Решение от 5 сентября 2022 г. по делу № А19-19047/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-19047/2020
г. Иркутск
5 сентября 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 29 августа 2022 г. Полный текст решения изготовлен 5 сентября 2022 г.


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Курца Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2 (г. Москва)

к обществу с ограниченной ответственностью «Интехстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664003, <...>),

третье лицо - открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: <...>),

о взыскании 704 432 рублей 04 копеек,

при участии в заседании:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности от 26.10.2019 б/н,

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности от 30.05.2022 б/н,

от третьего лица: не явились, извещены,

установил:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратилась в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Интехстрой» (далее – ответчик, ООО «Интехстрой») с требованием о взыскании неосновательного обогащения в размере 704 432 рублей 04 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением суда от 17.12.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (далее – третье лицо, ОАО «РЖД»).

ООО «ГАБАРИТ» (ИНН <***>) исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 12.10.2020, в связи с чем к участию в деле судом не привлекалось.

Истец настаивает на заявленных требования в полном объеме, просит рассмотреть дело по имеющимся материалам, полагает, что ответчиком не доказан факт выполнения обязательств по ремонту тепловых пунктов, выполнение которых силами ООО «Габарит» является доказанным представленными ОАО «РЖД» доказательствами.

Позиция ответчика сводится к тому, что неосновательного обогащения на стороне ответчика не имеется, работы на спорную сумму выполнены силами ответчика в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела актами и справкой. Кроме того, ответчик считает, что договор между ООО «Габарит» и ФИО2 является сфальсифицированным, в связи с чем у ФИО2 не возникло право требования к ответчику.

ОАО «РЖД» в судебное заседание не явилось, о времени и месте его проведения извещено надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), представило в материалы дела пояснения с приложением доказательств, согласно которым выполнение работ по текущему ремонту пунктов теплового обогрева выполнено ООО «Габарит».

Стороны поддержали ранее изложенные правовые позиции, дополнительных доказательств не представили.

Исследовав материалы дела, заслушав позиции сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Между ОАО «РЖД» (заказчик) и ООО «Габарит» (подрядчик) 18.08.2017 заключен договор № 2524213, согласно которому заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению работ по текущему ремонту пунктов обогрева и передаче заказчику их результатов. Согласно пункту 1.2 данного договора содержание работ и требования к ним изложены в техническом задании (приложение № 1 к договору) и локально-сметном расчете, утверждённой заказчиком (приложение № 2 к договору).

С целью выполнения обязательств по договору № 2524213 от 18.08.2017 между ООО «Габарит» и ООО «Интехстрой» велись переговоры о намерении заключить договор субподряда по выполнению работ по текущему ремонту пунктов обогрева, между сторонами были достигнуты договоренности о предмете договора, сроках и цене работ. ООО «Габарит» подписало договор и передало его на согласование в ООО «Интехстрой».

Согласно договору № 10/10/17 от 10.10.2017, подписанному со стороны истца (далее - Договор), ООО «Габарит» (заказчик) поручает, а ООО «Интехстрой» (подрядчик) принимает на себя обязательства по выполнению работ по текущему ремонту пунктов обогрева и передаче заказчику их результатов (далее - работ) (пункт 1.1 Договора).

В соответствии с пунктом 1.2 Договора содержание работ и требования к ним изложены в техническом задании (приложение № 1 к договору) и локально-сметном расчете, утверждённой заказчиком (приложение № 2 к договору).

Общая цена Договора составляет 596 976 рублей 31 копейку, увеличивается на НДС (18%) – 107 455 рублей 73 копейки, и составляет с НДС - 704 432 рубля 04 копейки.

В 3 разделе Договора определен порядок сдачи и приемки работ.

Так, по завершении выполнения работ подрядчик представляет заказчику результаты выполненных работ, оформленные в соответствии с техническим заданием, подписанный со своей стороны акт № КС-2 в двух экземплярах (пункт 3.1).

Заказчик в течение 3 календарных дней со дня получения от подрядчика акта № КС-2 направляет подрядчику подписанные акт № КС-2 или мотивированный отказ от приемки работ с перечнем недостатков (пункт 3.2).

Будучи уверенным в подписании договора, ООО «Габарит» авансировало выполнение работ по текущему ремонту пунктов обогрева, перечислив 03.11.2017 на счет ООО «Интехстрой» денежные средства в размере 704 432 рубля 04 копейки, что подтверждается платежным поручением № 138 от 03.11.2017, в назначении платежа которого указано, что основанием для перевода денежных средств явился договор № 10/10/17 на выполнение работ по текущему ремонту пунктов обогрева от 10.10.2017.

Вместе с тем договор между сторонами подписан не был, равно как и фактическое выполнение ремонтных работ ответчиком не осуществлено.

Между ООО «Габарит» (цедент) и гражданкой ФИО2 (цессионарий) 18.02.2019 заключен договор уступки прав (цессии) № б\н (далее – Договор цессии), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права (требования) к ООО «Интехстрой» (должник), по платежному поручению № 138 от 03.11.2017, в размере 704 432 рубля 04 копейки.

Согласно пункту 1.2 Договора цессии передача права требования, указанного в пункте 1.1 договора считается произошедшей с момента подписания договора.

В соответствии с пунктом 3.1 Договора цессии цессионарий производит оплату передаваемого по договору права требования путем внесения наличными денежных средств в кассу цедента в размере 600 000 рублей в 3-дневный срок со дня подписания договора.

Во исполнение пункта 2.1.1 Договора цессии цедент передал цессионарию все необходимые документы удостоверяющие право требования, а именно: платежное поручение № 138 от 03.11.2017.

Стоимость уступки права требования уплачена цессионарием после подписания договора цессии, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 18.02.2019 № 2.

Таким образом, согласно Договору цессии право требования суммы долга по неосновательному обогащению в размере 704 432 рубля 04 копейки перешло к истцу - ФИО2

ООО «Габарит» направило в адрес ответчика претензию, содержащую уведомление о состоявшейся уступки права требования неосновательного обогащения и обязанности погасить имеющуюся задолженность в течение 7 дней с момента получения претензии.

Кроме того, 15.05.2019 ФИО2 направила в адрес ответчика письмо, в котором содержалось предложение о погашении задолженности с приложением копии Договора цессии.

Полученное ООО «Интехстрой» письмо было оставлено без ответа и удовлетворения, что явилось основанием для обращения истца в суд с требованием о взыскании неосновательного обогащения, а также применении меры ответственности в виде начисления процентов за пользование чужими денежными средствами.

Исследовав материалы дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде денежных средств, перечисленных ООО «Габарит» ответчику, в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Право требования возврата спорных денежных средств перешло истцу на основании Договора цессии, за что истцом уплачено ООО «Габарит» 600 000 рублей, что подтверждается квитанцией № 1 от 18.02.2019.

Ответчик с указанными доводами истца не согласился, полагает, что спорный Договор цессии не подписан уполномоченным лицом ООО «Габарит», фактически денежные средства в оплату права требования не вносились, право требования истцу не перешло, полагает, что признание договора цессии недействительным приведет к отказу в удовлетворении заявленных требований, поскольку будет свидетельствовать об отсутствие обязательств между сторонами дела.

Истец позицию ответчика опровергал, указывал на подписание Договора цессии уполномоченным лицом, указал, что денежные средства в полном объеме были уплачены ООО «Габарит».

Проанализировав условия оспариваемого Договора цессии, суд считает, что по своей правовой природе указанный договор является договором купли-продажи имущественных прав.

Следовательно, правоотношения сторон в рассматриваемом случае регулируются положениями параграфа 1 главы 24, а также параграфа 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Оценив условия Договора цессии, суд пришел к выводу о согласовании сторонами его существенных условий, а именно, предмета договора - объем и содержание передаваемых имущественных прав определены сторонами в разделе 1 договора.

В ходе рассмотрения дела ответчик заявил о фальсификации Договора цессии заключенного между истцом и ООО «ГАБАРИТ», и квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 18.02.2019, в части подписи ФИО5 и оттиска печати ООО «Габарит». Кроме того, истец просил назначить по делу судебную почерковедческую и техническую экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации.

Определением от 27.04.2021 суд принял заявление о фальсификации к рассмотрению, предложил истцу исключить оспариваемые доказательства из числа доказательств по делу.

В связи с отказом от исключения доказательств суд разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия подачи заявления о фальсификации, о чем стороны дали соответствующие расписки.

В связи с изложенным суд приступил к проверке заявления о фальсификации доказательств, по ходатайству ответчика определением от 14.07.2021 назначил по делу судебную почерковедческую и техническую экспертизу, поручив ее проведение одному или комиссии из экспертов ФБУ Иркутской ЛСЭ Минюста России ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 по усмотрению руководителя экспертного учреждения.

Определен объект, подлежащий исследованию – договор цессии (уступки права требования) от 18.02.2019, квитанция к приходному кассовому ордеру № 1 от 18.02.2019.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Кем, самим ФИО5 или иным лицом, выполнена подпись на договоре цессии (уступки права требования) от 18.02.2019 и квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 18.02.2019?

2) Соответствует ли оттиск печати общества с ограниченной ответственностью «ГАБАРИТ», поставленный на договоре цессии (уступки права требования) от 18.02.2019 и квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 18.02.2019, иным оттискам печати общества с ограниченной ответственностью «ГАБАРИТ» в документах, представленных на исследование?

27.10.2021 в материалы дела поступило заключение эксперта ФБУ Иркутской ЛСЭ Минюста России ФИО6, которым установлено следующее.

При ответе на первый вопрос эксперт указал, что подписи, расположенные в строках: «Главный бухгалтер ФИО5» и «Кассир ФИО5» в Квитанции ООО «Габарит» к приходному кассовому ордеру №1 от 18 февраля 2019 года на сумму 600 000 рублей - выполнены не самим ФИО5, а другим лицом (лицами) с подражанием его подписному почерку.

Подпись, изображение которой находится в пункте «6. Юридические адреса и реквизиты Сторон:» в графе: «Цедент: ООО «Габарит» в строке: «Директор / ФИО5» в копии Договора цессии (уступки прав требования), заключенного в г.Иркутск 18 февраля 2019 года между ООО «Габарит» в лице директора ФИО5 («Цедент») и гражданкой РФ ФИО2 («Цессионарий»), удостоверенной 05 сентября 2020 года нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО15, зарегистрированной в реестре за №38/17-н/38-2020-3-1472, - выполнена, вероятно, ФИО5.

Решить вопрос в категорической форме не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

Так, при сравнении исследуемой подписи, изображение которой находится в копии Договора цессии, с подписями ФИО5 установлены совпадения транскрипции и связности.

Совпадающие признаки устойчивы, однако по своему объёму и значимости образуют совокупность, лишь близкую к индивидуальной, а потому достаточную лишь для вероятного вывода о том, что исследуемая подпись, изображение которой находится в представленном документе, выполнена ФИО5.

Выявить большее количество совпадающих признаков, в том числе информативных, и решить вопрос в категорической форме не представляется возможным из-за малого объема графической информации, содержащейся в исследуемой подписи (изображении), обусловленной относительной краткостью данной подписи и простотой строения букв и штрихов в ее составе, и отсутствия оригинала исследуемого документа, что также затруднило процесс выявления идентификационных признаков.

Признаки монтажа в представленном документе не выявлены.

Однако, при отсутствии оригинала документа и учитывая возможности современной компьютерной техники, исключить возможность изготовления данного документа способом монтажа нельзя.

В связи с вышеизложенным, установить получена ли представленная копия документа с оригинала данного документа, либо она изготовлена способом монтажа путем переноса изображения подписи от имени ФИО5 с другого документа, - не представляется возможным.

При ответе на второй вопрос эксперт указала, что оттиск печати ООО «Габарит» в квитанции ООО «Габарит» к приходному кассовому ордеру №1 от 18 февраля 2019 года на сумму 600 000 рублей нанесен печатью ООО «Габарит», свободные образцы оттисков которой представлены для сравнения.

Решить вопрос: печатью ООО «Габарит», свободные образцы оттисков которой представлены для сравнения, или иной печатью нанесен оттиск печати ООО «Габарит», изображение которого находится в копии Договора цессии, удостоверенной 05.09.2020 нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО15, зарегистрированной в реестре за №38/17-н/38-2020-3-1472, - не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части заключения.

В исследовательской части заключения эксперт указала, что данное изображение оттиска печати ООО «Габарит» является копией низкого качества: штрихи имеют растровую структуру (состоят из отдельных точек), некоторые знаки отображены нечетко, некоторые знаки полностью или частично не отображены.

При сравнении исследуемого оттиска печати ООО «Габарит» (изображения) с представленными свободными образцами оттисков печати ООО «Габарит» наряду с совпадением количества и размеров рамок, размещения в них текста, конфигурации разделительных знаков не удалось выявить совокупности признаков, достаточной для какого-либо определенного вывода (положительного или отрицательного).

Объясняется это низким качеством изображения исследуемого оттиска, в результате чего провести сравнительное исследование и решить вопрос: печатью ООО «Габарит», свободные образцы оттисков которой представлены для сравнения, или иной печатью нанесен исследуемый оттиск, изображение которого находится в представленной копии Договора цессии - не представляется возможным.

Истец в письменных пояснениях по результатам экспертизы указал, что результаты почерковедческой и технической экспертиз не опровергают правовую позицию истца. Представленная на экспертизу копия Договора цессии выполнена и заверена нотариусом, что исключает возможность монтажа предоставленного документа. Также при исследовании оттиска печати ООО «Габарит» экспертом было установлено полное совпадение общих признаков (количество и размер рамок, размещенный в них текст, конфигурация разделительных знаков), не смотря на низкое качество представленного оттиска. Исходя из выводов эксперта, истец полагает, что заявление ответчика о фальсификации документов не подлежит удовлетворению ввиду недоказанности обстоятельств, на которые он ссылался.

Ответчик возражений относительно проведенного экспертного исследования не представил, просил вызвать в судебное заседание эксперта ФБУ ЛСЭ ФИО6 для дачи пояснений по проведенным исследованиям и выводам, отраженным в отчете о проведенной экспертизе, а также для дачи пояснений по вопросу возможности проведения дополнительных исследований для установления более точно принадлежит ли ФИО5 подпись, изображение которой находится на оспариваемом Договоре цессии.

Третье лицо возражений относительно проведенной экспертизы не представило.

В судебное заседание 19.01.2022 явилась эксперт ФИО6, которой даны пояснения по существу проведенного экспертного исследования и ответы на вопросы суда и истца. Пояснения эксперта зафиксированы аудиозаписью судебного заседания, являющейся частью протокола судебного заседания. Кроме того, экспертом представлены письменные ответы на вопросы ответчика, которые приобщены к материалам дела, согласно которым отсутствие оригинала Договора цессии существенно затруднило процесс выявления идентификационных признаков.

Для возможности проведения дополнительного исследования и решения вопроса относительно подписи от имени ФИО5 в категорической форме необходимо предоставить документ - Договор цессии в оригинале.

В связи с представленными экспертом пояснениями, данными в ходе судебного заседания, рассмотрением судом заявления о фальсификации доказательств, а также с учетом неоднозначности выводов эксперта относительно проведенной по делу судебной почерковедческой и технической экспертизы, с целью выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта по данному делу, суд на основании статьи 66 АПК РФ, учитывая разъяснения пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», истребовал у ФИО2 оригинал оспариваемого договора цессии от 18.02.2019.

Во исполнение определения Арбитражного суда Иркутской области об истребовании доказательств от 19.01.2022 ФИО2 сообщила, что предоставить арбитражному суду оригинал Договора цессии, заключенный с ООО «Габарит», не представляется возможным ввиду его утраты, о чем имеется справка Управления МВД России по г. Владимиру от 08.12.2021 и письмо об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 08.12.2021 № 43/1/1.

В связи с изложенным суд не может констатировать факт уклонения либо препятствования со стороны ФИО2 проведению экспертизы.

При изложенных обстоятельствах представление в материалы дела оспариваемого Договора цессии видится судом невозможным, равно как и проведение дополнительного исследования, в связи с чем суд приходит к выводу о необходимости завершения проверки заявления о фальсификации, принимает во внимание выводы, изложенные экспертом ФИО6 при проведении экспертизы.

Исследовав экспертное заключение с учетом мнения сторон, суд, приходит к выводу, что экспертное заключение является полным, противоречивых выводов не содержит, методика исследования соответствует Закону о государственной судебно-экспертной деятельности, ведомственным актам Минюста России.

Каждое лицо, участвующее в деле, в силу статей 9, 65 АПК РФ, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Каких-либо доказательств, подтверждающих несоответствие и противоречивость выводов заключения, сторонами суду не представлено. Заключение содержит ответы на поставленные вопросы, выполнено с достаточной степенью полноты и достоверности, экспертное заключение подписано экспертом, имеется расписка о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В силу части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Доказательства, опровергающие выводы эксперта, суду и в материалы дела не представлены. При этом само по себе несогласие с экспертным заключением в отсутствие надлежащих доказательств, опровергающих выводы эксперта, не свидетельствует о недостоверности экспертных заключений.

Суд, исследовав заключение эксперта, приходит к выводу, что заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов отражены в ходе исследования и ответах на поставленные судом вопросы, в заключении содержатся выводы по поставленным вопросам, методика раскрыта, само заключение изложено достаточно ясно и полно, в связи с чем принимает во внимание содержащиеся в них выводы.

По смыслу статьи 161 АПК РФ по факту проведения проверки обоснованности заявления о фальсификации арбитражный суд может прийти к двум выводам: о фальсификации доказательства, влекущей исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу, либо о достоверности данного доказательства, влекущей возможность его оценки судом в соответствии со статьей 71 АПК РФ и установления фактических обстоятельств по делу на его основании.

При таких обстоятельствах, учитывая, выводы судебной почерковедческой и технической экспертизы, согласно которым эксперт подтвердил проставление печати ООО «Габарит» на квитанции к приходному кассовому ордеру и подписи на Договоре цессии, суд приходит к выводу, что заявление о фальсификации Договора цессии и квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 18.02.2019 не нашло своего документального подтверждения, поскольку означенные документы были подписаны и скреплены печатью от имени ООО «Габарит» уполномоченным лицом, самим директором ФИО5 либо иным лицом, лицом, обладающим соответствующими полномочиями, в том числе полномочиями распоряжаться печатью общества.

Суд считает, что проставление печати на указанном документе является подтверждением полномочий подписавшего их лица, как представителя ООО «Габарит» при подписании квитанции и принятии денежных средств в счет оплаты по Договору цессии.

Объективные доказательства тому, что печать ООО «Габарит» находилась в режиме свободного доступа, выбыла из владений цедента, находилась в незаконном владении другого лица, в материалах дела отсутствуют.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства того, что подписание спорных документов было связано с мошенническими либо иными противоправными действиями подписавшего их лица.

Обратного сторонами не доказано.

На основании изложенного суд пришел к выводу о необоснованности заявления ООО «Интехстрой» о фальсификации вышеперечисленных доказательств по делу; в связи с чем суд принимает их в целях подтверждения обоснованности исковых требований истца.

Кроме того, поскольку ответчиком поставлен под сомнение сам факт внесения ФИО2 денежных средств в кассу ООО «Габарит», суд исходит из следующего.

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Несмотря на то, что в указанном Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъясняются нормы законодательства о несостоятельности (банкротстве), суд исходит из возможности применения данных разъяснений к спорной ситуации.

С целью проверки наличия реальности внесения ФИО2 денежных средств в кассу ООО «Габарит», а также наличия у ФИО2 достаточного количества активов, суд с целью проверки реальности хозяйственных операций по оплате уступленного права в порядке статьи 66 АПК РФ определением суда от 17.02.2022 истребовал у территориальных органов ФНС России дополнительные доказательства, позволяющие определить финансовое положение цессионария (с учетом доходов), позволяющее оплатить цеденту денежные средства в счет оплаты уступленного права, в частности, размер дохода ФИО2 за период, предшествующий заключению Договора цессии, сведения о наличии расчетных счетов, налоговой и бухгалтерской отчетности в отношении ООО «Габарит».

Согласно представленной во исполнение определения суда от УФНС России по г. Москве декларации о доходах за 2017 год (т.д. 7, л.д. 12-14), у ФИО2 имелись доходы от продажи офиса и автомобиля в общей сумме 4 025 960 рублей.

Данное обстоятельство подтверждает реальную возможность внесения ФИО2 денежных средств в кассу ООО «Габарит», поскольку полученные за 2017 год доходы от продажи имущества в несколько раз превышают переданную ООО «Габарит» сумму.

Указанные и исследованные судом обстоятельства свидетельствуют о реальности хозяйственной операции по оплате уступленного права.

Следует отметить, что при нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 390 ГК РФ, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3 указанной статьи). Следовательно, при возникновении спора относительно недействительности Договора цессии и вытекающих из него прав, затрагиваются интересы исключительно цедента и цессионария, интересы должника не затрагиваются.

При таких обстоятельствах ФИО2 правомерно обратилась в суд с иском о взыскании имеющейся задолженности, право требования которой возникло на основании заключенного Договора цессии.

Суд отмечает, что первоначально ФИО2 обратилась с настоящим иском в Кировский районный суд г. Иркутска, который 21.10.2020 возвратил иск заявителю, впоследствии 22.12.2020 оставил исковое заявление ФИО2 без рассмотрения.

В связи с изложенным в целях недопустимости нарушения прав истца на судебную защиту рассмотрение иска ФИО2 осуществляется Арбитражный судом Иркутской области.

Требования истца основаны на неисполнении ответчиком обязательств по Договору, который, по мнению истца, является незаключенным ввиду его подписания со стороны ООО «Габарит».

Вместе с тем ответчик факт незаключенности спорного договора оспорил, представил в материалы дела Договор, подписанный сторонами.

Истец указал, что между сторонами велись переговоры относительно заключения Договора, переданный ООО «Интехстрой» подписанный со стороны ООО «Габарит» Договор ответчиком в адрес истца в подписанном виде, скрепленный печатью не поступил, в связи с чем оснований считать его заключенным не имеется.

Ответчик в свою очередь сослалось на то, что спорный договор заключен посредством обмена электронными сообщениями с использованием электронной почты сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Согласно пункту 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В соответствии с разъяснениями пункта 65 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (например, в форме размещения на сайте хозяйственного общества в сети «Интернет» информации для участников этого общества, в форме размещения на специальном стенде информации об общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и т.п.).

Таким образом, принципиальное значение в целях признания договора заключенным посредством переписки имеет также возможность полной идентификации отправителя и получателя сообщений. При осуществлении обмена юридически значимыми сообщениями требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю.

Ответчиком в материалы дела представлена распечатка электронной переписки между сторонами (т.д. 1, л.д. 105-109).

Кроме того, в судебном заседании 21.04.2022 по ходатайству ООО «Интехстрой» допрошен свидетель ФИО16, которым даны пояснения по существу спора и ответы на вопросы суда и сторон. Пояснения свидетеля зафиксированы аудиозаписью судебного заседания, являющейся неотъемлемой частью протокола судебного заседания.

ФИО16 в ходе допроса указал, что им велась переписка с ФИО5 по заключению договора на выполнение текущего ремонта пунктов обогрева, давались разъяснения как устные, так и письменные относительно порядка заключения договора и ведения данного вида работ. Свидетель в пояснениях ссылался на то, что имеет значительный опыт в выполнении данного рода работ, в связи с чем вводил ФИО5 в курс дела.

Также в судебном заседании осуществлено исследование информационного ресурса – электронного почтового ящика ФИО16 dm.antonov.80@inbox.ru и материалов электронной переписки с почтовым ящиком 89641173173@mail.ru; копии исследованных писем приобщены к материалам дела на электронном носителе.

Так, с электронного ящика 89641173173@mail.ru на электронный ящик dm.antonov.80@inbox.ru направил 3 письма, содержащие: в письме от 09.11.2017 - договор на банковскую гарантию с Абсолют Банком и ООО «Габарит», а также саму банковскую гарантию № 009590 от 13.07.2017 (бенефициар ОАО «РЖД»); в письме от 30.11.2017 – акты КС-2 от 30.10.2017 за период с 01.10.2017 по 30.10.2017 по пунктам обогрева на 5332 км., 5316 км., 5313 км., 5287 км., 5324 км., за период с 01.11.2017 по 30.11.2017 по пунктам обогрева на 5376 км., 5243 км.; в письме от 28.12.2017 – КС-3 на сумму 704 432 рубля 04 копейки от 30.09.2017 в отношении пунктов обогрева на 5276 км., 5313 км., 5332 км., содержащую ссылку на Договор, а также сам Договор от 10.10.2017 № 10/10/17 с локальной сметой в текстовом формате (word). Иных писем с означенного электронного адреса не имеется.

С электронного ящика dm.antonov.80@inbox.ru на электронный ящик 89641173173@mail.ru направлено 8 писем, из них: 3 письма от 18.09.2017, содержащие счет-спецификацию № 278 от 15.09.2017 на сумму 102 127 рублей от ООО «Строительные системы» в формате word, счет ООО «Интехстрой», выставленный ООО «Габарит», № 15 от 18.09.2017 на 139 781 рубль 78 копеек в формате word, счет подписанный ООО «Интехстрой» в формате pdf; в письме от 02.10.2017 – КС-3 и КС-2 от 30.09.2017 между ООО «Интехстрой» и ООО «Габарит» по пунктам обогрева на 5276 км., 5313 км., 5332 км.; в письме от 11.10.2017 – договор ООО «Габарит» и СтройТайм от 01.10.2017 № 01/10/17, сметы ООО «Габарит» и СтройТайм, договор поставки № 18/09-17 от 18.09.2017, где поставщик ООО «Интехстрой», а покупатель ООО «Габарит» и счет-фактура № 33 от 22.09.2017 на 139 781 рубль 38 копеек; в письме от 03.11.2017 – карточка с реквизитами ООО «Интехстрой» по договору № 10/10/17 от 10.10.2017 на 704 432 рубля 04 копейки; в письме от 20.11.2017 – договор поставки ООО «Габарит» № 18/09-17 от 18.09.2017 и счет-фактура с УПД № 33 от 22.09.2017 на сумму 139 781 рубль 38 копеек; в письме от 28.11.2017 – договор между ООО «Интехстрой» и ООО «Габарит» № 10/10/17 от 10.10.2017 с ценой договора 1 308 475 рублей 27 копеек (с НДС) в формате word и договор поставки от 18.09.2017 со счетом-фактурой.

Дальнейшая переписка относительно заключения договора между сторонами не состоялась, направление подписанного договора со стороны ООО «Габарит» на электронный адрес dm.antonov.80@inbox.ru судом не установлено, равно как и не установлено направление ООО «Интехстрой» в адрес ООО «Габарит» подписанного со своей стороны и скрепленного печатью общества Договора.

При исследовании электронной переписки судом установлено направление договоров в формате word, КС-2, КС-3 в формате excel, подписанных и скрепленных печатями обществ документов в формате pdf электронная переписка не содержит, за исключением счета ООО «Интехстрой», выставленного ООО «Габарит», № 15 от 18.09.2017 на 139 781 рубль 78 копеек.

Статьей 443 ГК РФ предусмотрено, что ответ о согласии заключить договор на иных условиях, чем предложено в оферте, не является акцептом. Такой ответ признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой.

В связи с установленной пересылкой между сторонами спорного Договора в формате word, признать его направление офертой и акцептом оферты невозможно, поскольку по смыслу части 2 статьи 434 ГК РФ силу заключенного договора будет иметь пересылка договора подписанного и скрепленного печатью одной стороной и акцептованного обратным письмом второй стороной с подписью и печатью общества без внесения изменений в текст договора.

Доказательств иного ООО «Интехстрой» не представлено, при исследовании электронных почтовых ящиков судом не установлено.

Кроме того, следует отметить, что принадлежность электронного почтового адреса 89641173173@mail.ru ФИО5 истцом не подтверждена, указано на отсутствие достоверной информации о его принадлежности ООО «Габарит». ООО «Интехстрой» несмотря на предложения суда не представил достоверных доказательств принадлежности данного электронного адреса ООО «Габарит».

Таким образом, довод ООО «Интехстрой» о подписании договора путем обмена электронными письмами опровергается проведенным в судебном заседании исследовании, представленными в материалы дела распечатками и приобщенным к материалам дела электронным носителем.

В материалах дела отсутствуют доказательства направления ООО «Интехстрой» подписанного со своей стороны Договора и приложения к нему в адрес ООО «Габарит» любым возможным способом. Обратного ООО «Интехстрой» не доказано.

В соответствии с частью 7 статьи 71 АПК РФ результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений

Оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь положениями статей 71, 161 АПК РФ, суд воспользовался своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств, учитывая результаты проведенного исследования, установленные обстоятельства, приходит к выводу, что Договор № 10/10/17 от 10.10.2017 является не заключенным.

Таким образом, договорные отношения на условиях договора № 10/10/17 от 10.10.2017 между сторонами не состоялись.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В связи с тем, что сторонами не достигнуто согласование условий договора и его заключение, перечисленные платежным поручением № 138 от 03.11.2017 ООО «Габарит» 03.11.2017 на счет ООО «Интехстрой» денежные средства в размере 704 432 рубля 04 копейки в счет оплаты будущих выполненных работ в отсутствие доказательств их выполнения будут являться неосновательным обогащением на стороне ответчика.

Поскольку регулирующее подрядные взаимоотношения законодательство прямо предусматривает возможность подтверждения факта выполнения работ и его объема исключительно составлением акта, указанный документ свидетельствует как о факте приема работ, так и подтверждает объем таковых.

Обязательства подрядчика по договору подряда считаются исполненными с момента передачи результата работ заказчику, следовательно, и приемка работ может быть произведена только после передачи результата работ.

В подтверждение фактического выполнения работ по Договору ответчиком в материалы дела представлены акты о приемке выполненных работ за период с 01.10.2017 по 30.10.2017 и справка о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 10.10.2017 (т.д. 1 л.д. 110-180, т.д. 2 л.д. 1-174), подписанные в одностороннем порядке.

Согласно пункту 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Согласно пункту 14 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 №51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» односторонний акт приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в том случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

В ходе рассмотрения дела в суде истцом в качестве основания для отказа от подписании актов и справки указано, что ООО «Интехстрой» к выполнению работ на спорном объекте не приступало и не выполняло их, работы на объекте в полном объеме выполнялись силами ООО «Габарит». Кроме того, представленные ответчиком акты и справка в адрес ООО «Габарит» не направлялись.

Вместе с тем, как утверждает ответчик, работы были выполнены им в полном объеме, акты и справка для осуществления их приемки были направлены истцу по электронной почте, однако ООО «Габарит» приемку работ не осуществил, в подписанном виде означенные документы не вернул. Иных доказательств направления означенных первичных документов ООО «Габарит» ответчиком не представлено.

К доводу ответчика суд относится критически, поскольку судом при исследовании электронных почтовых ящиков установлено отсутствие подписанных со стороны ответчика и скрепленных печатью общества первичных документов.

Таким образом, уведомление ООО «Габарит» о необходимости приемки выполненных работ не состоялось, ответчиком не доказано, в связи с чем при отрицании истцом выполнения работ силами ООО «Интехстрой», бремя доказывания их выполнения силами ответчика лежит на ООО «Интехстрой», ответчику надлежит доказать фактическое выполнение работ на объектах ОАО «РЖД».

Вместе с тем означенные акт и справка являются лишь приемо-сдаточными документами и сами по себе не могут подтверждать реальность проведенных хозяйственных операций, в связи с чем, при наличии спора о выполнении работ, оцениваются наряду с доказательствами, подтверждающими реальность выполнения работ, указанных в акте КС-2.

В подтверждение факта выполнения работ ответчиком в материалы дела представлен отзыв от 16.02.2022, к которому приложены оригиналы актов выполненных работ (т.д. 6 л.д. 26-270), в конце каждого из актов содержится надпись с подписью ФИО17 от 10.10.2017 следующего содержания «Работы выполнены в полном объеме, подтверждаю. Ящики твердого топлива и запаса МВСП установлены. Главный инженер Слюдянской дистанции пути ПЧГ-9».

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание и допросе свидетеля ФИО17, которое судом удовлетворено, в судебном заседании 28.03.2022 свидетелем даны пояснения по существу спора и ответы на вопросы суда и сторон. Пояснения свидетеля зафиксированы аудиозаписью судебного заседания, являющейся частью протокола судебного заседания.

Так, ФИО17 указал, что, являясь главным инженером Слюдянской дистанции пути Восточно-Сибирской дирекции инфраструктуры, осуществлял контроль за ходом выполнения работ по текущему ремонту пунктов обогрева и приемку выполнение работ, подтвердил, что выполнение работ осуществлялось ООО «Интехстрой».

К пояснениям свидетеля ФИО17 суд относится критически ввиду следующего.

Согласно актам о приемке выполненных работ, подписанным между ООО «Габарит» и ОАО «РЖД», представленным в материалы дела непосредственно третьим лицом, работы принимал первый заместитель начальника Восточно-Сибирской дирекции инфраструктуры по доверенности № ВСИБ ДИ 1/Д от 10.01.2017 ФИО18, а со стороны Слюдянской Дистанции пути Восточно-Сибирской дирекции инфраструктуры работы принимал ее начальник ФИО19

Следовательно, работы со стороны ОАО «РЖД» и Слюдянской дистанции пути Восточно-Сибирской дирекции инфраструктуры принимали специально уполномоченные на то лица, а значит, в период выполнения работ по договору подряда № 2524213 на выполнение работ по текущему ремонту пунктов обогрева от 18.08.2017 замещать их обязанности не требовалось.

Кроме того, истцом осуществлен адвокатский запрос руководителю ОАО «РЖД» № 1 от 14.03.2022, в ответ на который от ОАО «РЖД» поступило письмо, представленное истцом в материалы дела № исх-2871/ВСИБ ДИ от 14.04.2022 (т.д. 7 л.д. 67-70), согласно которому главный инженер дистанции пути не уполномочен ставить печать дистанции на актах приема-передачи выполненных работ между подрядчиком и его субподрядчиком, не входящих в состав структуры ОАО «РЖД».

Из должностной инструкции ФИО17, приложенной к ответу на запрос ОАО «РЖД», следует, что в должностные обязанности главного инженера дистанции пути в целом входят общехозяйственные функции (организация труда, безопасность труда, обеспечение работников всем необходимым и т.п.), приложена соответствующая инструкция.

Означенные пояснения свидетельствуют о том, что главный инженер не имеет права принимать работы, так как осуществляет общехозяйственную деятельность и не наделен такими полномочиями.

Кроме того, свидетель в ходе проводимого допроса не смог достоверно подтвердить, каким именно образом им было определено, что выполнение работ осуществлялось именно работниками ООО «Интехстрой». Указав на проведение инструктажа, каких-либо письменных доказательств, будь то журналы, отражающие проведение инструктажа с подписями лиц, позволяющих определить их трудоустройство в ООО «Интехстрой», либо иные документы в материалы дела не представлены ни свидетелем, ни самим ответчиком, ни третьим лицом.

Соответственно, ввиду установленных обстоятельств, отсутствия у данного лица полномочий на осуществление приемки работ, свидетельские показания не могут быть приняты судом в качестве безусловного доказательства выполнения работ ответчиком.

Также ФИО17 указал, что выполнение ООО «Интехстрой» работ осуществлялось на пунктах обогрева, расположенных на между Утуликом и Байкальском: на 5348, 5346, 5340 км. (Утулик), на 5313 км. (Слюдянка); на 5287, 5280, 5276, 5260, 5258, 5259, 5243, 5229 км. (Слюдянка-Ангасол).

Следует отметить, что в тексте технического задания, являющегося приложением к Договору, заключение которого сторонами не состоялось, при согласовании предмета договора стороны определили выполнение ремонта 7 пунктов обогрева. Из перечисленных свидетелем пунктов обогрева с предметом Договора совпадают только 4 – на 5313, 5287, 5276, 5243 км, что также подтверждает невозможность с достоверностью утверждать о выполнении ответчиком работ в полном объеме.

В ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривалось, что ранее ООО «Интехстрой» велись аналогичные работы по ремонту пунктов обогрева, выполняемые для ОАО «РЖД» в рамках заключенных договоров, учитывая протяженность железнодорожных путей, количество означенных пунктов обогрева является значительным, что не исключает возможность одновременного выполнения работ как ООО «Интехстрой», так и ООО «Габарит», однако по разным объектам, в рамках заключенных самостоятельных договоров с ОАО «РЖД». Указанный вывод, в том числе подтверждается свидетельскими показаниями ФИО17, которым был перечислен большой объем пунктов обогрева, отличный от согласовываемого сторонами в ходе ведения переговоров по заключению договора.

Ответчиком также в подтверждение факта выполнения работ в материалы дела представлены универсальные передаточные документы (т.д. 6 л.д. 6-25), подтверждающие закупку материалов для выполнения работ.

Вместе с тем, означенные доказательства не могут быть признаны судом относимыми доказательствами, поскольку установить, что спорные материалы были использованы непосредственно при ремонте оспариваемых пунктов обогрева не представляется возможным, ответчиком соответствующих доказательств не представлено.

Кроме того, суд учитывает, что исходя из исследованной судом в ходе рассмотрения дела электронной переписки, между ответчиком и ООО «Габарит» велись переговоры помимо заключения Договора, также и о поставке товаров, что не исключает возможность закупки материалов в рамках договора поставки, а не с целью выполнения обязательств по Договору подряда ввиду выполнения работ с использованием давальческих материалов подрядчика.

Также, ответчиком не представлены документы, подтверждающие реальность произведенных операций по перевозке (доставке) давальческих материалов в место выполнения работ, учитывая отдаленность друг от друга месторасположения спорных пунктов обогрева, а именно доказательства наличия у ООО «Интехстрой» права собственности или иные права (в том числе права аренды) пользования транспортными средствами, с помощью которых осуществлялась перевозка давальческих материалов на объект строительства, оформленные счетами-фактурами, путевыми листами на транспортные средства, товарно-транспортными накладными. В том числе и ответчиком не представлены доказательства доставки ТМЦ на объект строительства путем привлечения перевозчика либо с использованием собственных транспортных средств.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о недоказанности фактического выполнения работ ООО «Интехстрой», поскольку представленные им документы носят формальный характер и не подтверждают с достоверностью выполнение объема работ, который в дальнейшем был передан ООО «Габарит» заказчику – ОАО «РЖД».

Из представленных самим же ответчиком документов усматривается, что ответчик формально составлял документы о приемке выполненных работ, которые не подтверждают реальность осуществления финансово-хозяйственных отношений.

В данной ситуации, учитывая отсутствие доказательств фактического выполнения ООО «Интехстрой» спорных работ, усматривается умысел ответчика, очевидно свидетельствующий о том, что ООО «Интехстрой» намеренно пытался ввести суд в заблуждение, представляя недостоверные доказательства в свою пользу. Данное поведение ответчика нельзя признать добросовестным.

Истец же, напротив, доказал, что данные работы выполнялись самим ООО «Габарит», о чем свидетельствуют следующие обстоятельства.

В материалы дела от ОАО «РЖД», являющегося заказчиком спорных работ в рамках заключенного с ООО «Габарит» договора № 2524213 от 18.08.2017 на выполнение работ по текущему ремонту пунктов обогрева, представлены соответствующий договор, а также доказательства выполнения работ подрядчиком – ООО «Габарит» и их приемки заказчиком – ОАО «РЖД», а именно акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ и затрат по каждому тепловому пункту отдельно, подписанные без замечаний и возражений относительно объема и качества выполненных работ (т.д. 3 л.д. 71-205; т.д. 4 л.д. 1-167).

Истец пояснил, что ООО «Габарит» иных договоров с ОАО «РЖД» на ремонт пунктов обогрева не заключал.

При исследовании договора № 2524213 от 18.08.2017 и технического задания к нему, судом установлено, что содержание данного договора является идентичным Договору № 10/10/17 от 10.10.2017, что подтверждает намерение сторон заключить договор субподряда, в том числе идентичным является предмет договора, а именно перечень пунктов обогрева, за исключением пункта обогрева, расположенного на 5243 км. ПК 10.

В отношении означенного пункта обогрева ответчиком также представлен акт о приемке выполненных работ, подтверждающий выполнение работ ООО «Интехстрой» для ООО «Габарит», что в отсутствии у ООО «Габарит» обязательства по его выполнению перед ОАО «РЖД» видится суду нецелесообразным.

Из представленных документов и пояснений третьего лица усматривается, что выполнение работ осуществлено силами ООО «Габарит», указаний на ведение работ субподрядной организацией – ООО «Интехстрой» спорные документы не содержат.

Также судом установлено, что период выполнения работ согласно актам ответчика – с 01.10.2017 по 30.10.2017, тогда как ООО «Габарит» работы сдавались ОАО «РЖД» в период с 29.09.2017 по 23.11.2017.

Если предположить, что ООО «Интехстрой» являлось субподрядчиком, то период выполнения работ по Договору должен предшествовать или быть равным периоду выполнения работ по договору подряда № 2524213 от 18.08.2017. Однако, как установлено из представленных актов работы по 4 из 7 пунктов обогрева предусмотренные Договором были сданы по срокам позже, чем по договору № 2524213, что является невозможным, поскольку субподрядчик не может сдать работы позже подрядчика.

Кроме того, как уже отмечалось, объект «Пункт обогрева на 5 243 км. ПК10», который присутствует в Договоре, является отсутствующим в договоре № 252413 от 18.08.2017, между тем, учитывая специфику взаимоотношений по договору подряда и субподряда, предмет данных договоров должен быть идентичным.

Таким образом, если исходить из периода выполнения работ, обозначенного ответчиком в актах, усматривается физическая невозможность, их выполнения как минимум по 4 из 7 пунктов обогрева.

Следует отметить, что к показаниям свидетеля ФИО16, подтверждающего выполнение работ на объектах ООО «Интехстрой», суд также относится критически, поскольку согласно представленным во исполнение определения суда от 23.06.2022 Главным управлением Пенсионного фонда России по Иркутской области сведениям трудовые отношения ФИО16 и ООО «Интехстрой» прекратились в октябре 2017 года, что исключает возможность подтверждения данным лицом факта выполнения работ ООО «Интехстрой» в ноябре 2017 года.

Учитывая изложенное, в совокупности с представленными в материалы дела свидетельскими показаниями, суд приходит к выводу, что в материалы дела представлено достаточное количество доказательств, свидетельствующих о фактическом выполнении ООО «Габарит» работ по ремонту пунктов обогрева самостоятельными силами.

Представленные в материалы дела документы в полной мере доказывают факт выполнения работ ООО «Габарит», поскольку отсутствуют какие-либо доказательства выполнения указанных работ ООО «Интехстрой».

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о реальности осуществления ООО «Габарит» спорных работ и соответственно ввиду отсутствия доказательств возврата перечисленных денежных средств, подтверждает неосновательное обогащение ответчика на сумму 704 432 рубля 04 копейки. Доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчиком не представлено. Документов, опровергающих представленные истцом доказательства, ответчик также не представил.

В том числе суд учитывает, что из полученного на определение об истребовании доказательств ответа Межрайонной ИФНС России № 20 по Иркутской области следует, что ООО «Интехстрой» не отражал ни авансовых поступлений, ни сумм выполненных работ в отношении ООО «Габарит», соответственно и не уплатил НДС с полученных денежных средств. Из ответа ИФНС по Октябрьскому округу г. Иркутска также следует, что отношений между ООО «Габарит» и ООО «Интехстрой» нет, что также подтверждает отсутствие реальности хозяйственных операций по выполнению спорных работ.

На основании вышеизложенного факт наличия неосновательного обогащения ответчика за счет истца подтвержден представленным в материалы дела платежным поручением.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что ООО «Интехстрой» должно рассматриваться как лицо, неосновательно удерживающее денежные средства, полученные в качестве авансирования работ, встречное предоставление по которым не состоялось.

Рассмотрев требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактической оплаты основного долга, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункт статье 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. При этом размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

ФИО2 представила в материалы дела расчет процентов, согласно которому сумма процентов составила 58 836 рублей 99 копеек, исходя из: суммы неосновательного обогащения 704 432 рубля, размеров ставки Банка России, действовавших в соответствующие периоды и периода начисления (27.05.2019 по 12.10.2020).

Расчет процентов ООО «Интехстрой» не оспорен, контррасчет не представлен.

Суд, проверив расчет процентов, находит его произведенным неверно, в связи с неправильно определенным периодом начисления процентов, ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 314 ГК РФ если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

Судом установлено, что уведомление о возврате денежных средств получено ответчиком 20.05.2019 (т.д. 1 л.д. 59), учитывая установленный в претензии срок возврата денежных средств в течение 7 дней, суд исходит из положений статьи 314 ГК РФ и количества установленных в претензии дней на возврат денежных средств, соответственно возврат денежных средств должен был состояться в период с 21.05.2019 по 27.05.2019, соответственно проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с 28.05.2019.

Кроме того, Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) с 01.04.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Таким образом, с учетом моратория, установленного Постановлением № 497, учитывая дату, с которой указанное Постановление начало действовать, правомерным будет являться начисление процентов в период с 28.05.2019 по 31.03.2022.

Произведя расчет процентов исходя из суммы неисполненного обязательства 704 432 рубля 04 копейки, правильно определенного периода просрочки, взысканию подлежат проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 127 838 рублей 93 копейки, из них в сумме 58 687 рублей 43 копейки за период с 28.05.2019 по 12.10.2020 и 69 151 рубль 50 копеек за период с 13.10.2020 по 31.03.2022.

На основании вышеизложенного арбитражный суд считает требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения, обоснованными и подлежащими удовлетворению в сумме 127 838 рублей 93 копейки.

Пунктом 3 статьи 395 ГК РФ предусмотрено, что проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Вместе с тем из правового подхода, изложенного в ответе на вопрос № 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020, следует, что во время действия моратория приостановлено действие порядка начисления (взыскания) неустоек, предусмотренного законодательством и условиями заключенных договоров. Если решение о взыскании соответствующей неустойки принимается судом до даты окончания моратория на взыскание неустоек, то в резолютивной части решения суд указывает сумму неустойки, исчисленную за период до начала действия моратория. В части требований о взыскании неустойки до момента фактического исполнения обязательства суд отказывает как поданных преждевременно. Одновременно суд разъясняет заявителю право на обращение с таким требованием в отношении дней просрочки, которые наступят после завершения моратория.

Кроме того, как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года № 44, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами, неустойка, пени за просрочку уплаты налога или сбора, а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве).

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

При таких обстоятельствах, рассмотрев означенное требование, суд с учетом установленного Постановлением № 497 моратория в период с 01.04.2022 вплоть до 01.10.2022, отказывает в удовлетворении требования в указанной части, что не лишает истца права обратиться с соответствующим иском по окончании срока действия моратория.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении; иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда не влияют.

При принятии решения арбитражный суд в силу положений части 2 статьи 168 АПК РФ решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска либо об обеспечении исполнения решения; при необходимости устанавливает порядок и срок исполнения решения; определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств, распределяет судебные расходы, а также решает иные вопросы, возникшие в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом на основании статьи 110 АПК РФ заявлено требование о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей, понесенных по договору на оказание юридических услуг от 26.10.2019, в подтверждение чего представлен соответствующий договор и расписка от 26.10.2019 об оплате указанных расходов.

Заявитель требования поддержал в полном объеме, дополнительных доказательств в обоснование несения расходов не представил.

Ответчик возражений по существу заявленного требования не представил.

Исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства и возражения, суд установил следующее.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ в состав судебных расходов включены государственная пошлина и судебные издержки, связанные с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Частью 2 статьи 110 АПК РФ установлено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвовавшего в деле, в разумных пределах.

Статьей 112 АПК РФ предусматривается, что вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1) разъяснено, что после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу о судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении.

Доказательства, подтверждающие факт выплаты вознаграждения за оказание представительских услуг и разумность расходов на оплату услуг представителя, а также несение иных затрат в соответствии со статьей 65 АПК РФ должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 Постановления № 1).

В подтверждение несения заявителем судебных расходов на оплату услуг представителя в материалы дела представлен договор на оказание юридических услуг от 26.10.2019, заключенный между ФИО2 (заказчик) и ФИО3 (исполнитель), согласно пункту 1.1 которого исполнитель обязуется оказывать заказчику юридические услуги по взысканию с ООО «Интехстрой» неосновательного обогащения в сумме 704 432 рубля 04 копейки.

Согласно пункту 3.1 услуги исполнителя оплачиваются в сумме 30 000 рублей путем передачи наличных денежных средств исполнителю в день подписания договора.

Согласно условиям договора стороны согласовали оказание следующих услуг: анализ документов, составление и подача искового заявления, уточнений к иску, представление возражений на отзыв ответчика (ов) (при необходимости), представительство интересов заказчиков в суде первой инстанции, участие в судебных заседаниях, составление всех необходимых процессуальных документов, консультирование заказчика по интересующим его вопросам в рамках судебного спора.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 оплатила ФИО3 услуги по договору в сумме 30 000 рублей, что подтверждается распиской от 26.10.2019, содержащей сведения о получателе денежных средств и основании их получения.

Ответчик факт получение исполнителем денежных средств не оспаривает, о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ не заявляет, в связи с чем суд приходит к выводу о подтверждении факта несения расходов.

В ходе рассмотрения дела, в судебных заседаниях присутствовал представитель ФИО2 – ФИО3, полномочия которого подтверждены доверенностью от 26.10.2019.

Таким образом, факт несения расходов истца по оплате услуг, оказанных в рамках договора на оказание юридических услуг, в сумме 30 000 рублей непосредственно связан с заключенным договором и рассматриваемым делом.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к выводу о документальной подтвержденности заявленных расходов.

Изучив указанные документы, суд полагает, что расходы на оплату услуг, непосредственно связаны с рассмотрением настоящего дела в суде, усматривается взаимосвязь понесенных расходов с рассматриваемым спором.

Ответчиком данное обстоятельство не оспорено.

На основании изложенного суд приходит к выводу о подтверждении истцом факта несения расходов на оплату услуг представителя.

Судом установлено, что в рамках данного дела исполнителем оказаны следующие юридические услуги: подготовлено исковое заявление, собраны доказательства, обосновывающие исковые требования, подготовлены многочисленные возражения на доводы ответчика и пояснения по существу спора, заявлен ряд ходатайств, обеспечено участие представителя в судебных заседаниях.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека исходит из того, что судебные издержки и расходы возмещаются в истребуемом размере, если будет доказано, что расходы являются действительными и что их размер является разумным и обоснованным (п. 79 Постановления Европейского Суда по правам человека от 25 марта 1999 года по делу № 31195/96 «Nikolova v. Bulgaria» и п. 56 Постановления Европейского Суда по правам человека от 21 декабря 2000 года по делу № 33958/96 «Wettstein v. Switzerland»).

При рассмотрении вопроса о разумности заявленных расходов на адвокатов Европейским Судом по правам человека учитываются следующие аспекты: объем работы, проведенный адвокатом (объем подготовленных документов, длительность судебной процедуры, затраченное адвокатом время и т.д.); результаты работы, достигнутые адвокатом (были ли требования удовлетворены в полном объеме или только в части); сложность рассмотренного дела (сложность дела с точки зрения исследования фактов и поднимаемых правовых вопросов, продолжительность разбирательства, значимость дела).

В соответствии с пунктом 11 Постановления № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Действующее законодательство не ограничивает размер расходов какой-либо предельной суммой. Оценивая заявляемые стороной требования, суд руководствуется общими принципами арбитражного процессуального законодательства, в том числе принципами беспристрастности, объективности, состязательности и равенства прав сторон процессуальных правоотношений.

Определение разумных пределов расходов на оплату услуг представителя является оценочным понятием, конкретизируется с учетом правовой оценки фактических обстоятельств рассмотрения дела и направлено на пресечение злоупотребления правом и недопущение взыскания несоразмерных нарушенному праву сумм.

С учетом пункта 13 Постановления № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Кроме того, сложившейся практикой арбитражных судов Российской Федерации при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя принимаются во внимание относимость расходов к делу, стоимость экономных транспортных услуг, время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, сложившаяся в данном регионе стоимость на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги, а также факт признания ответчиком иска в полном объеме, имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг и иные обстоятельства, свидетельствующие о разумности этих расходов (пункт 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 августа 2004 года № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»).

Применительно к рассматриваемому спору суд отмечает, что в правовом отношении дело представляло определенную сложность. Суд признает, что рассматриваемое дело является объемным: по делу состоялось свыше 10 судебных заседаний, материалы дела содержат большой объем доказательств, в том числе истребованных по ходатайству истца при активном участии сторон судом назначена экспертиза, также к участию в деле по инициативе сторон привлекались свидетели. Данные обстоятельства, по мнению суда, требовали значительных трудозатрат квалифицированных специалистов, обладающих специальными юридическими познаниями в сфере законодательства по взысканию задолженности по данным видам споров, сбору доказательств и представлению их в суд.

Между тем ответчик каких-либо доказательств, подтверждающих несоразмерность понесенных судебных расходов, суду не представил.

Как следует из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда от 20.05.2008 № 18118/07 и Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О, реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Изложенное также согласуется с правовыми позициями, выраженными в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2012 № 2544/12, № 2545/12 и № 2598/12.

С учетом установленных выше обстоятельств (объема выполненных работ; отсутствия оспаривания со стороны ответчика, объема представленных сторонами доказательств разумности судебных расходов), с учетом фактически оказанных услуг и отсутствия возражений ответчика относительно чрезмерности (неразумности) заявленных судебных расходов, суд считает, что заявленный истцом размер расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей является разумным.

С учетом частичного удовлетворения требований истца, что составляет 99,98% от заявленных, требование о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя подлежит удовлетворению частично в сумме 29 994 рубля.

Кроме этого, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика судебных расходов по направлению почтовых отправлений ответчику в размере 394 рубля 04 копейки, а именно по направлению искового заявления ответчику и в ООО «Габарит».

В подтверждение несения судебных издержек истцом представлена почтовая квитанция от 12.10.2020 на сумму 234 рубля 04 копейки с приложением описи вложения, содержащей идентификатор почтового отправления соответствующий отраженному в квитанции и почтовым штемпелем, подтверждающем приемку почтового отправления к отправке ООО «Интехстрой» иска, квитанция от 12.10.2020 на сумму 120 рублей о направлении ООО «Габарит» и квитанция на приобретение почтовых конвертов на сумму 40 рублей.

С учетом обстоятельств данного дела суд считает, что заявленные к взысканию судебные расходы в сумме 254 рубля 04 копейки (234 рубля 04 копейки+20 рублей (конверт)) отвечают критериям обоснованности, разумности и справедливости; в оставшейся части несение судебных расходов является необоснованным и не подлежащим отнесению на ответчика, поскольку направление ООО «Габарит» - ликвидированному лицу, почтовой корреспонденции не является необходимым условием подачи иска в суд по смыслу статьи 126 АПК РФ, соответственно необходимости в несении данных расходов не имелось.

Учитывая подтверждение факта несения почтовых расходов на сумму 254 рубля 04 копейки, с учетом частичного удовлетворения требований истца требования о взыскании почтовых расходов подлежат удовлетворению в сумме 253 рубля 99 копеек.

Истцом при обращении в арбитражный суд уплачена государственная пошлина в сумме 5 122 рубля, что подтверждается чеками-ордерами от 08.10.2020 и 12.10.2020. С уточненных исковых требований подлежит уплате государственная пошлина в сумме 18 265 рублей.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, в удовлетворении оставшейся части иска отказано, то с учетом положений статьи 110 АПК РФ с ответчика пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 5 120 рублей 98 копеек, в оставшейся части расходы остаются на истце; с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 13 140 рублей 37 копеек (13 143 рубля*99,98%), с истца в доход федерального бюджета 2 рубля 63 копейки (13 143 рубля*0,02%).

Определением суда от 14.07.2021 по ходатайству сторон по делу назначена судебная почерковедческая и техническая экспертиза, проведение которой поручено одному или комиссии из экспертов ФБУ Иркутской ЛСЭ Минюста России.

ООО «Интехстрой» на депозитный счет суда внесено 35 150 рублей, что подтверждается платежным поручением № 110 от 19.04.2021, в назначении платежа указан номер дела А19-19047/2020.

В материалы дела 27.10.2021 поступило заключение эксперта и счет на оплату.

Определением суда от 05.09.2022 с депозитного счета Арбитражного суда Иркутской области перечислены на расчетный счет ФБУ Иркутской ЛСЭ Минюста России в оплату за проведение экспертизы денежные средства в сумме 35 150 рублей, уплаченных ООО «Интехстрой» платежным поручением № 110 от 19.04.2021.

Поскольку заявленные требования удовлетворены частично, распределению в процентном соотношении от суммы удовлетворенных требований подлежат судебные расходы по оплате судебных экспертиз.

Таким образом, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию понесенные ООО «Интехстрой» расходы по оплате стоимости судебной экспертизы в размере 7 рублей 03 копейки (35 150 рублей * 0,02%), в оставшейся части расходы остаются на ответчике.

руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интехстрой» в пользу ФИО2 704 432 рубля 04 копейки – неосновательного обогащения, 127 838 рублей 93 копейки – процентов за пользование чужими денежными средствами, 5 120 рублей 98 копеек – судебных расходов по уплате государственной пошлины, 29 994 рубля – судебных расходов на оплату услуг представителя, 233 рубля 99 копеек – почтовых расходов.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интехстрой» 7 рублей 03 копейки – судебных расходов на оплату судебной экспертизы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интехстрой» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 13 140 рублей 37 копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 2 рубля 63 копейки.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.


Судья Н.А. Курц