Постановление от 14 октября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5373/20

Екатеринбург

15 октября 2020 г.


Дело № А60-49881/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столярова А. А.,

судей Краснобаевой И. А., Лазарева С. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Территориальная генерирующая компания № 14» (далее – общество «Территориальная генерирующая компания № 14») и акционерного общества «Уральский турбинный завод» (далее – общество «Уральский турбинный завод») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020 по делу № А60-49881/2019 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «Уральский турбинный завод» – ФИО1 (доверенность от 01.01.2020 № 79-18/40);

общества «Территориальная генерирующая компания № 14» – ФИО2 (доверенность от 09.01.2020 № 22), ФИО3 (доверенность от 09.01.2020 № 426), ФИО4 (доверенность от 14.08.2020 № 1).

Акционерное общество «Территориальная генерирующая компания № 14» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с общества «Уральский турбинный завод» 14406245 руб. 53 коп. убытков, в том числе: 6132245 руб. 53 коп. убытков в виде реального ущерба, возникшего в связи с устранением недостатков товара, поставленного ответчиком в рамках договора поставки от 15.12.2016 № ГБ4731-16 и 8274000 руб. убытков в виде упущенной выгоды, возникших в связи с увеличением сроков выполнения работ по монтажу оборудования.

Ответчиком заявлен встречный иск о взыскании с истца 6925843 руб. 20 коп., в том числе: 6720204 руб. 93 коп. задолженности по оплате услуг, оказанных в рамках договора от 18.09.2018 № 79-16/151-2018 и 205638 руб. 27 коп. неустойки, начисленной за период с 01.07.2019 по 10.10.2019 на основании пункта 6.3 договора, с последующим ее начислением по день фактической оплаты долга.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Турбоэнергоремонт» (далее – общество «Турбоэнергоремонт»), акционерное общество «Администратор торговой системы оптового рынка электроэнергии».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.02.2020 первоначальные и встречные исковые требования удовлетворены в полном объеме. В результате проведенного зачета суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца 7480402 руб. 23 коп., а также неустойку, исчисляемую начиная с 11.10.2019 из расчета 0,03% в день с суммы долга 6720204 руб. 93 коп. по день фактической его уплаты, но не более суммы основного долга (6720204 руб. 93 коп.).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020 решение суда первой инстанции изменено. Исковые требования по первоначальному иску удовлетворены частично. С общества «Уральский турбинный завод» в пользу общества «Территориальная генерирующая компания № 14» взыскано 4 758 312 руб. 20 коп. убытков, а также 31388 руб. 27 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. В остальной части в удовлетворении исковых требований общества «Территориальная генерирующая компания № 14» отказано. Исковые требования по встречному иску удовлетворены. С общества «Территориальная генерирующая компания № 14» в пользу общества «Уральский турбинный завод» взыскано 6 925 843 руб. 20 коп., в том числе: 6 720 204 руб. 93 коп. основного долга и 205 638 руб. 27 коп. неустойки, начисленной за период с 01.07.2019 по 10.10.2019, с ее последующим начислением по день фактической оплаты задолженности, а также 57629 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. В результате зачета первоначальных и встречных исковые требований судом с общества «Территориальная генерирующая компания № 14» в пользу акционерного общества «Уральский турбинный завод» взыскано 2 167 531 руб., а также 26240 руб. 73 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Суд указал, что, начиная с 11.10.2019 с общества «Территориальная генерирующая компания №14» в пользу акционерного общества «Уральский турбинный завод» подлежит взысканию неустойка из расчета 0,03% в день с суммы долга 6720204 руб. 93 коп. по день фактической уплаты долга, но не более суммы основного долга (6720204 руб. 93 коп.). В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество «Территориальная генерирующая компания № 14» обратилось с кассационной жалобой на указанный судебный акт, просит обжалуемое постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции. Считает необоснованным вывод суда относительно иного расчета убытков, указывая, что причиной для продления срока монтажа и понесенных в результате этого убытков, явилась поставка ответчиком дефектного оборудования. Кассатор полагает некорректным расчет суда апелляционной инстанции в части определения размера убытков в виде расходов на приобретение мощности, упущенной выручки и штрафа, в связи с чем необходимо исходить из первоначального расчета, примененного судом первой инстанции. Заявитель не согласен с произведенным судом расчетом убытков в части затрат на несение услуг по шеф-монтажу. По мнению подателя жалобы, апелляционным судом необоснованно не применены положения пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление от 24.03.2016 № 7) о том, что в результате возмещения убытков кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. Кроме того, указывает, что изменяя размер суммы убытков, апелляционный суд не привел мотивы, по которым присужденная судом первой инстанции сумма убытков признана не соответствующей той или иной норме материального права.

Общество «Уральский турбинный завод» также обратилось в суд с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемое постановление апелляционного суда изменить и принять по делу новый судебный акт. По мнению кассатора, обязательства по договору шеф-инженерного сопровождения им выполнены в сокращенные сроки, несмотря на задержку со стороны истца по вызову шеф-инженера и приостановку работ на период новогодних праздников. При этом увеличение срока оказания монтажных работ из-за устранения недостатков в поставленном ответчиком истцу оборудовании не указано в соглашении как причина для увеличения срока шеф-монтажных работ. Общество не является стороной договора на выполнение монтажных работ от 24.07.2018 № ГБ-3132-18, в связи с чем на него распространяются установленные в указанном договоре сроки. При этом, как указал заявитель, четкий срок оказания услуг сторонами договора не определен. Кассатор указывает, что судом не установлено, что оказание услуг по шеф-инженерному сопровождению в период с 24.04.2019 по 14.05.2019 произошло из-за поставки ответчиком оборудования с недостатками. Акты на выполнение оказанных услуг подписаны сторонами без замечаний, что подтверждает факт надлежащего оказания услуг и не свидетельствует о наличии вины ответчика в возникновении у истца убытков в виде несения дополнительных расходов на шеф-инженерное сопровождение. Из материалов дела не следует, что перенос срока окончания работ по монтажу имел место именно по вине ответчика. При таких обстоятельствах считает, что у суда отсутствовали основания для отнесения на ответчика убытков в указанной части (1 320 804 руб. 95 коп.). Таким образом, ответчик просит обжалуемое постановление изменить в части взыскания убытков в размере 4 758 312 руб. 20 коп. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 31 388 руб. 27 коп. и принять новый судебный акт о взыскании с ответчика в пользу истца по первоначальному иску убытки в размере 1 650 518 руб. 40 коп.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Территориальная генерирующая компания № 14» просит кассационную жалобу общества «Уральский турбинный завод» оставить без удовлетворения, считая изложенные в ней доводы несостоятельными.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Уральский турбинный завод» просит оставить кассационную жалобу общества «Территориальная генерирующая компания № 14» без удовлетворения, считая изложенные в ней доводы несостоятельными.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом «Территориальная генерирующая компания № 14» и обществом «Уральский турбинный завод» заключен договор поставки от 15.12.2016 № ГБ-4731-16, по условиям которого поставщик (ответчик) принял на себя обязанность поставить заказчику (истцу) следующее оборудование, предназначенное для установки на объекте: новую паровую турбину ПР-30-90/10/1,3 в заводской комплектации, указанной в приложении №1 к данному договору (спецификации), общей стоимостью 231280000 руб., соответствующее требованиям, установленным Техническими условиями, проектно-конструкторской документацией, спецификациям.

Данное оборудование требовалось для выполнения истцом строительно-монтажных работ по реконструкции турбины ПТ-30-90 ст. № 6 (инв. №.26405096) Улан-Удэнской ТЭЦ-1 в рамках исполнения инвестиционной программы 2018-2019 гг. ПАО «ТГК-14» в период с 14.10.2018 по 26.04.2019.

Работы по монтажу турбины производились силами монтажной организации общества «Турбоэнергоремонт» (далее – монтажная организация) по договору от 24.07.2018 № ГБ-3132-18 (в редакции дополнительных соглашений 2 от 12.03.2019, 27.03.2019, 30.04.2019) под надзором и техническим руководством представителя завода-изготовителя ведущего шеф-инженера общества «Уральский турбинный завод» по договору от 18.09.2018 № ГБ-3749-18.

По договору от 24.07.2018 № ГБ-3132-18 монтажная организация обязалась выполнить работы по монтажу паровой турбины ПР-30-90/10/1,3, вспомогательного оборудования и трубопроводов собственно турбины на объекте «Реконструкция турбины ПТ-30-90 ст. № 6 (инв. № 26405096), включающие в себя: демонтаж турбины (пункт 1.2.1 договора), демонтаж и монтаж статора генератора и полумуфты ротора генератора (пункт 1.2.2 договора), монтаж турбины ПР-30-90/10/1,3, вспомогательного оборудования трубопроводов собственно турбины (пункт 1.2.3 договора), монтаж вспомогательных трубопроводов (пункт 1.2.4 договора), монтаж маслопроводов установки, смазки генератора, уплотнения вала генератора (пункт 1.2.5 договора), зачистка металла турбины и трубопроводов для проведения контроля на объекте.

По каждому виду работ предусмотрен локальный сметный расчет, являющиеся неотъемлемыми частями договора (список приложений к договору – пункт 9.9 договора). Соответствующие приложения представлены в материалы дела.

Срок выполнения работ (пункт 1.3) был предусмотрен приложением № 7 к договору, изменялся дополнительными соглашениями к договору и с учетом графика работ в редакции дополнительного соглашения № 4 составил 03.05.2020 (26.04.2019 по 30.04.2019 – пробный пуск турбины, с 01.05.2019 по 03.05.2019 –комплексное апробирование).

Первоначально же этот общий срок выполнения работ по монтажу паровой турбины и вспомогательного оборудования определен графиком производства работ с 04.08.2018 по 20.03.2019.

Стоимость работ определяется локально-сметными расчетами по каждому виду работ (раздел 2 договора).

Подрядчик по договору (монтажная организация) принял на себя обязательства выполнить работы в объеме и в сроки, предусмотренные договором, сдать результат по актам КС-2 и КС-3 (порядок приемки – раздел 5 договора).

По условиям договора от 18.09.2018 № ГБ-3749-18 ответчик принял на себя, в том числе обязательства оказать истцу услуги по шеф-монтажу паровой турбины (пункт 1.2.1 договора).

Обязанности ответчика в рамках этого договора определены в разделе 2 договора: он принимает участие в работе комиссии по проверке комплектности оборудования, осуществляет организационно-технический и авторский надзор в целях соблюдения инструкции по монтажу ТМТ-116835-4 ИМ, требований проектной, эксплуатационно-технической документации при выполнении хранения, монтажа оборудования, а также квалифицированное и оперативное решение вопросов, возникающих в ходе монтажа оборудования, пробного пуска, наладки, комплексного апробирования, гарантийных испытаний и приемки оборудования в эксплуатацию.

Также ответчик принял на себя обязательства участвовать в проверке и решении вопросов стыковки оборудования на объекте.

Помимо этого ответчик осуществляет контроль за соблюдением технологии и условия производства монтажных и пусконаладочных работ в объеме, предусмотренном технической документацией (пункт 2.1.7 договора), участвует в составлении и подписании актов, фиксирующих обнаружение дефектов в поставляемом оборудовании, сроков и порядке их устранения (пункт 2.1.10 договора).

В свою очередь на заказчике по этому договору лежит обязанность предоставить исполнителю утвержденный график работ по монтажу и пуско-наладке турбины (пункт 2.3.5 договора).

Срок оказания услуг по этому договору с 01.10.2018 по 24.04.2019 (пункт 3.1 договора), при том, что в случае согласованного сторонами увеличения срока оказания услуг сверх данного периода по причинам, не зависящим от исполнителя, стороны согласуют изменения путем оформления дополнительного соглашения к договору (пункт 3.3 договора).

Из материалов дела следует и судами установлено, что до начала монтажных работ поставленные упаковочные места хранились в соответствии с инструкцией о порядке хранения паротурбинного оборудования в объеме поставки завода.

Вскрытие и передача в монтаж упаковочных мест проводилось монтажной организацией в присутствии шеф-инженера завода и представителей заказчика, о чем составлены соответствующие акты о вскрытии упаковочных мест. Замечаний по порядку хранения оборудования не имелось.

Работы производились в соответствии с технической документацией и инструкцией по монтажу, разработанными заводом-изготовляем, и под надзором и техническим руководством шеф-инженера завода изготовителя (ответчика).

В ходе монтажных работ (входного контроля, выверки, подгонки) были выявлены несоответствия отдельных деталей и узлов, поставленных ответчиком, требованиям технической документации, что было зафиксировано представителями покупателя, монтажной организацией, завода-изготовителя на объекте. При этом устранение несоответствий превышало объем работ, указанный в перечне неизбежных пригоночных работ, что отражено в актах и зафиксировано представителем завода-изготовителя.

Устранение заводских дефектов в поставленном ответчиком оборудовании привело к увеличению срока монтажных работ, несвоевременному вводу турбины в эксплуатацию, что, в свою очередь, повлекло возникновение дополнительных затрат у истца в виде приобретения материалов, выполнения работ по устранению дефектов подрядным способом, командировочных и транспортных расходов, услуг по шеф-инженерному сопровождению монтажных работ, штрафа за невыполнение обязательств по поставке мощности на ОРЭМ.

Как утверждал истец, для устранения заводских дефектов требовалось шеф-инженерное сопровождение работ, в связи с чем истцом понесены дополнительные затраты в размере 4 544 626 руб. 59 руб.

Из расчета истца видно, что общий размер расходов, понесенных истцом в связи с необходимостью устранения недостатков переданного ответчиком товара, составил 6195144 руб. 99 коп.

В соответствии пунктом 121 Правил оптового рынка и пунктом 13.2 Регламента финансовых расчетов, в случае, если за расчетный период, в котором у поставщика (ПАО «ТГК-14») имеются обязательства по поставке мощности с использованием генерирующею объекта, показатель неготовности, определенный в соответствии с пунктом 52 Правил оптового рынка в отношении такого генерирующего объекта, превышает минимальную из величин предельного объема поставки мощности и объема установленной мощности генерирующего объекта, поставщик уплачивает покупателям штраф в размере стоимости объема мощности по договорам КОМ, рассчитанный АО «АТС» в соответствии с указанным Регламентом и Правилами оптового рынка (Реестр штрафов за невыполнение обязательств по поставке мощности по договорам КОМ сформированный АО «АТС»).

В связи с увеличением сроков монтажа и пуска турбины в эксплуатацию, истец в период с 01.04.2019 по 30.04.2019 допустил нарушение принятых по договорам КОМ обязательств, недопоставив мощность в объеме 11,714 МВт (графа 3 аналитического отчета АО «АТС» за апрель 2019).

Размер штрафа за не поставку мощности, подлежащего уплате истцом, составил 116391 руб. 51 коп.

Как видно из материалов дела и установлено судами, в рассматриваемом случае истец является участником оптового рынка - поставщиком электрической энергии и мощности, которым заключен договор о присоединении от 31.03.2008 № 019-ДП/082.

Во исполнение принятых на себя обязательств перед контрагентами по договорам РД, истец был вынужден приобрести (докупить) мощность по договорам КОМ по ГТП GBURYAT2 в объеме 13,973 МВт на общую сумму 2940878 руб. 64 коп.

Факт приобретения истцом мощности на указанную сумму подтверждается представленными истцом и имеющимися в деле договорами КОМ и РД, ежемесячным отчетом по объемам покупки и продажи мощности по ГТП генерации участников ценовых зон, сформированным АО «АТС», платежными поручениями.

При этом по расчету истца общая сумма затрат на приобретение мощности по договорам КОМ (2940878 руб. 64 коп. без НДС) на 345354 руб. 73 коп. больше, чем доход, который истец должен был получать по договорам РД (2595523 руб. 91 коп.).

Сумма превышения (345354 руб. 73 коп.) является частью затрат истца на приобретение мощности в связи с увеличением сроков монтажа и пуска турбины в эксплуатацию.

В случае своевременного ввода генерирующего оборудования в эксплуатацию, купленный на ОРЭМ объем мощности был бы произведен истцом самостоятельно за счет собственных средств и продан соответствующим покупателям, в результате чего истцом был бы получен доход в той сумме, которую истец потратил на приобретение мощности по договорам КОМ.

Доход от сделки по договорам РД определен согласно Реестру обязательств за электроэнергию и мощность по регулируемым договорам (продавцы), сформированному АО «АТС» в соответствии с пунктом 7.1.1 договора о присоединении к торговой системе оптового рынка.

Данная сумма является доходом истца, который бы он получил при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, но которого истец лишился, в связи с невозможностью самостоятельного производства мощности по причине увеличения сроков монтажа генерирующего оборудования.

Последствием недопоставки мощности на оптовый рынок явилось снижение стоимости поставки мощности истцом, что, в свою очередь, привело к недополучению истцом дохода, причитающемуся ему в условиях надлежащего исполнения обязательств по поддержанию своего генерирующего оборудования в ГТП генерации GBURYAT2 в состоянии готовности к выработке электрической энергии и поставке мощности на оптовый рынок.

Кроме того, в целях исполнения своих обязательств по поставке мощности по регулируемым договорам в силу нормативного регулирования истец был вынужден приобрести на оптовом рынке недостающий объем мощности, соответствующий разнице между фактически поставленным на оптовый рынок объемом мощности и объемом, составляющим обязательства истца по поставке мощности на оптовый рынок по заключенным им регулируемым договорам.

Размер упущенной выручки от продажи мощности на оптовом рынке из-за снижения объемов ее поставки в связи с неисполнением истцом обязательств по поставке мощности АО «АТС», определен истцом с учетом Методики, утвержденной 18.12.2014 Наблюдательным советом Ассоциации «НП Совет рынка» (за период с 25.03.2019 по 31.03.2019 и с 01.04.2019 по 30.04.2019).

Согласно расчету истца общая сумма убытков составила 13057127 руб. 27 коп. (без НДС), 14406245 руб. 43 коп. (с НДС).

Ответчик, не возражая против доводов истца о поставке товара ненадлежащего качества, оспаривал размер убытков.

Удовлетворяя требования по первоначальному иску, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что, поскольку размер заявленных истцом к взысканию убытков, факт ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору поставки в виде поставки товара ненадлежащего качества, а также причинно-следственная связь между наступившими убытками и действиями ответчика подтверждены материалами дела, доказательств возмещения причиненного ущерба ответчиком не представлено, на стороне истца образовались убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды (неполученных истцом доходов, в связи с увеличением сроков работ по монтажу и вводу в эксплуатацию генерирующего оборудования), которые подлежат взысканию с ответчика.

Изменяя решение суда первой инстанции, апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции о доказанности истцом убытков, составляющих затраты истца, понесенные в связи с оплатой услуг по шеф-монтажному сопровождению монтажных работ, а также упущенной выгоды, однако пришел к выводу о том, что расчет убытков необходимо производить пропорционально к суммам, заявленным в качестве убытков истцом.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает. При этом, поскольку кассационная жалоба не содержит доводов относительно разрешения спора по встречному иску, а также ответчиком не оспариваются выводы судов о взыскании 1 650 518 руб. 40 коп., в указанной части судебные акты на предмет их законности и обоснованности судом округа не проверяются.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе вследствие причинения вреда.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положения пункта 2 статьи 15 указанного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25)).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума № 25, следует, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу изложенных правовых норм и разъяснений возмещение убытков является способом защиты, направленным на восстановление имущественных прав лица в силу необходимости возмещения (компенсации) того, что было утрачено или повреждено, либо недополучено в силу нарушения такого права.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Таким образом, реализация такого способа защиты как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 названного Кодекса). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 названного Кодекса). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления от 24.03.2016 № 7, следует, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Аналогичный подход к определению упущенной выгоды содержится в пункте 14 постановления от 23.06.2015 № 25. При этом отмечено, что поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Пунктом 3 постановления от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода в заявленном размере не была бы получена кредитором.

В пункте 5 постановления от 24.03.2016 № 7 указано, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Судом установлено, что расчет убытков истцом должным образом мотивирован, оснований для иного механизма определения убытков с учетом установленных по делу обстоятельств не имеется. В частности, под упущенной выручкой участника от продажи мощности на оптовом рынке понимаются неполученные доходы от продажи мощности из-за снижения объемов поставки в связи с неисполнением участником оптового рынка обязательств по поставке мощности вследствие каких-либо обстоятельств, не зависящих от самого участника и причиненных действием (бездействием) юридических лиц, не являющихся субъектами оптового рынка.

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для возложения на ответчика ответственности в виде убытков.

Однако при определении размера убытков судебная коллегия исходила из следующего.

Судом апелляционной инстанции установлено, что истец и ответчик в первоначально заключенном между ними договоре возмездного оказания услуг согласовали условие о том, что ответчик оказывает истцу услуги, в том числе по шеф-монтажу паровой турбины ПР-30-90/10/1,3 в период с 01.10.2018 по 24.04.2019. Соответственно, сам истец изначально исходил из такой продолжительности оказания услуг ответчиком. При этом график производства работ по монтажу турбины согласован между истцом и третьим лицом, дата окончания работ – 20.03.2020. Доказательств передачи данного графика ответчику в материалах дела не имеется (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Впоследствии в указанный график вносились изменения, с учетом которых срок окончания работ был определен 03.05.2020 (при том, что с 26.04.2019 по 30.04.2019 – пробный пуск турбины, с 01.05.2019 по 03.05.2019 – комплексное апробирование).

При этом, как установлено апелляционным судом, вывод о том, что последующий перенос срока окончания работ по монтажу с 20.03.2019 по 24.04.2020 имел место исключительно по вине ответчика, из материалов дела не следует.

Напротив, судом апелляционной инстанции с учетом исследования материалов дела и пояснений истца установлено, что срок производства монтажных работ был определен последним исходя из времени, оставшегося у истца для вывода оборудования в ремонт, и, по сути, истцом не оспаривается.

Таким образом, истец заложил указанный срок в договор на выполнение монтажных работ, приняв тем самым на себя соответствующие риски, что не противоречит статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств того, первоначально установленный срок окончания работ 20.03.2020, определен истцом исходя с нормативов, установленных в соответствии с инструкцией и иными руководящими документами завода изготовителя, а также исходя из обычно устанавливаемых сроков для производства данных работ, из материалов дела не следует и судом не установлено.

Судом апелляционной инстанции также обоснованно учтено, что соглашением с ответчиком предусмотрен более продолжительный срок оказания услуг по шеф-монтажу, из которого ответчик и вправе было исходить в отношениях с истцом.

Вместе с тем судом установлено, что объем работ, указанный в перечне неизбежных пригоночных работ, определенных, исходя из документации по монтажу самого ответчика, превышен.

При таких обстоятельствах срок монтажа был продлен на то время, которое потребовалось для устранения дефектов, в связи с чем истец понес убытки.

Между тем апелляционный суд пришел к выводу о том, что относить указанные убытки на ответчика из расчета за 52 дня, является неправильным.

Суд апелляционной инстанции счел, что последующая – с 24.04.2019 по 30.04.2019 просрочка в выполнении работ произошла по вине ответчика, следовательно, убытки в виде расходов на приобретение мощности, упущенной выручки, штрафа за 6 дней апреля 2019 (25.04-30.04) должны быть отнесены на ответчика.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия, применяя пропорцию (за 6 дней из 30) к заявленным истцом суммам за апрель 2019, пришла к обоснованному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца 1320804 руб. 95 коп. (705810 руб. 87 коп., расходы на приобретение мощности с НДС + 591715 руб. 78 коп. упущенная выручка с НДС + 23278 руб. 30 коп. штраф).

Убытки истца в части затрат на несение услуг по шеф-монтажу рассчитаны судом апелляционной инстанции как разница в стоимости услуг по шеф-монтажу паровой турбины, указанных в сметных калькуляциях.

При этом суд отметил, что последующее заключение дополнительного соглашения от 12.04.2020 к договору на оказание услуг и сметной калькуляции к нему обусловлено изменением ставки НДС, что исключает наличие убытков, поскольку уплата НДС является публично правовой обязанностью и не зависит от воли сторон, не влияет на объем услуг и на вину ответчика.

Однако поскольку именно на основании дополнительного соглашения от 30.04.2020 и сметной калькуляции к нему и произошло увеличение услуг по шеф-монтажу паровой турбины как раз за счет увеличения стоимостных характеристик оказываемых услуг, стоимости человеко/дней за счет работы в выходные и праздничные дни, количества таких человеко/дня, суд обоснованно пришел к выводу о том, что именно это увеличение, не заложенное в первоначальную калькуляцию, и должно быть отнесено на ответчика.

В отношении возрастания стоимости иных двух услуг – по наладке электрической части системы регулирования и шеф-монтажа, наладки и пуска в эксплуатацию автоматизированной системы контроля, суд апелляционной инстанции не установил причинно-следственной связи с действиями ответчика, поскольку сметная калькуляция данных услуг в материалах дела отсутствует, причины, по которым изменялась стоимость данных услуг, истцом перед судом не раскрыты, расчеты соответствующие не приведены.

Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к правильному выводу о том, что дополнительные расходы истца составляют сумму 1786988 руб. 85 коп. (11954574 руб. 56 коп. -10167585 руб. 71 коп.) и подлежат компенсации за счет ответчика. При этом судом отмечено, что приведенный выше расчет убытков обеспечивает компенсацию реальных финансовых потерь истца с учетом задержки в сроках монтажа и значимых для определения этой суммы ущерба обстоятельств (сроки выполнения услуг, стоимость человеко/дня специалиста и др.), не нарушает баланс интересов сторон спора, поскольку соответствующая стоимость услуг ими согласована. Исчисление истцом убытков со ссылкой на акты сдачи-приемки оказанных услуг по шеф-монтажу паровой турбины ПР30-90/10/1,3 от 14.05.2019 № 3 является неправомерным, поскольку данные акты подтверждают факт надлежащего оказания услуг и их принятия заказчиком и не свидетельствуют о наличии вины ответчика в возникновении у истца данных расходов.

Доводы истца относительно того, что расчет убытков произведен судом неправильно, судом кассационной инстанции отклоняются по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Ссылка общества «Территориальная генерирующая компания № 14» на то, что, изменяя размер суммы убытков, апелляционный суд не привел мотивы, по которым присужденная судом первой инстанции сумма убытков признана не соответствующей той или иной норме материального права, также признана судом несостоятельной как противоречащая содержанию обжалуемого судебного акта, из которого усматриваются основания, по которым апелляционный суд счел представленный истцом расчет неверным.

Доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом кассационной инстанции отклоняются как основанные на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора. При этом заявители фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просят еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства. Между тем оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного постановление апелляционного суда отмене не подлежит. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020 по делу № А60-49881/2019 Арбитражного суда Свердловской области. оставить без изменения, кассационные жалобы публичного акционерного общества «Территориальная генерирующая компания № 14» и акционерного общества «Уральский турбинный завод» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий А.А. Столяров


Судьи И.А. Краснобаева


С.В. Лазарев