Постановление от 16 апреля 2024 г. по делу № А56-68474/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-68474/2021
16 апреля 2024 года
г. Санкт-Петербург
/субс.2

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей Д.В. Бурденкова, И.В. Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.С. Воробьевой,

при участии:

конкурсный управляющий ФИО1 лично,

от ФИО2 и ФИО3: ФИО4 по доверенностям от 22.10.2021, 12.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1989/2024) конкурсного управляющего ООО «ГК СтройПродукт» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2023 по обособленному спору № А56-68474/2021/субс.2 (судья Терешенков А.Г.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «ГК СтройПродукт» к Гранович Борису Николаевичу, Родионовой Ольге Андреевне о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ГК СтройПродукт»,

установил:

определением арбитражного суда первой инстанции от 12.12.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ГК СтройПродукт» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 и ФИО3 отказано.

Конкурсным управляющим ООО «ГК СтройПродукт» подана апелляционная жалоба, в которой, с учётом представленных уточнений, просит определение отменить, привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Ссылается на отсутствие преюдиции в отношении обстоятельств, установленных судами при рассмотрении заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, для разрешения настоящего спора, поскольку, привлекая лишь указанное лицо к ответственности, суды исходили из отсутствия постановления мирового судьи, которым установлено, что ФИО5 заключила мнимую сделку с ФИО3 в отсутствие цели участия и управления Обществом. В то же время определением от 08.02.2023 по настоящему делу суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему документацию должника и иные ценности, отметив, что на дату возбуждения дела о банкротстве именно она являлась действующим руководителем должника. Кроме того, конкурсный управляющий полагает, что контролирующие должника лица своевременно не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, притом, что задолженность перед кредитором-заявителем, вытекающая из неисполнения договора транспортной экспедиции, образовалась в период исполнения обязанностей по руководству Обществом ФИО2 и ФИО3 как единственным участником и генеральным директором должника. В этой связи данными лицами произведено последовательное отчуждение доли в пользу номинального лица, что указывает на недобросовестность сохранивших за собой контроль лиц и не освобождает от возложения ответственности. Также податель жалобы обращает внимание на совершение должником после образования задолженности, послужившей основанием для возбуждения дела о банкротстве, финансовых операций в пользу аффилированного лица – ООО «ПК СтройПродукт», учредителем и единственным участником которого являлся ФИО2, извлекший значительную выгоду посредством получения таких перечислений.

ФИО2 и ФИО3 (далее – ответчики) представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.

В судебном заседании конкурсный управляющий доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель ответчиков против её удовлетворения возражал.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, возражения ответчиков в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд усматривает основания для отмены принятого судебного акта.

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 29.07.2021 обратилось ООО «Трансоушен Ру» с заявлением о признании ООО «ГК СтройПродукт» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 04.08.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 22.09.2021, резолютивная часть которого объявлена 20.09.2021, заявление ООО «Трансоушен Ру» признано обоснованным, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 179(7141) от 02.10.2021.

В рамках дела о банкротстве 18.09.2023 в арбитражный суд от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановлении производства по вопросу об установлении размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на положения статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, указал, что установлен факт того, что ФИО3 являлась руководителем должника, однако обязанность по передаче документации конкурсному управляющему не исполнила; в отношении ФИО2 указал на совершение платёжных операций в значительном размере в пользу аффилированного лица. Кроме того, ссылаясь на положения статьи 61.12 Закона о банкротстве, управляющий полагал, что ФИО3 подлежит привлечению к ответственности за неподачу в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из того, что определением от 06.07.2022 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечена ФИО5 как бывший руководитель, не исполнивший обязанность по передаче документации, данное определение вступило в законную силу, судами вышестоящих инстанций не отменено и имеет преюдициальное значение для настоящего спора. Конкурсным управляющим в ходе рассмотрения данного заявления не опровергнуты выводы судов трёх инстанций об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку ранее установлено, что ФИО3 передала документацию должника ФИО5, а наличие вступившего в законную силу постановления Мирового судьи данного обстоятельства не опровергает, поскольку им установлено совершение преступных действий со стороны ФИО5, в отношении же ответчиков судебный акт не содержит выводов о виновности их действий. Судом отмечено, что конкурсным управляющим не доказан момент наступления у должника признаков неплатежеспособности, поскольку наличие задолженности перед ООО «Трансоушен Ру» данного обстоятельства не подтверждает, равно как и не доказан объём наступивших после этого обязательств. Кроме того, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о совершении контролирующими должника лицами сделок, причинивших ущерб кредиторам.

Апелляционный суд, не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Материалами дела подтверждается, что решением единственного учредителя ФИО2 от 06.09.2017 учреждено ООО «ГК СтройПродукт», на должность генерального директора назначена ФИО3

В соответствии с договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 19.11.2018 ФИО2 произвел отчуждение 100% доли в ООО «ГК СтройПродукт» в пользу ФИО3 Цена договора составила 10 000 руб. Должность генерального директора продолжила занимать ФИО3

В силу пункта 1 статьи 61.10. Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Учитывая, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 04.08.2021, ответчики являлись лицами, контролирующими должника, и, соответственно, являются субъектами, которые в силу Закона о банкротстве могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Конкурсный управляющий утвержден судом 20.09.2021, и, следовательно, такое обстоятельство, являющееся основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, как непредставление конкурсному управляющему документации должника, в данном случае могло возникнуть после указанной даты, то есть в период действия главы III.2 Закона о банкротстве, поэтому к названным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной законодательством информации.

В данном случае конкурсный управляющий 01.03.2022 обращался в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО2, ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 06.07.2022 арбитражный суд, частично удовлетворив заявление, привлек бывшего руководителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, основывая решение на том, что ФИО5, несмотря на имеющуюся дисквалификацию, как контролирующее должника лицо в нарушение требований пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве не обеспечила передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

При этом в октябре 2022 года конкурсным управляющим получено постановление мирового судьи судебного участка № 208 Санкт-Петербурга от 15.07.2020 по делу от № 1-96/2020-208, в соответствии с которым ФИО5 обвинялась в том, что она совершила фальсификацию ЕГРЮЛ, то есть представила в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документы, содержащие заведомо ложные данные, в целях внесения в ЕГРЮЛ недостоверных сведений об учредителях (участниках) юридического лица, о руководителе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица.

Судом установлено, что ФИО5, находясь на территории г. Санкт-Петербурга, в неустановленный период времени, но не позднее 03.06.2019, имея умысел на фальсификацию ЕГРЮЛ, в нарушение ст.ст. 12, 13 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», с целью внесения в ЕГРЮЛ недостоверных сведений об участнике и руководителе постоянно действующего исполнительного органа юридического лица (генеральном директоре) ООО «ГК СтройПродукт» (ИНН <***>), действуя умышленно, незаконно, заведомо осознавая, что цель участия и управления вышеуказанным юридическим лицом у нее (ФИО5) отсутствует, и достоверно зная, что управленческие функции и фактическое руководство ООО «ГК СтройПродукт» она (ФИО5) осуществлять не будет, согласилась на предложение не установленного следствием лица (лиц) о внесении сведений о ней (ФИО5), как об участнике и генеральном директоре ООО «ГК СтройПродукт» в ЕГРЮЛ за денежное вознаграждение в размере не менее 1 000 рублей, в связи с чем в вышеуказанный период времени предоставила не установленному следствием лицу (лицам) сведения о своем документе, удостоверяющем ее (ФИО5) личность.

В результате ее (ФИО5) вышеуказанных преступных действий, направленных на внесение в ЕГРЮЛ недостоверных сведений в отношении ООО «ГК СтройПродукт», регистрирующим органом в ЕГРЮЛ 10.06.2019 внесена запись за номером 2197848177591, в соответствии с которой она (ФИО5) указана в качестве участника ООО «ГК СтройПродукт», 10.06.2019 внесена запись за номером 2197848177602, в соответствии с которой она (ФИО5) указана в качестве генерального директора ООО «ГК СтройПродукт», то есть в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 170.1 УК РФ.

Таким образом, следует признать, что на дату возбуждения дела о банкротстве должника, договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «ГК СтройПродукт» от 03.06.2019 между ФИО3 и ФИО5 по существу являлся фиктивным, а действующим руководителем должника являлась ФИО3

В этой связи конкурсный управляющий 14.12.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов, в котором просил обязать руководителя, участника должника ФИО3 передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

Определением от 08.02.2023 по обособленному спору №А56-68474/2021/истр. арбитражный суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности ООО «ГК СтройПродукт», а в случае не передачи, взыскать с ФИО3 в пользу должника денежные средства в размере 5 000 руб. за каждую полную неделю неисполнения судебного акта по дату фактического исполнения, но не менее 500 руб. в день.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 08.02.2023, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила отменить определение, отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на то, что передала бухгалтерскую и иную документацию должника по акту приемки-передачи от 03.06.2019. ФИО3 также указывала на то, что из постановления Мирового судьи судебного участка № 208 Санкт-Петербурга от 15.07.2020 по делу № 1-96/2020/208 не следует, что ФИО5 не были получены от ответчика документы, указанные в акте от 03.06.2019.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023 по обособленному спору № А56-68474/2021/истр. определение арбитражного суда от 08.02.2023 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения. При этом апелляционный суд указал на то, что на дату возбуждения дела о банкротстве должника действующим руководителем являлась ФИО3, а доводы арбитражного управляющего, подтвержденные постановлением мирового судьи по делу № 1-96/2020-208 о номинальном директоре Общества ФИО5, не опровергнуты ФИО3

Определение арбитражного суда от 08.02.2023 по обособленному спору № А56-68474/2021/истр. ФИО3 не исполнено, истребованные документы должника в адрес конкурсного управляющего не поступали.

Вопреки доводам ФИО3 о том, что у нее отсутствуют какие-либо документы должника и что она передала их ФИО5, представитель ответчиков в рамках настоящего дела представляет копии и оригиналы документов в отношении должника.

Так, в материалы настоящего спора представлены копии договоров поставки № 03/10/17 ГК от 03.10.2017 и № 06/10/17 СТПР от 06.10.2017. В рамках обособленного спора № А56-68474/2021/убытки, по вопросу о взыскании с ответчиков убытков, приобщены оригиналы квитанций к приходным кассовым ордерам № 1 от 22 января 2018, № 3 от 16 апреля 2018, № 4 от 30 марта 2018, № 5 от 14 марта 2018 на общую сумму 790 000 руб., за подписью ФИО3, с основанием «возврат по договору займа № 1 от 08 декабря 2017 г.» от ФИО2

Непередача бухгалтерской документации должника не позволила проанализировать сделки должника, его активы, дебиторскую задолженность и, как следствие, не позволила сформировать конкурсную массу.

В этой связи, суд апелляционной инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, ввиду отсутствия в материалах дела доказательств передачи ответчиком документации должника конкурсному управляющему, притом, что бездействие ответчика по непредоставлению документации подтверждено вступившим в законную силу определением от 08.02.2023, руководствуясь пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

Кроме того, конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности заявлены положения статьи 61.12 Закона о банкротстве, полагая, что ФИО3 должна была в срок до 03.07.2019 обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), поскольку после 03.06.2019, то есть после фиктивной продажи ФИО3 100% доли в уставном капитале должника ФИО5, деятельность должника остановилась, движение по счету прекратилось, а денежные средства отсутствовали.

Доводы заявления конкурсного управляющего построены на том, что ООО «ГК СтройПродукт» не исполнило финансовые обязательства перед ООО «Трансоушен Ру», которое 16.11.2018 обратилось в арбитражный суд за взысканием долга по договору транспортной экспедиции и заключённое с которым в последующем мировое соглашение послужило основанием для обращения кредитора 29.07.2021 в суд с заявлением о банкротстве общества.

При этом факт наличия неисполненной задолженности перед кредитором на момент отчуждения ФИО3 доли в уставном капитале не свидетельствует об обязанности ответчика обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества.

Во-первых, дата возникновения (по мнению заявителя) у должника признаков неплатежеспособности какими-либо объективными доказательствами не подтверждена; во-вторых, конкурсным управляющим не представлены доказательства возникновения у должника финансовых обязательств после указанной даты.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801).

Наличие задолженности должника перед отдельными кредиторами само по себе не влечет риска банкротства юридического лица в связи с тем, что его активы и пассивы постоянно находятся в движении, и не может рассматриваться арбитражным судом как объективно свидетельствующее о неплатежеспособности должника и достаточное для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, однако в рассматриваемом случае доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника на 03.06.2019, не представлено.

Само по себе наличие у общества неисполненных обязательств, не может расцениваться как подтверждение возникновения у общества признаков объективного банкротства.

Таким образом, в данной части конкурсный управляющий не доказал, что при наличии у должника неисполненных и непосильных к исполнению обязательств он злонамеренно продолжал наращивать кредиторскую задолженность притом, что сам факт наличия у должника неисполненных перед кем-либо обязательств после даты предполагаемого банкротства управляющий не отметил.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из разъяснений пункта 23 постановления Пленума № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В пункте 19 постановления Пленума № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Материалами дела подтверждается, что с 28.07.2016 ФИО2 является генеральным директором и единственным участником ООО «Производственная Компания «Строительный Продукт» (ООО «ПК СтройПродукт» ИНН: <***>, ОГРН: <***>).

Согласно сведениям МИФНС России № 17 по г. Санкт-Петербургу в кредитной организации ПАО «БАНК «САНКТ-ПЕТЕРБУРГ» на должника открыты два счета 40702810790350001454 и 40702810890350700202.

На запрос конкурсного управляющего Банк представил следующие документы: 1) информационные карты клиента – юридического лица, созданного в соответствии с законодательством РФ от 27.09.2017 и 17.09.2018, за подписью руководителя должника ФИО3, согласно которым бенефициарным владельцем должника являлся ФИО2; 2) решения о признании физического лица бенефициарным владельцем от 27.09.2017 и 17.09.2018, за подписью руководителей банка, согласно которым бенефициарным владельцем должника, вплоть до 23.06.2019 являлся ФИО2 Следующим решением от 24.06.2019 бенефициарным владельцем признана ФИО5

Как следует из норм права, регулирующих привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также выработанной судебной практикой позиции понимания фигуры контролирующего лица, контроль над обществом может быть подтвержден как прямыми доказательствами, так и совокупностью согласующихся между собой косвенных доказательств; естественным является то, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего положения; отношения такого бенефициара с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Таким образом, в рассматриваемом случае усматриваются признаки согласованных действий, которые имели место на протяжении длительного времени и преследовали единую цель, свидетельствующие о том, что контроль по всем банковским операциям и сделкам должника до 23.06.2019 оставался у ФИО2 и после смены генерального директора и единственного участника общества.

Согласно выписке по счету 40702810790350001454 за период с 11.01.2018 по 24.07.2019, (то есть даже после продажи ФИО2 своей доли в уставном капитале должника ФИО3) между должником и ООО «ПК СтройПродукт» совершались финансовые операции по различным сделкам на сумму более 56 миллионов рублей.

В этой связи ФИО2, будучи учредителем ООО «ГК СтройПродукт» (должник), а также учредителем и генеральным директором ООО «ПК СтройПродукт», являясь аффилированным лицом по отношению к должнику, совершал сделки с подконтрольным ему юридическим лицом – ООО «ПК СтройПродукт» в ущерб имущественным интересам конкурсного кредитора ООО «Трансоушен РУ», при наличии задолженности по договору транспортной экспедиции № 36Z-01/18, которая и явилась основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве.

Все сделки должника совершены с заинтересованным лицом ООО «ПК СтройПродукт», а единственным выгодоприобретателем от такой деятельности являлся ФИО2 Представителем ответчиков в материалы настоящего спора представлены копии договора поставки от 03.10.2017 и договора оказания услуг от 06.10.2017, а также копии универсально передаточных актов, как подтверждающие совершение платежей в рамках обычной хозяйственной деятельности. Между тем, представленные доказательства не опровергают того, что контролирующим должника лицом совершались платёжные операции в пользу подконтрольного ему общества в ущерб кредитору, обязательства перед которым в значительно меньшем размере не были исполнены. Кроме того, апелляционный суд отмечает, что данная подтверждающая документация не была передана конкурсному управляющему и не представляется возможным определить местонахождение поставленных должнику товаров, а также их последующую реализацию должником, с целью подтверждения реальности хозяйственных отношений аффилированных обществ. В этой связи, как полагает апелляционный суд, даже в случае потенциальной реальности соответствующих сделок и финансовых операций с участием аффилированных лиц, отсутствие, как таковой, первичной документации должника, не переданной в надлежащем объеме и виде конкурсному управляющему, не позволяет установить объем соответствующих сделок и операций, осуществить их анализ, отследить движение товаров и материальных ценностей по документообороту должника, и, как следствие, не позволяет выявить активы должника, за счет которых могла быть пополнена конкурсная масса для расчетов с независимыми кредиторами.

С учетом всех изложенных обстоятельств, как полагает апелляционный суд, ФИО3 в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и ФИО2 в силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «ГК СтройПродукт».

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку формирование конкурсной массы и расчеты с кредиторами в настоящее время не завершены, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 подлежит приостановлению.

Вопрос о возобновлении производства по делу относится к компетенции суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2023 по обособленному спору № А56-68474/2021/субс.2 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГК СтройПродукт» ФИО2 и ФИО3.

Приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «ГК СтройПродукт» до окончания расчетов с кредиторами.

Направить вопросы о возобновлении производства по обособленному спору и об определении размера ответственности ФИО2 и ФИО3 в арбитражный суд первой инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

Д.В. Бурденков

И.В. Юрков