Решение от 26 января 2025 г. по делу № А51-11183/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-11183/2024
г. Владивосток
27 января 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 15 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 27 января 2025 года.

            Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Колтуновой Н.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Король А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гиацинт» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 17.02.2023)

к  Дальневосточной электронной таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.05.2020)

о признании незаконным требования от 16.05.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/200224/3013170, до выпуска товаров,

при участии в заседании:

от заявителя - ФИО1 по доверенности от 09.01.2025, паспорт, диплом;

от таможни – не явились, извещены.

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Гиацинт" обратилось в арбитражный суд с заявлением к Дальневосточной электронной таможне о признании незаконным требования от 16.05.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/200224/3013170, до выпуска товаров.

Таможенный орган, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в связи с чем суд в порядке пункта 3 статьи 156 АПК РФ рассматривает дело в отсутствие неявившегося участника процесса.

В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорное решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Таможенный орган требования общества не признал, в письменном отзыве указал, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылается, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Данные обстоятельства, по мнению таможенного органа, препятствуют применению первого метода определения таможенной стоимости товаров, в связи с чем, он считает, что оспариваемое решение по таможенной стоимости принято законно и обоснованно.

Изучив материалы дела, суд установил, что общество в рамках исполнения обязательств по контракту от 06.10.2023 №CQM/HC-023, заключенного с Chongqing Qiyuan Motorcycle Co., Ltd, ввезен товар №1 – «Мопеды двухколесные WS50 новые, модель двигателя: ZS1P39FMB-S, мощность ДВС 2.4КВТ объем ДВС 49 куб. см. снаряженная масса 92 кг. Полная масса 240 кг. Частично в разобранном виде для удобства транспортировки. Момент выпуска: октябрь 2023; январь 2024. тип; HL50. Марка двигателя: ZS1P39FMB-S. Размерность шин: передние 2,50-17, задние 2,75-17, габаритные размеры (Д*Ш*В), мм: 1850*760*1060. колесная база, мм: 1230. всего: 270 штук», код ТН ВЭД ЕАЭС - 8711100000 на сумму 324000 юаней на условиях FСА Tuanjiecun.

В феврале 2024 декларантом в таможенный орган подана ДТ №10720010/200224/3013170, в которой в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларирован указанный товар.

Таможенная стоимость товара определена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

29.02.2024 таможенным постом у декларанта запрошены документы, сведения и пояснения со сроками предоставления, а также сообщены суммы обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов.

19.04.2024 в таможенный орган от декларанта поступил ответ на запрос документов и (или) сведений.

16.05.2024 должностным лицом таможенного органа принято требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10720010/200224/3013170. Сумма дополнительно начисленных подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов составила 1 219 596,63 руб.

Не согласившись с требованием таможни от 16.05.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, считая, что данное решение повлекло возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого требования, суд пришел к выводу об обоснованности заявленного требования ввиду следующего.

В силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

 Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае, если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Пленум № 49)).

В силу пункта 13 Пленума №49 непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Исследовав документы сделки, суд пришёл к выводу о том, что представленные обществом документы являются сопоставимыми и относимыми между собой, признаков недостоверности либо недействительности документов суд не установил; наименование товара, его стоимость и объём товарной партии, условия оплаты товара и его поставки сторонами согласованы в полном объёме; пояснения об оплате товара, документы об условиях поставки и пояснения по ним представлены таможне в полном объёме.

Порядок, форма, структура формирования цены сделки подтверждаются контрактом от 06.10.2023 № CQM/HC-023, спецификацией от 15.01.2024 №CQM-HC-001/1, заказ от 13.12.2023, подтверждение заказа от 18.12.2023, счет-проформой от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1, инвойсом от 15.01.2024 №CQM-HC-001/1, упаковочным листом от 15.01.2024, заявлением на перевод от 22.12.2023 № 2, документами по транспортировке товара, товарно-транспортной накладной, а также иными документами, содержащими сведения о характеристиках ввезенного товара, которые корреспондируются со сведениями, заявленными в спорной ДТ.

Предоставленный коммерческий инвойс к контракту свидетельствует о том, что при заключении сделки стороны согласовали все ее существенные условия.

Стоимость партии товаров, согласованная в коммерческих документах в размере  324 000 юаней, корреспондирует со сведениями, заявленными в ДТ.

Довод таможенного органа о том, что сторонами контракта не согласованы все существенные условия сделки, является несостоятельным.

В соответствии с п. 2.3 контракта цена за товары (партию товара), ассортимент, количество, срок оплаты и иные характеристики указываются в Спецификациях к настоящему Контракту и согласовываются обеими сторонами.

Декларантом в ответ на запрос документов и (или) сведений от 29.02.2024 в таможенный орган была представлена спецификация от 15.01.2024 №CQM-HC-001/1, в которой стороны согласовали все существенный условия поставки партии товара: наименование, количество товара, цену за единицу, общую стоимость, условия поставки, условия оплаты. Представленный документ имеет реквизиты сторон сделки: подписи, печати.

Таким образом, вопреки доводу таможенного органа, декларант представил документ, в котором стороны согласовали все существенные условия поставки спорной партии товара.

Относительно того, что предоплата по спорной партии товара была внесена раньше, чем стороны согласовали условия оплаты в спецификации от 15.01.2024 № CQM-HC-001/1, заявитель пояснил, что направление продавцом счет-проформы от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1, является офертой на поставку товара, которую стороны закрепили в спецификации от 15.01.2024 № CQM-HC-001/1.

Оплата товара заявлением на перевод от 22.12.2023 № 2, которое содержит ссылку на проформу инвойс от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1, рассматривается как акцепт покупателя товаров.

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Пунктами 1, 3 ст. 438 ГК РФ установлено, что акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Пунктом 2.5 контракта предусмотрена возможность внесения авансовых платежей в счет будущих поставок.

Таким образом, оплата товара до подписания спецификации предусмотрена контрактом и не противоречит действующему законодательству РФ.

Сведения о товаре, отраженные в счет-проформе от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1, полностью корреспондируются со сведениями, указанными в Спецификации 15.01.2024 № CQM-HC-001/1.

Довод таможенного органа о невозможности удостовериться в двухсторонней сделке ввиду отсутствия оригиналов, либо заверенных копий коммерческих документов, подлежит отклонению.

Декларантом в ответ на запрос документов и (или) сведений от 29.02.2024, в адрес таможенного органа в электронном виде был направлен пакет документов, в т.ч. сканированные копии контракта от 06.10.2023 № CQM/HC-023, спецификации от 15.01.2024 № CQM-HC-001/1, заказа от 13.12.2023, подтверждение заказа от 18.12.2023, счет-проформы от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1, инвойса от 15.01.2024 № CQM-HC-001/1, упаковочного листа от 15.01.2024. В представленных документах имеются подписи и печати сторон контракта.

Также указанные документы были направлены в таможенный орган в форме заверенных копий, что подтверждается описью документов в ценное письмо и квитанцией от 22.04.2024 №63091.

 Довод таможенного органа о том, что представленная экспортная декларация не относится к спорной поставке, является несостоятельным.

Сведения в представленной экспортной декларации соответствуют данным товаросопроводительных документов в части веса, количества товаров, наименования транспортного средства, цены товара, общей стоимости, что позволяет однозначно идентифицировать экспортную декларацию с поставкой товара.

Кроме того, при сохранении сомнений в достоверности заявленных сведений таможенный орган каких-либо дополнительных запросов в адрес общества не направлял, предусмотренным пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС правом не воспользовался, дополнительные документы и письменные пояснения, необходимые для проверки сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, не запросил.

Относительно сведений, указанных в экспортной декларации в графе «номер контрактного соглашения», судом установлено следующее.

Согласно пункту XVIII «Номер контракта» Порядка заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, утвержденным ГТУ КНР от 22.01.2019 №18 в данной графе указывается номер импортного/экспортного контракта (в том числе соглашения или заказа).

Продавцом при заполнении экспортной декларации в графе «номер контрактного соглашения» вместо номера контракта, был указан номер спецификации CQM-HC-001/1, то есть конкретного соглашения на поставку данной партии товара.

Экспортная декларация является одним из документов, способным подтвердить таможенную стоимость товара, т.к. в отличие от иных документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не продавцом, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, а государственными органами страны отправления (Китайская Народная Республика).

Согласно международному таможенному праву наличие экспортной декларации подтверждает легитимность сделки; на каждую товарную партию оформляется юридически значимый документ - экспортная декларация страны вывоза. В экспортной декларации страны отправления содержится информация, аналогичная той, которая указывается в коммерческих и товаротранспортных документах, и имеется в распоряжении покупателя, перевозчика и государственных органов Российской Федерации.

Поскольку декларант не располагает документами таможенного оформления товаров на экспорт из КНР, соответственно, он запросил их у контрагента и предоставил в том виде, как они были им получены.

 Необходимо   учитывать,  что  экспортная  декларация  является  документом, оформляемым иностранным контрагентом, который заполняется в соответствии с законодательством страны отправления. Негативные последствия от различия в требованиях,  предъявляемых  к экспортной  декларации законодательством страны отправления и законодательством РФ, не могут быть переложены на российского декларанта.

Таким образом, декларант не должен нести ответственность за оформление и содержание сведений в экспортной таможенной декларации.

 Относительно сведений, указанных в экспортной декларации в графе «номер транспортной накладной» декларант пояснил, что сведения для таможенного оформления подавались в таможню Ючжоу, на что указывают первые четыре цифры номера (8006). Фактический вывоз товара, в соответствии с графой «отгрузочное место» является таможня Хоргос (9402).

Таким образом, товар между таможнями Ючжоу и Хоргос перемещался по территории КНР транзитом и в графе «номер накладной» указан номер внутреннего перевозочного документа, который использовался при транзите.

    Довод таможенного органа о том, что представленный декларантом прайс-лист продавца и производителя товаров не является документом, подтверждающим заявленную таможенную стоимость, судом отклоняется.

Как пояснил декларант - стороны в своих взаимоотношениях не пользуются информацией из прайс-листов, а согласуют цену за единицу товара на каждую партию в Спецификациях, что отражено в п. 2.3 Контракта.

Таким образом, положениями контракта не предусмотрена единая цена на какого-либо товара, а согласование цены проходит с учетом закупочных цен изготовителя товаров, конъюнктуры рынка, востребованности товара, количества товара на складе и иных условий, влияющих на формирование цены на конкретного вида товара.

Сведения, указанные в прайс-листах продавца или изготовителя товаров не содержат каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не являются обязательными для гражданского оборота, в связи с чем не могут повлиять на достоверность цены сделки.

Вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет. Информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

           Прайс-лист для ввозимых товаров является дополнительным документом, который может быть запрошен в ходе дополнительной проверки.

Суд принимает во внимание, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату или определенный период, информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более, основанием для корректировки таможенной стоимости.

Заявителем представлены как прайс-лист продавца товаров, так и изготовителя.

В связи с  чем, нарушений в данной части суд не установил.

 Довод таможенного органа о неподтверждении факта оплаты товара, судом отклоняется.

В соответствии с п. 2.7 контракта стороны согласовали возможность оплаты на банковские счета третьих лиц, согласно письменного распоряжения Продавца. Если оплата за товар осуществляется по требованию Продавца третьему лицу, реквизиты получателя платежа и иные условия осуществления такого платежа будут согласованы сторонами в Дополнительном соглашении.

В соответствии с дополнительным соглашением от 21.12.2023 № 1, стороны согласовали, что получателем платежа по счет-проформе от 21.12.2023 №CQM-HC-001/1 на 324 000 юаней считать CHONGQING HONGLI MOTORCYCLE MANUFACTURE CO., LTD.

Аналогичные банковские реквизиты указаны и в самой проформе-инвойс от 21.12.2023 №CQM-HC-001/1.

Во исполнение достигнутых договоренностей, декларант оплатил партию товара заявлением на перевод от 22.12.2023 № 2 на сумму 324 000 юаней.

Указанный платежный документ имеет ссылку на контракт от 06.10.2023 № CQM/HC-023 и проформу-инвойс от 21.12.2023 № CQM-HC-001/1.

Дополнительно, декларант запросил у продавца пояснения и банковских реквизитах платежа. В ответ контрагент пояснил, что в связи с опасениями вторичных санкций со стороны США и Европейского союза, банк продавца не может принимать платежи в Китайских юанях из Российской Федерации.

В связи с чем, продавец предложил осуществить перевод в юанях на иные реквизиты.

Заявление на перевод от 22.12.2023 № 2, дополнительное соглашение от 21.12.2023 № 1, а также переписка с контрагентом были представлены таможенному органу в ответ на запрос документов и(или) сведений от 29.02.2024.

Таким образом, таможенный орган имел возможность соотнести представленное заявление на перевод со спорной поставкой.

Довод таможенного органа об оплате товара в адрес третьего лица судом отклоняется.

Согласно п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза,

В соответствий с пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, согласно которому, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца, при этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Согласно пункту 5.1 Правил применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утвержденных Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20.12.2012 № 283, указанные платежи могут осуществляться не только прямо, то есть непосредственно продавцу, но и косвенно, то есть третьему лицу в пользу продавца, например, путем погашения полностью или частично задолженности продавца для выполнения обязательств продавца перед третьим лицом.

Оплата в адрес третьего лица, указанного кредитором, предусмотрена и российским законодательством (статья 312 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из пункта 2.5 контракта от 06.10.2023 № CQM/HC-023 осуществление оплаты возможно авансовым платежом, в том числе и в адрес третьего лица, по согласованию сторон.

21.12.2023 сторонами заключено дополнительное соглашение №2 к контракту, согласно которому оплата по проформе инвойса от 21.12.2023 №CQM-HC-G01/1 подлежит осуществлению в китайских юанях в размере 324000 CYN на счет Chongqing Hongli Motorcycle Manufacture Co., Ltd,   что   соответствует   платежным   реквизитам,   указанным   в   проформе   инвойса от 21.12.2023 №CQM-HC-001/1.

Как пояснил декларант - необходимость оплаты в адрес третьего лица была обусловлена тем, что компания CHONGQIN QIYUAN MOTORCYCLE СО, LTD не могла принимать переводы в юанях из Российской Федерации, в связи с чем продавцом было предложено произвести оплату взаимосвязанному лицу (письмо продавца от 21.12,2023).

Компания CHONGQIN QIYUAN MOTORCYCLE CO. LTD и Chongqing Hongii Motorcycle Manufacture Co., Ltd являются взаимосвязанными лицами, что подтверждается следующим.

Компания CHONGQIN QIYUAN MOTORCYCLE CO. LTD зарегастрирована в Гонконге (специальный административный район Китайской Народной Республики).

Единственным участником компании CHONGQIN QIYUAN MOTORCYCLE CO. LTD является ЧЖАН ЧЖУНБО, которому принадлежит доля акций (100%).

Компания Chongqing Hongii Motorcycle Manufacture Co., Ltd зарегистрирована в Китайской Народной Республике.

Как следует из лицензии на ведение коммерческой деятельности компании Chongqing Hongii Motorcycle Manufacture Со.» Ltd, ее законным представителем является ЧЖАН ЧЖУНБО.

Таким образом, указанные компании являются взаимосвязанными лицами, так как единственным участником компании продавца является законный представитель компании получателя платежа.

Оплата товаров произведена покупателем до отгрузки товара на расчетный счет лица, согласованного в дополнительном соглашении №2.

Данные пояснения декларант предоставлял в ответе на запрос таможенного органа от 19.04.2024.

Таким образом, все документы, подтверждающие полную оплату данной партии товара, были представлены таможенному органу как в ходе таможенного оформления, так и при направлении документов в соответствии с запросом.

Что касается доводов оспариваемого требования в части не подтверждения декларантом транспортных расходов по перевозке партии товара, то таможенный орган пояснил, что данные доводы не поддерживает.

При этом из материалов дела суд учитывает, что при формировании таможенной стоимости общество включило в ее структуру расходы по перевозке (транспортировке) товаров до г.Алтынколь в общем размере 271643,92 руб., что нашло отражение в графе 17 декларации таможенной стоимости по форме ДТС-1.

Величина транспортных расходов подтверждена пакетом документов: договор ТЭО от 03.11.2023 № 134/Г-2023, поручение экспедитору от 25.01.2024 № 43, счет от 16.02.2024 № 9936, в котором отражены расходы за организацию перевозки грузов до границы ЕАЭС по маршруту Tuanjiecun-Алтынколь, акт об оказании услуг от 16.02.2024 № 9936, платежное поручение от 13.03.2024 № 33.

Декларантом в ответ на запрос документов и(или) сведений от 29.02.2024 в адрес таможенного органа был направлен счет на оплату услуг перевозки от 16.02.2024 № 9936.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 10 Пленума № 49, система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае декларант надлежащим образом воспользовался возможностью подтвердить заявленную им таможенную стоимость товара и представил имеющиеся у него дополнительные документы по запросам таможни, а также предпринял активные, самостоятельные, достаточные и разумные действия, направленные на сбор и представление таможенному органу дополнительно запрошенных документов, в том числе получение недостающих документов у третьих лиц, которые декларант представил таможенному органу в пределах уставленного им срока для предоставления дополнительных документов.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам таможенного органа следует признать, что все существенные условия сделки были согласованы сторонами во внешнеэкономическом контракте, на основании которого продавец поставил в адрес декларанта товар, а последний его принял и оплатил; документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости; описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ, и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Пленума № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Между тем, в рамках настоящего дела таможенный орган в нарушение части 5 статьи 200, части 1 статьи 65 АПК РФ не доказал, что лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, не подтвердило соответствие заявленных им сведений действительности и не представило в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию о структуре таможенной стоимости и её величине.

В этой связи суд полагает, что выводы таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара не нашли подтверждение материалами дела.

В решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, таможней также указано, что заявленная таможенная стоимость существенно отклоняется от цен в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом и отличается от средней стоимости товаров того же класса/вида, а также от стоимости аналогичного товара на внутреннем рынке РФ.

Между тем, само по себе отклонение согласованной сторонами по спорной поставке цены товарной партии от уровня цен в стране вывоза или на территории РФ не свидетельствует о её недостоверности либо о недействительной представленных документов и не может являться основанием для её корректировки, поскольку не названо законом в качестве такового.

Согласно пункту 10 Пленума № 49 примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Выявленные расхождения уровня ИТС ввезенного товара и имеющейся в таможенном органе ценовой информации, на которые указывает таможенный орган, по мнению суда, также не могут являться достаточным основанием для отказа в применении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами при определении таможенной стоимости товаров, поскольку само по себе наличие факта отклонения уровня заявленной декларантом таможенной стоимости спорных товаров не могло свидетельствовать о наличии неустранимых сомнений в достоверности величины стоимости рассматриваемой сделки.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления дополнительных документов, включая экспортную декларацию и другие коммерческие документы, что в совокупности свидетельствуют о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости.

Соответственно, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально неподтвержденной.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах, требование о признании незаконным требования таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10720010/200224/3013170, подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса. Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Такое понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права. При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 33 Пленума № 49, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством, при этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в этом случае не требуется.

Принимая во внимание указанные выше положения Пленума № 49, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по спорной ДТ, окончательный размер которых подлежит определению таможенным органом на стадии исполнения судебного решения.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся судом на таможню.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Дальневосточной электронной таможни от 16.05.2024г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10720010/200224/3013170, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

В данной части решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Дальневосточную электронную таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Гиацинт» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары № 10720010/200224/3013170, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Дальневосточной электронной таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гиацинт» судебные расходы на уплату госпошлины в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.


Судья                                                                                   Н.В. Колтунова