Постановление от 18 апреля 2024 г. по делу № А50-14942/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1170/24

Екатеринбург

18 апреля 2024 г.


Дело № А50-14942/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 апреля 2024 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Кочетовой О.Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Энергосервис» (далее – общество «Энергосервис», должник) ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2023 по делу № А50-14942/2021.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель управляющего ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 18.05.2023.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.01.2022 общество «Энергосервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными совершенных должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «НК-Сервис» (далее – общество «НК-Сервис», ответчик) платежей в общем размере 710 000 руб. и применении последствий недействительности сделок; взыскании с ответчика в пользу должника процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 117 468 руб. 80 коп.

Определениями от 02.08.2022, от 24.05.2023, от 30.07.2023 суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Концессии водоснабжения», общество с ограниченной ответственностью «Стройпроект» (далее – общество «Стройпроект»).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 23.10.2023 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Наряду с подачей кассационной жалобы заявитель ходатайствовал о восстановлении пропущенного срока на обжалование судебного акта суда первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 15.02.2024 кассационная жалоба принята к производству, ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы вынесено на рассмотрение в судебном заседании.

Из материалов дела о банкротстве общества «Энергосервис», в том числе общедоступных сведений, размещенных в информационной системе «Картотека арбитражных дел», следует, что 27.10.2023 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда от 23.10.2023; определением апелляционного суда от 03.11.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения, заявителю предложено в срок до 04.12.2023 представить в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд документы, подтверждающие направление заказным письмом с уведомлением о вручении или вручение третьему лицу – обществу «Концессии водоснабжения» копии апелляционной жалобы и документов, которые у него отсутствуют, при этом суд разъяснил, что в установленный судом срок для устранения обстоятельств, послуживших основанием оставления апелляционной жалобы без движения, включается время на доставку почтовой корреспонденции.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2023 апелляционная жалоба возвращена заявителю, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для оставления жалобы без движения, не устранены.

Далее, 07.12.2023 конкурсный управляющий ФИО2 повторно обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда от 23.10.2023, одновременно заявив ходатайство о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2023 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО2 принята к производству, вопрос о восстановлении срока на апелляционное обжалование назначен к рассмотрению коллегиально в судебном заседании 30.01.2024.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ФИО2 о восстановлении процессуального срока отказано, производство по кассационной жалобе прекращено применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, изучив приведенные заявителем доводы, установив, что срок на обращение в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда от 23.10.2023 истёк 07.11.2023 (с учетом праздничных дней), при этом первоначально апелляционная жалоба подана заявителем через систему подачи «Мой Арбитр» 27.10.2023, то есть в установленный законом срок, а также учитывая, что в дальнейшем суд апелляционной инстанции принял апелляционную жалобу к производству, определив, что ходатайство о восстановлении срока на апелляционное обжалование будет рассмотрено в судебном заседании, учитывая, что кассационная жалоба подана практически сразу после прекращения производства по кассационной жалобе на судебный акт суда первой инстанции, после достижения правовой определенности и результате рассмотрения ходатайства о восстановлении процессуального срока на апелляционное обжалование, суд округа счел возможным удовлетворить ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи кассационной жалобы, восстановить пропущенный срок на подачу кассационной жалобы.

Поскольку ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока подачи кассационной жалобы удовлетворено, суд округа перешел к рассмотрению кассационной жалобы по существу.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о том, что в рассматриваемом случае обществу «НК-Сервис» следовало доказать факт исполнения обязательств по договорам от 27.01.2020 № 27-01-2020, от 03.02.2020 № 03-02-2020, от 07.02.2020 № 27-02-2020 в отношении должника, за которые получена оплата в общем размере 710 000 руб. Кассатор указывает на то, что ответчиком в материалы дела не представлены какие-либо подтверждения направления или передачи в адрес должника актов о приемке выполненных работ и справок о стоимости работ, как и не представлены доказательства уклонения должника от приемки работ.

Заявитель кассационной жалобы отмечает, что ответчиком в материалы дела представлены товарно-транспортные накладные и счета-фактуры, сторонами которых являются иные контрагенты должника, при этом представленные документы со стороны должника не подписаны, печать организации отсутствует, следовательно, такие документы, по мнению кассатора, не подтверждают как взаимоотношений должника с контрагентами, так и встречного исполнения со стороны ответчика по произведенным должником платежам.

По убеждению кассатора, оспариваемые сделки совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью создания видимости обоснованности перечисления денежных средств, являются направленными на вывод денежных средств должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ в пределах доводов кассационной жалобы, суд округа оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ходе анализа движения денежных средств по расчётному счету должника конкурсный управляющий ФИО2 установил, что должник произвел перечисления денежных средств обществу «НК-Сервис»: 03.02.2020 – 200 000 руб. с назначением платежа «аванс по договору от 27.01.2020 № 7-01-2020»; 10.02.2020 – 200 000 руб. с назначением платежа «аванс по договору от 07.02.2020 № 27-02-2020»; 13.02.2020 – 15 000 руб. с назначением платежа «аванс по договору № 03-02-2020»; 19.02.2020 – 30 000 руб. с назначением платежа «аванс по договору от 03.02.2020 № 03-02-2020»; 25.02.2020 – 15 000 руб. с назначением платежа «по договору № 03-02-2020»; 04.03.2020 – 60 000 руб. с назначением платежа «по договору от 03.02.2020 № 03-92-2020»; 30.03.2020 – 10 000 руб. с назначением платежа «по договору от 03.02.2020 №03-02-2020»; 30.03.2020 – 50 000 руб. с назначением платежа «по договору от 27.01.2020 № 27-01-2020»; 10.04.2020 – 50 000 руб. с назначением платежа «по договору от 27.01.2020 № 27-01-2020»; 06.05.2020 – 10 000 руб. с назначением платежа «по договору от 03.02.2020 № 03-02-2020»; 06.05.2020 – 20 000 руб. с назначением платежа «по договору от 27.01.2020 № 27-01-2020»; 12.05.2020 – 50 000 руб. с назначением платежа «по договору от 27.01.2020 №27-01-2020».

Полагая, что спорные перечисления денежных средств в общей сумме 710 000 руб. являются ничтожными, управляющий ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением. В качестве правового основания для признания перечислений недействительными указаны положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимой для признания спорных перечислений недействительными по заявленным основаниям. При этом суд руководствовался следующим.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред).

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 указанного Кодекса).

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, в которой указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63)).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Так, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 8 постановления Пленума № 63 для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5 - 9 названного постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, производство по делу о банкротстве общества «Энергосервис» возбуждено 13.07.2021, оспариваемые перечисления совершены в период с 03.02.2020 по 12.05.2020, то есть в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, проанализировав, в том числе выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении должника и ответчика, суд первой инстанции установил, что общество «Энергосервис» зарегистрировано 08.08.2008; в период с сентября 2011 года по ноябрь 2019 года директором должника являлся ФИО4, который также являлся единственным учредителем с момента его создания (08.08.2008) по июль 2020 года; с июля 2020 года единственным участником должника являлся ФИО6, с ноября 2019 года до признания должника банкротом директором являлся ФИО5; общество «НК-Сервис», в свою очередь, зарегистрировано в качестве юридического лица 20.01.2020; со дня создания его директором и единственным учредителем является ФИО7, основным видом деятельности общества «НК-Сервис» является «Строительство жилых и нежилых зданий» (ОКВЭД 41.20), также внесены сведения о 14 дополнительных видах деятельности, среди которых «Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения» (ОКВЭД 42.21), «Подготовка строительной площадки» (ОКВЭД 43.12), «Работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки» (ОКВЭД 43.99), ответчик применяет упрощенную систему налогообложения с объектом «Доходы», плательщиком НДС не является.

Возражая относительно заявленных требований, общество «НК-Сервис» представило в материалы обособленного спора подписанные обеими сторонами договор от 27.01.2020 № 27-01-2020, ведомость работ – Приложение № 1 к договору от 27.01.2020 № 27-01-2020, договор от 03.02.2020 № 03-02-2020, ведомость работ – Приложение № 1 к договору 03-02-2020 от 03.02.2020; подписанные только со стороны ответчика справку о стоимости работ № 1 по форме КС-3 от 27.03.2020 на сумму 240 000 руб., акт о приемке выполненных работ № 1 по форме КС-2 от 27.03.2020 на сумму 240 000 руб., справку о стоимости работ № 2 по форме КС-3 от 07.05.2020 на сумму 219 290 руб., акт о приемке выполненных работ № 2 по форме КС-2 от 07.05.2020 на сумму 219 290 руб., справку о стоимости работ № 3 по форме КС-3 от 30.04.2020 на сумму 183 518 руб., универсальные передаточные документы должника, транспортные накладные о закупке и доставке материалов в место производства работ, разрешения на производство земляных работ, где в качестве представителя общества «Энергосервис» указан прораб ФИО7 (директор ответчика), листы согласования к заявлению на получение разрешения на производство земляных работ; договоры ответчика на аренду спецтехники, путевые листы строительной машины, акты оказанных услуг, договор ответчика на проведение сварочных работ. При этом документы по договору от 07.02.2020 № 27-02-2020 в материалы дела не представлены.

Проанализировав вышепоименованные договоры, суд первой инстанции констатировал, что, согласно разделу I договора от 27.01.2020 № 27-01-2020 подрядчик (общество «Энергосервис») поручает субподрядчику (общество «НК-Сервис») на себя выполнение строительно-монтажных работ согласно ведомости работ (Приложение 1) на объекте: «Завершение строительно-монтажных работ по объекту: «Водопроводная сеть ул. Героев Малой Земли от ул. Сидорова до пер. Тутовый в Красноармейском районе г. Волгограда» собственными силами с привлечением собственной строительной техники из материала Подрядчика.

В пункте 3.1 договора предусмотрено, что стоимость работ является договорной ценой и составляет 630 000 руб., НДС не облагается.

Подрядчик обязуется в течение трех банковских дней с даты подписания настоящего договора перечислить субподрядчику аванс 200 000 руб., НДС не облагается. Окончательная оплата выполненных субподрядчиком работ по договору производится подрядчиком за фактически выполненные объемы работ в течение пяти банковских дней, с даты подписания акта выполненных работ (пункт 3.2).

Согласно разделу I договора от 03.02.2020 № 03-02-2020 подрядчик (общество «Энергосервис») поручает субподрядчику (общество «НК-Сервис») на себя выполнение строительно-монтажных работ согласно ведомости работ (Приложение 1) на объекте: «Завершение строительно-монтажных работ по объекту: «Водопровод диаметром 400-600 мм по ул. Остравская от пр. Г. Сталинграда до Б. Энгельса 3б в Красноармейском районе г. Волгограда» собственными силами с привлечением собственной строительной техники из материала подрядчика.

В пункте 3.1 договора предусмотрено, что стоимость работ является договорной ценой и составляет 170 000 руб., НДС не облагается.

Подрядчик обязуется в течение трех банковских дней с даты подписания настоящего договора перечислить субподрядчику аванс 20 000 руб., НДС не облагается. Окончательная оплата выполненных субподрядчиком работ по договору производится подрядчиком за фактически выполненные объемы работ в течение пяти банковских дней, с даты подписания акта выполненных работ (пункт 3.2).

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 702, 753 ГК РФ, принимая во внимание, что справки о стоимости работ и акты выполненных работ подписаны ответчиком в одностороннем порядке, признал представленные обществом «НК-Сервис» документы достаточными для подтверждения факта выполнения работы по названным выше договорам, указав на то, что отсутствие подписи должника на документах не может являться безусловным основанием для вывода о недоказанности ответчиком факта выполнения работ.

Наряду с изложенным суд первой инстанции проанализировал представленные в материалы дела обществом «Стройпроект» договор подряда от 21.10.2019 № 894-19, акты и справки по форме КС-2, КС-3 по договору подряда № 894-19, уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора подряда от 29.04.2020 № 894-19, договор от 21.10.2019 № 145/19, акты и справки по форме КС-2, КС-3 по договору подряда № 145/19, договор подряда от 21.11.2019 № 995-19, справки по форме КС-3 по договору № 995-19, уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора подряда от 10.07.2020 № 995-19, договор от 22.11.2019 № 150/19, акты и справки по форме КС-2, КС-3 по договору подряда № 150/19, и, установив, что договор от 27.01.2020 № 2701-2020, заключенный между обществом «НК-Сервис» и обществом «Энергосервис», по объекту совпадает с договором от 22.11.2019 № 150/19, заключенным между обществом «Энергосервис» и обществом «Стройпроект», договор от 03.02.2020 № 03-02-2020, заключенный между обществом «НК-Сервис» и обществом «Энергосервис», по объекту совпадает с договором от 21.10.2019 № 145/19, заключенным между обществом «Энергосервис» и обществом «Стройпроект», пришел к выводу о том, что отношения между должником и ответчиком являлись реальными, представленные документы конкурсным управляющим не опровергнуты, об их фальсификации не заявлено.

Отвергая позицию управляющего о том, что по части актов и справок не совпадают виды и объемы работ, часть работ сдана должником обществу «Стройпроект» раньше, чем эти же работы заактированы обществом «НК-Сервис», при этом договор от 07.02.2020 № 27-02-2020 и документы, подтверждающие его исполнение, в материалы дела не представлены, суд первой инстанции исходил из того, что такие обстоятельства сами по себе основанием для признания совершенных платежей недействительными не являются, поскольку заключенные должником с обществом «Стройпроект» договоры подряда предусматривали выполнение полного объема работ по строительству и реконструкции водопроводных сетей, при этом предусмотрена возможность привлечения субподрядчиков, в рамках заключенных должником с ответчиком договоров подряда последнему было поручено проведение части работ.

Вместе с тем доказательства, явно свидетельствующие о том, что должник имел возможность самостоятельно выполнить порученные ему обществом «Стройпроект» работы, в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

В рассматриваемом случае судом первой инстанции не установлено, что совместными действиями должника и его контрагентом безосновательно уменьшена конкурсная масса должника, что ведет к нарушению прав независимых кредиторов на соразмерное удовлетворение своих требований, со стороны ответчика раскрыты обстоятельства совершения перечислений, представлены документы в опровержение доводов о наличии цели причинения вреда.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности реальности отношений, исходя из анализа, сопоставления между собой и условиями договора документов, представленных в обоснование опровержения презумпции убыточности сделки, пояснений лиц, участвующих в деле, и их оценки в совокупности; при этом конкурсным управляющим не представлены доказательства совершения спорных работ силами самого должника, при том, что факт того, что работы в принципе были выполнены и приняты конечным заказчиком, с которым у должника был заключен договор, никем из сторон не оспаривается.

Так, правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми, и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, установив, что, заявляя о недействительности платежей по общим основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ), конкурсный управляющий фактически ссылался на совершение сделок в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов, что в полной мере укладывается в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки имеют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, не усмотрел оснований для применения к спорным отношениям статей 10 и 168 ГК РФ.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, правомерно отмечая, что оспариваемые платежи совершены в рамках конкретных заключенных договоров, учитывая недоказанность причинения совершением оспариваемых перечислений вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, равно как и признаков злоупотребления правом при осуществлении оспариваемых платежей, суд первой инстанции оснований для признания сделок недействительными не установил.

Вопреки суждениям заявителя кассационной жалобы, указанные выводы суда первой инстанции не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценки конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ). Из определения суда первой инстанции усматривается, что все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 АПК РФ и что по ним судом были сделаны соответствующие выводы; оценка какого-либо доказательства, сделанная судом не в пользу стороны, представившей эти доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны суда.

Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебного акта, либо несоответствия выводов суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

С учетом изложенного определение Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2023 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2023 по делу №А50-14942/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Энергосервис» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи Ю.В. Кудинова


О.Г. Кочетова