Постановление от 9 октября 2025 г. по делу № А13-2542/2022

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, <...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-2542/2022
г. Вологда
10 октября 2025 года


Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2025 года. В полном объеме постановление изготовлено 10 октября 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Кузнецова К.А. и

ФИО1 при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В.,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 30.05.2024, от ФИО4 представителя ФИО3 по доверенности от 30.05.2024, от ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 06.06.2023, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДЛК Сервис» ФИО7, от общества с ограниченной ответственностью «Северная сбытовая компания» ФИО8 по доверенности от 05.12.2024, ФИО9 по доверенности от 05.12.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 17 марта 2025 года и дополнительное определение от 23 апреля 2025 года по делу № А13-2542/2022,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 09.03.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ДЛК-Сервис» (ИНН <***>,

ОГРН <***>; адрес: 160004, <...>; далее – ООО «ДЛК-Сервис», Общество, должник).

Решением суда от 30.05.2022 (резолютивная часть объявлена 26.04.2022) Общество признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого должника, в отношении

его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Определением суда от 20.07.2022 (резолютивная часть объявлена 18.07.2022) ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ДЛК-Сервис». Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11.

Определением суда от 10.03.2023 (резолютивная часть объявлена 02.03.2023) ФИО11 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ДЛК-Сервис», новым конкурсным управляющим Общества назначен ФИО7.

Конкурсный управляющий ФИО7 18.09.2023 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил:

привлечь ФИО2, ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЛК-Сервис» на основании

статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и взыскать с них солидарно 5 210 042 руб. 92 коп.;

признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЛК-Сервис» в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве и взыскать с них солидарно 2 452 301 руб. 31 коп.

Определением суда от 13.02.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО5 ФИО12.

Определением от 17.03.2025 суд признал доказанным наличие оснований, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЛК-Сервис», а также оснований, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЛК-Сервис».

С ФИО2, ФИО5 и ФИО4 в порядке субсидиарной ответственности взыскано в конкурсную массу

ООО «ДЛК-Сервис» солидарно 5 131 568 руб. 10 коп. С ответчиков в доход федерального бюджета взыскано 16 219 руб. 33 коп. государственной пошлины с каждого.

Дополнительным определением от 23.04.2025 с ФИО2, ФИО5 и ФИО4 в порядке субсидиарной ответственности довзыскано в конкурсную массу ООО «ДЛК-Сервис» солидарно 78 474 руб.

82 коп.

С ответчиков в доход федерального бюджета довзыскано 130 руб. 67 коп. государственной пошлины с каждого.

ФИО2, ФИО5 и ФИО4 с вынесенным определением не согласились, обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят его отменить.

ФИО2 и ФИО4 указали на отсутствие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании Общества банкротом, так как ими принимались меры по стабилизации финансового положения ООО «ДЛК-Сервис», а кроме того, должник не имел возможности прекратить оказание услуг водоснабжения и водоотведения населению до возложения обязанностей гарантирующего поставщика на иную организацию, в связи с чем необращение в суд с заявлением о банкротстве не могло послужить причиной наращивания кредиторской задолженности.

По мнению апеллянтов, выводы суда первой инстанции о создании схемы организации деятельности корпоративной группы, в результате которой на должника были распределены исключительно убытки, а на других участников группы – исключительно прибыль, не подтверждены материалами дела. Перечисление денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Вологодские Коммунальные Системы» (далее – ООО «ВКС»), ООО «Мельница», ООО «СТС» осуществлялось в рамках заключенных договоров, направленных на бесперебойное предоставление населению г. Устюжны услуг водоснабжения и водоотведения, устранение аварийных ситуаций, техническое обслуживание сетей водоснабжения. Создание ООО «Памир» и наделение его статусом гарантирующего поставщика не обусловлено действиями ответчика, а вызвано решением администрации г. Устюжны. По мнению апеллянтов, заявителем не доказан тот факт, что действия ответчиков привели к неплатежеспособности либо недостаточности имущества ООО «ДЛК-Сервис».

ФИО5 в жалобе указал на то, что не может быть отнесен к числу лиц, в результате действий или решений которых причинен существенный вред интересам кредиторов ООО «ДЛК-Сервис», поскольку в период руководства ООО «ДЛК-Сервис» с 03.04.2019 по 30.08.2019 непогашенные требования кредиторов отсутствовали; требования, впоследствии включенные в реестр, не возникли; учредителем и/или руководителем ООО «Памир»,

ООО «ВКС» ФИО5 не являлся. Ссылается на то, что возникновение у Общества по состоянию на 31.07.2021 признаков неплатежеспособности и то обстоятельство, что ФИО5 являлся участником одного из контрагентов должника – ООО «ИРЦ», не свидетельствуют ни о его аффилированности по отношению к ООО «ДЛК-Сервис», ни о наличии у него полномочий контролирующего лица.

В заседании суда представители ФИО2, ФИО4 и ФИО5 поддержали апелляционные жалобы, просили их удовлетворить.

Конкурсный управляющий ФИО7 и представитель

ООО «Северная сбытовая компания» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемое определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) Управлением Федеральной налоговой службы по Вологодской области 02.04.2012.

Основными видами деятельности должника являлись: производство, передача и распределение пара и горячей воды (тепловой энергии), производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными, обеспечение работоспособности котельными; водоснабжение и водоотведение.

Деятельность Общества осуществлялась на территории г. Устюжны Вологодской области.

Участниками Общества до 29.10.2019 являлись ФИО13 и ФИО14, с 29.10.2019 ФИО2 с долей в уставном капитале в размере 100 %.

Руководителями Общества являлись: ФИО14 в период с 05.04.2012 по 03.04.2019, ФИО5 – с 03.04.2019 по 30.08.2019, ФИО4 – с 30.08.2019 по 03.02.2022.

Решением единственного участника Общества ФИО2 13.01.2022 принято решение о ликвидации ООО «ДЛК-Сервис», ликвидатором назначен ФИО4

Конкурсный управляющий Общества ФИО7 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по следующим основаниям: неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом по обязательствам, включенным в реестр требований кредиторов должника; совершение сделок, которые привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника; перевод ФИО15 и ФИО4 бизнеса на ООО «Памир», которое с 2021 года начало осуществлять деятельность, аналогичную деятельности должника; непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не

более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц в случае их вины в невозможности осуществить расчет с кредиторами.

Наличие вины контролирующего должника лица и причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и негативными

последствиями в виде несостоятельности должника является обязательным условием для применения указанной ответственности.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации разъяснен в пункте 16 Постановления № 53, согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие

причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т. д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

По условиям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве вина контролирующего должника лица в его банкротстве презюмируется, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с

заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. Также согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в соответствующий период.

Суд первой инстанции установил, что с 31.07.2021 должник стал отвечать как признакам недостаточности имущества, так и неплатежеспособности, а следовательно, участник Общества ФИО16 обязан был принять решение, а руководитель должника ФИО4 - обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в не позднее 31.08.2021.

Как усматривается в материалах дела и установлено определением суда от 14.10.2022, на основании договора аренды от 01.04.2019, ООО «ДЛК-Сервис» получило от МУП «Коммунальщик» в лице конкурсного управляющего ФИО17 права временного владения и пользования муниципальными объектами водоснабжения, расположенными на территории г. Устюжны Вологодской области.

В связи с заключением названного договора аренды администрация города Устюжны издала постановление от 05.06.2019 № 169 «Об определении

ООО «ДЛК-Сервис» гарантирующей организацией, осуществляющей холодное водоснабжение и водоотведение», которым должник был наделен статусом гарантирующего поставщика услуг водоснабжения и водоотведения на территории г. Устюжны.

Таким образом, с 01.04.2019 на ООО «ДЛК-Сервис» были возложены обязательства по технической эксплуатации муниципальных объектов теплоснабжения и оказанию услуг холодного водоснабжения и водоотведения для потребителей, расположенных на территории г. Устюжне. Осуществляя указанную деятельность, ООО «ДЛК-Сервис» выставляло счета потребителям и получало соответствующий доход в период с 01.04.2019 по 31.12.2021.

В материалах дела усматривается, что одним из крупнейших потребителей услуг Общества являлось акционерное общество «Вологодский молочный АПК» (далее – АО «Вологодский молочный АПК») с ежемесячной оплатой услуг в размере 500 тыс. руб., которое с июля 2021 года прекратило осуществлять платежи за оказанные услуги.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 19.01.2022 по делу № А13-10529/2021 с АО «Вологодский молочный АПК» в пользу Общества взыскана задолженность по оплате за оказанные услуги в размере 1 545 152 руб. 54 коп.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 09.11.2021 по делу № А13-14626/2021 в отношении АО «Вологодский молочный АПК» возбуждено производство о его несостоятельности (банкротстве).

Кроме того, дебиторская задолженность Общества накапливалась в связи с снижением финансовой дисциплины населения по оплате коммунальных услуг (3 472 830 руб.).

В свою очередь, у Общества в связи с отсутствием оборотных средств образовывалась кредиторская задолженность, в том числе за поставку электроэнергии, за аренду имущества, на котором работало Общество, за техническое обслуживание объектов водоснабжения.

Так, из состава и структуры задолженности Общества следует, что в реестр требований кредиторов должника включена задолженность, которая образовалась за период июль-декабрь 2021 года.

Как следует из пояснений ответчиков и не оспаривается конкурсным управляющим и кредитором должника, платежи, поступавшие на регулярной основе от АО «Вологодский молочный АПК» в размере 500 тыс. руб. ежемесячно позволяли Обществу компенсировать расходы, связанные с его хозяйственной деятельностью (оплата электроэнергии, аренды и технической эксплуатации сетей и котельных), обеспечивать исполнение обязанностей гарантирующего поставщика.

ООО «ЛДК-Сервис» в лице ФИО4 письмом от 23.08.2021 в ответ на претензию ООО «ССК» от 19.08.2021 предложило кредитору в счет частичного погашения долга передать права требования должника к АО «Вологодский молочный АПК». Ответа от кредитора не последовало.

При сложившейся ситуации руководитель Общества ФИО4 обратился 21.09.2021 в администрацию г. Устюжны (вх. 27.09.2021) с заявлением о компенсации выпадающих доходов ООО «ДЛК-Сервис».

В указанный период ООО «ЛДК-Сервис» осуществляло мероприятия по взысканию дебиторской задолженности с населения г. Устюжны, которая составляла более 3 млн руб.

Единственным участником должника ФИО2 13.01.2022 принято решение о ликвидации Общества.

В рассматриваемом случае Общество выполняло социально значимые задачи, должник являлся гарантирующим поставщиком услуг.

ООО «ДЛК-Сервис» функционировало в целях выполнения социально значимых обязанностей по обеспечению граждан коммунальными ресурсами - тепловой энергией, водоснабжением, водоотведением, и в силу этого у должника была обязанность по реализации населению коммунальных ресурсов исключительно по утвержденным тарифам, ограниченным предельными (максимальными) индексами размера платы за коммунальные услуги, в условиях недопустимости прекращения оказания соответствующих коммунальных услуг населению в связи с наличием прямого законодательного запрета.

Вступление должника в правоотношения с кредиторами, в том числе ресурсоснабжающими организациями, в данном случае было обусловлено выполнением должником публичных обязательств по обеспечению населения муниципального образования соответствующими коммунальными ресурсами, вследствие чего должник не мог объявить о своем банкротстве и впоследствии прекратить соответствующие правоотношения с ресурсоснабжающими организациями.

Таким образом, ввиду соответствующей специфики деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер.

Вместе с тем сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчиков подать заявление о признании предприятия несостоятельным (банкротом).

Из материалов дела следует, что руководителем должника принимались меры по решению вопроса о компенсации выпадающих доходов, связанной с предоставлением коммунальных услуг населению.

Однако оказание финансовой поддержки со стороны органов муниципального образования не производилось.

Между тем возбуждение процедуры конкурсного производства направлено в конечном итоге на прекращение деятельности должника, удовлетворение требований кредиторов за счет его имущества, при этом контролирующие должника лица не могли отказаться через подачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) от осуществления от имени Общества социально значимых функций по обеспечению населения жизненно необходимым набором коммунальных услуг. Принятие соответствующего решения должно означать, что одновременно должен быть решен

организационный вопрос о создании иной структуры, через которую должно обеспечиваться решение вопросов местного значения.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, разъяснено, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. Исходя из изложенного целью правового регулирования, содержащегося в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

В рассматриваемой ситуации отсутствует элемент сокрытия от внешних кредиторов финансового состояния должника, поскольку его контрагентами являлась в том числе ресурсоснабжающая организация; то обстоятельство, что имело место постепенное наращивание задолженности, которая, с учетом социально направленной деятельности Общества, не имеющего доходов от другой деятельности, не могла быть погашена, было известно кредиторам должника.

В целях решения вопроса погашения задолженности перед ресурсоснабжающей организацией ООО «ССК» должником предложены принадлежащие Обществу права требования к АО «Вологодский молочный АПК».

Во избежание наращивания кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающей организацией и перед ООО «Коммунальщик», на имуществе которого работало Общество, последнее в связи с окончанием срока действия договора аренды обратилось к арендодателю о расторжении договора аренды.

В свете изложенных обстоятельств оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 у суда первой инстанции не имелось.

Конкурсный управляющий ФИО7 заявляет о том, что хозяйственная деятельность Общества, исполнение контрактов с контрагентами должника были переведены на ООО «Памир», участником которого является ФИО2, в связи с чем утрачена возможность восстановления платежеспособности Общества.

По мнению управляющего, ФИО2 и ФИО4 не приняли меры по переводу бизнеса с Общества на ООО «Памир» вместе с кредиторской задолженностью, вывели оставшиеся активы на заинтересованное лицо.

Оценив доводы конкурсного управляющего о совершении ответчиками перевода бизнеса с Общества на ООО «Памир», суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что фактов совершения контролирующими должника лицами противоправных или неразумных действий в связи с указанным конкурсным управляющим эпизодом, которые повлекли бы банкротство должника, не подтверждено.

Конкурсным управляющим ФИО7 доводы подателей жалоб об объективных причинах банкротства должника не опровергнуты.

Как следует из материалов дела, согласно заявлению конкурсного управляющего объективное банкротство ООО «ДЛК-Сервис» наступило не позднее 31.07.2021, с чем согласился суд первой инстанции.

При этом согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Памир» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.10.2021.

Следовательно, создание ООО «Памир» объективно не могло повлиять на банкротство ООО «ДЛК-Сервис».

Как указывалось выше, постановлением администрации г. Устюжны от 05.06.2019 № 169 ООО «ДЛК-Сервис» было наделено статусом гарантирующего поставщика услуг водоснабжения и водоотведения на территории г. Устюжны.

Постановлением администрации г. Устюжны от 14.01.2022 № 6 признано утратившим силу постановление от 05.06.2019 № 169 «Об определении

ООО «ДЛК-Сервис» гарантирующей организацией, осуществляющей холодное водоснабжение и водоотведение», новым гарантирующим поставщиком утверждено ООО «Памир».

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что вопрос о передаче компетенций гарантирующей организации на территории муниципального образования принадлежит исключительно органам муниципального образования.

Доказательств, свидетельствующих о влиянии ФИО2 и ФИО4 на решение муниципального органа, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Между тем ООО «ДЛК-Сервис» собственными производственными (основными) средствами не обладало.

Должник в своей деятельности использовал имущество, принадлежащее муниципальному образованию г. Устюжны и переданное Обществу по договору аренды от 01.04.2019.

Все активы должника составляет дебиторская задолженность

АО «Вологодский молочный АПК» и физических лиц, которые включены в конкурсную массу должника, что подтверждено отчетами конкурсный управляющих.

Доказательств того, что при создании ООО «Памир» в его состав были включены активы ООО «ДЛК-Сервис», конкурсным управляющим

ООО «ДЛК-Сервис» ФИО7 в нарушении статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом случае действия органов управления Обществом, равно как и действия органов управления ООО «Памир», не выходили за пределы стандартных действий участников предпринимательской деятельности, направленных на извлечение прибыли; при этом в деле отсутствуют доказательства получения ООО «Памир» коммерческой выгоды от использования имущества или иных активов ООО «ДЛК-Сервис».

В обоснование требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 конкурсный управляющий привел доводы о совершении должником в пользу ООО «ВКС» платежей на общую сумму 1 770 837 руб. 99 коп., признанных недействительными сделками в рамках дела о банкротстве Общества.

Доводы конкурсного управляющего о совершении Обществом экономически невыгодных сделок проверены судом апелляционной инстанции с учетом разъяснений, данных в пункте 23 Постановления № 53. По результатам проверки установлено, что указанные заявителем сделки не повлекли наступления признаков объективного банкротства Общества.

Как следует из материалов дела, определением суда от 27.10.2023 установлено, что в период с 12.10.2021 по 01.02.2022 Обществом в пользу ООО «ВКС» перечислены денежные средства на общую сумму 1 770 837 руб. 99 коп. при наличии у должника иных требований кредиторов, в результате совершенных сделок ООО «ВКС» оказано предпочтение в удовлетворении требований. Сделки по оспоренным платежам признаны недействительными на основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротства, с ООО «ВКС» в пользу должника взысканы денежные средства в размере 1 770 837 руб. 99 коп.

При этом суд не сделал никаких выводов относительно того, что указанные сделки носили безвозмездный, убыточный для Общества и его кредиторов характер, повлекли несостоятельность Общества либо возникновение признаков объективного банкротства.

Применительно к масштабам деятельности должника суммы указанных сделок составили 24 % от общей стоимости активов Общества в соответствующий период и 27 % от общего размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «ДЛК-Сервис».

Вместе с тем следует учитывать, что ООО «ВКС» является заявителем по делу о банкротстве ООО «ДЛК-Сервис» и его требования признаны

обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника на сумму 1 316, 77 тыс. руб.

При изложенных обстоятельствах признание недействительными сделок, в результате которых заинтересованно лицо ООО «ВКС» получило предпочтительное удовлетворение от должника, само по себе не является достаточным основанием для субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц при недоказанности наступления негативных последствий для имущественной сферы Общества.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6).

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, заявителю необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер, и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления № 53).

Конкурсный управляющий просит привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, ссылаясь на то, что обязанность по передаче документации не исполнена им в полном объеме.

В данном случае ФИО4 пояснил, что все документы Общества были переданы первому управляющему ФИО18, после их передачи последующие конкурсные управляющие (ФИО11 и ФИО7) к нему с требованием о передаче документов Общества не обращались, в судебном

порядке не истребовали. ФИО4 также сослался на то, что какие-либо документы должника у него отсутствуют.

Как следует из материалов дела, определением от 26.10.2023 судом прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 к арбитражному управляющему ФИО11 об истребовании документов должника в связи с отказом заявителя от требований. При этом суд указал на ненадлежащее исполнение управляющим ФИО11 обязанностей по истребованию недостающих, по мнению управляющего ФИО19, документов по дебиторской задолженности на сумму

1 244 330 руб. к арбитражному управляющему ФИО20 или бывшему руководителю должника ФИО4

С 26.10.2023 конкурсный управляющий ФИО7 к бывшему руководителю Общества ФИО4 с требованием о передаче документов должника, в том числе в судебном порядке, не обращался, Доказательств, свидетельствующих об их наличии и удержании ФИО4, управляющим в суд не представлено.

Негативных последствий возможного искажения бухгалтерской отчетности для формирования конкурсной массы суд не выявил.

При таких обстоятельствах основания для привлечения ФИО4 по заявленному эпизоду отсутствуют.

Конкурсный управляющий Общества ФИО7 просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЛК-Сервис» ФИО5 со ссылкой на то, что он являлся как руководителем должника в период с 03.04.2019 по 30.08.2019, так и единственным участником ООО «ИРЦ», которое собирало с населения платежи в пользу должника и перечисляло по указанию его руководителей денежные средства ООО «ВКС». Кроме того, в период с 01.09.2019 по 31.12.2021, после увольнения с должности руководителя ООО «ДЛК-Сервис», ФИО5 получил выплаты (зарплата, аренда автомобиля и проч.) от должника в размере 2 613 922 руб. 43 коп.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отнесения ФИО5 к контролирующим должника лицам.

Действительно, ФИО5 являлся руководителем Общества в течение четырех месяцев в период с 03.04.2019 по 30.08.2019, а также руководителем ООО «ИРЦ», которое по агентскому договору оказывало услуги должнику.

Из пункта 3 постановления № 53 следует, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т. п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т. д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Между тем в материалах дела не усматривается и судом первой инстанции не установлено, что ФИО21 был непосредственным выгодоприобретателем от совершения каких-либо сделок должника.

Доказательств того, что ФИО21 обладал полномочиями, позволяющими контролировать деятельность Общества, в материалы не представлено. Вменяемые ФИО21 в качестве оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности действия имели место по истечении трех лет после его увольнения с должности руководителя должника и после периода, в котором наступили признаки объективного банкротства Общества.

Конкурсный управляющий ФИО22 на какие-либо подтверждения выполнения ФИО21 распорядительной функции в Обществе не указывает, равно как и отсутствуют доказательства извлечения лично ФИО21 какой-либо материальной выгоды за счет Общества (приобрело активы Общества или получило доход за счет его деятельности).

В материалы дела также не представлены доказательства получения ФИО21 необоснованных доходов в виде заработной платы и иных доходов, а также доказательства оспаривания в судебном порядке указанных сделок.

С учетом изложенного в деле не имеется достоверных и допустимых доказательств того, что ФИО21 отвечает признакам лица, контролировавшего деятельность ООО «ДЛК-Сервис», либо лица, явившегося непосредственным выгодоприобреталем от совершения сделок.

Выводы суда первой инстанции об обратном необоснованны.

Заявление конкурсного управляющего в части привлечения к ответственности ФИО21 не подлежало удовлетворению.

В свете изложенного определение суда первой инстанции от 17.03.2025 надлежит отменить, в удовлетворении заявленных требований конкурсного

управляющего ФИО7 о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности - отказать.

Поскольку определение суда от 17.03.2025 подлежит отмене, дополнительное определение суда от 23.04.2025, которым с ответчиков довзыскано в конкурсную массу должника солидарно 78 474 руб. 82 коп., также подлежит отмене.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на должника.

Поскольку ФИО2 и ФИО4 подана единая апелляционная жалоба, излишне уплаченная ФИО2 и

ФИО23 (за ФИО4) государственная пошлина подлежит возврату плательщикам.

Государственная пошлина, уплаченная ФИО4 по чеку от 04.04.2025 по неверным реквизитам, также подлежит возврату.

Руководствуясь статьями 104, 110, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 17 марта 2025 года и дополнительное определение от 23 апреля 2025 года по делу

№ А13-2542/2022 отменить.

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛК-Сервис» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере

49 050 руб. за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛК-Сервис» в пользу ФИО5 10 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной полшины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛК-Сервис» в пользу ФИО2 5 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной полшины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЛК-Сервис» в пользу ФИО4 5 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной полшины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 5 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку публичного акционерного общества «Сбербанк России» от 02.04.2025.

Возвратить ФИО23 из федерального бюджета 5 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 25.06.2025 № 443585676334.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку публичного акционерного общества «Сбербанк России» от 04.04.2025.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий Л.Ф. Шумилова

Судьи К.А. Кузнецов

ФИО1