Постановление от 22 мая 2020 г. по делу № А51-25884/2017

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-25884/2017
г. Владивосток
22 мая 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей К.П. Засорина, Е.Н. Номоконовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Домоцентр» ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-1236/2020

на определение от 30.01.2020

судьи Р.Ш. Ярмухаметова

по делу № А51-25884/2017 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Домоцентр» ФИО2

о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 13.01.2017, заключенного в отношении бортового грузовика HINO 300 (регистрационный номер Xo26МН125rus), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника указанного автомобиля,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ДНС РИТЕЙЛ» о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Домоцентр» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации – 18.03.2011, место нахождения: <...>),

при участии:

конкурсный управляющий закрытого акционерного общества «Домоцентр» ФИО2 (паспорт, решение Арбитражного суда Приморского края от 28.11.2018);

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ДНС Приморье» (далее – ООО «ДНС Приморье», заявитель по делу) 27.10.2017 обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании закрытого акционерного общества «Домоцентр» (далее – ЗАО «Домоцентр», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 30.10.2017 заявление ООО «ДНС Приморье» принято к производству, возбуждено производство по делу № А51-25884/2017 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Домоцентр».

Определением Арбитражного суда Приморского края от 04.05.2018 произведена замена ООО «ДНС Приморье» на его процессуального правопреемника – ООО «ДНС РИТЕЙЛ», в отношении ЗАО «Домоцентр» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы на сайте «Коммерсант.ru» 11.05.2018 № 77032608450, в печатном издании газеты «Коммерсантъ» № 80 от 12.05.2018.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 28.11.2018 ЗАО «Домоцентр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Сведения об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликованы на сайте «Коммерсант.ru» № 227 от 08.12.2018.

В рамках дела о банкротстве ЗАО «Домоцентр» конкурсный управляющий ФИО2 26.07.2019 обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 13.01.2017, заключенного в отношении бортового грузовика HINO 300 (регистрационный номер Xo26МН125 rus), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника указанного автомобиля.

В ходе рассмотрения обоснованности заявленных требований к участию в рассмотрении обособленного спора привлечены ФИО3, ФИО4

Определением Арбитражного суда Приморского края от 30.01.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ЗАО «Домоцентр» ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новый судебный акт о признании оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 21.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), а также статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду наличия в совокупности следующих условий. Как указал апеллянт, сделка совершена сторонами в пределах годичного срока до поступления в суд заявления о банкротстве ЗАО «Домоцентр»; договор подписан неуполномоченным лицом – ФИО3; сделка совершена в условиях наложенного судебными приставами запрета на перерегистрацию передаваемого по сделке транспортного средства; у покупателя – ФИО5 отсутствовали денежные средства в необходимой сумме для их передачи продавцу – должнику в качестве оплаты грузовика по договору купли-продажи от 13.01.2017; доказательства оплаты транспортного средства и поступления денежных средств на расчетный счет либо в кассу должника не представлены. При этом положенные в основу заявленного требования обстоятельства, по мнению подателя жалобы, указывают о совершении оспариваемой сделки сторонами с злоупотреблением правом, однако, судом не предприняты действия по проверке действий сторон сделки применительно к положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ЗАО «Домоцентр» ФИО2 принята к производству, ее рассмотрение назначено на 01.04.2020. Определениями от 23.03.2020, от 13.04.2020 дата судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы изменена на 19.05.2020.

В канцелярию суда от конкурсного управляющего ЗАО «Домоцентр» ФИО2 в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе, которые приобщены к материалам дела. В тексте пояснений конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», правовую позицию Арбитражного суда Дальневосточного округа, изложенную в постановлениях от 06.07.2018 по делу № А51-22598/2018, от 16.10.2017 по делу № А51-23383/2016, Указания Центрального Банка Российской Федерации от 11.03.2014 № 3210-У, от 07.10.2013 № 3073-У, указал на отсутствие доказательств проведения расчетов между сторонами по договору купли-продажи от 13.01.2017.

В канцелярию суда от ФИО5 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором ответчик просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. Также в тексте отзыва ФИО5 заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции 19.05.2020 судом рассмотрено заявленное ФИО5 ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие и на основании статей 156, 159, 184, 185, 258 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворено.

Конкурсный управляющий ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, с учетом поступивших пояснений к ней, в полном объеме. Обжалуемое определение суда первой инстанции считал незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений к ней и отзыва на жалобу, заслушав пояснения представителя лица, участвующего в деле, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, заявления конкурсного управляющего, 13.01.2017 между ЗАО «Домоцентр» (продавец) в лице ФИО3, действующего на основании доверенности, и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства HINO 300 (регистрационный номер Xo26МН125 rus), по условиям которого ЗАО «Домоцентр» продал грузовик, а ФИО5 принял данный автомобиль и уплатил продавцу его стоимость в размере 1 700 000 рублей в момент подписания договора.

Полагая, что указанная сделка обладают признаками подозрительности, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку совершена в течение трех лет до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве в целях причинения имущественного вреда кредиторам, конкурсный управляющий ЗАО «Домоцентр» Моисеенко Г.П. обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 3 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе, в частности, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В пункте 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой (пункт 3 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка должника – договор купли-продажи совершена 13.01.2017, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (30.10.2017) и в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенными в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В силу статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Статья 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. В целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Все доводы конкурсного управляющего сводятся к безденежности совершенной между должником и ФИО5 сделки – договора купли-продажи от 13.01.2017, подписание оспариваемого договора неуполномоченным лицом – ФИО3

Апелляционным судом установлено, что оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 13.01.2017 со стороны продавца - ЗАО «Домоцентр» подписан ФИО3, действующим на основании доверенности 25 АА № 1635741 от 15.09.2015, удостоверенной нотариусом г. Владивостока Приморского края ФИО6, имеется оттиск печати общества. В тексте договора содержится отметка ЗАО «Домоцентр» о получении от покупателя денежных средств в размере 1 700 000 рублей в счет оплаты стоимости транспортного средства.

На совершение указанного действия (подписание договоров, использование печати общества) от лица генерального директора ЗАО «Домоцентр» Титовой ФИО7 Ф.С. уполномочен нотариально удостоверенной доверенностью 25 АА № 1635741, выданной 15.09.2015 сроком действия на 3 года (том 1, л.д. 65-66).

Таким образом, ФИО3 надлежаще уполномочен должником - ЗАО «Домоцентр» на совершение сделки от лица общества, подписание договора, подпись ФИО3 удостоверена печатью общества.

Согласно пункту 2 статьи 1, статьям 8, 9, 153 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, в том числе посредством заключения договоров (сделок), из которых возникают гражданские права и обязанности. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами.

В силу статьи 402 Гражданского кодекса Российской Федерации действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника.

Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (пункт 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из буквального толкования данной нормы, полномочия на подписание договора купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 13.01.2017 и документов, подтверждающих факт получения денежных средств, могут подтверждаться не только выданной представителю доверенностью, но и явствовать из обстановки, в которой действует представитель, в частности, из наличия у него доступа к печати представляемого лица и нахождения его на рабочем месте, что не противоречит положениям статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», действия работников представляемого по исполнению обязательства, если полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали, могут свидетельствовать об одобрении сделки представителем без полномочий или с превышением таковых (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этой связи апелляционный суд, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи от 13.01.2017 со стороны ЗАО «Домоцентр» подписан уполномоченным лицом – ФИО3 с проставлением оттиска печати общества и его полномочия в силу пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации явствовали для ЗАО «Домоцентр» из обстановки.

Оснований полагать, что ФИО3, подписывая первичный документ, действовал в интересах иных лиц, апелляционным судом не установлено. Доказательства хищения печати ЗАО «Домоцентр», ее неправомерного использования третьими лицами, а также досрочного отзыва нотариально доверенности до истечения ее срока конкурсным управляющим не представлено.

В подтверждение доводов о наличии у сторон оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, фактическом причинение такого вреда, конкурсный управляющий указал на безденежный характер сделки, поскольку денежные средства в размере 1 700 000 рублей, подлежащие по условиям договора купли-продажи от 13.01.2017 передаче продавцом в пользу покупателя в счет отплаты стоимости транспортного средства, на расчетный счет либо в кассу должника не поступали.

Вместе с тем, ссылаясь на безденежный характер сделки, ее совершение в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны покупателя – ФИО5, конкурсный управляющий, будучи профессиональным участником дела о банкротстве, имеющий доступ к предприятию и его документации, а также к информации о движении денежных средств по расчетному счету должника не представил доказательства (кассовые книги ЗАО «Домоцентр», выписки по счету) достоверно подтверждающие неполучение должником денежных средств от реализации транспортного средства, их расходование на нужды общества.

При оценке наличия у сторон сделок, выступающих как продавцами, так и покупателями, финансовой возможности, позволяющей приобрести дорогостоящее имущество, апелляционный суд руководствуется правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в абзаце 3 пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которой при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Изложенная правовая позиция по аналогии может быть применена и при оценке обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

В подтверждение фактического наличия соответствующей финансовой возможности ФИО5, выступающим покупателем по договору купли-продажи от 13.01.2017, представлены: выписка из лицевого счета по вкладу, открытому в ПАО «Сбербанк России», за период с 01.12.2016 по 31.12.2016, согласно которой вкладчику принадлежали денежные средства в сумме 1 393 717 рулей 25 копеек и были выданы со вклада 31.12.2016; справка Банка ВТБ (ПАО) от 23.10.2019, содержащая сведения об остатке денежных средств по счетам клиента по состоянию на 30.12.2016 в сумме 1 273 962 рублей 50 копеек. Также ответчиком представлена справка о доходах супруги – ФИО8 за 2016 год.

Таким образом, на момент приобретения транспортного средства ФИО5 являлся платежеспособным, в связи с чем подлежат отклонению доводы конкурсного управляющего об обратном. В то же время, заявляя о порочности учиненных в оспариваемых договорах расписках об оплате стоимости полученного по сделке автомобиля, конкурсный управляющий соответствующих доказательств не представил, о фальсификации в суде первой инстанции не заявил.

Нарушение должником правил бухгалтерского учета о составлении приходных кассовых ордеров при принятии денежных средств от физических лиц, само по себе не свидетельствует о том, что денежные средства не передавались покупателем уполномоченному лицу.

Доводы конкурсного управляющего о наличии у сторон оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также сам факт причинения такого вреда, опровергаются доказательствами возмездного характера сделки. Оспариваемый договор купли-продажи от 13.01.2017 не являлся безвозмездной сделкой, транспортное средство фактически реализовано должником по рыночной цене, исходя из определенной независимым оценщиком ООО «Краевой центр оценки» в Отчете № 265 (том 1, л.д. 71-94) стоимости транспортного средства на дату его продажи (1 700 000 рублей), в счет оплаты стоимости транспортного средства должником получены денежные средства в размере 1 700 000 рублей, о чем в тексте договора содержится соответствующая отметка.

Доказательства контроля ответчика над деятельностью должника и заинтересованность ответчика по отношению к должнику не доказаны.

С учетом изложенного, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что совершение оспариваемой сделки было направлено на причинение имущественного вреда кредиторам. Рассматриваемая сделка по своей правовой природе является возмездной и не привела к уменьшению конкурсной массы должника, не нарушила имущественные права кредиторов.

При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые основания для признания оспариваемой сделки – договора купли-продажи от 13.01.2017 недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В тексте апелляционный жалобы конкурсным управляющим заявлен довод о том, что суду первой инстанции в рамках рассмотрения обособленного спора, исходя из предмета заявленных требований, надлежало дать самостоятельную квалификацию правоотношениям сторон, осуществить проверку договора купли-продажи от 13.01.2017 в порядке, предусмотренном статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, исходя из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Однако, в материалах настоящего спора отсутствуют доказательства заключения договора купли-продажи от 13.01.2017 в результате сговора его сторон с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий, квалифицируя сделку по отчуждению имущества, как совершенную в условиях неплатежеспособности должника с целью причинения имущественного вреда кредиторам, не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Заявляя требование о признании оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) в связи с ее совершением с злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) в целях причинения имущественного вреда кредиторам, конкурсный управляющий привел доводы, аналогичные доводам, положенным в основание требования о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом, правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Для применения же статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Ввиду изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания договора купли-продажи от 13.01.2017 недействительной (ничтожной) сделкой по правилам статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенного с злоупотреблением правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в пункте 86 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25), следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации или специальными законами.

Пленум ВС РФ в пункте 88 Постановления от 23.06.2015 № 25 указал, что применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Например, если судом будет установлено, что участник общества с ограниченной ответственностью заключил договор дарения части принадлежащей ему доли в уставном капитале общества третьему лицу с целью дальнейшей продажи оставшейся части доли в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли, договор дарения и последующая купля-продажа части доли могут быть квалифицированы как единый договор купли-продажи, совершенный с нарушением названных правил. Соответственно, иной участник общества вправе потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 2 статьи 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 18 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 по делу № А40-125977/2013).

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материалами дела установлено, что оспариваемый договор купли-продажи от 13.01.2017 исполнен как в части передачи продавцом автомобиля покупателю, так и в части передачи покупателем причитающихся за автомобиль денежных средств продавцу. Соответственно, с момента совершения сделки право собственности на транспортное средство в соответствии с требованиями гражданского законодательства перешло к ФИО5

Представленный в материалы дела договор финансовой аренды № 31980-ФЛ/ВЛ-14 от 05.06.2014, вопреки доводам конкурсного управляющего не свидетельствует о том, что должник в настоящее время продолжает распоряжаться спорным автомобилем. Указанный договор финансовой аренды на спорный автомобиль предшествовал договору купли-продажи.

Как разъяснено в пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

Таким образом, в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о мнимом характере оспариваемой сделки, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для вывода о том, что действительная воля сторон при совершении сделки не была направлена на возникновение вытекающих из договора купли-продажи соответствующих ему правовых последствий, либо о том, что эта сделка прикрывала иную волю участников.

Поскольку в признании сделки должника недействительными отказано, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для применения последствий ее недействительности в порядке пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ЗАО «Домоцентр» ФИО2 проверены и отклонены как не имеющие правового значения и не влияющие на правильность принятого судебного акта, поскольку не основаны на законе и направлены на переоценку доказательств, положенных в основу обжалуемого судебного акта.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу пункта 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), – 3 000 рублей.

Поскольку апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, а заявителю при ее подаче государственная пошлина не уплачена, с должника – ЗАО «Домоцентр» в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 30.01.2020 по делу № А51-25884/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Домоцентр» в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

А.В. Ветошкевич

Судьи

К.П. Засорин

Е.Н. Номоконова