Постановление от 16 января 2025 г. по делу № А56-72308/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-72308/2023
17 января 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена  16 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 января 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титовой М.Г.,

судей  Геворкян Д.С., Горбачевой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Хариной И.С.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-31938/2024) общества с ограниченной ответственностью «Канделлябра» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.07.2024 по делу № А56-72308/2023, принятое по иску общества с ограниченной  ответственностью «Ре:еволюшн» к обществу с ограниченной ответственностью «Канделлябра» об оспаривании договора, о  применении последствий           недействительности сделки,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Ре:еволюшн»  (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Канделлябра» (далее - ответчик) о признании недействительным Лицензионного договора на право использования товарного знака (знака обслуживания) № 03/02/2023-2 от 03.02.2023 (далее - лицензионный договор), применении к нему последствий недействительности сделки в виде взыскания 1 959 390 руб. неосновательного обогащения.

Решением арбитражного суда от 26.07.2024 иск  удовлетворен.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит решение суда первой инстанции отменить и отказать истцу в удовлетворении иска.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

Стороны в заседании апелляционного суда не явились, извещены о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей сторон.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 03.02.2023 между ответчиком (лицензиар) и истцом (лицензиат) заключен лицензионный договор на право использования товарного знака (знака обслуживания) № 03/02/2023-2, в соответствии с условиями которого, лицензиар обязался предоставить лицензиату на срок действия договора лицензию на право использования товарного знака (знака обслуживания) № 746658, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 12.02.2010 для использования его в отношении услуг, предусмотренных Методикой, а также услуг 35 класса МКТУ, приведенных в свидетельстве на товарный знак, а лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение.

Согласно пункту 2.3 договора лицензиат приобретает право на использование Товарного знака в объеме прав, предусмотренных настоящим договором, для целей использования исключительно при осуществлении собственной предпринимательской деятельности в сфере реализации мебели, элементов декора, осветительных приборов, а также иных предметов, используемых при дизайне в жилых и (или) нежилых помещениях.

Лицензия по настоящему договору выдается лицензиату на открытие одного магазина (пункт 2.4. договора). Территория использования - Российская Федерация, г. Москва (пункт 2.2. договора).

В силу пункта 2.5. договора лицензиату предоставляется методика лицензиара.

Согласно п. 2.6 лицензионного договора, успех предпринимательской деятельности лицензиата в сфере реализации мебели, элементов декора, осветительных приборов, а также иных предметов, используемых при дизайне интерьера в жилых и (или) нежилых помещениях зависит напрямую от выполнения лицензиатом условий договора и методики.

В соответствии с пунктом 2.7 договора лицензиат получает право приобретать у лицензиара товар и осуществлять его реализацию на территории, указанной в настоящем договоре, а лицензиар обязуется поставлять товар лицензиату на условиях, установленных настоящим договором и приложениями к нему. Лицензиат осуществляет реализацию товара от своего имени и за свой счет.

Товар, подлежащий реализации, определяется сторонами в спецификации, являющейся неотъемлемой частью настоящего договора (пункт 2.8 договора).

В соответствии с пунктом 2.13 договор носит смешанный характер - содержит элементы лицензионного договора, агентского договора и договора поставки.

Согласно пункту 3.1.3 лицензионного договора лицензиат вправе на период действия договора осуществлять согласованную с лицензиаром предпринимательскую деятельность в сфере реализации мебели, элементов декора, осветительных приборов, а также иных предметов, используемых при дизайне интерьера в жилых и (или) нежилых помещениях только под знаком обслуживания лицензиара, осуществлять предусмотренную настоящим пунктом деятельность в соответствии с положениями методики и требованиями лицензиара, применять все нововведения в методике, которые произойдут после заключения договора, без оплаты дополнительных платежей, если иное не согласовано сторонами, не использовать знак обслуживания для оказания услуг и выполнения работ, не предусмотренных договором и методикой.

В силу п. 3.4.1 лицензионного договора лицензиар обязуется предоставить лицензиату за вознаграждение и на указанный в договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности лицензиата принадлежащий лицензиару знак обслуживания по акту приема-передачи. Как указано в пункте 3.4.3 лицензионного договора, лицензиар обязуется обеспечивать развитие и продвижение Знака обслуживания.

Пунктом 4.1. договора согласовано, что лицензиат в течение одного дня с момента заключения договора обязуется перечислить на расчетный счет Лицензиара вступительный лицензионный взнос в размере 1 000 000 рублей.

Кроме того, лицензиат обязуется ежемесячно перечислить сумму лицензионного вознаграждения после открытия магазина:

5% от оборота магазина при условии реализации товаров на сумму до 9 999 рублей на 1 кв. м торговой площади;

4,5% оборота магазина при условии реализации товаров на сумму от 9 999 рублей до 19 999 рублей на 1 кв. м торговой площади;

4% оборота магазина при условии реализации товаров на сумму от 19 999 рублей до 29 999 рублей на 1 кв. м торговой площади;

3,5% оборота магазина при условии реализации товаров на сумму от 29 999 рублей до 39 999 рублей на 1 кв. м торговой площади;

3% оборота магазина при условии реализации товаров на сумму от 39 999 рублей до 49 999 рублей на 1 кв. м торговой площади;

2,5% оборота магазина при условии реализации товаров на сумму от 49 999 рублей на 1 кв. м торговой площади.

В соответствии с пунктом 5.1 договор действует до 03.02.2026.

Договор может быть изменен или расторгнут досрочно по соглашению сторон (пункт 5.2. договора).

Во исполнение условий договора истец платежным поручением от 07.02.2023 перечислил ответчику 1 000 000 руб. вступительного взноса, а также уплатил ему денежные средства для оформления интерьера магазина, за оборудование, организацию брендирования, видеонаблюдения, организацию вывески, за пользование программным продуктом.

Всего истец уплатил ответчику в рамках лицензионного договора 1 950 390 руб.

Доступ к методике ответчик предоставил истцу после оплаты вступительного взноса 08.02.2023.

Письмом от 05.06.2023 лицензиат уведомил лицензиара о прекращении обязательств по лицензионному договору в связи с его недействительностью и возврате неосновательного обогащения.

Письмом от 05.07.2023 ответчик отказал в возврате денежных средств, квалифицировав обращение истца как односторонний отказ от исполнения договора.

По мнению истца, ответчик, введя истца в заблуждение относительно деловой репутации, бизнес-модели, недостоверности заверений, принудил к заключению лицензионного договора. Целью деятельности лицензиара является не предоставление права использования товарного знака с целью успешной предпринимательской деятельности по методике ответчика, а доведение лицензиара до убыточности посредством завладения денежными средствами без предоставления равного встречного исполнения в силу отсутствия деловой репутации и коммерческого опыта.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о признании лицензионного договора недействительным, применении к нему последствий недействительности сделки в виде  взыскания уплаченных по договору денежных средств в сумме 1 950 390 руб.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемый лицензионный договор недействительным, применяя к нему последствия недействительности сделки по предложенному истцом варианту, сослался на вступившие в законную силу судебные акты – решения Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга, Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 24.09.2019, от 13.07.2022, которыми признаны недействительными лицензионные договоры от 14.11.2017, от 05.02.2021 о предоставлении права использования секретов производства (ноу-хау), указав на то, что данным ноу-хау являлась полностью идентичная упомянутой в настоящем деле методика ведения предпринимательской деятельности.

Апелляционный суд, повторно исследовав материалы дела, проанализировав доводы апелляционной жалобы, считает решение суда первой инстанции подлежащим отмене с учетом следующего.

В силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В силу пункта 1 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Согласно пункту 4 статьи 1027 ГК РФ к договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII настоящего Кодекса о лицензионном договоре, если это не противоречит положениям настоящей главы и существу договора коммерческой концессии.

Таким образом, как следует из приведенных норм, предметом договора коммерческой концессии является комплекс прав на охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, перечень которых в статье 1027 ГК РФ изложен неисчерпывающим образом и определен статьей 1225 Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на объект интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1236 ГК РФ лицензионный договор может предусматривать: 1) предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации с сохранением за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (простая (неисключительная) лицензия); 2) предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия).

В силу положений статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу положений статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 6 статьи 1235 ГК РФ к существенным условиям лицензионного договора относятся:

1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство);

2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Исследовав условия заключенного между сторонами договора, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о заключении сторонами лицензионного договора, поскольку спорным договором согласованы все существенные условия, относящиеся к лицензионному договору (пункты 5, 6 статьи 1236 ГК РФ).

Принимая во внимание, что предметом спорного договора является предоставление права использования товарного знака, как единственного объекта интеллектуальной собственности, а также учитывая, что данный договор не проходил процедуру государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности, апелляционная инстанция также приходит к выводу о том, что положения главы 54 ГК РФ (коммерческая концессия), на которые ссылается истец, не могут быть применены к правовому регулированию спорного лицензионного договора.

Основания для квалификации спорного договора как договора коммерческой концессии отсутствуют.

Исходя из буквального толкования условий лицензионного договора, апелляционный суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор не является договором коммерческой концессии, в связи с чем, доводы истца о несоответствии договора положениям статей 1027, 1028 ГК РФ являются несостоятельными.

При определении правовой природы рассматриваемого лицензионного договора апелляционный суд не связан представленным истцом заключением патентного поверенного ФИО1 от 29.05.2024, поскольку разрешение данного вопроса относится к компетенции суда.

В силу пункта 2 статьи 1233 ГК РФ к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

Как следует из пункта 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ определено, что предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно пункту 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Как следует из материалов дела, истец 01.03.2023 направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договора и возврате денежных средств.

Как следует из пункта 5.5 договора, при окончании срока действия договора, а в случаях досрочного прекращения действия договора вне зависимости от причин расторжения договора, вознаграждение уплаченное Лицензиатом, в течение срока его действия возврату не подлежит.

Уведомление о досрочном прекращении обязательств по договору получено ответчиком 05.07.2023.

Как видно из дела, требование истца об оспаривании сделки мотивированы положениями статей 10, 168 и пункта 2 статьи 179 ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

На основании статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Таким образом, лицо, вступая в отношения, урегулированные нормами права, должно не только знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из смысла указанной нормы и общих положений гражданского права следует, что обманом является намеренное (умышленное) введение в заблуждение стороны в сделке другой стороной либо лицом, в интересах которого совершается сделка относительно характера сделки, ее условий и других обстоятельств, влияющих на решение потерпевшей стороны. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

В случае признания недействительным по требованию одной из сторон договора, который является оспоримой сделкой и исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, общие последствия недействительности сделки (статья 167 ГК РФ) применяются, если иные последствия недействительности договора не предусмотрены соглашением сторон, заключенным после признания договора недействительным и не затрагивающим интересов третьих лиц, а также не нарушающим публичных интересов (пункт 3 статьи 431.1 названного Кодекса).

Предусмотренная статьей 431.2 ГК РФ ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения.

Согласно пункту 2 статьи 431.2 ГК РФ сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

В соответствии с пунктом 3 статьи 431.2 ГК РФ сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 настоящей статьи) требовать признания договора недействительным (статьи 179 и 178).

Истец считает, что он был обманут ответчиком путем введения в заблуждение, поскольку ему была предоставлена недостоверная информация и неправомерные заявления о коммерческой привлекательности осуществления предпринимательской деятельности с использованием товарного знака, принадлежащего ответчику и методики.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Материалами дела установлено, что на момент заключения оспариваемого договора лицензиату было известно о характеристиках передаваемого ему права на товарный знак и перечне оказываемых сопутствующих услуг. Лицензионный договор содержит подробное описание предмета, а также перечня услуг, оказываемых лицензиаром по договору.

Подписав договор, истец оплатил взнос и иные предусмотренные договором платежи, без разногласий принял состав передаваемых прав.

Прибыльность деятельности, связанной с оказанием услуг посредством использования полученного истцом товарного знака, не может рассматриваться в обороте как существенное качество предмета заключенного сторонами договора, в связи с чем, неполучение истцом прибыли, не может являться основанием для признания сделки недействительной по заявленным им основаниям.

Таким образом, доказательств обмана путем умышленного введения его ответчиком в заблуждение относительно характера сделки, ее условий и других обстоятельств, влияющих на решение истца, последним не представлено, что исключает удовлетворение требований истца о признании сделки недействительной как заключенной под влиянием обмана.

В данном случае, оспариваемый договор заключен по свободно сформированной воле истца. При этом довод о недобросовестности ответчика основан только на оценке его поведения истцом и ничем объективно не подтвержден. Доказательств, с достоверностью свидетельствующих об умышленном создании ответчиком у истца ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки, также не имеется.

Поведение истца давало ответчику основание полагаться на действительность сделки, в связи с чем, доводы истца о недействительности сделки подлежат отклонению.

Таким образом, правовых оснований для признания сделки недействительной и применения к лицензионному договору последствий недействительности сделки в виде возврата уплаченных по договору денежных средств не имелось.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что не достижение истцом планируемой прибыли в результате использования переданного права на использование товарного знака, не может служить основанием для возврата обществом вступительного взноса, поскольку данный взнос подлежит оплате единовременно за факт предоставления в пользование исключительного права на объект интеллектуальной собственности.

В соответствии с условиями договора, он может быть расторгнут в одностороннем порядке по инициативе лицензиара, при этом стороны договорились, что все полученное по договору лицензиаром не подлежит возврату лицензиату, а лицензиат в свою очередь со дня получения уведомления о расторжении настоящего договора обязан прекратить любое использование неисключительных прав, предоставленных по договору.

Таким образом, при отказе лицензиата от исполнения договора в одностороннем порядке, взнос и иные денежные средства по договору также не возвращаются.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что истец, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог, и должен был осуществлять проверку заключаемого договора на предмет соответствия положениям законодательства, регулирующего отношения в соответствующей сфере деятельности.

Ссылки суда первой инстанции на решения судов общей юрисдикции, которыми признаны недействительным лицензионный договор о предоставлении права использования секрета производства (ноу-хау) № 05/02/21 от 05.02.2021, заключенный между ООО «Моссэбо Капитал Менеджмент» и ФИО2, лицензионный договор о предоставлении права использования секрета производства (ноу-хау) № К-14/11/2017/1 от 14.11.2017, заключенный между ООО «Моссэбо Капитал Менеджмент» и ФИО3, ошибочны, данные судебные акты не могут быть положены в основу признания оспариваемого договора недействительным, поскольку они приняты в отношении иного юридического лица, по договорам, предусматривающим передачу иных объектов интеллектуальных прав.

Апелляционный суд учитывает и информацию, содержащуюся в открытых источниках сети Интернет, согласно которой Candellabra HOME - российская сеть магазинов с товарами для дома. В сети магазинов под названием Candellabra HOME продаются российские товары для мебели и дизайна интерьера. Под этим названием магазины работают в таких городах как Москва, Ростов-на-Дону, Санкт-Петербург, Тюмень, Ярославль, Пятигорск. Указанные сведения подтверждают возможность осуществления деятельности с использованием объекта интеллектуального права - товарного знака по свидетельству № 746658, принадлежащего ответчику.

Таким образом, в рамках настоящего спора утверждение о недостоверных заверениях ответчика истцом не доказано, а судом первой инстанции не установлено совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемого договора по заявленным истцом основаниям. Кроме того, истец не доказал оснований для возврата ответчиком отыскиваемых им денежных средств ни в рамках применения последствий недействительности сделки, ни в соответствии с положениями статьи 1102 ГК РФ.

Злоупотребление правом при совершении сделки, на что также ссылается истец, оспаривая договор, является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

В данном случае истец не доказал своего утверждения о цели ответчика при заключении оспариваемого договора - доведение истца до убыточности посредством неисполнения обязательства, принуждения к расторжению договора, как следствие, завладение денежными средствами без равноценного встречного предоставления.

При разрешении спора и принятии обжалуемого решения судом первой инстанции не были выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, допущено несоответствие выводов обстоятельствам дела, в связи с чем на основании пунктов 1 и 4 части 1 статьи 270 АПК РФ решение подлежит отмене с вынесением по делу нового судебного акта об отказе в иске.

Руководствуясь статьями 110, 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 26.07.2024 по делу №  А56-72308/2023 отменить. Принять по делу новый судебный акт об отказе в иске.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Ре:еволюшн» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Канделлябра» 3 000 руб. в возмещение расходов по госпошлине по апелляционной жалобе.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


М.Г. Титова


Судьи


Д.С. Геворкян


 О.В. Горбачева