Постановление от 13 марта 2023 г. по делу № А47-15855/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-852/2023
г. Челябинск
13 марта 2023 года
Дело № А47-15855/2022


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Скобелкина А.П., рассмотрел без вызова сторон в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 Тхыонга на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 28.12.2022 по делу № А47-15855/2022.


Общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ» ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее - истец, ООО «Зингер СПБ», общество) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 Тхыонг (ОГРНИП 231565800040052, ИНН <***>) (далее - ИП ФИО1, ответчик, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 в размере 62 500 руб. 00 коп.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 226 - 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.12.2022 исковые требования удовлетворены.

Предприниматель (далее также - апеллянт, податель жалобы), не согласившись с вынесенным судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на возможность снижения размера компенсации, в обоснование указывая на положения Постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П отмечает, пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отмечает, что при определении размера компенсации исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования. Представление в суд лицензионного договора не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку, с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель. Суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом. Апеллянт обращает внимание, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые, доказательств обратного истцом не представлено, отсутствуют доказательства причинения правообладателю крупных убытков, использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубого характера, ответчиком товарный знак использован однократно. В связи с чем, ответчик полагает неверным применять стоимость лицензии для расчета компенсации в данном случае. Полагает, что размер компенсации должен составить 230,91 рублей (750.000/2/1/3 248x2 где 750 000 рублей - ежегодное вознаграждение за предоставление права использования товарного знака по договору от 11.08.2021, 2 Класса МКТ по указанному договору; количество дней использования товарного знака; 3248 - количество дней с момента заключения указанного договора до окончания срока действия исключительного права.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ЗИНГЕР СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030 правовая охрана предоставлена в отношении широкого перечня товаров, в том числе 8 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Как указывает истец, 11.02.2022 представителями истца в торговой точке, расположенной по адресу: Оренбургская область, г. Оренбург, пр-кт. Дзержинского, д. 4 предлагался к продаже от имени ИП ФИО1 Тхыонг и реализован товар, обладающий техническими признаками контрафактности - ножницы с нанесенным на упаковку товара изображением, сходным до степени смешения с товарным знаком № 266060 (Класс МКТУ 08).

В подтверждение факта реализации товара истцом представлен кассовый чек от 11.02.2022, видеосъемка покупки, а также проданный товар.

По мнению истца, на спорном товаре (в частности на упаковке) имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060, в виде изобразительного обозначения товарного знака ZINGER.

Поскольку использование исключительных прав истца на товарный знак ответчиком с истцом не согласовывалось, в целях досудебного урегулирования спора правообладатель направил в адрес ответчика претензию, а впоследствии обратился в суд с рассматриваемым иском.

При этом, в соответствии с уточнением иска, истцом избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (двукратном размере стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата за использование права на товарный знак № 266060).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения его исключительных прав.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходными с ним до степени смешения обозначениями, используемыми без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительным правом на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано нарушение его исключительных прав ответчиком.

Как следует из материалов дела, 11.02.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: Оренбургская область, г. Оренбург, пр-кт. Дзержинского, д. 4 предлагался к продаже от имени ИП ФИО1 Тхыонг и реализован товар, обладающий техническими признаками контрафактности - ножницы с нанесенным на упаковку товара изображением, сходным до степени смешения с товарным знаком № 266060.

В подтверждение факта реализации ответчиком данного товара истец представил в материалы дела: кассовый чек от 11.02.2022 и накладную на общую сумму 1150 руб. (из них стоимость спорного товара – 50 руб.); диск формата DVD-R, содержащий видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара; образец реализованного товара.

По смыслу статьи 493 ГК РФ товарный, кассовый чек является документом, подтверждающим факт заключения договора розничной купли-продажи.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие риски, имеет право действовать не запрещенными законом способами так, чтобы добыть и зафиксировать информацию о событиях или действиях, которые нарушают названные исключительные права.

Представленный истцом кассовый чек от 11.02.2022 содержит сведения об ответчике - ИП ФИО1, стоимости товара на общую сумму 50 руб. 00 коп, в соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принят в качестве доказательства, подтверждающего факт продажи ответчиком товара. Накладная содержит информацию о наименовании товара, его стоимости, оттиск печати предпринимателя.

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Согласно части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

На видеозаписи запечатлен процесс приобретения товара. Из видеозаписи, кроме того, усматриваются действия продавца по выдаче покупателю кассовых чеков на продукцию после получения оплаты за приобретенный товар.

Оснований для вывода о фальсификации доказательства у суда не имеется. Заявление в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не заявлено.

На упаковке приобретенного товара, имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060, в виде изобразительного обозначения товарного знака ZINGER.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравниваемое обозначение на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца.

Проданный ответчиком товар и его упаковка содержат признаки незаконного воспроизведения товарного знака истца, он считается контрафактным.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьями 1229, 1484 ГК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком права истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, в деле не имеется. Осуществляя его продажу без согласия истца, тем самым ответчик нарушил исключительное право истца на товарный знак.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Зингер СПБ» при обращении с настоящим иском с учетом заявления об изменении исковых требований от 09.11.2022 избрало вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления №10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Судебная коллегия учитывает, что суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца).

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Соответственно при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами. Указанная правовая позиция изложена в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305 -ЭС16-13233, от 11.07.2017 N 308- ЭС17-3085, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-2988, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3088, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-4299, от 18.01.2018 N 305-ЭС17-16920.

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца) по лицензионному договору от 11.08.2021 (750 000 рублей /1 товарный знак / 2 класса МКТУ / 1 способ применения/12 месяцев х 2 = 62500 рублей).

В качестве обоснования размера предъявленной к взысканию компенсации истец ссылается на положения лицензионного договора от 11.08.2021, заключенного между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат) о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака ZINGER (свидетельство № 266060) в отношении товаров 08 и 35 классов МКТУ за ежегодное вознаграждение в размере 750000 руб.

Также, истцом в материалы дела представлены доказательства исполнения этого лицензионного договора (платежные поручения).

Исходя из сопоставления срока действия лицензионного договора (с 11.08.2021 до 11.08.2026) и даты правонарушения (11.02.2022), нарушение допущено ответчиком в момент действия указанного лицензионного договора.

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен с учетом однократного нарушения ответчиком исключительных прав в отношении одного класса МКТУ, следующим образом: 750000 руб. / 1 товарный знак/ 2 класса МКТУ по договору / 1 способ применения/ 12 месяцев х 2 = 62500 руб.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Требования указанной нормы распространяется, в том числе, и на установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, а также двукратного размера такой цены.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком заявлено о необходимости снижения размера компенсации до суммы 230 руб. 91 коп.

В апелляционной жалобе ответчик в качестве обоснования снижения размера компенсации ссылается на то, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые, отсутствуют доказательства причинения правообладателю крупных убытков, использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубого характера, ответчиком товарный знак использован однократно.

Согласно контррасчету ответчика сумма двухкратного размера компенсации составляет 230 руб. 91 коп. (750 000 руб./2/1/3248х2), где 750 000 рублей - ежегодное вознаграждение за предоставление права использования товарного знака по договору от 11.08.2021, 2 - Класса МКТ по указанному договору; 1 - количество дней использования товарного знака; 3248 - количество дней с момента заключения указанного договора (11.08.2021) до окончания срока действия исключительного права (03.07.2030).

Заявление ответчика о снижении заявленной к взысканию компенсации отклонено судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, не усматривает оснований для переоценки позиции суда первой инстанции в указанной части.

Истец заявил вид компенсации - исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, рассчитанный в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а потому возражая в отношении заявленного размера компенсации, ответчик должен обосновать иной размер стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий представленного истцом лицензионного договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В рассматриваемом споре ответчик не опроверг сведения о стоимости лицензии как недостоверные, в связи с чем оснований не принимать во внимание размер компенсации, указанный истцом согласно лицензионному договору, не имелось.

Лицензионный договор исполнен в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что истцом рассчитан размер компенсации, который равен сумме стоимости права использования товарного знака за один месяц, при этом в расчете применен в качестве временного промежутка 1 год или 12 месяцев, в течение которых лицензиат использует товарный знак, при этом ответчик применяет в своем расчете в качестве временного промежутка количество дней с даты заключения лицензионного договора по дату окончания срока действия исключительного права на товарный знак, при этом, не обосновывая избрание именно такого промежутка времени.

При определении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях с учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее - постановление № 40-П), будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 03.07.2018 № 28-П «По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам», при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Из материалов дела не усматривается, что ответчиком представлялись в подтверждение довода о чрезмерности, необоснованности размера компенсации, рассчитанной истцом, какие-либо доказательства, в том числе иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Судебная коллегия обращает внимание предпринимателя на правовую позицию, изложенную в постановлении № 40-П, согласно которой суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

Поскольку в данном деле размер компенсации истцом рассчитан исходя из 2-кратной стоимости права (доказательства несоответствия установленной стоимости в лицензионном договоре цене, которая при сравниваемых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака способом, который использовали ответчики, в материалы дела не представлено) использования товарного знака, ограничив, однако ее размер, и, учитывая стоимость предлагавшегося к продаже товара, суд апелляционной инстанции признает обоснованными вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для снижения размера компенсации.

Кроме того, согласно общедоступным сведениям (электронный сервис «Картотека арбитражных дел») в отношении ответчика имеются дела о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав (дела №А47-14734/2022, А47-12345/2022, А47-11912/2022, А47-11867/2022) то есть деятельность ответчика носила систематический характер.

Указание на то, что нарушение исключительных прав не носило грубого характера, использование товарного знака не являлось существенной деятельностью истца, подлежит отклонению, поскольку, учитывая неоднократность нарушений исключительных прав, данные обстоятельства не являются основанием для снижения размера компенсации.

При этом само по себе превышение размера истребуемой истцом компенсации над стоимостью товара не является безусловным критерием для снижения компенсации. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 17.07.2020 № С01-703/2020 по делу № А41-100632/2019.

Кроме того, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривающие возможность снижения размера компенсации, применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации. В рассматриваемом же случае отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, поскольку в рамках настоящего дело судом установлено, что ответчиком нарушено исключительное право истца на один товарный знак.

Институт компенсации как мера ответственности за нарушение исключительных прав призван защищать интеллектуальную собственность. Требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого нарушено исключительное право на конкретный объект интеллектуальной собственности.

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

По мнению апелляционного суда, сумма компенсации, рассчитанная истцом в размере 62 500 рублей, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение. Данная сумма, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Принимая во внимание обязанность добросовестного осуществления гражданских прав, арбитражный суд полагает, что у ответчика имеется обязанность проверять соблюдение интеллектуальных прав иных лиц в ходе осуществления своей предпринимательской деятельности (ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Реализованный ответчиком товар является контрафактным, поскольку незаконно воспроизводит изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарный знак, предпринимателем в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании компенсации подлежали удовлетворению в размере 62 500 рублей.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика расходов, понесенные на приобретение спорного товара и почтовых расходов. Возражений в указанной части апелляционная жалоба не содержит.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме, но не могут быть учтены как не влияющие на законность и обоснованность принятого по делу судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 28.12.2022 по делу № А47-15855/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 Тхыонга - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Судья А.П. Скобелкин