Решение от 8 апреля 2024 г. по делу № А79-4649/2023

8




АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/







Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-4649/2023
г. Чебоксары
08 апреля 2024 года
Резолютивная часть определения объявлена 25 марта 2024 года. Полный текст определения изготовлен 08 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии в составе судьи Максимовой М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2 (г. Чебоксары),

к ФИО3,

(г. Чебоксары, ИНН <***>),

и ФИО4,

(Нижегородская область, г. Бор, ИНН <***>),

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 715 371 руб. 78 коп.,

в отсутствие сторон,



установил:

ФИО2 (далее – истец) обратилась в суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО3 и ФИО4 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (ранее – ООО «Благодать») и общества с ограниченной ответственностью «Благодать» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и взыскании 817 970 руб. 78 коп. ущерба, из которых: 720 000 руб. долга, 75 548 руб. 30 коп. процентов и 22 422 руб. 48 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Определением Московского районного суда от 24.04.2023 по делу № 2-297/2023 указанный спор передан на рассмотрение в Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии.

Определением суда от 22.11.2023 выделено в отдельное производство требование ФИО2 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Благодать» (ИНН <***>) вследствие неисполнения договора от 20.05.2020 № 01 и взыскании 91 332 руб. ущерба.

Требование мотивировано неисполнением ответчиками обязательств по погашению задолженности Общества перед ФИО2 в части возврата займа, предоставленного истцом Обществу «Альянс» (ранее – ООО «Благодать») по договорам займа от 15.11.2018 № 1, от 15.05.2019 № 1, от 13.08.2019 № 1, от 15.08.2019 № 1 и от 25.10.2019 № 1 на общую сумму 630 000 руб., а также, что 29.10.2021 ООО «Альянс» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, а ответчики, являвшиеся единственными участниками Общества уклонились от возврата денежных средств.

Стороны, будучи надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили.

Ранее, в ходе рассмотрения дела в судебном заседании представитель истца требование поддержал по ранее изложенным основаниям, указывая, что поскольку участниками ООО «Благодать» (ИНН <***>) являлись ФИО4 с долей участия 90 % и ФИО3 с долей участий в размере 10 %, его директором – ФИО4; единственным участником ООО «Альянс» (ИНН <***>) и его руководителем являлась ФИО3, истец на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности и взыскать ущерб. В возражениях от 19.03.2024 на отзывы ответчиков, указала, что с декабря 2008 по 2021 годы ФИО4 и ФИО3 являлись учредителями и руководителями аффилированных друг с другом организаций, создали множество фирм-однодневок, в которых выполняли управленческие функции, под предлогом выплаты процентов в размере от 4 % до 40 %, бывшие сотрудники фирм получали денежные средства от физических лиц, и в последующем передавали ответчикам, используя для привлечения рекламу.

Ответчики ФИО3 и ФИО4, в ходе рассмотрения дела, требования не признали по основаниям, изложенным в отзыве от 22.11.2023 и дополнительным пояснениям к нему от 11.01.2024, дали аналогичные друг другу пояснения, указав, что не обладают информацией о том, кто от имени Общества заключил спорные договоры, денежных средств от истца никогда не получали, подписи не ставили, менеджера ФИО5, указанную в договорах займа, на работу не принимали, и она им не знакома, сотрудников в Обществе не имелось, а также, что в удовлетворении требований необходимо отказать, поскольку истец не является на судебные разбирательства, позицию по спору не доказывает, просят оставить иск без рассмотрения. Указали, что ФИО4 отношения к Обществу «Альянс» (ИНН <***>) не имеет, участником и руководителем никогда не являлся. Дополнительно пояснили, что ответчик ФИО6 не могла бы даже и уплатить денежные средства, поскольку ее отстранили от должности и наложили арест на все имущество и счета. Заявили ходатайство о проведении по делу экономической экспертизы.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

ООО «Благодать» (ИНН <***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 11.07.2014. Участниками общества являлись ФИО4, владевший 90 % доли уставного капитала, и ФИО3, владевшая 10 % доли уставного капитала. Директором общества являлся ФИО4

21 апреля 2018 года единственный участник ФИО3 приняла решение № 1 о создании ООО «Благодать» (ИНН <***>), обязанности единоличного исполнительного органа (директора) возложила на себя.

28 апреля 2018 года в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о создании ООО «Благодать».

ФИО2 (займодавец) и ООО «Благодать» (ИНН <***>) (заемщик) заключили инвестиционный договор от 15.11.2018 № 01, по условиям которого займодавец предоставил заем заемщику в размере 100 000 руб. на срок 36 месяцев, а заемщик обязался возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, установленные договором

Пунктом 5.3 договора установлено, что по его окончании, т.е., 15.11.2021, начисляется общая сумма в размере 250 000 руб.

13 августа 2019 года между истцом (займодавец) и ООО «Благодать» (ИНН <***>) заключен договор № 01, согласно которому Обществу был предоставлен займ в размере 110 000 руб. на срок 60 месяцев под 40 % годовых.

Также, между этими же сторонами на аналогичных условиях заключены инвестиционные договоры от 15.05.2019 № 01 по условиям которого, Обществу был предоставлен займ в размере 117 000 руб. на срок 36 месяцев; два договора от 15.08.2019 № 01 на сумму в размере 100 000 руб. на срок 12 месяцев, под 36 % годовых и на сумму 160 000 руб. на срок 60 месяцев под 40 % годовых, соответственно, а также от 25.10.2019 на сумму 43 000 руб. под 36 % годовых на срок 12 месяцев.

Исполнение обязательств займодавца по передаче денежных средств заемщику в указанных размерах подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, представленным в материалы дела, даты выдачи которых соответствуют датам заключения договоров.

13 февраля 2020 года ФИО3 принято решение об изменении фирменного наименования юридического лица (ИНН <***>) на ООО «Альянс». Соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ 26.02.2020.

Заочным решением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 25.01.2021 по делу № 2-958/2021 с ООО «Альянс» в пользу ФИО2 взыскано:

- по инвестиционному договору от 15.11.2018 № 01 сумму займа в размере 100 000 руб., проценты по договору за период с 15 ноября 2018 года по 16 ноября 2020 года в размере 6 000 руб.;

- по договору от 13.08.2019 № 01 сумму займа в размере 110 000 руб., проценты по договору за период с 13 августа 2019 года по 16 ноября 2020 года в размере 4 164 руб. 5 коп.;

- по инвестиционному договору от 15.05.2019 № 01 сумму займа в размере 117 000 руб., проценты по договору за период с 15 мая 2019 года по 16 ноября 2020 года в размере 5 289 руб. 1 коп.;

- по договору от 15.08.2019 № 01 сумму займа в размере 160 000 руб., проценты по договору за период с 15 августа 2020 года по 16 ноября 2020 года в размере 37 121 руб. 6 коп.;

- по договору от 15.08.2019 № 01 сумму займа в размере 100 000 руб., проценты по договору за период с 15 августа 2020 года по 16 ноября 2020 года в размере 6 049 руб. 3 коп.;

- по договору от 25.10.2019 № 01 сумму займа в размере 43 000 руб., проценты по договору за период с 26 октября 2020 года по 16 ноября 2020 года в размере 15 591 руб. 8 коп.,а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 155 руб. 48 коп.

По делу выдан исполнительный лист серии ФС № 019775226 от 25.03.2021.

На основании вступившего в законную силу судебного акта, ведущим судебным приставом-исполнителем Межрайонного отделения судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП по ЧР возбуждено исполнительное производство от 01.04.2021 № 64109/21/21002-ИП.

Актом от 23.07.2021 о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный документ возвращается взыскателю установлено, что у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, на основании чего, 23.07.2021 исполнительное производство окончено в силу п. 4 ч. 1 ст. 46 Закона «Об исполнительном производстве».

29 октября 2021 года Инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Чебоксары в отношении ООО «Благодать» (ИНН <***>) внесена в ЕГРЮЛ запись о прекращении юридического лица, как недействующего.

31 января 2022 года ООО «Благодать» (ИНН <***>) исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Ввиду неисполнения Обществами решения Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 25.01.2021 по гражданскому делу № 2-958/2021, со ссылкой причинения ущерба вследствие недобросовестных и неразумных действий, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ИНН <***>) (ранее – ООО «Благодать») и общества с ограниченной ответственностью «Благодать» (ИНН <***>).

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Согласно статье 808 Кодекса, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из материалов дела следует, что договоры займа и квитанции о приеме денежных средств от имени Общества подписаны финансовыми менеджерами и скреплены оттисками печати юридического лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Кодекса, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пункте 1 статьи 182 Кодекса указано, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

В пункте 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что действия работников представляемого по исполнению обязательства исходя из конкретных обстоятельств дела могут свидетельствовать об одобрении при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Кодекса), в частности, из наличия у него доступа к печати представляемого лица и нахождения его на рабочем месте.

Предоставив финансовому менеджеру доступ к оттиску печати, выдав ему доверенность, общество подтвердило наличие у него полномочий на представление интересов юридического лица, в том числе на совершение сделок и получение денежных средств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд полагает доказанным получение обществом денежных средств по спорным договорам займа.

На основании пункта 1 статьи 810 Кодекса заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Срок возврата займа, предусмотренный договорами, наступил.

Доказательства исполнения Обществами обязательств материалы дела не содержат.

Поскольку вследствие исключения юридического лица обязательства у ООО «Альянс», ООО «Благодать» прекратились (статья 419 Кодекса), истец просит привлечь ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО), исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Кодекса лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Предусмотренная Законом об ООО субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

Для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 Кодекса, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-8671).

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО «Благодать» (ИНН <***>, ИНН <***>) являлось предоставление прочих финансовых услуг, кроме услуг по страхованию и пенсионному обеспечению, не включенных в другие группировки.

Как следует из представленных в материалы дела договоров, займодавец предоставил Обществу в займы денежные средства под проценты.

Подавляющее большинство требований к ответчику основано на договорах займа, по условиям которых ответчик привлекал денежные средства граждан с условием их возврата, но не ранее определённого срока с обязательством выплаты от 20 до 40 процентов годовых от суммы заемных средств.

Указанная деятельность должника носила системный характер.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств ведения должником какой-либо хозяйственной деятельности, дающей ему возможность возврата привлечённых денежных средств.

Вместе с тем, согласно статье 835 Кодекса право на привлечение денежных средств во вклады имеют банки, которым такое право предоставлено в соответствии с разрешением (лицензией), выданным в порядке, установленном в соответствии с законом.

Статьей 1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» установлено, что банк – это кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять в совокупности следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц.

Сведения о кредитных организациях и не кредитных финансовых организациях, поднадзорных Банку России, содержатся в Книге государственной регистрации кредитных организаций и государственных реестрах микрофинансовых организаций, кредитных потребительских кооперативов, а также ломбардов, размещенных в свободном доступе на официальном сайте Банка России в информационно-коммуникационной сети "Интернет" (www.cbr.ru).

Однако, Общества «Благодать» (ИНН <***>, ИНН <***>) кредитной или не кредитной финансовой организацией не являлись, сведения о них не содержатся в соответствующих реестрах и в Книге государственной регистрации кредитных организаций, следовательно, ему не было предоставлено право на привлечение денежных средств граждан.

Между тем, в ходе судебного разбирательства ответчики сведения о том, что об Обществах содержатся сведения в соответствующих реестрах и в Книге государственной регистрации кредитных организаций, в материалы дела не представили.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Как следует из материалов дела, истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением Обществами (основным должником) обязательств перед ним, а также доказательства исключения названных Обществ из Единого государственного реестра юридических лиц, следовательно, на контролировавшее лицо, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возлагается обязанность представить доказательства того, что им совершены все необходимые действия, направленные на погашение задолженности перед кредитором, и невозможность исполнения судебного акта не вызвана его неразумными и недобросовестными действиями.

Доказательств принятия ФИО3 и ФИО4 попыток погашения задолженности перед истцом на протяжении длительного времени; свидетельствующих о невозможности удовлетворения требований истца ввиду недостаточности имущества и иных не зависящих от ответчика обстоятельств, в материалы дела не представлено.

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности по состоянию на 31.12.2018, Общества активов не имели, за 2019, 2020 годы бухгалтерскую отчетность ООО «Альянс» не сдавали.

Отсутствие имущества у должников и прекращение ведения ими хозяйственной деятельности лишило независимого кредитора возможности получить удовлетворение за счет имущества, полученного в процессе хозяйственной деятельности.

Располагая сведениями о наличии непогашенной кредиторской задолженности, добросовестный директор обязан предпринять все необходимые меры с целью удовлетворения требования кредитора.

Между тем, несмотря на эти обстоятельства, Общества продолжили привлекать заемные средства на протяжении всего периода до исключения Общества из ЕГРЮЛ.

Спорные Общества принимали на себя обязательства, заведомо зная о том, что исполнить их не смогут, не имели оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств, являлись заведомо неплатёжеспособными.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО3 и ФИО4 в спорных отношениях действовали без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долга, не намереваясь исполнять обязательства контролируемых ими юридических лиц, создали ситуацию, при которой деятельность последних прекращена в административном порядке, а взыскание задолженности в пользу истца стало невозможным.

В связи с изложенным, суд исходит из того, что именно указанные лица определяли данную деятельность, контролировали её, обеспечивая неизменность функционирования системы получения Обществами денежных средств, что вело к постоянному увеличению объёма принятых на себя обязательств и ухудшению обеспеченности имущественных интересов кредиторов должника.

ФИО3 и ФИО4 являлись контролирующими лицами Обществ, которые имели право давать обязательные для Общества указания и возможность иным образом определять его действия.

Доказательств, свидетельствующих о том, что их поведение как контролирующих лиц Общества было разумным и добросовестным, в материалы дела, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Решение о ликвидации должника (статья 61 Кодекса) ответчиками не принималось, дело о несостоятельности (банкротстве), в том числе, по заявлению должника, не возбуждалось.

Неосуществление ответчиками ликвидации Общества при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов перед кредиторами, свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующими его лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве Общества.

Отсутствие имущества у должников и прекращение ведения ими хозяйственной деятельности, свидетельствует о неразумном и недобросовестном поведении руководителей. Располагая сведениями о наличии непогашенной кредиторской задолженности, добросовестный директор обязан предпринять все необходимые меры с целью удовлетворения требования кредитора.

В силу правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью в связи с жалобой гражданки ФИО7» (далее - Постановление № 20-П), суд исходит из того, что ФИО3 и ФИО4, как единственные участники Общества, действуя разумно и добросовестно, не могли не знать о необходимости представления документов в уполномоченные органы, что свидетельствует о недобросовестном поведении ответчиков, которое фактически повлекло исключение юридических лиц из ЕГРЮЛ, лишив истца возможности взыскать задолженность в рамках исполнительного производства.

Поведение ФИО3 и ФИО4, которые на момент исключения должника из ЕГРЮЛ являлись руководителями и единственными участниками Обществ и имели фактическую возможность определять его действия, свидетельствует о недобросовестности, поскольку не отвечают интересам юридического лица.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование займом.

Так, вступившим в законную силу заочным решением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 25.01.2021 по делу № 2-958/2021 взысканы проценты за пользование займом в рамках спорных договоров на сумму 74 216 руб. 30 коп.

Согласно пункту 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Доводы ФИО3, приведенные в возражениях на исковое заявление, арбитражный суд не принимает в силу следующего.

Договоры займа и квитанции на получение денежных средств подписаны финансовыми менеджерами, скреплены оттисками печатей юридического лица.

В пункте 1 статьи 182 Кодекса указано, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Следовательно, предоставив финансовому менеджеру доступ к оттиску печати, выдав ему доверенность, Общество подтвердило наличие у него полномочий на представление интересов юридического лица, в том числе на совершение сделок.

В рассматриваемом случае полномочия представителей (финансовых менеджеров) явствовали из обстановки, следовательно, отсутствие письменных доверенностей в настоящем случае не имеет для суда правового значения.

Утверждение ответчиков о том, что денежные средства от ФИО2 они не получали, несостоятельно, поскольку факт передачи денежных средств в Общества подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам и установлен вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции.

Суд также критически относится к доводам ответчиков об отсутствии возможности сдавать отчетность по причине избрания в отношении ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Действительно, в рамках расследования уголовного дела, ФИО3 22.06.2020 задержана, с 23.06.2020 по 21.06.2021 в отношении нее избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, с 22.06.2021 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Однако, сдача отчетности в отношении Обществ прекращена с 2019 года.

Ссылаясь на наложенные ограничения, доказательств, подтверждающих обращение за разрешением посетить налоговый орган либо обратиться туда с использованием средств связи с целью сдачи налоговой отчетности, ФИО3 суду не представила.

Суд также не может согласиться с утверждением об отсутствии возможности предотвратить ликвидацию юридического лица.

Из материалов дела следует, что хозяйственную деятельность Общество прекратило с 2019 года. Уголовное дело № 12001970019000113 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, возбуждено 05.06.2020.

Как установлено материалами дела, мера пресечения в виде в виде домашнего ареста отменена 21.06.2021, запись об исключении ООО «Альянс» из реестра, регистрирующим органом внесена 29.10.2021.

Ввиду чего, располагая достаточным временем для принятия всех необходимых мер, направленных на предотвращение ликвидации юридического лица, с жалобой на решение налогового органа ФИО3 обратилась лишь 15.06.2022.

Отсутствие со стороны истца возражений против исключения общества из реестра, само по себе основанием для освобождения контролирующего лица от субсидиарной ответственности не является.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков.

На основании изложенного, арбитражный суд исковые требования полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению в заявленном размере.

Рассмотрев ходатайство ответчиков о проведении по делу экспертизы, суд также не нашел оснований для его удовлетворения.

В силу положений статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу. Арбитражный суд не принимает поступившие в суд документы, содержащие ходатайства о поддержке лиц, участвующих в деле, или оценку их деятельности, иные документы, не имеющие отношения к установлению обстоятельств по рассматриваемому делу, и отказывает в приобщении их к материалам дела.

Суд, проверив обоснованность заявленного ответчиком ходатайства о проведении по делу экономической экспертизы, с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, поскольку обязанность по определению круга обстоятельств, подлежащих установлению для правильного рассмотрения спора (предмета доказывания), возложена на суд, при этом, учитывая круг обстоятельств, подлежащих установлению и признаваемых значимыми в целях разрешения настоящего спора, не установил оснований для удовлетворения ходатайства о проведении по делу экономической экспертизы.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины суд относит на ответчиков пропорционально доле их участия и удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 150, 151, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

в удовлетворении ходатайства ответчика о проведении по делу экспертизы отказать.

Иск удовлетворить.

Привлечь ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ИНН <***>) и общества с ограниченной ответственностью «Благодать» (ИНН <***> и ИНН <***>).

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 607 691 (Шестьсот семь тысяч шестьсот девяносто один) руб. 78 коп. ущерба.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО2 107 680 (Сто семь тысяч шестьсот восемьдесят) руб. ущерба.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 15 154 (Пятнадцать тысяч сто пятьдесят четыре) руб. государственной пошлины.

Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в доход федерального бюджета 4 230 (Четыре тысячи двести тридцать) руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.


Судья

М.А. Максимова