Решение от 31 августа 2022 г. по делу № А32-36023/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

350035, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

E-mail: info@krasnodar.arbitr.ru

http://krasnodar.arbitr.ru

_______________________________________________________________________


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-36023/2021
г. Краснодар
31 августа 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 15.08.2022. Полный текст решения изготовлен 31.08.2022.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего: судьи Журавского О. А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «АГМ-СЕРВИС», г. Новосибирск (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к акционерному обществу «НЭСК-электросети», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании убытков и неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 4-38-18-1957 от 26.02.2019,

при участии:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности № 775 от 25.01.2022;

от ответчика: не явился, уведомлен,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АГМ-СЕРВИС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к акционерному обществу «НЭСК-электросети» о взыскании убытков в размере 1 468 936 руб. 60 коп. и неустойки в размере 103 181 руб. 76 коп. за ненадлежащее исполнение обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 4-38-18-1957 от 26.02.2019.

В судебном заседании 08.08.2022 для ознакомления с имеющимися материалами дела, судом в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв сроком на 5 дней до 15.08.2022. После перерыва судебное заседание продолжено в присутствии представителя истца.

Истец представил ходатайство об уточнении размера предъявленной ко взысканию с ответчика неустойки до 232 781 руб. 19 коп., начисленной за период с 04.02.2020 по 11.05.2022.

На удовлетворении заявленных требований, с учетом ходатайства об их уточнении, настаивает в полном объеме.

Рассматривая ходатайство истца об уточнении, суд руководствовался статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Судом установлено, что уточненные требования не противоречат закону, в связи с чем, ходатайство истца подлежит удовлетворению.

Суд, проведя предварительное судебное заседание и судебные заседания в соответствии со статьями 135-137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, изучив все представленные сторонами документальные доказательства и оценив их в совокупности, в порядке ст. ст. 1, 6, 7, 8, 9, 10, 13, 18, 64, 65, 66, 67, 68, 71, 75, 81 АПК РФ, пришел к следующему выводу.

Как видно из материалов дела, между истцом (заявитель) и ответчиком (сетевая организация) был заключен договор об осуществлении технологического присоединения № 4-38-18-1957 от 26.02.2019, по условиям которого сетевая организация обязалась осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств заявителя, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом определенных договором характеристик (пункт 1 договора).

Объектом технологического присоединения является производственная база, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 23:43:0422001:1470 (пункт 2 договора).

Размер платы за технологическое присоединение определен в соответствии с Приказом РЭК-ДЦиТ Краснодарского края № 91/2018-э от 28.12.2018 и составил 112 459 руб. 68 коп., в том числе НДС 20 % (пункт 10 договора).

Плата за технологическое присоединение, указанная в пункте 10 договора, была уплачена истцом в полном размере.

Согласно пункту 5 договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора.

Во исполнение технических условий истец выполнил свой объем обязательств, что подтверждается актом о выполнении технических условий № 27/2020 от 03.02.2020.

Вместе с тем, сетевая организация в указанный договором срок свои обязательства не исполнила, что явилось основанием для обращения общества в арбитражный суд с иском об обязании сетевой организации осуществить фактическое присоединение своих энергопринимающих устройств.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.08.2021 по делу № А32-49982/2020, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021, требования общества удовлетворены, суд обязал сетевую организацию в течение 2-х месяцев со дня вступления решения в законную силу исполнить договор № 4-38-18-1957 от 26.02.2019 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, осуществив технологическое присоединение энергопринимающих устройств общества для производственной базы по ул. Уральской дом № 222 в г. Краснодаре (кадастровый номер 23:43:0422001:1470).

Из искового заявления следует, что для реализации производственной деятельности истцу на спорном объекте необходима электроэнергия, в связи с чем, общество было вынуждено использовать альтернативные способы ее получения, что повлекло за собой несение соответствующих убытков.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в суд с настоящим исковым заявлением о взыскании с сетевой организации убытков в размере 1 468 936 руб. 60 коп., а также неустойки за период с 04.02.2020 по 11.05.2022 в размере 232 781 руб. 19 коп., с учетом уточнения, за ненадлежащее исполнение обязательств по договору.

Принимая решение, суд руководствовался следующим.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Среди способов защиты гражданских прав, перечисленных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотрено возмещение убытков.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу пункта 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Анализ вышеназванных норм права показывает, что в предмет доказывания по требованию о взыскании убытков входит: факт причинения убытков, их размер, наличие причинной связи между виновными действиями (бездействием) ответчика и причиненными убытками.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при наличии всей совокупности указанных выше условий.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Как установлено судами в рамках дела № А32-49982/2020, договором об осуществлении технологического присоединения № 4-38-18-1957 от 26.02.2019 срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев, то есть не позднее 27.08.2019.

В соответствии с техническими условиями сетевая организация обязуется осуществить:

- организационно-технические мероприятия по техническому перевооружению, расширению, реконструкции электрических сетей необходимых для технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя;

- разработку схемы электроснабжения для присоединения и обеспечения передачи в сеть заявителя величины разрешенной к использованию мощности;

- строительство ЛЭП-0,4 кВ от РУ-0,4 кВ ТП-1287 до границы балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности с заказчиком;

- обеспечение выполнения мероприятий раздела 10 технических условий, включая разработку проектной документации.

Между тем, в установленный договором срок сетевая организация не выполнила свои обязательства по договору, односторонний отказ от исполнения договора сторонами не заявлялся, иска о расторжении договора также не было заявлено.

Статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается и только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Нормы, регламентирующие договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств, не включены в раздел IV «Отдельные виды обязательств» Кодекса, однако эти нормы содержатся в специальных нормативных актах, закрепляющих правила подключения к системам энергоснабжения. Такие нормы содержатся в статье 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике) и Правилах технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861).

Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об оказании услуг по технологическому присоединению (пункт 6 Правил № 861 и статья 26 Закона об электроэнергетике).

По договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

В свою очередь, заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, пункты 16, 17 Правил № 861).

В силу пункта 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства (далее - договор технологического присоединения), заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом (заявителем). Указанный договор является публичным (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По условиям такого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления технологического присоединения, а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике; подпункт «е» пункта 16, пункт 16(2), 16(4), 17, 18 Правил № 861).

В пункте 16 Правил № 861 содержится императивная норма о том, что срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению для категории заявителей, к которым относится истец, не может превышать 6 месяцев со дня заключения договора.

При этом в случае если в ходе проектирования необходимость частичного отступления от технических условий, сетевая организация вносит соответствующие изменения в технические условия, выданные заявителю при условии, что такие изменения не повлекут необходимости корректировки указанных в заявке сведений, обязательств заявителя, определенных в технических условиях, а также рассчитанной для него платы за технологическое присоединение (пункт 23 Правил № 861).

Суды в рамках вышеназванного дела установили, что, несмотря на возникшие в ходе выполнения мероприятий по технологическому присоединению препятствия, сетевая организация не воспользовалась предусмотренным пунктом 23 Правил № 861 порядком по внесению изменений в технические условия.

В соответствии со статьей 26 Закона об электроэнергетике» обязательным условием технологического присоединения потребителя к энергоустановкам является соблюдение установленного законодательством порядка присоединения и соответствующих технических условий.

В силу пунктов 3, 30 и 30.1 Правил № 861 сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им настоящих Правил и наличии технической возможности технологического присоединения.

В этой связи, суды пришли к выводу о том, что обстоятельства, приведенные сетевой организацией в возражениях на иск, в силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации не освобождали ее от исполнения принятых на себя в рамках договора обязанностей в установленный срок, и удовлетворили заявленное обществом требование об обязании осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал, что после истечения срока выполнения мероприятий по договору, в период с августа 2019 года и в течение всего 2020 года многократные обращения в сетевую организацию для решения вопроса о скорейшем подключении к сетям электроэнергии результата не приносили, сроки подключения и реальные возможности по предоставлению сетевой организацией электроэнергии не предлагались и не назывались.

В этой связи, истец вынужден был обратиться в суд с иском об обязании сетевой организации осуществить фактическое присоединение своих энергопринимающих устройств.

При этом, в целях реализации производственной деятельности был вынужден обеспечить альтернативное электроснабжение предприятия, в результате чего понес расходы в общей сумме 1 468 936 руб. 60 коп.

Как указал истец, в целях реализации мероприятий по выбору способов получения электроэнергии им предпринимались все меры по уменьшению расходов и возникновению убытков.

Так, в период с 11.01.2021 по 26.06.2021 электроснабжение спорного объекта осуществлялось за счет арендуемых дизельных агрегатов по договорам аренды с ООО «НПК «Нива» № 12-ТА/20 от 10.12.2020 (январь) и с ООО «Турбо Альянс» б/н от 01.02.2021 (февраль – июнь).

В результате указанного истцом понесены убытки, отыскиваемый размер которых исчислен обществом следующим образом:

- 160 000 руб. - стоимость аренды генератора в январе 2021 года по договору аренды № 12-ТА/20 от 10.12.2020, заключенному с ООО «НПК «Нива»;

- 765 000 руб. - стоимость аренды генератора в период с февраля по июнь 2021 года по договору аренды б/н от 01.02.2021, заключенному с ООО «Турбо Альянс»;

-590 674 руб. 05 коп. – затраты на дизельное топливо для работы дизельных агрегатов и их обслуживание в период с 11.01.2021 по 26.06.2021 (14 815 л/ч по 39 руб. 87 коп.).

Дизельное топливо для работы дизель-генераторов приобреталось истцом по заключенному с ООО «АВТОКАРТ-ЮГ» договору № RU-2003008361 от 21.04.2016, в соответствии с пунктами 2.1.1, 2.1.2 и 5.1 которого товар (нефтепродукты: бензин, дизельное топливо и т. д.) поставлялся на основании устных заявок (не требующих письменного заверения) заказчика (клиента) по картам, оформленным по договору, в торговых точках и исходя из наличия (ассортимента) товара в торговой точке. В пункте 3.1.1 договора определено, что цена товара указывается в торговых точках в момент получения товара. Согласно пунктам 4.2 и 4.2.1 договора отчетными документами передачи товара по договору являются оформленные универсальные передаточные документы, счета-фактуры и т. д.

При заправке дизель-генераторов и с целью бесперебойной и безопасной их эксплуатации учитывались: технические параметры (мощность, время использования, выработка энергии кВт/ч, объем потребления, накопительный эффект; на какой нагрузке работает; средний расход топлива; общий срок использования с даты производства и т. д.); погодные условия; вместимость емкостей (объем); наличие постоянно минимального объема топлива; качество топлива; наличие категории (вида) топлива в торговых точках; экологичность и т. д. В зависимости от наличия в точке приобретения топлива, использовалось топливо: дизельное топливо, дизельное топливо ЭКТО, ЕВРО.

С 11.01.2021 по 26.06.2021 цена на дизельное топливо (как и на любые нефтепродукты) варьировалась и не являлась твердой и фиксированной, в торговых точках устанавливалась на день поставки по условиям договора с ООО «АВТОКАРТ-ЮГ», поэтому истцом для расчета была принята минимальная цена за 1 л дизельного топлива, приобретаемого в торговой точке в январе 2021 года – 39 руб. 87 коп.

Несение истцом указанных убытков подтверждено; платежными поручениями № 2306 от 20.04.2021 на сумму 160 000 руб., № 1073 от 19.02.2021, № 1401 от 04.03.2021, № 2030 от 06.04.2021, № 3558 от 29.06.2021 и № 3899 от 16.07.2021 на сумму 153 000 каждый, что в общем составило 925 000 руб. стоимости аренды дизельных генераторов; актами на списание материалов (дизельного топлива) № 250 от 31.01.2021, № 379 от 28.02.2021, № 577 от 31.03.2021, № 723 от 30.04.2021, № 924 от 31.05.2021, № 1265 и № 1290 от 30.06.2021 в общем объеме 14 815 л/ч.

Кроме того, из расчета истца следует и материалами дела подтверждается, что в период с 11.01.2021 по 26.06.2021 дизель-генераторами выработано и истцом потреблено электроэнергии в общем объеме 5 505 кВт/ч, при этом стоимость за 1 кВт/ч для объектов производственного назначения в месте расположения объекта в среднем составляла 8 руб. 49 коп., из чего следует, что в случае подключения к электрическим сетям и энергоснабжения объекта истец оплатил бы энергоснабжающей организации 46 737 руб. 45 коп.

Таким образом, сумма убытков составила в общем 1 468 936 руб. 60 коп. (925 000 руб. + 590 674 руб. 05 коп. – 46 737 руб. 45 коп.).

Ответчик с предъявленными к нему требованиями не согласился, сославшись на невозможность реализации мероприятий в рамках спорного договора со своей стороны по независящим от него причинам, а также на то, что предъявленный ко взысканию с него размер убытков документально истцом не подтвержден, относимость представленных истцом в обоснование заявленных требований документов последним не доказана.

Указанные доводы судом отклоняются в силу нижеизложенного.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7) разъяснено, что, если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В пункте 5 постановления Пленума № 7 указано, что должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

По смыслу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником.

В рамках дела № А32-49982/2020 суды пришли к выводу о том, что обстоятельства, приведенные сетевой организацией в силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации не освобождали ее от исполнения принятых на себя в рамках договора обязанностей в установленный срок, в связи с чем, удовлетворили заявленное обществом требование об обязании осуществить фактическое присоединение энергопринимающих устройств.

В силу пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд приходит к выводу о том, что обстоятельства, установленные судебными актами по делу № А32-49982/2020, имеют преюдициальное значение для настоящего дела, и в силу пункта 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказыванию вновь не подлежат.

При рассмотрении названного дела, судами установлен факт неисполнения ответчиком своих обязательств по договору, в судебных актах отсутствуют выводы о том, что осуществление технологического присоединения было невозможным по независящим от сетевой организации причинам.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, в рассматриваемом случае его бездействие не может быть признано правомерным.

Более того, определением суда от 22.03.2022 по делу № А32-49982/2020, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2022, с ответчика в пользу истца взыскана судебная неустойка.

Акт об осуществлении технологического присоединения подписан между сторонами 12.05.2022.

Причинно-следственная связь между действиями ответчика и понесенными истцом убытками выражена в том, что общество в целях реализации своей производственной деятельности вынуждено было обеспечить альтернативное электроснабжение предприятия.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании убытков предъявлены к ответчику обоснованно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 547 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору энергоснабжения сторона, нарушившая обязательство, обязана возместить причиненный этим реальный ущерб (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть компенсировать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Как следует из пункта 5 постановления Пленума № 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, подтверждающие, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время из принципа полного возмещения убытков следует, что кредитор (потерпевший) должен получить не больше того, что необходимо для защиты его охраняемого законом интереса во избежание возникновения у кредитора неосновательного обогащения. В этом проявляется компенсационная природа возмещения убытков как меры ответственности.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, при рассмотрении конкретного дела суд обязан исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением одних лишь формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, от 28.10.1999 № 14-П, от 22.11.2000 № 14-П, от 14.07.2003 № 12-П, от 12.07.2007 № 10-П и др.). Оценка доказательств, позволяющих, в частности, определить реальный размер возмещения вреда, и отражение ее результатов в судебном решении является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Согласно представленному истцом расчету понесенных им убытков, их размер составил 1 468 936 руб. 60 коп.

Материалами дела факт несения обществом убытков в указанном размере, а также относимость представленных истцом в обоснование заявленных требований документов подтверждены, в связи с чем, доводы ответчика в указанной части также признаются судом необоснованными.

Из пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, фактически произвело.

При оценке разумности степени достоверности размера понесенных истцом убытков суд приходит к выводу о том, что предъявленный ко взысканию с ответчика размер убытков является обоснованным.

Ссылаясь на то, что испрашиваемая сумма убытков истцом никак не обоснована и не подтверждена, ответчик какого-либо альтернативного, либо контррасчета в материалы дела не представил.

Таким образом, оспаривая размер причиненных убытков, ответчик не представил в материалы дела доказательства в опровержение понесенных истцом расходов.

В свою очередь истцом отыскиваемый размер убытков документально подтвержден.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что расходы истца, понесенные в связи с обеспечением спорного объекта электроэнергией, являются вынужденными и находятся в причинной связи с бездействием ответчика, а, следовательно, их необходимо рассматривать как расходы истца, подлежащие возмещению за счет ответчика в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основания освобождения от ответственности предусмотрены статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных обстоятельств.

Каких-либо надлежащих доказательств, подтверждающих наличие оснований, освобождающих ответчика от ответственности за понесенные истцом убытки, компанией в нарушение положения статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании с ответчика убытков в заявленном размере являются обоснованными.

Истцом также заявлено требование, с учетом его уточнения, о взыскании с ответчика неустойки за нарушение сроков выполнения мероприятий по договору за период с 04.02.2020 по 11.05.2022 в размере 232 781 руб. 19 коп.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

На основании статей 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней) предусмотренными законом или договором, которую должник обязан уплатить в случае неисполнение или ненадлежащего исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу пункта 1 статьи 333 Кодекса, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить. Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-0).

Пунктом 17 спорного договора установлено, что сторона нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 % от указанного общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки.

Поскольку факт нарушения ответчиком обязательств по договору, в частности сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению, ранее установлен, в указанной части требования истца также признаются судом обоснованными.

Как установлено судом ранее, договором об осуществлении технологического присоединения № 4-38-18-1957 от 26.02.2019 срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев, то есть до 27.08.2019.

Акт об осуществлении технологического присоединения подписан между сторонами 12.05.2022.

Истцом неустойка исчислена с 04.02.2020, то есть с даты после составления акта № 27/2020 от 03.02.2020 о выполнении технических условий со своей стороны, что признается судом правомерным.

В отзыве на исковое заявление ответчик просит суд снизить предъявленную ко взысканию с него сумму неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении заявленного ответчиком ходатайства, суд руководствовался следующим.

Подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 69 постановления Пленума № 7).

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т. д.).

Согласно пункту 73 названного постановления, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.

Доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, представляются лицом, заявившим ходатайство об уменьшении неустойки.

Для того чтобы применить указанную статью, арбитражный суд должен располагать данными, позволяющими установить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (о сумме основного долга, о возможном размере убытков, об установленном в договоре размере неустойки и о начисленной общей сумме, о сроке, в течение которого не исполнялось обязательство, и др.).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, при применении части 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

С экономической точки зрения необоснованное уменьшение неустойки судами позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно, так как никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Пунктом 75 постановления Пленума № 7 установлено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 № 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В данном случае, заявив ходатайство о снижении размера неустойки, ответчик в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил каких-либо документальных доказательств, свидетельствующих о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

При заключении договора ответчик должен был осознавать возможность наступления негативных последствий в виде применения меры гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Обязанности доказывать наличие и размер возможных убытков вследствие нарушения обязательств со стороны ответчика действующим законодательством на истца не возложено.

Произвольное уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также с принципом состязательности (статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (Определение Верховного суда Российской Федерации № 306-ЭС14-236 от 13.08.2014).

Рассмотрев ходатайство о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом истечения срока договора, невыполнения технических условий и размера неустойки, суд не установил явной несоразмерности величины неустойки по отношению к последствиям нарушения обязательства.

С учетом вышеназванных разъяснений, суд считает, что оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

В связи с чем, в удовлетворении названного ходатайства ответчика надлежит отказать.

Проверяя расчет истца, суд установил, что данный расчет составлен методически и арифметически верно, в связи с чем заявленные истцом требования о взыскании с ответчика неустойки в размере 232 781 руб. 19 коп. подлежат удовлетворению в полном объеме.

При этом, суд полагает необходимым отметить следующее.

Как установлено пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ), для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» введен мораторий сроком на 6 месяцев (до 01.10.2022) на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

Пунктом 3 статьи 9.1 Закона № 127-ФЗ установлено, что на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым – десятым пункта 1 статьи 63 Закона № 127-ФЗ, в частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

Таким образом, освобождение должника от ответственности в виде уплаты неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций предусмотрено только за неисполнение или ненадлежащее исполнение им денежных обязательств. Норм, освобождающих должника от ответственности за неисполнение обязательств неимущественного характера, Законом № 127-ФЗ и постановлением № 497 не предусмотрено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

Законом или договором могут быть предусмотрены случаи: когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков; когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки; когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки.

С учетом положения пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскиваемая сумма убытков должна быть уменьшена на сумму взысканной неустойки, следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию 1 236 155 руб. 41 коп. в возмещение убытков.

В остальной части требований надлежит отказать.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует отнести на ответчика, как на проигравшую сторону, пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 8, 12, 15, 329, 330, 393, 394, 401, 779, 781, 782 ГК РФ, ст. ст. 49, 65, 69, 71, 110, 159, 163, 167-170, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Ходатайство истца об уточнении исковых требований – удовлетворить.

Требованиями истца считать: «Взыскать с акционерного общества «НЭСК-электросети», г. Краснодар, убытки в размере 1 468 936 руб. 60 коп., неустойку в размере 232 781 руб. 19 коп.».

В удовлетворении ходатайства ответчика о снижении размера неустойки – отказать.

Взыскать с акционерного общества «НЭСК-электросети», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «АГМ-СЕРВИС», г. Новосибирск (ИНН <***>, ОГРН <***>) убытки в размере 1 236 155 руб. 41 коп. (один миллион двести тридцать шесть тысяч сто пятьдесят пять рублей 41 коп.), неустойку в размере 232 781 руб. 19 коп. (двести тридцать две тысячи семьсот восемьдесят один рубль 19 коп.), расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 614 руб. 91 коп. (двадцать четыре тысячи шестьсот четырнадцать рублей 91 коп.).

В остальной части иска отказать.

Взыскать с акционерного общества «НЭСК-электросети», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход Федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 1 296 руб. (одна тысяча двести девяносто шесть рублей).

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение.


Судья О. А. Журавский