Постановление от 22 апреля 2026 г. АС Новгородской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


23 апреля 2026 года

Дело №

А44-5648/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Кравченко Т.В.,

ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 15.03.2026), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 26.11.2024), от ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 14.06.2023),

рассмотрев 14.04.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО8, ФИО9 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 22.08.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2026 по делу № А44-5648/2022,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Новгородской области с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением от 11.10.2022 заявление принято к производству.

Решением ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина.

Определением от 31.01.2024 финансовым управляющим должника утверждена ФИО10.

Кредитор ФИО6 05.03.2024 обратилась в суд с заявлением (с учетом уточнения требований в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ) о признании недействительными сделками договора от 13.05.2022 купли-продажи автомобиля Mitsubishi Outlander, 2018 года выпуска, VIN <***>, заключенного бывшей супругой должника ФИО4 и ФИО11, договора от 18.12.2023 купли-продажи данного автомобиля, заключенного ФИО11 и ФИО8, а также о применении последствий недействительности цепочки сделок в виде возврата автомобиля в конкурсную массу должника.

Определением от 26.03.2024 к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО11; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4.

Определением от 09.04.2025 к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО8.

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 22.08.2025, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2026, заявление удовлетворено; договор от 13.05.2022 между ФИО4 и ФИО11 и договор от 18.12.2023 между ФИО11 и ФИО8 признаны недействительными, применены последствия недействительности цепочки сделок в виде возврата автомобиля в конкурсную массу должника.

В кассационной жалобе ФИО8 и ФИО9, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение от 22.08.2025 и постановление от 21.01.2026, направить дело на рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателей жалобы, суды необоснованно отказали в применении срока исковой давности, рассчитав его неверно. Результаты экспертизы по определению рыночной стоимости автомобиля на дату заключения договора купли-продажи от 13.05.2022 не могут быть применимы к договору купли-продажи от 18.12.2023 между ФИО11 и

ФИО8, поскольку договор от 18.12.2023 совершен спустя полтора года после договора от 13.05.2022, то есть по результатам экспертизы невозможно определить актуальную рыночную стоимость автомобиля на момент его приобретения ФИО8 Суды без достаточных на то оснований приняли результаты экспертизы с неверным определением цены автомобиля. При подготовке экспертного заключения эксперт

ООО «Аудиторская фирма «ЛИВ и К» использовал в качестве аналогов автомобили более поздних годов выпуска, с иным кузовом, с большим объемом двигателя, а также использовал неверные формулы для расчета износа. Суды необоснованно отказали в восстановлении требований ответчиков к должнику, посчитав, что в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты автомобиля ФИО11 и ФИО8, не приняв во внимание расписку о получении ФИО11 от ФИО8 денежных средств. ФИО8, в свою очередь, открыто владел и пользовался автомобилем в личных целях: провел его технический осмотр, осуществил текущий ремонт автомобиля, привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения.

Судом первой инстанции судебный акт вынесен с нарушением прав лица, не привлеченного к рассмотрению дела, а именно: супруги

ФИО8 – ФИО9, поскольку автомобиль является совместной собственностью супругов. Постановление апелляционной инстанции, в свою очередь, не содержит результатов рассмотрения ходатайства ФИО9 о ее привлечении к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 поддержал доводы, изложенные в ней, просил ее удовлетворить.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО6 просила оставить определение от 22.08.2025 и постановление суда апелляционной инстанции от 21.01.2026 без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании кассационной инстанции представители

ФИО2 и ФИО4 поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель ФИО6 возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как видно из материалов дела, в обоснование заявления

кредитор указала следующее, бывшая супруга должника ФИО4 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключили договор от 13.05.2022 купли-продажи автомобиля Mitsubishi Outlander, 2018 года выпуска,

VIN <***> по цене 1 350 000 руб.; в дальнейшем

ФИО11 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключили 18.12.2023 договор купли-продажи названного автомобиля по этой же цене.

Между тем, по информации акционерного общества «Национальная страховая информационная система» (АО «НСИС») в период с 15.03.2019 по 20.12.2024 к управлению автомобилем были допущены только ФИО2 и ФИО4; ФИО11 и ФИО8 в указанный период времени не имели права управления автомобилем, хотя, согласно договорам купли-продажи, последовательно являлись его собственниками; после перехода к

ФИО11 права собственности на автомобиль ФИО2 сохранил право управления им; после перехода к ФИО8 права собственности на автомобиль его государственный регистрационный знак был изменен с «е958нр53» на «к374кх53»; при этом через 3 дня после продажи

ФИО11 автомобиля ФИО8 должник, а не новый собственник, получил право управления им.

Кроме того, по мнению кредитора, ФИО11 стал стороной сделки с ФИО4 при содействии её сына ФИО12, знакомого с

ФИО11 Финансовое положение ФИО11 не позволяло ему приобрети спорный автомобиль.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 подтвердил своё знакомство с ФИО8, сообщил, что приобретение ФИО8 у

ФИО11 автомобиля является случайностью, ФИО8 привлёк его к перемещению автомобиля из Москвы. ФИО2 также пояснил, что страховой полис был оформлен на него с целью перегона автомобиля из Москвы, а диагностическая карта автомобиля оформлена им в г. Старая Русса по просьбе ФИО8

Полагая, что через цепочку последовательных сделок автомобиль выбыл из общей совместной собственности бывших супругов ФИО2 и

ФИО4, попав под фактический контроль ФИО2 при формальной принадлежности транспортного средства ФИО8 и ФИО11, ФИО6 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договоров купли-продажи от 13.05.2022 и 18.12.2023 недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также с применением положений статей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования, признав их обоснованными.

Признавая сделки недействительными, судебные инстанции исходили из того, что оспариваемые договоры имеют признаки мнимой сделки, совершенной лишь для вида, без намерения сторон создать соответствующие данной сделке правовые последствия, а исключительно с целью вывода ликвидного имущества из собственности несостоятельного должника во избежание обращения на него взыскания; в результате совершения сделки при отсутствии встречного предоставления причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в соответствующем уменьшении активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены их требования. В качестве последствий недействительности сделки суд обязал возвратить автомобиль в конкурсную массу должника.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, не находит оснований для отмены обжалуемых определения и постановления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 статьи 213.32).

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве сделки по отчуждению общего имущества должника и его супруга, совершенные супругом должника, по основаниям, связанным с нарушением этими сделками прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

В рассматриваемом случае дело о банкротстве возбуждено от 11.10.2022, оспариваемые договоры заключены 13.05.2022 и 18.12.2023, то есть в пределах года до принятия заявления о признании банкротом и после возбуждения дела о банкротстве, то есть сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления № 63 указано, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи, не требуется.

При этом из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления № 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Приняв во внимание, что автомобиль отчуждался в условиях неплатежеспособности должника, доказательств поступления денежных средств от реализации имущества в конкурсную массу не имеется, суды признали, что совокупность данных обстоятельств свидетельствует о направленности данных сделок на причинение вреда кредиторам должника ввиду уменьшения конкурсной массы и утрате кредиторами возможности удовлетворить свои требования за счет данного имущества.

Согласно абзацу пятому пункта 8 Постановления № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В качестве доказательства встречного исполнения по договору от 13.05.2022 в материалы дела представлена расписка от 13.05.2022 о получении супругой должника ФИО4 от ФИО11 денежных средств в размере 1 350 000 руб.

Аналогичным образом в подтверждение расчетов между сторонами по договору от 18.12.2023 в дело представлена расписка от 18.12.2023 о получении ФИО11 от ФИО8 денежных средств в размере 1 350 000 руб.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (в редакции, действовавшей в период рассмотрения спора судом первой инстанции), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения также применимы при рассмотрении заявлений о признании сделок должника недействительными в случае, если передача встречного предоставления по сделке подтверждена распиской.

Презумпция добросовестности сторон при совершении сделок является опровержимой.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда кредиторам, на ответчика переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах должника, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредиторам путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923).

Применительно к обстоятельствам настоящего спора суды приняли во внимание, что ни ФИО11 (зарегистрирован в Москве), ни ФИО8 (зарегистрирован в <...>) не смогли дать пояснений с документальным подтверждением о том, откуда они узнали о намерении, соответственно, ФИО4 (зарегистрирована в г. Старая Русса Новгородской области), а затем ФИО11 реализовать транспортное средство; по условиям договоров купли-продажи от 13.05.2022 и от 18.12.2023 в обоих случаях на момент заключения договоров продавец деньги за проданный автомобиль получил полностью; ФИО11 не представил достаточных доказательств, подтверждающих его финансовую возможность произвести единовременную выплату должнику в указанном размере; ФИО4 при этом не представила доказательств расходования либо аккумулирования денежных средств, полученных от ФИО13 по договору от 13.05.2022 (внесение на счет, вклад в банке и др.), равным образом ФИО11 также не раскрыл расходование полученных от ФИО8 в наличном порядке по договору от 18.12.2023 денежных средств.

Оценив указанные обстоятельства в их совокупности, суд первой инстанции признал недоказанным факт встречного предоставления со стороны ответчиков и возмездный характер сделок.

Из сведений, представленных АО «НСИС», суды также установили, что в период с 24.03.2022 по 23.03.2023, с 21.12.2023 по 20.12.2024 к управлению спорным автомобилем был допущен ФИО2, он же являлся страхователем данного автомобиля (полисы ОСАГО – от 20.12.2023, 26.01.2024, 08.05.2024, 14.05.2024).

При этом ни ФИО11 в период с 13.05.2022 по 18.12.2023, ни

ФИО8 в период с 18.12.2023 по 08.05.2024 не имели права управления спорным автомобилем, хотя, согласно договорам купли-продажи, последовательно являлись его собственниками.

После перехода к ФИО11 права собственности на автомобиль ФИО2 сохранил право управления спорным автомобилем.

После перехода к ФИО8 права собственности на спорный автомобиль, был изменен его государственный регистрационный знак, вместе с тем через три дня после продажи ФИО11 спорного автомобиля

ФИО8, ФИО2, а не ФИО8, получил права управления автомобилем.

Кроме того, 21.12.2023, также через три дня после продажи

ФИО11 спорного автомобиля ФИО8, диагностическая карта в отношении автомобиля оформлена в г. Старая Русса Новгородской области, при том, что ФИО8 зарегистрирован и проживает в <...>; расстояние между указанными населенными пунктами составляет более 300 км.

Таким образом, согласно полученным от страховых компаний сведениям после продажи спорного автомобиля все договоры ОСАГО оформлены с внесением в них информации о допуске ФИО2 к управлению транспортным средством.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, о наличии фактической аффилированности могут свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В настоящем случае отчуждение автомобиля в отсутствие встречного предоставления при том, что должник в течение длительного времени продолжал пользоваться транспортным средством, свидетельствует о фактической заинтересованности сторон оспариваемых сделок и, соответственно, осведомленности ответчиков о цели сделок.

В кассационной жалобе не содержится доводов, опровергающих названный вывод.

Кроме того, в ходе рассмотрения обособленного спора ФИО2 подтвердил факт знакомства с ФИО8

С учетом установленных судами обстоятельств заключения сделок, оформления договоров купли-продажи спорного автомобиля на заинтересованных по отношению к ФИО2 лиц, а также факта скрытного владения ФИО11 транспортным средством на протяжении длительного времени (без регистрации в органах ГИБДД), суд кассационной инстанции исходит из того, что автомобиль фактически не выбывал из владения ФИО2 до 20.12.2024 несмотря на оформление права собственности и регистрацию прав ФИО8

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

В настоящем случае в результате совершенной лишь для вида цепочки оспариваемых сделок совместно нажитое имущество ФИО2 и

ФИО4 находилось фактически во владении и пользовании

ФИО2, а также заинтересованных по отношению к нему лиц; подлинная воля сторон не была направлена на установление правоотношений купли-продажи, поскольку первый договор купли-продажи от 13.05.2022 и последующий от 18.12.2023 заключены при согласованных действиях ФИО4, ФИО2 и ответчиков, злоупотреблении ими правом в целях сокрытия автомобиля от обращения на него взыскания для расчетов с кредиторами.

При таком положении суд кассационной инстанции находит правомерными выводы судов о наличии совокупности обстоятельств, необходимых и достаточных для признания договоров по отчуждению спорного автомобиля, являющихся фактически единой сделкой, ничтожными на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

О фактическом отчуждении автомобиля из собственности должника после 20.12.2024 может свидетельствовать отсутствие в представленных

АО «НСИС» сведениях информации о наличии у ФИО2 права управления транспортным средством после названной даты, соответственно, такое отчуждение произошло после возбуждения производства по делу о его банкротстве, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, в отсутствие встречного предоставления со стороны покупателя, являющегося заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленность которого о совершении сделок в целях невозможности обращения взыскания на имущество подтверждена, что в результате повлекло уменьшение конкурсной массы и причинение вреда кредиторам. Изложенное свидетельствует о наличии условий для признания такой сделки также недействительной по специальным основаниям (пункты 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Последствия недействительности сделки применены судами в соответствии с положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, на ФИО8 возложена обязанность возвратить транспортное средство в конкурсную массу должника.

Поскольку требования ФИО6 включены в реестр требований кредиторов должника определением от 09.03.2023, первый отчет финансового управляющего представлен в суд 09.06.2023, а с настоящим заявлением кредитор обратился 05.03.2024, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отклонили доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

Оснований для иных выводов в этой части суд кассационной инстанции не усматривает.

Доводы ФИО8 о пороках заключения эксперта

ООО «Аудиторская фирма «ЛИВ и К» от 19.06.2025 по вопросу об определении рыночной стоимости автомобиля на 13.05.2022 не имеют правового значения для правильного разрешения настоящего обособленного спора в условиях недоказанности встречного предоставления по сделке.

Вместе с тем суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что в случае рассмотрения в дальнейшем вопроса о замене способа и порядка исполнения определения суда от 22.08.2025 с обязания ответчика возвратить автомобиль на взыскание денежных средств в виде рыночной стоимости имущества упомянутое заключение эксперта от 19.06.2025 не может быть положено в основу судебного акта без проверки и исследования доводов должника и ответчиков о выборе экспертом ненадлежащих аналогов спорного транспортного средства.

Иные доводы ФИО8, приведенные в кассационной жалобе, являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции и обоснованно ими отклонены по результатам надлежащей оценки доказательств.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, определении от 28.02.2017 № 412-О, статьи 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

С учетом изложенного кассационная жалоба ФИО8 не подлежит удовлетворению.

Непривлечение к участию в настоящем обособленном споре супруги ответчика не привело к принятию незаконных судебных актов, поскольку ими непосредственно не затрагиваются права данного лица и не возлагаются какие-либо обязанности.

Указание в кассационной жалобе на режим совместной собственности ФИО8 и его супруги не свидетельствует о том, что при оспаривании сделки по приобретению ответчиком имущества должника необходимо привлечение его супруги к участию в споре.

ФИО8 в данном случае не распорядился нажитым совместно с супругой имуществом, а привлечен судом к участию в деле в качестве ответчика – лица, которое приобрело спорный автомобиль, в отсутствие доказательств встречного предоставления по сделке.

При этом ФИО9 с соответствующим ходатайством к суду первой инстанции не обращалась.

Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела, не наделяет его правом на обжалование судебного акта.

Если после принятия кассационной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Кодекса производство по жалобе подлежит прекращению (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Руководствуясь статьями 150, 282, 286, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

производство по кассационной жалобе ФИО9 прекратить.

Определение Арбитражного суда Новгородской области от 22.08.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2026 по делу № А44-5648/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО8 – без удовлетворения.

Отменить приостановление определения Арбитражного суда

Новгородской области от 22.08.2025 по делу № А44-5648/2022 по настоящему обособленному спору, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.02.2026.

Постановление кассационной инстанции в части прекращения производства по кассационной жалобе может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в месячный срок.


Председательствующий

Е.Н. Александрова

Судьи


Т.В. Кравченко

ФИО1