Решение от 22 сентября 2025 г. по делу № А40-137307/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, <...> http://www.msk.arbitr.ru


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-137307/25-122-888
г. Москва
23 сентября 2025 г.
Резолютивная часть решения объявлена 09 сентября 2025года

Полный текст решения изготовлен 23 сентября 2025 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Шипуновым Е.И.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению: ООО "АЗК ГРУПП" (426000, УДМУРТСКАЯ РЕСПУБЛИКА, Г. ИЖЕВСК, УЛ. ПУШКИНСКАЯ, Д. 277, ОФИС 38, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 28.08.2017, ИНН: <***>, КПП: 183101001)

к: Центральной акцизной таможне (109028, Г.МОСКВА, УЛ. ЯУЗСКАЯ, Д.8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.12.2002, ИНН: <***>, КПП: 770501001)

об оспаривании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товаре № 10009100/290125/5012402 после выпуска товаров от 26.04.2025,

при участии: от заявителя: ФИО1 (паспорт, диплом, дов. от 15.05.2025), от заинтересованного лица: ФИО2 (паспорт, диплом, дов. от 04.07.2025).

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «АЗК ГРУПП» (далее – Заявитель, ООО «АЗК ГРУПП», общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Центральной акцизной таможне (далее – заинтересованное лицо, таможенный орган) об оспаривании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10009100/290125/5012402, после выпуска товаров от 26.04.2025.

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержала заявленные требования, настаивала на их обоснованности по доводам заявления, ссылаясь на

безосновательность отказа заинтересованного лица во внесении изменений (дополнений) в сведения таможенной декларации, что привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, вследствие возложения на него дополнительной финансовой нагрузки в отсутствие к тому как правовых, так и фактических оснований.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании требования не признала по мотивам, изложенным в представленном отзыве, настаивала на законности и обоснованности оспоренного по делу решения и, как следствие, просила суд об отказе в удовлетворении поданного заявления.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения явившихся представителей участвующих в деле лиц, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, проверив все доводы заявления и отзыва на него, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Судом проверено и установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, Заявителем в рассматриваемом случае не пропущен.

Как следует в рассматриваемом случае из материалов дела и установлено судом, в рамках внешнеэкономического Договора № 09102024 от 09.10.2024 ООО «АЗК Групп» приобрело у киргизской компании ООО «Арстан КЗ» автомобиль, цена и характеристики которого закреплены в спецификации. Согласно Спецификации № 1 от 09.10.2024 предметом сделки являлся автомобиль Land Rover Range Rover Дизель D350 мощностью 350 л.с., объем двигателя 2997 см3, цвет Santorini Black (черный)/цвет салона Caraway (бежевый), дата выпуска 10/2024, пробег 100 км, VIN <***>, комплектация автомобиля в соответствии со спецификацией завода-производителя по VIN <***> и конфигуратору 309CF228.

Стороны Договора зафиксировали стоимость автомобиля в размере 158 143 Евро, условия поставки FCA Моерс (Германия), условия оплаты: 50% предоплата и 50% перед отправкой, оплата производится в рублях по установленному курсу между сторонами.

Автомобиль был предъявлен к таможенному оформлению по декларации на товары № 10009100/290125/5012402 (далее – ДТ) на Акцизный специализированный таможенный пост (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни с целью помещения под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ40).

При этом, как явствует в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, таможенная стоимость товара определялась декларантом в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

В процессе декларирования одновременно с ДТ и в соответствии с положениями статьи 108 ТК ЕАЭС декларант представлял таможенному органу комплект документов, подтверждающих таможенную стоимость.

В рамках таможенного контроля таможенный орган направили декларанту запрос о предоставлении дополнительных документов и сведений, обосновывающих заявленную таможенную стоимость товаров. Одновременно, до завершения процедуры контроля стоимости, Обществу было предложено осуществить выпуск товаров с применением особенностей, установленных в статье 121 ТК ЕАЭС, то есть при условии внесения на счет таможенного органа обеспечения сумм таможенных пошлин, налогов.

Сумма обеспечения таможенных пошлин, налогов была внесена, после чего товар был выпущен в соответствии с заявленной процедурой.

Впоследствии декларантом таможенному органу были представлены все дополнительно запрошенные пояснения, документы и сведения.

Однако несмотря на представление полного комплекта документов по результатам таможенного контроля таможенный орган не согласился с применением первого метода определения стоимости товаров и 26.04.2025 принял решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/290125/5012402.

По решению таможенного органа таможенная стоимость товара была увеличена, метод определения таможенной стоимости изменён с первого на шестой (резервный метод), а образовавшиеся в результате внесенных изменений разница между уплаченными и подлежащими уплате таможенными платежами списана таможенным органом с ранее внесенной декларантом суммы обеспечения.

Внесение изменений в ДТ № 10009100/290125/5012402 привело к увеличению суммы подлежащих уплате таможенных платежей на 961 461,33 рублей.

В то же время, будучи несогласным с выводами и требованиями решения таможенного органа, полагая обозначенное решение безосновательным, немотивированным, вынесенным без учета всех фактических обстоятельств дела и приводящим к ущемлению прав и законных интересов Заявителя вследствие возложения на него обязанности по уплате дополнительных таможенных платежей в отсутствие к тому каких-либо оснований, Заявитель обратился в Арбитражный суд города Москвы за защитой своих нарушенных прав и законных интересов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с доводами Заявителя, при этом исходит из следующего.

Согласно п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями пунктов 1, 3 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно правовой позиции п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49), принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности

информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным (пункт 10 Постановления № 49).

Согласно пункту 11 Постановления № 49 отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 49 лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота.

Рассматривая споры, связанные с обоснованностью применения первого метода таможенной оценки, судам необходимо принимать во внимание, что данный метод основывается на учете цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 39 Таможенного кодекса и увеличенной на ряд дополнительных начислений, перечень которых приведен в статье 40 ТК ЕАЭС (пункт 16).

При этом, непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

С учетом приведенных положений и представленных декларантом документов, суд в настоящем случае соглашается с доводом Заявителя о том, что у таможенного органа не имелось оснований для корректировки таможенной стоимости.

Так, в рассматриваемом случае из представленных материалов рассматриваемого дела явствует, что при определении таможенной стоимости товара Заявителем применялся метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

Ссылаясь на безосновательность применения в рассматриваемом случае обозначенного метода, таможенный орган указывает, что заявленный уровень таможенной стоимости является более низким и значительно отличается от ценовой информации об идентичных и однородных товарах.

Вместе с тем, представленный Заявителем анализ источника информации, используемого для сравнения, а также анализ рынка товаров, свидетельствует о том, что отклонение не является существенным. При этом само по себе колебание цены в пределах одной модели автомобиля является естественным рыночным явлением и не должно ставить под сомнение действительность сделки.

Так в качестве источника ценовой информации о таможенной стоимости таможня приводит таможенную стоимость автомобиля, заявленную в ДТ № 10009100/281224/5154544 в размере 19 608 130,00 руб. Учитывая европейское происхождение автомобиля, его таможенная стоимость формируется из цены сделки и перевозки, изначально выраженных в Евро, что делает стоимость во многом зависимой от применяемого для конвертации обменного курса.

При пересчете на курс Евро на дату декларирования (курс пересчета 105,9522 руб./Евро), стоимость авто, задекларированного по ДТ № 10009100/281224/5154544 составляет 185 065,81 Евро. Тогда как таможенная стоимость спорного автомобиля, выраженная также в Евро на дату регистрации ДТ (курс пересчета 101,5957 руб./Евро), составляет 168 097,35 Евро.

Таким образом, учитывая при анализе колебание курса Евро, разница со стоимостью однородных товаров составляет всего 9%, что не является существенным отклонением для цены данной категории товаров.

Заявителем также представлены три примера предложений к продаже автомобилей Land Rover Range Rover со схожими техническими характеристиками. Стоимость авто составляет 134 370 – 149 295 Евро, что соответствует цене рассматриваемой сделки и подтверждает, что что заявленная при декларировании цена автомобиля соответствует текущему уровню рыночных цен.

Также, в обоснование законности оспариваемого решения таможенный орган указывает, что автомобиль был приобретен не напрямую у производителя «JAGUAR LAND ROVER LIMITED», что, по мнению таможенного органа указывает на посредническую роль продавца товара и требует документального подтверждения цены предшествующих сделок.

При оценке данного довода таможенного органа следует исходить из положения части 1 стать 39 ТК ЕАЭС, в соответствии с которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Таким образом, в отсутствие установленных нарушений приведенных выше условий, требование таможенного органа о подтверждении цены сделок, предшествующих продаже товара Заявителю, выходит за пределы норм таможенного законодательства, поскольку на декларанта возложена обязанность подтверждения обстоятельств лишь собственной внешнеэкономической сделки.

При этом относительно довода таможенного органа о предполагаемом посредническом характере участия продавца товара следует учитывать, что в соответствии с подпунктом а) пункта 1 части 1 статьи 40 ТК ЕАЭС вознаграждение, уплачиваемое покупателем своему агенту (посреднику) за оказание по его представлению за пределами таможенной территории Союза услуг, связанных с покупкой ввозимых товаров, не подлежит включению в таможенную стоимость.

Исходя из приведенной нормы, наличие или отсутствие посреднических взаимоотношений сторон внешнеэкономической сделки не может свидетельствовать о потенциальном занижении стоимости товара, поскольку такое вознаграждение не должно учитываться в структуре таможенной стоимости.

Между тем, суд в рассматриваемом случае обращает внимание на то, что анализ условий Договора № 09102024 от 09.10.2024 вопреки доводам таможенного органа указывает на то, что рассматриваемая внешнеэкономическая сделка по своему содержанию представляет собой договор купли-продажи и не содержит условий, позволяющих охарактеризовать его как договор поручения или агентский договор.

Кроме того, в связи с проведением углубленного контроля таможенной стоимости декларант переадресовал соответствующие вопросы продавцу товара. Согласно представленному в материалы дела письму продавца, на запрос о представлении документов, которые бы подтверждали факт приобретения автомобиля продавцом, последний сообщил, что документы о покупке товаров, являющихся предметом сделки, не предоставляются покупателям, и обратил внимание на то, что в договоре отсутствует условие о предоставлении таких документов (что не удивительно, поскольку крайне сложно представить, чтобы продавец товара раскрывал покупателю его себестоимость).

На запрос калькуляции цены автомобиля продавец сообщил, что цена продажи представляет собой исключительно стоимость автомобиля. Поскольку договор был заключен на условиях FCA Моерс (Германия), автомобиль был передан покупателю для доставки по месту своего нахождения, в связи с чем в цену сделки не включались расходы на упаковку, маркировку, затраты на погрузку, выгрузку, доставку до порта отправления, погрузку товара на судно, расходы на экспортное таможенное оформление.

Таким образом, заявителем представлены исчерпывающие пояснения о себестоимости товара и калькуляции его цены.

В качестве еще одного основания для отказа в удовлетворении заявленных требований таможенный орган указывает на непредставление прайс-листа продавца в форме предложения неограниченному кругу лиц, а также на отсутствие документального подтверждения согласований условий сделки.

По данному доводу суд отмечает, что действующим законодательством не установлено требований к прайс-листу в части его адресации неограниченному кругу лиц.

Кроме того, Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» установлено, что у декларанта могут быть запрошены равно как прайс-листы производителя ввозимых товаров, так и его коммерческие предложения.

Учитывая, что среди документов была представлена Спецификация № 1 от 09.10.2024, в которой до оплаты или начала поставки стороны согласовали и предмет сделки, и цену, и условия поставки, и порядок оплаты – требования законодательства о дополнительном подтверждении обстоятельств формирования цены сделки исполнены декларантом в полном объеме.

При этом указанная Спецификация, вопреки утверждению таможенного органа, является достаточным документом для подтверждения согласований условий сделки.

В связи с заявлением таможенного органа о том, что фактическая сумма платежей в адрес продавца не соответствует цене сделки, судом проведен анализ представленных доказательств в части произведенной оплаты по внешнеэкономической сделке.

Так покупателем товара всего произведено три платежа:

- Платежное поручение № 437 от 28.10.2024 на сумму 8 287 436,47 руб., что соответствует 78 600,46 Евро.

- Платежное поручение № 469 от 19.11.2024 на сумму 49 664,81 руб., что соответствует 471,04 Евро.

- Платежное поручение № 492 от 09.12.2024 на сумму 8 405 616,74 руб., что соответствует 79 977,63 Евро.

Таким образом, общая сумма платежей в пользу продавца составила 159 049,13 Евро, что на 906,13 Евро больше, чем цена сделки.

28.01.2025 Продавец вернул сумму переплаты по сделке, что отражено в Разделе II Ведомости банковского контроля: под номером 4 учтена операция по возврату суммы в размере 906,13 Евро с кодом вида операции 11900 - «Расчеты нерезидента в пользу резидента, связанные с возвратом излишне (ошибочно) полученных денежных средств при ввозе товаров на территорию Российской Федерации» (см. пункты 3.2 и 3.3 Приложения № 4 к Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И.

Поскольку представленная Ведомость банковского контроля учитывает обращение денежных средств исключительно по сделке с рассматриваемым автомобилем, задекларированным по ДТ № 10009100/290125/5012402, отраженные в ней сведения позволяют достоверно и полно отследить все платежи, совершенные в пользу продавца. Возврат излишне уплаченных средств подтверждает, что у покупателя отсутствует задолженность по оплате товара. Текущее «нулевое» сальдо расчетов свидетельствует о том, что сумма платежей, совершенных в пользу продавца полностью соответствует заявленной при декларировании цене сделки. Сведения во всех представленных документах не имеют противоречий и корреспондируются между собой.

Приведенные таможенным органом в рассматриваемом случае доводы о невозможности определить, на основании каких документов и сведений установлена стоимость транспортировки товара, отклоняются в настоящем случае судом как не соответствующие действительности.

Согласно представленным в материалы дела документам, весь цикл доставки был поручен и осуществлен силами экспедитора ООО «ФА «Портавентура». Согласно счету № 233841 от 21.01.2025 стоимость всего комплекса услуг по международной перевозке автомобиля из города Мёрс в Германии до порта Санкт-Петербург составила 997 934,15 рубля. Указанная сумма в полном объеме была включена в структуру таможенной стоимости как расходы на перевозку до границы ЕАЭС. Кроме того, в стоимость были включены расходы на страхование в размере 13 385,67 рублей.

Вопреки утверждению таможенного органа, и поручение экспедитору и платежные поручения на оплату выставленных им счетов, представлены Заявителем в ходе проведения таможенного контроля.

В рассматриваемом случае, как явствует из представленных материалов рассматриваемого дела, Заявитель, соблюдая требования таможенного

законодательства, подал все необходимые документы для подтверждения таможенной стоимости товара по методу определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами, а также надлежащим способом оформил ДТ, в этой связи таможенный орган необоснованно принял решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары ДТ № 10009100/290125/5012402. При этом, оспариваемое решение повлекло за собой возложение на Заявителя дополнительных обязанностей по уплате таможенных платежей в отсутствие к тому как правовых, так и фактических оснований.

Согласно правовой позиции Пленума ВС РФ, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Единственным основанием для принятия таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости является ее недостоверное заявление декларантом.

Между тем, в рассматриваемом случае доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, не имеется, наоборот, данные документы согласуются между собой и подтверждают достоверность сведений о таможенной стоимости ввезенных товаров.

На основании изложенного, учитывая, что в ходе таможенного контроля отсутствовали доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, заявленные в спорной таможенной декларации, основаны на недостоверной и документально неподтвержденной информации, и таможенный орган не доказал наличие обстоятельств, препятствующих применению обществом первого метода определения таможенной стоимости, в то время как декларант надлежаще оформленными документами подтвердил правильность определения им таможенной стоимости товаров по спорной декларации по первоначально заявленному методу, у таможенного органа отсутствовали основания для внесения изменений в спорную таможенную декларацию в части корректировки таможенной стоимости ввезенного товара и, как следствие, для принятия таможенной стоимости на основании шестого «резервного» метода определения таможенной стоимости.

В свою очередь, незаконное и необоснованное решение о корректировке таможенной стоимости ввезенного товара повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами Заявителя о том, что решение таможенного органа о необходимости определения таможенной стоимости ввезенного товара по шестому методу такого определения является незаконным.

С учетом изложенного, принимая во внимание документально подтвержденный Заявителем факт ненадлежащей классификации таможенным органом ввезенного обществом товара, что, в свою очередь, повлекло за собой ущемление прав и законных интересов последнего ввиду возложения на него дополнительного финансового бремени в отсутствие к тому каких-либо оснований, суд в настоящем случае приходит к выводу о безосновательности оспоренного по настоящему делу решения как не соответствующего нормоположениям действующего таможенного законодательства Российской Федерации и нарушающего права и законные интересы Заявителя в рамках рассматриваемого дела.

Безусловных и убедительных доказательств обратного таможенным органом в рассматриваемом случае не представлено, а потому никаких оснований к корректировке таможенной классификации ввезенных обществом товаров у заинтересованного лица в рассматриваемом случае не имелось. Обратного таможенным

органом в настоящем случае не доказано, а потому суд находит решение Центральной акцизной таможни от 26.04.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/290125/5012402 незаконным и подлежащим признанию таковым в порядке ст. 201 АПК РФ.

При таких данных суд приходит к выводу о наличии в настоящем случае совокупности условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта таможенного органа, поскольку оспариваемое решение является незаконным, необоснованным, принятым в противоречие требованиям действующего таможенного законодательства Российской Федерации и влечет нарушение прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования об оспаривании ранее обозначенного решения таможенного органа подлежат удовлетворению (ч. 2 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы заинтересованного лица, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заинтересованное лицо.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 65, 71, 110, 167-170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение Центральной акцизной таможни от 26.04.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/290125/5012402.

Проверено на соответствие требованиям таможенного законодательства.

Обязать Центральную акцизную таможню в месячный срок с даты вступления решения в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Заявителя, в том числе путем возврата ООО "АЗК ГРУПП" излишне уплаченных таможенных платежей в размере 961 461 (девятьсот шестьдесят одна тысяча четыреста шестьдесят один) рубль 33 коп.

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "АЗК ГРУПП" расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.Е. Девицкая