению ответчика, истец не представил ни одного доказательства, не участвовал в процессе, проявлял бездействие со своей стороны, истец способствовал возникновению задолженности (не сообщил обществу правильные реквизиты).

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание назначено на 09.01.2025.

Материалами дела подтверждается надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на  официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а  также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в отсутствие представителя истца.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.07.2017 по делу № А27-24163/2016 с общества в пользу завода взысканы долг по договору № 02/11/15-1 от 02.11.2015 (на выполнение работ по горячему оцинкованию) в размере 379 999,99 руб., неустойка в размере 139 597,61 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 392 руб. Общий размер денежного взыскания составил 532 989,60 руб.

Согласно судебному решению взысканный долг представляет собой долг общества по оплате полученного результата работ (оцинкованные изделия), выполненных заводом по вышеуказанному договору. В ноябре 2015 г. завод передал обществу изделия на сумму 1 515 203,24 руб. Общество частично произвело оплату в размере 1 135 203,25 руб.

Последний платеж в счет оплаты долга совершен 02.09.2016. В результате долг по оплате составил 379 999,99 руб.

Решение вступило в законную силу 28.08.2017, на исполнение выдан исполнительный лист ФС № 016767484 от 29.08.2017, который был предъявлен в ОСП по Свердловскому району г. Красноярска. Указанный отдел службы судебных приставов возбудил исполнительное производство № 83390/17/24029-ИП от 14.11.2017. В ходе применения мер принудительного взыскания задолженность по исполнительному листу погашена на сумму 171 570,38 руб. Постановлением от 19.10.2023 исполнительное производство окончено. Размер долга по исполнительному листу по состоянию на указанную дату составил 361 419,22 руб.

При этом 20.10.2023 по решению налогового органа общество исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке в связи с наличием в реестре недостоверных сведений о нем (регистрационная запись № 2232400586559).

Общество было зарегистрировано в качестве юридического лица 16.03.2012. Ответчик являлся единственным учредителем. Уставный капитал общества определен в размере 10 000 руб. С указанной даты регистрации общества по дату его исключения из ЕГРЮЛ ответчик оставался единственным учредителем и одновременно его руководителем.

Поскольку вышеупомянутое решение арбитражного суда не исполнено, а должник утратил правоспособность, истец счёл, что ответчик должен отвечать по долгам общества в субсидиарном порядке.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В рамках настоящего дела установлено, что в отношении общества - должника процедуры банкротства не применялись, общество исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон о государственной регистрации).

Для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответственность руководителя (участника, учредителя) общества перед внешними кредиторами по пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью наступает в ситуации, когда неудовлетворение требования кредитора было обусловлено не рыночными и иными объективными факторами при ведении предпринимательской деятельности, характерными рисковому характеру данной деятельности, а выполнением указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в отношении действий (бездействия) директора.

В пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» раскрыты условия, при которых недобросовестность действий (бездействия) либо неразумность поведения директора /учредителя считается доказанной.

Под действиями (бездействием) контролирующего общество лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между данными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

При этом ответственность данных лиц перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

При этом при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Как следует из материалов дела, ООО «СДК» 20.10.2023 по решению налогового органа прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица -  наличие в реестре недостоверных сведений о нем (регистрационная запись № 2232400586559).

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.07.2017 по делу № А27-24163/2016 с общества в пользу завода взысканы долг по договору № 02/11/15-1 от 02.11.2015 (на выполнение работ по горячему оцинкованию) в размере 379 999,99 руб., неустойка в размере 139 597,61 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 392 руб. Общий размер денежного взыскания составил 532 989,60 руб.

Согласно судебному решению взысканный долг представляет собой долг общества по оплате полученного результата работ (оцинкованные изделия), выполненных заводом по вышеуказанному договору. В ноябре 2015 г. завод передал обществу изделия на сумму 1 515 203,24 руб. Общество частично произвело оплату в размере 1 135 203,25 руб.

Последний платеж в счет оплаты долга совершен 02.09.2016. В результате долг по оплате составил 379 999,99 руб.

Решение вступило в законную силу 28.08.2017, на исполнение выдан исполнительный лист ФС № 016767484 от 29.08.2017, который был предъявлен в ОСП по Свердловскому району г. Красноярска. Указанный отдел службы судебных приставов возбудил исполнительное производство № 83390/17/24029-ИП от 14.11.2017. В ходе применения мер принудительного взыскания задолженность по исполнительному листу погашена на сумму 171 570,38 руб.

Постановлением от 19.10.2023 исполнительное производство окончено. Размер долга по исполнительному листу по состоянию на указанную дату составил 361 419,22 руб.

Как разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 по делу № А40-165246/2022, правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума № 53).

Соответственно, в исключительных случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Закон о банкротстве) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

При этом исключение юридического лица из реестра как недействующего в связи с тем, что оно в течение длительного периода времени не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 03.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 и др.).

Материалами дела установлено, что ООО «СДК», впоследствии исключенное регистрирующим органом из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице, имело непогашенную задолженность перед истцом, которая носила бесспорный характер, поскольку была подтверждена судебным актом.

В материалы дела ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» предоставило выписку, согласно которой с 21.03.2019 по 14.11.2019 по счету должника производился интенсивный денежный оборот.

Общий оборот средств составил 4 802 152,84 руб., при этом среди расчетов с контрагентами и с банком его услуги, а также осуществления платежей в бюджет, присутствует множество операций, совершавшихся в интересах ответчика как единственного бенефициара общества. Ответчик либо путем перевода себе либо путем снятия наличных денег через банкоматы получил от общества 3 085 500 руб. При этом по выписке усматривается, что общество имело источники поступления денежных средств.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, общая сумма денежных средств, которой ответчик лично распорядился в своих интересах, существенно превышает долг общества перед заводом, то есть общество имело реальные возможности погасить долг.

Аналогичным образом ситуация наблюдается с распоряжением денежными средствами по счету АО «Райффайзенбанк».

С 02.12.2016 по 23.03.2017 оборот средств составил 1 796 010 руб. Ответчик также снимал денежные средства через банкоматы на крупные суммы. Например, 500 000 - 27.12.2016, 95 00 - 09.12.2016, 50 000 - 09.12.2016, 30 000 - 16.12.2016, 30 000 - 23.01.2017, 300 000 - 09.02.2017, 150 000 - 18.02.2017, 150 000 - 20.02.2017, 200 000 -21.03.2017, 67 500 - 22.03.2017.

Вместе с тем, ответчик, ссылаясь на попытку частичного погашения долга в сумме 30 000 руб., что по отношению к общей сумме оставшейся непогашенной и взыскиваемой в настоящем деле задолженности (361 419,22 руб.) является суммой незначительной, не представил пояснений относительно причин перевода денежных средств себе как директору или снятия наличных денег через банкоматы.

Ссылка ответчика на то, что он не мог перечислить спорные денежные средства по верным реквизитам, поскольку истцом ему были предоставлены неверные реквизиты, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку ответчик не лишен был возможности исполнить спорные обязательства внесением долга в депозит в порядке, предусмотренном статьей 327 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что такое поведение ответчика, обязанного действовать в интересах контролируемого юридического лица и кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника, раскрывать ее при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства, давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности, является недобросовестным процессуальным поведением, препятствующим осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Поведение ответчика привело к невозможности проверки доводов о причинах, по которым общество не произвело расчеты с истцом до исключения из ЕГРЮЛ, в связи с чем в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) невозможность осуществления расчётов с кредитором по вине контролирующего лица презюмируется. Указанная презумпция применима в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Ответчик  является единственным лицом, кто осуществлял контроль над обществом, однако, не  представил разумные объяснения по поводу непогашения долга.  

При установленных по делу обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ответчик при наличий сведений о фактической задолженности общества перед кредиторами заведомо не намеревался исполнять обязательства контролируемого им юридического лица.

Таким образом, исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующего общество лица (ответчика) и по его вине, в результате его недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия), в связи с чем имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по долгам общества.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО3» (далее - Постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П) в пункте 3 мотивировочной части указано, что по смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Как следует из пункта 3.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П, при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

На недопустимость переложения на истца бремени доказывания недобросовестного поведения и неразумности действий ответчика указано так же в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.05.2022 № 44-КГ22-2-К7, 2-4469/2020.

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

При этом со стороны кредитора признаков злоупотребления правами или пренебрежения своими обязанностями нет. Кредитор совершал разумные действия, соответствующие закону – обратился в суд с иском, пытался получить по исполнительному листу  исполнение, обратив его к взысканию, однако в связи с отсутствием должника или его имущества исполнение произведено не было.  

Ответчиком не представлено доказательств отсутствия необходимых средств на финансирование процедуры банкротства ООО «СДК», а также доказательств своевременного обращения с заявлением о признании общества банкротом и принятия всех необходимых мер по его выводу из неплатежеспособности.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что ООО «СДК» исключено из ЕГРЮЛ, и у истца отсутствуют иные правовые возможности для защиты своих прав, приходит к выводу, что противоправные виновные действия ответчика находятся в прямой причинно-следственной связи между утратой возможности удовлетворения подтвержденных судом требований истца к исключенному из ЕГРЮЛ юридическому лицу и возникновением у него убытков, в связи с чем исковые требования удовлетворены правомерно.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, основания для отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 10 октября 2024 года по делу № А33-1898/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.


Председательствующий


О.В. Петровская

Судьи:


И.Н. Бутина


Н.А. Морозова