Постановление от 21 февраля 2023 г. по делу № А40-97689/2014

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 21.02.2023 Дело № А40-97689/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 14.02.2023

Полный текст постановления изготовлен 21.02.2023

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л., судей: Тарасова Н.Н., Кручининой Н.А. при участии в заседании:

конкурсный управляющий должника – лично, паспорт РФ, от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 01.08.2017, ФИО3 – лично, паспорт РФ,

от ФИО3 – ФИО4 по устному ходатайству,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2022, на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022,

по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «ТКС» ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ТКС»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.07.2014 принято к производству заявление ООО «Технический ремонт и обслуживание» о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «ТКС», возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2015 ЗАО «ТКС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.07.2016 арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2020 частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего, к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ТКС» за неподачу заявления о признании должника банкротом привлечен ФИО3, в части определения размера субсидиарной ответственности производство приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в остальной части заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2020 в обжалуемой части изменено: к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЗАО «ТКС» за неподачу заявления о признании должника банкротом привлечен ФИО1, с него взысканы в конкурсную массу должника денежные средства в размере 249 018 685,70 руб., а также ФИО3, с него взысканы в конкурсную массу должника денежные средства в размере 58 758 958,20 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.11.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2021 отменены,


обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2022 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ТКС» привлечен бывший генеральный директор ЗАО «ТКС» ФИО1 в сумме 248166196,30 руб., взыскано с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ЗАО «ТКС» денежные средства в размере 248166 196,30, в остальной части требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2022 об отменено в части, изменен размер субсидиарной ответственности ФИО1, взыскано с ФИО1 в конкурсную массу должника 248057351,59 руб. Привлечен ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЗАО «ТКС» за неподачу заявления о признании должника банкротом на сумму 1868401,09 руб., взыскано с ФИО3 в конкурсную массу должника 1868401,09 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят: ФИО1 – отменить судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, ФИО3 – отменить постановление суда апелляционной инстанции в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В кассационных жалобах заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.


В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 13.02.2023 на основании статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Зверевой Е.А. на судью Тарасова Н.Н.

В порядке статьи 279 АПК РФ к материалам дела приобщены отзыв конкурсного управляющего на кассационную жалобу, а также дополнение к данному отзыву, в приобщении приложенных к данному дополнению доказательств отказано, так как суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по сбору, исследованию и оценке новых доказательств (пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Представители ФИО1, ФИО3 и ФИО3 в судебном заседании суда округа поддержали кассационные жалобы по указанным в них доводам, представитель конкурсного управляющего должника возражал против их удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационные жалобы рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному


спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совершения ФИО1 и Холодным В.М. сделок должника, приведших к его банкротству, ввиду чего не усмотрели оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности в данной части требований, с чем соглашается суд округа.

Также суды установили, что конкурсный управляющий, заявляя о наличии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), указывал, что такая обязанность возникла у фактического руководителя общества уже с 30.04.2013, в связи с чем к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ и, с учетом длящегося характера нарушения, в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (как в редакции Закона № 73-ФЗ, так и в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.


Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает с момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что в случае наличия обстоятельств, установленных в пункте 1 названной статьи, заявление должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве, юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве). Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом судебная практика исходит из того, что для привлечения к субсидиарной ответственности само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о


банкротстве, поскольку само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника.

Судами установлено что, согласно выписке из ЕГРЮЛ в период с 06.05.2008 по 01.03.2014 генеральным директором ЗАО «ТКС» являлся ФИО1, в период с 01.03.2014 по 28.02.2015 генеральным директором ЗАО «ТКС» являлся ФИО3

Суды исходили из доказанности конкурсным управляющим того, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности в 2013 году, в связи с чем у ФИО1 возникла обязанность по подаче заявления о признании ЗАО «ТКС» банкротом, при этом учли данные бухгалтерского баланса должника по состоянию на 9, 12 месяцев 2012, 12 месяцев 2013 года, согласно которым кредиторская задолженность значительно превышала активы должника, при этом ликвидные активы, которые могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности, у должника незначительны.

При этом суды отразили, что нематериальные активы, учитываемые на балансе предприятия представляют собой энергоаудит (возможность проведения энергоаудита - наличие в штате сотрудников, обладающих специальными познаниями, членство в СРО), фактическая ценность которого отсутствует и не может быть направлена на погашение имеющейся задолженности перед кредиторами. Дебиторская задолженность является неоднозначным активом, поскольку фактически часть дебиторов являются неплатежеспособными, а следовательно, вероятность получения денежных средств в полном объеме за счет ее взыскания отсутствует.

Суды пришли к выводу, что единственным ликвидным активом организации являются денежные средства, однако размер кредиторской задолженности практически в двадцать раз выше суммы денежных средств, имеющейся у должника. При этом чистые активы должника являлись отрицательными, что негативно характеризовало финансовое положение ЗАО


«ТКС» и не удовлетворяло требованиям нормативных актов к величине чистых активов организации.

Суды исходили из того, что финансовые затруднения у ЗАО «ТКС» не были временными, у руководителей должника отсутствовал разумный экономический план по выводу должника из финансового кризиса, в связи с чем в силу пункта 1 статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве у руководителей возникла обязанность по подаче заявления о признании ЗАО «ТКС» несостоятельным (банкротом), которую они не исполнили, ввиду чего они подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом суды указали, что размер ответственности ФИО1 равен размеру обязательств, возникших после 01.08.2013 и до даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника, а именно: 248 063 351, 62 руб. (281 268 297, 63 руб. (сумма требований) - 33 204 946, 01 руб. (размер удовлетворенных требований).

Суд апелляционной инстанции, изменив определение суда первой инстанции, уменьшил размер, денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО1, взыскав с него конкурсную массу должника 248057351,59 руб.

. Суды отразили, что специфика функционирования ЗАО «ТКС» как управляющей организации характеризуется тем, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Суды отклонили доводы ответчиков о том, что должник является субъектом естественных монополий, в связи с чем к нему подлежат применению специальные правила Закона о банкротстве, так как в рамках настоящего дела в отношении должника ЗАО «ТКС» § 6. Банкротство субъектов естественных монополий главы IX Закона о банкротстве не применялся.

Суд первой инстанции исходил из отсутствия факта пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности в отношении требований к ФИО1


согласно положениям Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 73-ФЗ, однако установил пропуск такого срока в отношении требований к ФИО3 согласно положениям Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ.

Суд апелляционной инстанции, учитывая даты получения конкурсным управляющим документов должника, окончания инвентаризации, напротив, признал, что срок исковой давности в части требований к ФИО3 не пропущен, ввиду чего удовлетворил заявленные к нему требования, а также, как указано выше, изменил размер ответственности ФИО1.

При этом суд апелляционной инстанции указал, что бухгалтерская отчетность за 2013 год в отношении ЗАО «ТКС» была подготовлена и представлена в налоговый орган по истечении первого квартала 2014 года06.04.2014, следовательно, ФИО3 действуя разумно и добросовестно, достоверно зная о необходимости подачи заявления о признании должника банкротом, обязан был направить в суд заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 06.05.2014, однако указанная обязанность им исполнена не была.

Отклоняя доводы ответчиков о наличии споров ЗАО «ТКС» с Федеральной службой по тарифам относительно увеличения тарифов должника на тепловую энергию, суд апелляционной инстанции указал, что ЗАО «ТКС» обратилось с заявлением об установлении и применении цен (тарифов), регулируемых в соответствии с Федеральным законом от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» в 2014 году, тогда как признаки объективного банкротства у должника возникли еще в 2013 году.

Кроме того, в судебном порядке должнику отказано в увеличении тарифов на тепловую энергию, ввиду чего наличие спора ЗАО «ТКС» с ФСТ России об увеличении тарифов не могло способствовать восстановлению платежеспособности должника, в связи с чем ответчиков не имелось оснований для неподачи заявления о признании общества несостоятельным (банкротом).

Судом апелляционной инстанции установлено, что размер субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 составляет


размер обязательств должника, возникших после 06.05.2014 и до даты возбуждения дела о банкротстве должника - 1 868 401,09 руб.

Суд апелляционной инстанции отметил, что бездействие контролирующих должника лиц, выразившееся в уклонении от подачи в суд заявления о признании ЗАО «ТКС» еще в начале 2013 года несостоятельным (банкротом), привело к наращиванию кредиторской задолженности.

Суд округа соглашается с выводами суда апелляционной инстанции в части выводов о сроке исковой давности, в том числе, суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил довод ответчика ФИО1, что в отношении уточнения требований в части размера субсидиарной ответственности (в том числе, с учетом постановлений судов апелляционной и кассационной инстанции) подлежит расчету самостоятельный срок исковой давности, поскольку конкурсным управляющим был уменьшен размер заявленных требований, новые требования к ответчикам не заявлялись, в связи с чем изменение заявленных требований в данном случае на течение срока исковой давности не влияет.

При этом суд апелляционной инстанции отклонил довод о том, что основания, по которым ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности впервые были заявлены конкурсным управляющим только 03.12.2021 противоречат материалам дела, поскольку данные основания ранее исследовались судами всех инстанций, а также Арбитражным судом города Москвы начиная с первого судебного заседания в Арбитражном суде городе Москвы по рассмотрению заявления о привлечении бывших органов управления должника к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем судебная коллегия суда кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов нижестоящих инстанций о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду следующего.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость установить точную дату возникновения неплатежеспособности должника, дату истечения месячного срока на подачу


заявления о банкротстве должника для каждого руководителя, определить кредиторов, требования которых образовались в период после даты истечения месячного срока на подачу такого заявления для каждого из ответчиков и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Согласно правовым позициям, сформулированным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в


настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Вместе с тем, как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника основывает свои требования, ссылаясь на наличие у должника обязательств как у ресурсоснабжающей компании, возникших из договоров 2009-2011 годов, в том числе, с ПАО «МОЭК, ОАО «Мосэнергосбыт», организациями, являющимися потребителями коммунальных ресурсов, то есть должник принял на себя эти обязательства в момент заключения указанных сделок. В это время (2009-2011 годы), как установили суды, на стороне руководителей еще не возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества, а значит, не имел место обман кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества.


Аналогичный подход изложен в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, от 29.12.2022 № 305-ЭС22-11886

В судебном заседании суда округа на вопрос судебной коллегии конкурсный управляющий пояснил, что после 2013 года новых договоров должник не заключал, начислялась задолженность по заключенным ранее договорам.

Обстоятельства того, что после возникновения у руководителя общества обязанности обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) у него появились новые обязательства по вновь заключенным договорам судами не установлены.

Таким образом, суд округа отмечает, что указанные договоры были заключены задолго и, следовательно, обязательства по указанным договорам возникли у должника до возникновения у общества признаков банкротства, которые суды определили по состоянию на конец 2013 года.

Более того, суд округа обращает внимание, что должник является ресурсоснабжающей компанией и фактически был посредником в передаче коммунальных ресурсов конечными потребителям.

Ответчик Холодный В.М. при повторном рассмотрении настоящего обособленного спора обращал внимание судов, а также ссылается в кассационной жалобе, что тариф на тепловую энергию на 2013 год был установлен только 13.08.2013, то есть с задержкой на 7,5 месяцев и только после вмешательства ФСТ России на основании на основании жалобы ЗАО «ТКС», также был нарушен период действия тарифа – он был установлен только на 4,5 месяца вместо одного года. Тариф на 2013 год должен был быть установлен до начала периода регулирования, то есть до 01.01.2013, однако РЭК Москвы нарушены сроки выпуска соответствующего постановления. ЗАО «ТКС», не имея информации о предполагаемой величине очередного тарифа и объема необходимой выручки, до августа 2013 применяло тариф 2012 года, не имеющий срока окончания действия.


Ответчик обращал внимание судов, что действующим законодательством, а также приказами Минэнерго от 24.03.203 № 115 «Об утверждении правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, от 12.03.2013 № 103 « Об утверждении правил оценки готовности к отопительному периоду» установлена необходимость обеспечения их технического обслуживания, ремонта, модернизации и реконструкции (п. 2.7.1), соблюдения критериев надежности теплоснабжения, установленных техническими регламентами, проведения наладки тепловых сетей, обеспечения безаварийной работы объектов теплоснабжения и надежного теплоснабжения потребителей тепловой энергии.

Также ответчик обращал внимание, что процесс теплоснабжения является непрерывным, а ремонтно-восстановительные работы носят в основном сезонный характер (производятся в межотопительный период с мая по сентябрь), предприятие в 2013 году выполняло работы согласно сформированной на 2013 год производственно-ремонтной программе. При этом у организации не было оснований полагать, что орган регулирования не включит в состав затрат фактически понесенные в 2013 году до момента установления тарифа расходы на капительный ремонт, а также исключит из состава налоговой валовой выручки объекты, затраты на эксплуатацию которых ранее на протяжении 5 лет включались в регулирование. Учитывая изложенное, ответчик указывал, что выпадающие доходы ЗАО «ТКС» в 2013 году составили 154694,394 тыс. руб. В 2014 году ситуация повторилась. При этом ответчики указывали, что на момент увольнения Грачева А.В. и вступления в должность Холодного В.М., а также на момент сдачи годовой бухгалтерской отчетности они не могли предсказать результат рассмотрения судебных дел по обжалованию действий РЭК города Москвы.

Также ответчики ссылались, что в 2013-2014 годах по указанию префектуры ЦАО, ГКУ «ДЖКХ и Б ЦАО» безосновательно отказалось заключить договор на предоставление субсидий и перестало выплачивать ЗАО «ТКС» субсидии (возмещение разницы в тарифах) на покрытие убытков теплоснабжающей организации, в результате чего убытки должника составили более 120 млн. руб. Для защиты нарушенных прав ЗАО «ТКС» обратилось в


Арбитражный суд города Москвы для взыскания убытков, в рамках дела № А409430/13 действия ГКУ «ДЖКХ и Б ЦАО» признаны незаконными, с государственного учреждения уже в 2014 году была взыскана задолженность в сумме свыше 20 млн. руб., денежные средства по исполнительному листу поступили уже после введения процедуры наблюдения, что конкурсным управляющим должника не отрицается.

Руководителями должника в арбитражный суд также поданы заявления о взыскании оставшейся суммы убытков ЗАО «ТКС» (невыплаченных субсидий (возмещение разницы в тарифах) на покрытие убытков теплоснабжающей организации), возникших в результате неправомерных действий органов исполнительной власти в размере, превышающем 50 млн. руб. (дела №№ А40157837/14, А40-186852/2013, А40-34702/2014, А40-18847/2015, А40-18771/2015, А40-8351/2015, А40-204417/2014), при этом руководители полагали, что денежные средства по данным судебным делам также будут взысканы.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора и в кассационной жалобе ответчик Холодный В.М. ссылался, что, продолжая производственную деятельность, ЗАО «ТКС» планировало выйти из убыточного состояния в 2014 году путем временного сокращения ремонтной программы на эксплуатируемых объектах, взыскания возникшей дебиторской задолженности, которая по состоянию на 01.01.2014 в более 162 млн. руб., а также реструктуризации задолженности перед кредиторами.

Однако, как указывал ответчик, 14.02.2014 ЗАО «ТКС» письмом от 30.01.2014 № 550/20 ОАО «Мосэнерго» сообщил об одностороннем расторжении договоров теплоснабжения задним числом – с 01.1.2014 (а не за тридцать дней до расторжения, как это предусмотрено условиями договоров) в связи с выпуском распоряжения префектуры ЦАО города Москвы от 05.12.2013 № 494-р «Об определении ответственной теплосетевой организации по эксплуатации бесхозяйных теплосетевых объектов, расположенных на территории Басманного района города Москвы», которым все объекты, находящиеся в эксплуатации ЗАО «ТКС» признаны бесхозяйными.


Кроме того, как ссылается ответчик, ЗАО «ТКС» стало известно, что в рамках совещания должностным лицом органа исполнительной власти города Москвы принято решение, зафиксированное в протоколе, о замене в одностороннем порядке на территории Басманного района организации, эксплуатирующей объекты теплоснабжения, на коммерческую организацию ОАО «МОЭК», а также о расторжении в одностороннем порядке договоров на поставку тепловой энергии с ЗАО «ТКС» с целью переоформления договоров на ОАО «МОЭК».

Названные действия обжаловались ответчиком в рамках дела № А4064988/14, также им направлены заявление о досудебном урегулировании спора с РЭК города Москвы в Федеральную службу по тарифам Российской Федерации, направлены обращения в Федеральную антимонопольную службу Российской Федерации, Генеральную прокуратуру Российской Федерации, прокуратуру ЦАО города Москвы.

На основании изложенного ответчик обращал внимание судов, а также ссылается в кассационной жалобе что именно издание распоряжения от 05.12.2013 № 494-р, а также одностороннее расторжение генерирующей компанией – ОАО «Мосэнерго» договоров энергоснабжения с ЗАО «ТКС» и уведомление об этом ЗАО «ТКС» только спустя 1,5 месяца после принятия решения о расторжении договоров, сложилась ситуация, что ЗАО «ТКС» продолжало нести затраты на содержание и ремонт объектов теплоснабжения (тепловые пункты, тепловые вводы, разводящие сети теплоснабжения).

Таким образом, как указывает ответчик, указанные действия выразились в искусственном создании убытков у ЗАО «ТКС» и принудительном прекращении деятельности предприятия.

Ответчик при новом рассмотрении настоящего обособленного спора указывал, что для выхода из убыточного состояния ЗАО «ТКС» предприняты следующие меры: проведено сокращение сотрудников организации, уменьшены площади арендуемых помещений, расторгнуты договоры аренды транспортных средств, руководителями ЗАО «ТКС» подано в арбитражный суд более двухсот


исковых заявлений на сумму более 90 млн. руб. (без учета исков по субсидиям) для взыскания дебиторской задолженности).

По мнению суда округа, учитывая приведенные ответчиками доводы при новом рассмотрении настоящего обособленного спора, суды не учли наличие у должника статуса ресурсоснабжающей компании и не признали данное обстоятельство имеющим значение для рассмотрения вопроса об обязанности руководителей по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Однако в рассматриваемом случае правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, в том числе и правила о деликте, закрепленные в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве»).

По общему правилу, установленному пунктом 2 статьи 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В данном случае деятельность должника была направлена, в том числе, на решение социально-значимых задач, связанных с организацией снабжения потребителей коммунальными ресурсами.

Таким образом, произошло смешение частных и публичных отношений, имеющих принципиально разную правовую природу: коммерческая организация, чье правовое положение определяется нормами гражданского (частного) права, которая подчинена генеральной цели, направленной на извлечение прибыли, имеющая органы с самостоятельной компетенцией и обладающие широкой дискрецией при принятии управленческих решений, подчиненных упомянутой генеральной цели (статьи 50 и 53 ГК РФ), и наличие в то же время у общества публичной цели, социального результата – обеспечения потребителей коммунальными ресурсами.

При таких обстоятельствах судам следовало признать, что функционирование должника в рассматриваемых условиях носило заведомо


убыточный характер, общество не могло надлежащим образом исполнять обязательства независимо от личности и управленческой деятельности своих руководителей.

Указанные обстоятельства могут расцениваться как свидетельствующие об отсутствии в данном случае личной ответственности руководителей должника.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2021 № 307-ЭС21-5954 (2, 3).

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В силу пунктов 2, 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 названной статьи.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего привлечении Грачева А.В., Холодного В.М. к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ТКС» за неподачу заявления о признании общества банкротом надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 14.03.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 по делу № А40-97689/2014 отменить. В удовлетворении заявления о привлечении к


субсидиарной ответственности Грачева А.В., Холодного В.М. по обязательствам ЗАО «ТКС» отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья В.Л. Перунова

Судьи: Н.Н. Тарасов

Н.А. Кручинина