Постановление от 31 марта 2025 г. по делу № А24-237/2022

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-237/2022
г. Владивосток
01 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 апреля 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей К.П. Засорина, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола до и после перерыва секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-7164/2024

на определение от 30.10.2024

судьи Э.Ю. Ферофонтовой

по делу № А24-237/2022 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению конкурсного ФИО1

к Савитских Ольге Михайловне

о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки,

третьи лица: «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (акционерное общество), ФИО3,

в рамках дела по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Камчатскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>)  о признании общества с ограниченной ответственностью «Колбасный двор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

при участии (до и после перерыва):

лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

в арбитражный суд 26.01.2022 поступило заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Камчатскому краю о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Колбасный двор» (далее – должник, ООО «Колбасный двор»).

Определением суда от 07.02.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 29.06.2022 (дата объявления резолютивной части 22.06.2022) в отношении ООО «Колбасный двор» введена процедура наблюдения сроком на три месяца. Временным управляющим должником утверждена арбитражный управляющий ФИО1.

Решением суда от 23.09.2022 (дата объявления резолютивной части) ООО «Колбасный двор» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на три месяца.

Определением суда от 23.09.2022 (дата объявления резолютивной части) конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, апеллянт, заявитель).

В рамках настоящего дела 16.04.2024 нарочно в Арбитражный суд Камчатского края поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки - дополнительного соглашения от 08.12.2017 к договору денежного займа от 08.12.2017, заключенного между ООО «Колбасный двор» и ФИО2 (далее - ответчик), со ссылкой на пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением суда от 23.04.2024 указанное заявление принято к производству. К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (акционерное общество) (далее - АО «АТБ») и ФИО3.

10.06.2024 конкурсный управляющий направил в суд уточнения, в которых уточнил требования в части последствий недействительности сделки: просил восстановить задолженность ООО «Колбасный двор» перед ответчиком по договору денежного займа от 08.12.2017 на сумму 11 865 141,11 руб. Протокольным определением от 11.06.2024 уточнение принято.

04.09.2024 конкурсный управляющий представил суду дополнения к заявлению, в которых приведены ссылки на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), на статью 10 ГК РФ в отношении погашения кредита.

16.10.2024 конкурсный управляющий представил уточнение заявленных требований, согласно которому он просил признать недействительными платежи, произведенные должником за ответчика за период с апреля 2020 года по октябрь 2020 года на сумму 1 483 725,91 руб.

Протокольным определением от 16.10.2024 суд отказал в принятии данного уточнения.

Определением суда от 30.10.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятый судебным актом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и вынести по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы апеллянт указывает, что дополнительное соглашение к договору займа от 08.12.2017 сфальсифицировано (изготовлено в 2024 году, а не в 2017 году). Стороны в 2017 году такого соглашения не заключали, следовательно, у ответчика имеется право взыскания по договору займа в установленном законом порядке. Для определения даты изготовления документа необходимо экспертное заключение, судебная экспертиза не назначалась. Основным заемщиком (ФИО2) в период действия потребительского кредита произведено гашение кредита лично на сумму более 800 000 руб., однако, она никаких мер по взысканию данной задолженности с ООО «Колбасный двор» не предпринимала. Неопровержимых доказательств, подтверждающих, что денежная сумма в размере 1 969 017,27 руб. поступила именно по договору займа от 07.12.2017, в материалах дела не имеется. То, что денежная сумма в размере 30 982,73 руб. поступила в кассу предприятия, является спорным. Кассовая книга за декабрь 2017 года не представлена, на счет данная денежная сумма не поступала. Третье лицо ФИО4 продолжает скрывать документацию предприятия. Суд первой инстанции неправомерно отказал в принятии заявленных уточнений. Заявителем положения статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не нарушены, был уточнен лишь предмет заявленных требований, основание - дополнительное соглашение к договору займа и произведенные платежи в счет погашения потребительского кредита не уточнялись, не измелись. Суд, предлагая конкурсному управляющему обратиться в суд с самостоятельным заявлением, достоверно знает, что подача данного заявления выходит за пределами сроков на оспаривание.

Определением апелляционного суда от 13.12.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 15.01.2025. Определениями апелляционного суда от 16.01.2025, 06.02.2025 срок оставления апелляционной жалобы без движения по причине неполного устранения нарушений, послуживших причиной для оставления апелляционной жалобы без движения, продлен до 05.02.2025, 19.02.2025. Определением апелляционного суда от 20.02.2025 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 18.03.2025.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, определил объявить перерыв в судебном заседании до 25.03.2025 до 11 часов 40 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

На основании определения председателя третьего судебного состава от 20.03.2025 произведена замена судьи, ввиду чего рассмотрение апелляционной жалобы начато с начала в порядке пункта 2 части 2 статьи 18 АПК РФ.

После перерыва судебное заседание продолжено 25.03.2025 в 11 часов 59 минут в составе председательствующего Т.В. Рева, судей К.П. Засорина, К.А. Сухецкой.

Лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что между ФИО2 (займодавец) и ООО «Колбасный двор» (заемщик) подписан договор денежного займа от 08.12.2017 (далее – Договор займа), по условиям которого займодавец передает заемщику заем на сумму 10 000 000 руб. сроком на три года под 19,5%.

Также между ФИО2 (займодавец по договору) и ООО «Колбасный двор» (заемщик по договору) подписано дополнительное соглашение от 08.12.2017 к Договору займа (далее – Дополнительное соглашение, оспоренная сделка), предусматривающее следующие дополнения и изменения в Договор займа.

Добавлен пункт 1.3, согласно которому займодавец предоставляет заемщику сумму займа, которую обязуется получить в качестве кредита в ПАО «АТБ», а заемщик обязуется выступить поручителем при оформлении кредитного договора займодавца. Кредитный договор займодавец обязуется обеспечить залогом имущества, принадлежащего займодавцу на праве собственности: нежилое здание «Цех производства колбасных изделий и полуфабрикатов», площадью 384,8 кв.м, с кадастровым номером 41:05:101072:172 и земельный участок с кадастровым номером 41:05:101072:58, площадью 2400 кв.м, разрешенное использование - под цех производства колбасных изделий и полуфабрикатов, расположенное по адресу: <...>. Заемщик обязуется выступить в качестве поручителя как гарантия исполнения денежных обязательств по договору;

Добавлен пункт 2.1.1, согласно которому займодавец обязуется предоставить сумму займа в следующем порядке:

-           денежная сумма в размере 8 000 000 руб. предоставляется заемщику 08.12.2017 путем внесения на счет последнего,

-           денежная сумма в размере 1 969 017,27 руб. предоставляется заемщику путем безналичного перечисления на счет последнего,

-           денежная сумма в размере 30 982,73 руб. предоставляется заемщику путем внесения в кассу последнего.

Добавлен пункт 2.3, согласно которому заемщик обязуется возвратить сумму займа и проценты в следующем порядке. Денежная сумма в размере 10 000 000 руб. с процентами подлежит возврату путем безналичного перечисления на счет ПАО «АТБ» согласно графику погашения кредита и процентов. Подтверждением исполнения денежных обязательств по договору являются платежные поручения с указанием в назначении платежа «погашение кредита по договору потребительского кредита № 2002/0019691 от 08.12.2017 г. за ФИО2».

08.12.2017 между ПАО «АТБ» (банк) и ФИО2 (заемщик) заключен договор «Потребительский кредит» № 2002/0019691 (далее – Кредитный договор), по условиям которого банк предоставляет заемщику кредит в размере 10 000 000 рублей, сроком возврата до 08.12.2020, под 19,5 % в год.

Также 08.12.2017 между ПАО «АТБ» (банк) и ФИО2 (залогодатель) заключен договор о залоге недвижимости (ипотеке) № 2002/0019691.1, по условиям которого в обеспечение обязательств по Кредитному договору, залогодатель передает в залог банку следующие объекты:

нежилое здание, 1-этажное, наименование: цех производства колбасных изделий и полуфабрикатов, общей площадью 384,8 кв.м, инвентарный номер 12087, литер А, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...>, кадастровый (или условный) номер 41:05:101072:172;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под цех производства колбасных изделий и полуфабрикатов, общею площадью 2400 кв.м, адрес (местонахождение) объекта: Россия, <...>, кадастровый (условный) номер 41:05:101072:58.

Помимо этого 08.12.2017 между ПАО «АТБ» (банк) и ООО «Колбасный двор» (поручитель) заключен договор поручительства № 2002/0019691.2, предметом которого является обязанность поручителя отвечать перед банком за исполнение ФИО2 обязательств перед банком, возникающих из Кредитного договора.

В последующем ФИО2 перечислила на счет должника по Договору займа денежные средства в размере 8 000 000 руб. согласно объявлению от 08.12.2017 № 42868, а также по платежному поручению от 09.01.2018 № 119526 перечислила на счет должника 1 969 017,27 руб. с указанием в назначении платежа «Перечисление денежных средств, для погашения по договору беспроцентного займа согл Договора денежного займа от 08.12.17 г.»  и в соответствии с квитанцией к приходному кассовому ордеру от 10.01.2018 внесла в кассу должника денежные средства в размере 30 982,73 руб. с указанием в основании на договор денежного займа от 08.12.2017 и дополнительное соглашение к договору от 08.12.2017.

Участвующими в деле лицами не оспаривается и подтверждается представленными в дело платежными поручениями со счета должника в период с 28.12.2017 по 05.10.2020 на счет ПАО «АТБ» ежемесячно перечислялись денежные средства с указанием в назначении платежа на погашение кредита и/или уплаты процентов по Кредитному договору за ФИО2

Ссылаясь на подложность Дополнительного соглашения (поскольку должник произвел выплаты на сумму меньшую, чем предусмотрено Кредитным договором, при этом ответчиком не предъявлены должнику требования о взыскании задолженности по Договору займа; дополнительным соглашением к Кредитному договору согласовано уменьшение процентной ставки, однако условия Дополнительного соглашения к Договору займа не предусматривают уменьшение процентной ставки  и уменьшение размера выплат по кредиту в случае заключения дополнительных соглашений), на наличие в платежном поручении от 09.01.2018 № 119526 в основании платежа ссылки на договор беспроцентного займа от 08.12.2017, на отражение в бухгалтерской отчетности должника задолженности ФИО2 в сумме почти 20 000 000 руб., конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о признании недействительным Дополнительного соглашения как притворной сделки на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, указав в представленных в дальнейшем дополнениях от 02.09.2024 также на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 ГК РФ в отношении погашения должником кредита за ФИО2

16.10.2024 конкурсный управляющий представил уточнение заявленных требований, согласно которому он просил признать недействительными платежи, произведенные должником за ответчика за период с апреля 2020 года по октябрь 2020 года на сумму 1 483 725,91 руб. в порядке пункта статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Одновременное изменение основания и предмета иска не допускается.

Под основанием иска понимаются фактические обстоятельства, на которых истец основывает свои требования к ответчику, под предметом иска - материально-правовое требование истца к ответчику (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 09.03.2016 по делу № 303-ЭС15-16010).

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Коллегией установлено, что в рассматриваемом случае требование о признании недействительными платежей, произведенных должником за ответчика за период с апреля 2020 года по октябрь 2020 года на сумму 1 483 725,91 руб., в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является новым, так как первоначально заявитель просил признать недействительным исключительно дополнительное соглашение от 08.12.2017 к договору денежного займа от 08.12.2017 на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, то есть, заявляя об оспаривании платежей на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим  изменено материально-правовое требование, приведены новые обстоятельства в обоснование требования о признании названных платежей недействительными (так, конкурсный управляющий в обоснование требования о признании платежей недействительными  сослался на следующие обстоятельства: в период осуществления платежей должник являлся неплатежеспособным, стороны являются аффилированными лицами, сделка подпадает под трехлетний период подозрительности. В свою очередь, в отношении дополнительного соглашения конкурсный управляющий не приводил доводов о том, что в указанную в нем дату должник отвечал признаками неплатежеспособности; основная часть доводов конкурсного управляющего, изложенная в первоначальном заявлении, сводится к тому, что дополнительное соглашение является подложным, условия кредитных обязательств ФИО2 не соответствуют суммам платежей должника за последнюю; обязательства должника, вытекающие из договора займа от 08.12.2017 не являются погашенными).

Таким образом, коллегия признает правомерным отказ суда первой инстанции в принятии уточнения требований от 16.10.2024 в порядке статьи 49 АПК РФ ввиду того, что в указанном уточнении конкурсный управляющий фактически заявил новые самостоятельные требования, которые имеют иные основание и предмет, отличные от первоначально заявленных требований.

Также суд первой инстанции отметил, что конкурсный управляющий не лишен возможности отдельно заявить указанные требования вне рамок настоящего обособленного спора. Довод апеллянта о том, что подача данного заявления выходит за пределы сроков на оспаривание, судом апелляционной инстанции не принимается, так как указанное не опровергает установленных выше обстоятельств, фактически данный довод направлен на обход установленных норм процессуального и материального права.

Отказывая в удовлетворении принятых к рассмотрению требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего: установленные по делу обстоятельства в своей совокупности подтверждают выполнение сторонами оспариваемого соглашения его условий, что исключает притворность такого соглашения; доказательства, свидетельствующих о том, что оспариваемая сделка (Дополнительное соглашение) совершена с целью прикрыть другую сделку или прикрывает иную волю сторон, ее совершение должником с целью причинения вреда кредиторам в деле отсутствуют; предусмотренные статьей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве основания для признания оспариваемой сделки недействительной отсутствуют. При этом судом отклонены доводы конкурсного управляющего о недостоверности (подложности) оспариваемого соглашения.

Коллегия апелляционного суда по существу заявленного конкурсным управляющим требования о признании недействительным Дополнительного соглашения пришла к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должником наделен правом на обращение в суд с исками, связанными с недействительностью сделок должника.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, доводов, приведенных в апелляционной жалобе заявителя,  Дополнительное соглашение оспорено со ссылкой на пункт 2 статьи 170 ГК РФ как притворная сделка, при этом фактически в обоснование данного требования указано исключительно на подложность (фальсификацию) названного документа, выразившуюся в изготовлении документа (датированного 08.12.2017) в иную дату – в 2024 году.

Соответствующее заявление о фальсификации доказательств – дополнительных соглашений от 08.12.2017 к договору денежного займа от 08.12.2017 (в двух редакциях), содержащее ходатайство о назначении судебной экспертизы в отношении данных соглашений, представлено конкурсным управляющим в суд первой инстанции 11.06.2024 (т. 1 л.д. 140).

Коллегия отмечает, что в дальнейшем заявитель представил в суд первой инстанции заявление о фальсификации доказательств с ходатайством о проведении экспертизы, в котором указал также на недостоверность проставленных в документах (дополнительных соглашениях от 08.12.2017 к договору денежного займа от 08.12.2017 в двух редакциях)  подписей от имени генерального директора должника ФИО3 Суд первой инстанции, рассмотрев заявление о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ, отказал в его удовлетворении, в том числе сославшись на письменные пояснения самого ФИО3, привлеченного к участию в настоящем обособленном споре, о подписании им лично Дополнительного соглашения (т. 2 л.д. 90). С учетом того, что лицом, от имени которого выполнена подпись на дополнительных соглашениях, подтверждено проставление своей подписи на документах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для назначения почерковедческой экспертизы. В данной части доводов о несогласии с выводом суда в апелляционной жалобе не приведено. Из доводов апелляционной жалобы усматривается, что позиция заявителя о подложности (фальсификации) Дополнительного соглашения основана на давности изготовления данного документа (в двух вариантах).

Вместе  с тем из материалов настоящего спора усматривается, что предъявление конкурсным управляющим требования о признании недействительным (ничтожным) Дополнительного соглашения в рамках настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника обусловлено тем, что данный документ был представлен ФИО2 как письменное доказательство в опровержение требований по делу № 2-509/2024, возбужденному Елизовским районным судом Камчатского края по исковому заявлению ООО «Колбасный двор» в лице конкурсного управляющего к ФИО2 о взыскании с ФИО2 как с заемщика по Кредитному договору суммы оплаченного за заемщика должником как поручителем долга и процентов за пользование чужими денежными средствами (отзыв ФИО2 от 12.02.2024, представленный в суд общей юрисдикции, т. 1 л.д. 79-81). Определением Елизовского районного суда Камчатского края от 08.05.2024 производство по гражданскому делу № 2-509/2024 приостановлено до вступления в законную силу итогового судебного акта по делу № А24-237/2024 по заявлению конкурсного управляющего о признания недействительной сделки - Дополнительного соглашения (т. 1 л.д. 87). Как следует из данного определения, 13.02.2024 ответчиком ФИО2 в материалы дела представлен письменный отзыв, согласно которому ООО «Колбасный двор» вносило денежные средства на счет ПАО «АТБ» не в рамках договора поручительства, а во исполнение Договора займа и Дополнительного соглашения, которые представлены ответчиком в материалы дела; указанное, по мнению ФИО2, влечет отказ в удовлетворении предъявленных к ней требований.

После представления ФИО2 в дело № 2-509/2024 указанных выше возражений, письменных доказательств, в том числе Договора займа, Дополнительного соглашения (в двух редакциях) конкурный управляющий обратилась в рамках дела о банкротстве должника 16.04.2024 с настоящим требованием, в обоснование которого (с учетом приведенных в заявлении об оспаривании сделки и в заявлении о фальсификации доказательства доводов) указала на изготовление оригинала Дополнительного соглашения (датированного 08.12.2017) в 2024 году. Как отмечает конкурсный управляющий в заявлении о фальсификации,  оспариваемый документ был представлен ФИО2 в Елизовский районный суд Камчатского края по гражданскому делу № 2-509/2024 в копии; после заявления истца о подложности дополнительного соглашения от 08.12.2017,  ФИО2 18.04.2024 представлена другая редакция документа с указанием на «составленное и подписанное в окончательном варианте», предыдущую редакцию копии документа просил исключить (т. 1 л.д. 140). В этом же заявлении о фальсификации конкурсный управляющий ссылается на то, что Дополнительное соглашение как документ, изготовленный в 2024 году, не может являться доказательством по делу (подразумевая дело № 2-509/2024, находящееся на рассмотрении суда общей юрисдикции, с учетом того, что  позиция конкурсного управляющего сводится к следующему: на момент заключения Договора займа от 08.12.2017 Дополнительное соглашение от 08.12.2017 не подписывалось и платежи, произведенные должником в целях погашения кредитных обязательств ответчика перед банком, осуществлены исключительно в рамках Договора поручительства (что позволяет требовать взыскания с ответчика как с заемщика в пользу поручителя, исполнившего за заемщика обязательства по Кредитному договору. Именно такое требование заявлено конкурсным управляющим  в деле № 2-509/2024), а не в счет исполнения обязательств по Договору займа и Дополнительному соглашению  к нему).

С учетом изложенного апелляционный суд пришел к выводу, что конкурсный управляющий, обратившись в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о признании недействительным Дополнительного соглашения в связи с его подложностью (фальсификацией), избрал ненадлежащий способ защиты права, так как, по существу, действия конкурсного управляющего направлены на нивелирование Дополнительного соглашения как доказательства по делу № 2-509/2024 (его исключение из числа доказательств по данному делу), что по убеждению апелляционного суда, с учетом позиции конкурсного управляющего, подлежит осуществлению посредством использования конкурсным управляющим процессуальных правовых институтов (а не материальных), а именно: посредством заявления в Елизовском районном суде Камчатского края ходатайства о фальсификации Дополнительного соглашения (в двух его вариантах) в целях исключения его как доказательства из материалов дела № 2-509/2024.

При этом само по себе изготовление  Дополнительного соглашения не в дату, которая на нем проставлена, на что сослался конкурсный управляющий в обоснование рассматриваемого требования об оспаривании сделки и заявления о фальсификации, не является основанием для признания оспоренной сделки недействительной, в том числе как притворной сделки.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По основанию притворности недействительной может быть признана такая сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников.

Между тем конкурсным управляющим надлежаще не раскрыто, какую сделку в действительности прикрывает Дополнительное соглашение, и не приведено обоснования недействительности прикрываемой сделки (той, которую стороны действительно имели в  виду).  Ссылка заявителя на совершение сделки, направленной на причинение имущественного вреда кредиторам должника, к такому обоснованию не может быть отнесена. Как верно установлено судом, ссылка конкурсного управляющего на аффилированность между должником и ответчиком сама по себе также недостаточна для признания сделки недостоверной (притворной). Иные приведенные в заявлении и в  апелляционной жалобе ссылка, в том числе на то, что ФИО2 в период действия потребительского кредита произведено гашение кредита лично на сумму более 800 000 руб. и не принято мер по взысканию данной задолженности с должника, не опровергает реальности оспоренной сделки.

Суд первой инстанции, установив, что после подписания Дополнительного соглашения 08.12.2017 между ПАО «АТБ» (банк) и ФИО2 (заемщик) заключен Кредитный договор, 08.12.2017 между ПАО «АТБ» (банк) и ООО «Колбасный двор» (поручитель) заключен Договор поручительства, ФИО2 перечислила на счет ООО «Колбасный двор» денежные средства по Договору займа, в частности 08.12.2017 в размере 8 000 000 руб., а должник осуществлял за ФИО2 погашение кредита и уплату процентов, пришел к выводу о выполнении сторонами оспариваемой сделки, что исключает притворность такого соглашения.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не согласиться с выводом суда первой инстанции. При этом коллегия также учитывает следующее.

Ссылка на оспоренное дополнительное соглашение приведена в квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.01.2018, в отношении которой доказательств ее составления в иную дату не представлено, о фальсификации данного документа не заявлено.

Согласно пункту 11 индивидуальных условий Кредитного  договора (от 08.12.2017) ФИО2 получены кредитные средства для осуществления предпринимательской деятельности. В заявлении-анкете заемщика (ФИО2) от 23.11.2017, заключении сотрудника ПАО «АТБ» от 2017 года указано, что целью кредита является пополнение оборотных средств ООО «Колбасный двор», покупка оборудования и расчеты с его кредиторами,  а кредитование возможно на условиях, в том числе обеспечения в виде поручительства ООО «Колбасный двор» и залога недвижимого имущества  (т. 1 л.д. 77).

Указанное согласуется с условиями, отраженными в оспоренном Дополнительном соглашении, а также соответствует дальнейшим действиям сторон,  в том числе: действий по заключению должником 08.12.2017 Договора поручительства в обеспечение исполнения ФИО2 обязательств по Кредитному договору, получению ФИО2 как заемщиком кредитных средств в ПАО «АТБ» и предоставление за счет этих средств займа должнику, погашение должником как заемщиком по Договору займа с ФИО2, при наличии у должника одновременно обязательств по договору поручительства, задолженности по Кредитному договору. При этом из назначения платежей должника в пользу ПАО «АТБ», с учетом их периодического внесения на протяжении длительного периода, не следует, что оплата производилась должником как поручителем; наоборот, порядок их внесения и назначение платежей согласуется с условиями оспоренного Дополнительного соглашения.

При таких обстоятельствах апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих, что оспариваемая сделка (Дополнительное соглашение) совершена с целью прикрыть другую сделку или прикрывает иную волю сторон.

При этом коллегия отмечает, что указанное выше не лишает конкурсного управляющего права заявить в рамках дела, рассматриваемого в суде общей юрисдикции, об изготовлении Дополнительного соглашения в иную дату, то есть о его фальсификации. Между тем в рамках настоящего обособленного спора для рассмотрения заявления конкурсного управляющего о фальсификации данного соглашения необходимость в назначении экспертизы давности отсутствует, с учетом указанного выше. Таким образом, суд первой инстанции правомерно отклонил соответствующее ходатайство заявителя и оставил без удовлетворения заявление о фальсификации. Коллегия отмечает, что при рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции конкурсным управляющим не заявлено в установленном порядке ходатайства о назначении экспертизы и не сделано заявление о фальсификации доказательств.

Также заявителем не приведено надлежащего обоснования и не представлены доказательства указанному выше доводу о совершении оспоренной сделки с целью причинения вреда кредиторам должника.

По общему правилу, установленному пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, сделка нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента. Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы.

В рассматриваемом случае само по себе подписание Дополнительного соглашения, регулирующего порядок возврата должником займа, полученного от ответчика, путем погашения за ответчика как заемщика обязательств по Кредитному договору, вопреки позиции заявителя, не свидетельствует о причинении вреда кредиторам должника. Коллегия принимает во внимание, что непосредственно Договор займа заявителем не оспорен, при рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсный управляющий не приводил доводы относительно безденежности Договора займа. Таких доводов не приведено и в суде апелляционной инстанции (наоборот, апеллянт указывает на наличие у ответчика права взыскания задолженности по договору займа в связи с тем, что в 2017 году Дополнительное соглашение они не заключали). Возражения апеллянтом заявлены только в части денежных сумм в размере 1 969 017,27 руб., перечисленных на счет должника по платежному поручению от 09.01.2018 № 119526, и в размере 30 982,73 руб., указанных в квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.01.2018. Однако передача ответчиком должнику займа без учета названных апеллянтом сумм не свидетельствует ни о безденежности Договора займа, ни о злоупотреблении правом сторонами оспоренного Дополнительного соглашения при его подписании. В целом доводы апеллянта, касающиеся поступления в кассу должника денежных средств по договору займа от 08.12.2017, не принимаются апелляционным судом во внимание с учетом того, что конкурсный управляющий, исходя из требования в части последствия недействительности сделки, не оспаривает непосредственно договор займа.

Учитывая изложенное выше, не могут быть признаны доказанными условия, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (на которую приведена ссылка заявителем в дополнениях, представленных в суд первой инстанции), для признания оспоренной сделки недействительной, даже если исходить из фактического подписания Дополнительного соглашения  в период подозрительности, предусмотренный названными нормами.

Коллегия отмечает, что ссылки конкурсного управляющего на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 ГК РФ, приведены в дополнениях от 02.09.2024 исключительно в отношении платежей должника по погашению должником кредита за ФИО2 Однако, как установлено судом выше, данные сделки заявителем в рамках настоящего обособленного спора не оспорены; заявленное в уточнении от 16.10.2024 требование о признании недействительными части таких платежей правомерно не принято судом первой инстанции как направленное на одновременное изменение основания и предмета иска.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы апеллянта подлежат отклонению по изложенным в мотивировочной части настоящего постановления основаниям.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе на определение суда об отказе в признании сделки должника недействительной, в соответствии с требованиями подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, составляет 30 000 руб. и подлежит отнесению на апеллянта. В связи с предоставлением отсрочки по уплате госпошлины с ООО «Колбасный двор» надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 30.10.2024 по делу № А24-237/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колбасный двор» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.


Председательствующий

Т.В. Рева


Судьи


К.П. Засорин


К.А. Сухецкая