Постановление от 26 июня 2025 г. по делу № А73-8506/2023

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, <...>,

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-1637/2025
27 июня 2025 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2025 года.                            Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2025 года.


Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего           Ротаря С.Б.,

судей                                                 Воробьевой Ю.А, Пичининой И.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Щербак Д.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 13.03.2024,

от ООО «Мебель Глобал»: ФИО3, представителя по доверенности от 28.01.2025,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на решение от 13.03.2025

по делу № А73-8506/2023

Арбитражного суда Хабаровского края

по исковому заявлению УФНС России по Хабаровскому краю

к ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Мебель Глобал», взыскании 16 279 102,01 рубля,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба (далее - ФНС России) обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Мебель Глобал» (далее - ООО «Мебель Глобал», должник) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре с применением положений статьи 230 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением суда от 27.04.2023 (резолютивная часть от 20.04.2023) производство по делу о признании ООО «Мебель Глобал» банкротом прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

В последующем ФНС России обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мебель Глобал» в размере 16 279 102,01 рубля ФИО1.

Решением суда от 13.03.2025 исковое заявление ФНС России удовлетворено частично. С ФИО1 в пользу УФНС по Хабаровскому краю взыскано 16265215,01 рубля.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда от 13.03.2025 отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ее подателем указано, что основание для взыскание испрашиваемой суммы, на которое ссылается заявитель по обособленному спору, материалами дела не подтверждено, следовательно, оно не может быть применено в рассматриваемом деле.

Также считает пропущенным налоговым органом срок на подачу заявления о привлечении контролировавшего должника лица по основанию, предусмотренному законодательством о банкротстве, к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании представитель ФИО1 на удовлетворении апелляционной жалобы настаивал.

Представитель ООО «Мебель Глобал» в судебном заседании выразил согласие с доводами апелляционной жалобы.

Представитель уполномоченного органа просил оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, вместе с тем, указал на несогласие с решением суда первой инстанции в части отказа во взыскании суммы штрафа.

Из материалов дела следует, что ООО «Мебель Глобал» зарегистрировано Едином государственном реестре юридических лиц 20.05.2009.

Участником должника являлись:

- в период с 20.05.2009 по 20.05.2020 ФИО4 и ФИО1 с распределением по 50% доли участия;

- в период с 21.05.2020 – ФИО1 с 100% доли участия.

ФИО1 также являлся руководителем организации весь период времени.

ООО «Мебель Глобал» имеет задолженность по обязательным платежам в общем размере 16 279 102,01 рубля, в том числе: 10 900 593,42 рубля – основной долг; 5 364 621,59 рубля – пени; 13 887 рублей - штрафы.

Указанная задолженность складывается из:

- 10 882 762,53 рубля НДС по решению по результатам выездной налоговой проверки № 434 от 30.03.2022 (проверяемый период - 2017 год);

- страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в размере 11 133,60 рубля;

- страховых взносов на обязательное медицинское страхование – 5891,67 рубля;

- страховых взносов на обязательное социальное страхование – 80,62 рубля.

Уполномоченный орган, обращаясь с заявлением в арбитражный суд о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО «Мебель Глобал» за период деятельности юридического лица в 2017 году, мотивирует его тем, что отсутствует полное погашение требований вследствие действий указанного лица, выразившегося в совершении ООО «Мебель Глобал» под контролем ФИО1 вывода денежных средств в пользу фиктивных контрагентов в общей сумме 67 175 620 рублей в отсутствие встречного исполнения, в связи с чем, под контролем ответчика создан формальный документооборот организации с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Изучив материалы дела, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо - лицо, физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

На основании пункта 3 статьи 61.14, пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве уполномоченный орган в случае прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, по чьей вине стало невозможным удовлетворение требований кредиторов, вне рамок дела о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 01.07.2024 оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2024 по делу № А73-18257/2022, установлено, что инспекцией на основании решения от 26.12.2019 № 10 проведена выездная налоговая проверка ООО «Мебель Глобал» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 налога на добавленную стоимость (далее – НДС), по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 12.01.2021 № 246.

В ходе проверки Инспекцией установлено несоблюдение налогоплательщиком условий, предусмотренных подпунктом 2 п. 2 ст. 54.1 НК РФ, в результате включения проверяемым налогоплательщиком в цепочку документооборота контрагентов ООО «Хабоптснабжение» ИНН <***> (далее – ООО «ХОС»), ООО «Торговый дом Дальневосточный» ИНН <***> (далее – ООО «ТД ДВ») по не имевшим место фактам хозяйственной жизни с данными контрагентами, при фактической реализации товаров (услуг) в адрес ООО «Мебель Глобал» иными лицами.

Рассмотрев акт налогового проверки, дополнения к нему, а также письменные возражения налогоплательщика, Инспекцией при участии представителя ООО «Мебель Глобал» вынесено Решение от 30.03.2022 № 434 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому ООО «Мебель Глобал» начислен НДС в сумме 12 067 813 рублей за 1, 2, 3, 4 квартал 2017 года, пени в сумме 5 053 598,44 рубля, а также штраф по статье 126 НК РФ за непредставление в установленный срок документов в размере 74 067 рублей.

Решением УФНС России по Хабаровскому краю от 07.07.2022 № 13-09/234/12476, принятым по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вышеуказанное решение Инспекции отменено в части суммы штрафа по пункту 1 статье 126 НК РФ, превышающей 13 887 рублей, и суммы пени, превышающей 4974594,39 рубля. В остальной части решение Инспекции оставлено без изменения.

Выносимое по результатам выездной налоговой проверки в соответствии со статьей 101 Налогового кодекса РФ решение является ненормативным правовым актом, принятым в установленной законом процедуре компетентным должностным лицом и после своего вступления в силу порождает правовые последствия для налогоплательщика.

В данном случае уполномоченным органом со ссылкой на материалы налоговой проверки установлено следующее:

- ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» отвечают признакам «технических компаний», не ведущих реальной экономической деятельности, в том числе: недостоверность в ЕГРЮЛ сведений об адресе места нахождения организаций и руководителях, отсутствие имущества и транспортных средств, оборотных активов, транзитный характер движения денежных средств на счетах в банке, отсутствие трудовых ресурсов (свидетельские показания работников не подтверждают факт осуществления трудовой деятельности), номинальность руководителей;

- деятельность ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» сводится к формальному оформлению документов под необходимые потенциальным выгодоприобретателям обороты, без фактического движения товара и денежных средств (т.к. оплата по расчетному счету в адрес основных контрагентов, включенных в книгу покупок не осуществляется), организации лишь создает многозвенные цепочки «виртуального» движения товара по формальным счетам-фактурам в интересах конечных получателей налоговой экономии;

- договоры между ООО «Сфера Мебель» и спорными контрагентами ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС» абсолютно идентичны по структуре и содержанию, данный факт свидетельствует о том, что документы, оформленные от ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС», созданы в интересах одного лица, либо лицом (лицами) на одном компьютере;

- условия договоров ООО «Сфера Мебель» со спорными контрагентами ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС» не устанавливают предварительное согласование между Сторонами по договору предмета доставки (наименования, ассортимента, количества товара), не определены сроки и порядок формирования заявки (заказа) на поставку, что является не типичным при осуществлении реальной экономической деятельности хозяйствующим субъектом и свидетельствует о формальном характере документооборота;

- заявки на необходимый ассортимент мебели направленные в адрес реальных поставщиков мебели, оформлены не от лица ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ», а от сотрудников организаций, входящих в единую Группу компаний, созданную ФИО1 и ФИО4, что свидетельствует о достижении договоренности на совершение сделки между налогоплательщиком и лицом, осуществившим фактическое исполнение по ней, без участия «технических компаний»;

- не установлена возможность доставки товара, силами ООО «ХОС», ООО «ТД ДВ», заявки на оказание транспортных услуг направлены сотрудниками организаций, которые входили в единую Группу компаний, созданную ФИО1 и ФИО4;

- бухгалтерские документы, неоднократно представленные налогоплательщиком в ходе проверки, содержат сведения отличные от предыдущих, не отражают достоверно факта получения и оприходования товара от спорных контрагентов (ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ»), созданы формально, для представления их налоговому органу.

- в документах, оформленных от лица спорных контрагентов (ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ»), указаны контактные данные и реквизиты ООО «Сфера Мебель», ООО «Мебель Глобал», ООО «АЙБА», а также данные сотрудников организаций ООО «АЙБА», ООО «Антарикс» и ООО «Тигард», входящих в Группу компаний участием спорных контрагентов;

- в ходе анализа операций по расчетному счету установлен транзитный характер движения денежных средств, перечисления осуществлялись в большинстве случаев на счета сомнительных контрагентов, в том числе, принадлежащих площадке ООО «Бухучет ДВ», денежные средства от «Группы компаний», перечисленные на расчетный счет ООО «ХОС», ООО «ТД ДВ», в том числе частично направлялись в адрес взаимозависимой (подконтрольной) организации-импортера ООО «Мебель Импорт» (то есть частично возвращались на счета одного из участников «Группы компаний»), а также выводились через многозвеньевые цепочки расчетных операций на счета технических компаний и в дальнейшем обналичивались.

В связи с этим определено, что ответчиком или третьим лицом не представлено доказательств, свидетельствующих о реальном исполнении контрагентами ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» поставок в адрес ООО «Сфера Мебель», фактически доводы были сведены к несогласию с результатами налоговой проверки и суммами доначисленных налоговых платежей.

Как верно указано судом первой инстанции, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, ФИО1 не представлено никаких дополнительных доказательств, кроме как тех, которые были представлены в рамках налоговой проверки, фактически доводы ФИО1 направлены на оспаривание вступивших в законную силу решений налогового органа и арбитражных судов со ссылкой на неверные расчёты обязательств.

Проверяя обстоятельства степени контроля, с учётом доводов о контроле ФИО4 наравне с ответчиком, судом учтен характер деятельности организаций, исходя из степени корпоративного контроля и организации деятельности группы аффилированных по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве лиц.

Так, как и все члены группы организаций, ФИО1 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 10.12.2004 по настоящее время, основной вид деятельности по ОКВЭД 46.47 «Торговля оптовая мебелью, коврами и осветительным оборудованием».

Также в группу компаний входили следующие лица: ООО «АЙБА» (ИНН <***>), ООО «СФЕРА МЕБЕЛЬ» (ИНН <***>), ООО «АНТАРИКС» (ИНН <***>), ООО «ТИГАРД» (ИНН <***>), ООО «ВОСТОК ОКНА» (ИНН <***>), ООО «ПЕРЕКАТ» (ИНН <***>), ООО «ВХ Компани» (ИНН <***>).

При проверке деятельности компаний выявлено, что они имели одни адреса отправки отчётности и телефоны для связи; общий юридический адрес: Россия, <...>; который на праве собственности (строения и земельный участок) принадлежал учредителям и юридическим лицам группы; организации имели единый штат работников.

Из протоколов допросов следует, в частности ФИО5 (работала в ООО «Антарикс») в ходе допроса пояснила относительно создателя бренда «Купи для дома», что ФИО1 создал бренд, который использовали ООО «Сфера Мебель» и ИП ФИО1,

ФИО6 (руководитель транспортной компании ООО «ТИС Лоджистик») даны свидетельские показания о том, что из сотрудников ООО «ТД ДВ» (фиктивный контрагент) контактировал с ФИО1, заявки приходили с электронной почте около 3-4 адресов, с этих же электронных адресов получал заявки от ООО «Мебель Глобал» и ООО «Сфера Мебель».

Кроме того, на заседании комиссии по вопросу обоснованности применения налоговых вычетов по НДС от 22.08.2019 № б/н ФИО1 пояснил, что руководители организаций, в том числе ООО «Сфера Мебель» к деятельности Обществ отношений не имели, ФИО1 руководил всей оперативной деятельностью самостоятельно.

Таким образом, ФИО1 фактически подтвердил, что являясь соучредителем Общества, руководил всей оперативной деятельностью и, как следствие, обладал информацией о фактически фиктивных сделках с ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ».

Доказательств доводов о том, что бенефициаром от ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» выступал именно ФИО4, а равно им предложена схема взаимодействия с указанными контрагентами – не представлено.

Согласно представленным в проверке документам в проверяемом периоде ООО «Мебель Глобал» осуществлялась оптовая торговля мебелью, матрацами, мебельной тканью, а также широким спектром мебельной фурнитуры, которые, в свою очередь, якобы приобретались, в том числе у ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ».

При этом согласно материалам проверки, Инспекцией в ходе проверки выявлены обстоятельства, свидетельствующие о принадлежности спорных контрагентов к «площадке» организаций, созданной ООО «Бухучет ДВ» (ИНН <***>, снято с учета 19.07.2019 в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении юридического лица, фактически прекратившего свою деятельность), аккумулирующей организации, не имеющие возможности осуществления заявленного вида деятельности, и предоставляющие незаконные налоговые преференции в виде «бумажного НДС» разным коммерческим структурам, заинтересованным в уменьшении налоговых обязательств. Отправкой отчетности организаций, принадлежащих к указанной «площадке», осуществлялась непосредственно через ООО «Бухучет ДВ».

ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» зарегистрированы по одному адресу: <...>, налоговая отчетность спорными контрагентами в проверяемый период представлялась по телекоммуникационным каналам связи через специализированного оператора связи ООО Компания «Тензор», ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС» осуществляли отправку отчетности через ООО «Бухучет ДВ», при анализе IP-адресов, представленных ООО Компания «Тензор», установлено совпадение адресов по группе из 20 организаций, в том числе ООО «Стройподряд», ООО «Лотос», ООО «ХОС», ООО «Анкер», ООО «ТД ДВ», ООО «Дальмонтаж», ООО «Транзитмет» и другие.

Анализ деятельности принадлежащих площадке ООО «Бухучет ДВ» организаций показал, что все они сняты с учета в налоговом органе, в связи с наличием признаков недостоверности данных в ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, обладали признаками, свидетельствующими о техническом характере их деятельности, в частности отсутствие условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (транспортные средства, имущество, земельные участки, персонал), всем юридическим лицам ПК АИС Налог-3 присвоены признаки «технических компаний» и «однодневок».

Также в ходе мероприятий налогового контроля получены сведения о ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ», свидетельствующие о том, что они фактически не имели объективной возможности исполнить заключенные с ООО «Мебель Глобал» договоры поставки.

Факты, свидетельствующие о фиктивности взаимоотношений, обоснованы следующими обстоятельствами:

- наличие противоречивых показаний руководителя ООО «ХОС» ФИО7 относительно деятельности ООО «ХОС».

Так, ФИО7 в ходе допросов (протоколы от 21.11.2016 № б/н, от 14.02.2017 № б/н) пояснила, что ООО «ХОС» создала по собственной инициативе, является руководителем и учредителем, бухгалтерский учет вела сама, основной вид деятельности – строительство, также организация якобы занималась торговлей строительными материалами, теле-радио аппаратурой. В ходе допроса ФИО7 на вопрос кому реализовывались строительные материалы, бытовая техника, оборудование, металлоизделия указала, в том числе ООО «Сфера Мебель», ООО «Мебель Глобал» (участник «Группы компаний»). При этом на вопросы отвечала неуверенно, часть ответов считывала с телефона, на последующие неоднократные вызовы в инспекцию для дачи пояснений по взаимоотношениям с различными контрагентами ФИО7 в назначенное время не явилась за единственным исключением.

Инспекцией при проведении проверки ООО «Гравитон» проведен допрос ФИО7 (протокол от 27.05.2021 № 2), в ходе которого она пояснила, что деятельность ООО «ХОС» с момента регистрации не велась, договоры не заключались, отчетность не представлялась.

Установленные Инспекцией факты, свидетельствующие о фиктивности взаимоотношений с ООО «ТД ДВ» и отсутствии поставок товара от ООО «ТД ДВ» в адрес ООО «Мебель Глобал», обоснованы следующими обстоятельствами:

- наличие противоречивых показаний руководителя ООО «ТД ДВ» ФИО8 относительно деятельности ООО «ТД ДВ»

- отсутствие у ООО «ТД ДВ» необходимых условий для достижения результатов экономической деятельности: транспортных средств, складских помещений, оборотных активов, персонала (справки по форме № 2-НДФЛ в 2017 году не представлялись).

- налоговые вычеты приближены к выручке от реализации, удельный вес вычетов по НДС приближен к 100%. Основные контрагенты ООО «ТД ДВ» по книге-покупок за периоды 2017 года являлись участниками площадки ООО «Бухучет ДВ», не являлись реально действующими, исключены из ЕГРЮЛ в связи с признаками недостоверности.

В ходе анализа также установлено, что денежные средства от «Группы компаний», перечисленные на расчетный счет ООО «ТД ДВ», в том числе частично направлялись в адрес взаимозависимой (подконтрольной) организации ООО «Мебель Импорт» (то есть частично возвращались на счет участника «Группы компаний»), а также выведены через многозвеньевые цепочки расчетных операций на счета технических компаний и в дальнейшем обналичены;

В ходе проведенного анализа расчетного счета ООО «ТД ДВ» установлено, что денежные средства поступали на расчетный счет ООО «ТД ДВ» за мебель от ООО «Мебель Глобал», ООО «Айба», ООО «Сфера Мебель»» в день отгрузки мебели согласно УПД, а затем в течение 1–2 операционных дней перечислялись на расчетные счета поставщиков с назначением платежа «за мебель», что противоречит пояснениям ФИО1

Учитывая изложенное, анализ сведений из базы данных налогового органа и результатов, проведенных в рамках мероприятий налогового контроля, позволил сделать Инспекции мотивированный и обоснованный вывод о том, что деятельность ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС» сводилась к формальному оформлению документов под необходимые потенциальным выгодоприобретателям обороты, без фактического движения товара и денежных средств (так как оплата по расчетному счету в адрес основных контрагентов, включенных в книги покупок, не осуществляется), ООО «ТД ДВ» и ООО «ХОС» созданы многозвенные цепочки «виртуального» движения товара по формальным счетамфактурам в интересах конечных получателей налоговой экономии.

Таким образом, спорные контрагенты не имели возможности осуществлять и не осуществляли реальную ФХД, в том числе, не осуществляли поставки в адрес ООО «Мебель Глобал» спорной номенклатуры товаров. Целью их привлечения ООО «Мебель Глобал» явилось создание фиктивного документооборота для получения вычетов по НДС.

Вывод со счёта на ООО «ТД ДВ» денежных средств, подтверждённый представленными выписками по счетам на общую сумму 67175620 рублей, соответствует размеру причинённого убытка руководителем. При этом, судом исходя из представленных налоговым органом сведений и документов, а также сведений публичных источников учтено, что фактически в период проведения проверки ООО «Мебель глобал» под единоличным руководством ФИО1, с учётом выхода из состава участников ФИО4, произведён перевод бизнеса группы компаний «Купи для дома».

Материалы мероприятий налогового контроля являются в силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса РФ относимыми к делу доказательствами, их отклонение согласно части 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ не может быть оправдано лишь тем, что в обоснование реальности сделки представлен минимальный набор документов, указывающих на исполнение сделки, не раскрыв при этом с достаточной полнотой все существенные обстоятельства ее заключения и исполнения.

Из разъяснений, изложенных в пункте 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что допускается представление налогоплательщиком дополнительных доказательств в ходе рассмотрения дела в суде.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 24.03.2015 № 614-О, налоговый орган вправе представлять новые (дополнительные) доказательства, не собранные в ходе выездной проверки, в опровержение позиции налогоплательщика, обоснованной доказательствами, не раскрытыми в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора.

Применительно к процедурам банкротства Пленум Верховного Суда РФ также исходит из того, что, хотя по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ), отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Данный подход применим и к спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, а равно к иным процессуальным действиям участников спора.

Однако, как верно указано судом первой инстанции, в рамках рассмотрения данного дела ФИО1 не представлено никаких дополнительных доказательств, кроме как тех, которые были представлены в рамках налоговой проверки, свидетельствующих о реальном исполнении контрагентами ООО «ХОС» и ООО «ТД ДВ» поставок в адрес ООО «Мебель Глобал», фактически доводы ФИО1 сводятся к несогласию с результатами налоговой проверки и суммами доначисленных налоговых платежей.

Суд первой инстанции пришел к верному к выводу о том, что вывод денежных средств со счета ООО «Мебель Глобал» в пользу фиктивных контрагентов осуществлялся не только под контролем ФИО1, но и в его противоправном интересе путем получения необоснованной экономической выгоды, как конечного бенефициара.

Исходя из расчёта общего размера основного долга и пени, размер субсидиарной ответственности верно установлен в размере 16 265 215,01 рубля.

При рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ФИО1 было заявлено о пропуске налоговым органом срока исковой давности для обращения в суд с рассматриваемым заявлением.

О пропуске срока в качестве доводов также указано в апелляционной жалобе и отзыве ООО «Мебель Глобал».

На основании положений статьи 195, пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, и является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений; в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный или слишком длительный срок; наличие сроков, в течение которых для лица во взаимоотношениях с государством могут наступать неблагоприятные последствия, представляет собой необходимое условие применения этих последствий (Постановления от 20.07.1999 № 12-П, от 27.04.2001 № 7-П, от 24.07.2009 № 11-П, Определение от 03.11.2006 № 445-О).

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) указал, что нормы о применении срока давности для привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения.

Законом № 134-ФЗ внесены изменения и дополнения в статью 10 Закона о банкротстве, определяющие порядок исчисления срока исковой давности. Так, в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Из названной нормы права следует необходимость применения двух сроков исковой давности: субъективного, продолжительностью в один год, подлежащего исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; объективного, продолжительностью в три года, подлежащего исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

В дальнейшем Законом № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу, и названный Закон дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Данный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 58 Постановления № 53).

Новые сроки исковой давности и правила их исчисления обычно применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли на момент принятия нового закона. Соответствующие разъяснения приведены также в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». При этом, исходя из презумпции добросовестности сторон имущественных отношений, не предполагается, что увеличение срока исковой давности может ухудшить положение обязанной стороны; иное означало бы, что сторона заведомо исходила из того, что по истечении указанного в законе срока она не будет исполнять свои обязательства (пункт 5.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 № 20-П), что противоречит действительному смыслу и предназначению исковой давности.

В рассматриваемой ситуации заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности предъявлено в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Принимая во внимание, что правонарушения, которые вменяются ответчику по настоящему спору предусматривали возможность привлечения к субсидиарной ответственности Законом о банкротстве после внесения соответствующих изменений Законом № 134-ФЗ, при решении вопроса о продолжительности срока исковой давности, а также порядка его исчисления необходимо учитывать, истек ли срок исковой давности к моменту прекращения действия предыдущей редакции Закона о банкротстве. Схожая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

Заявление о применении срока исковой давности может быть признано необоснованным только в том случае, если будет установлено, что к моменту вступления в силу Закона № 266-ФЗ не истек срок исковой давности, предусмотренный Законом № 134-ФЗ и заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подано в соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, либо имеются основания для восстановления пропущенного по уважительной причине срока.

Между тем, в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В настоящем случае налоговый орган обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности 01.06.2023.

Поскольку в данном случае начало течения срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности ФНС России о наличии оснований для предъявления заявления о привлечении к субсидиарной ответственности), что следует из совокупности обстоятельств прекращения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мебель Глобал» в связи с отсутствием у должника денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур в деле о банкротстве, и констатации судом наличия задолженности перед кредиторами, при том, что установленный Законом о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ срок исковой давности не истек (не начинал течения), суд апелляционной инстанции исходит, что применительно к настоящему случаю уполномоченным органом не пропущен трехлетний срок подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, исчисляемый со дня прекращения производства по делу о банкротстве (27.04.2023).

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Суд первой инстанции, учитывая Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П исключил из размера субсидиарной ответственности заявленную ко взысканию сумму штрафа (13887 рублей).

В данной части судебный акт в апелляционном порядке оспорен налоговым органом.

Данный довод  ФНС России признается судебной коллегией необоснованным в связи со следующим.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 30.10.2023 № 50-П, указывается на налоговый штраф. Так Конституционный суд решил, что налоговый штраф носит карающую функцию и считается мерой финансовой ответственности за совершение налогового правонарушения. Поэтому в рамках субсидиарной ответственности установлен запрет на взыскание суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенные на организацию-налогоплательщика.

В соответствии со статьей 106 Налогового кодекса РФ налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое НК РФ установлена ответственность.

Статьей 107 Налогового кодекса РФ установлено, что ответственность за совершение налоговых правонарушений несут организации и физические лица в случаях, предусмотренных главами 16 и 18 настоящего Кодекса.

Статьей 110 Налогового кодекса РФ установлено, что за виновные действия (бездействия) должностных лиц, обусловивших совершение организацией налогового правонарушения, налоговую ответственность несет сама организация.

Конструкция налоговой обязанности по уплате законно установленного налога включает в себя как сумму налога, так и сумму пени как компенсации несвоевременного внесения недоимки в бюджет. Штраф за нарушение налогового правила "выходит за рамки налогового обязательства как такового и этим отличается от недоимок и налоговой пени" (Постановления КС РФ от 15.07.1999 № 11-П, от 12.05.1998 № 14-П и др.).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 06 февраля 2018 г. N 6-П, меры налогового принуждения могут быть как правовосстановительными, обеспечивающими исполнение налогоплательщиком его конституционной обязанности (восполнение недоимки и возмещение ущерба от несвоевременной и неполной уплаты налога), так и штрафными, возлагающими на нарушителей дополнительные выплаты в качестве меры ответственности (наказания). Неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству и полным возмещением ущерба, понесенного казной вследствие несвоевременного внесения налога, что дает государству право добавить к сумме недоимки дополнительный платеж - пеню при задержке в уплате сумм налога; штрафы же, взимаемые за нарушение налогового законодательства, носят карательный характер и являются наказанием за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно или по неосторожности, т.е. - в отличие от налоговой недоимки и пени - выходят за рамки налогового обязательства (долга) как такового.

На основании вышеизложенного Постановлением от 30.10.2023 № 50-П устанавливается неправомерность взыскания с контролирующих должника лиц суммы налоговых штрафов.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что рассмотренный довод уполномоченного органа подлежит отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение от 13.03.2025 по делу № А73-8506/2023 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

                     С.Б. Ротарь


Судьи


            Ю.А. Воробьева


               И.Е. Пичинина