Постановление от 27 марта 2018 г. по делу № А60-909/2016

/


АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7955/16

Екатеринбург

27 марта 2018 г.


Дело № А60-909/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2018 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Оденцовой Ю.А., Шавейниковой О.Э.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Усенко Игоря Анатольевича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2017 по делу № А60-909/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2017 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) – Киреева В.В. (доверенность от 13.02.2018);

общества с ограниченной ответственностью «Стройинтеллект» (далее – общество «Стройинтеллект») – Ефимов А.М. (доверенность от 03.04.2017);

Усенко И.А. – Звонарев А.С. (доверенность от 27.06.2017).


Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Промстройсити» (далее – общество «Промстройсити», должник), ОГРН 1056603297475, признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на арбитражного управляющего Сивкова Сергея Юрьевича.

Определением суда от 21.02.2017 конкурсным управляющим должником утвержден Кочетов Алексей Валентинович.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего Сивков С.Ю. обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «УралЭлектроСпецмонтаж» (далее – общество «УЭС», ответчик) денежных средств в общей сумме 24 537 292 руб. 32 коп. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика указанной суммы.

Определением суда от 12.02.2017 к участию в обособленном споре в качестве ответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Промсталь Урал» (далее – общество «Промсталь Урал»), являющееся правопреемником общества «УЭС» в результате реорганизации последнего в форме присоединения.

Конкурсный управляющий Кочетов А.В. уточнил заявленные требования: просил признать недействительными сделки по перечислению должником в пользу общества «УЭС» денежных средств в общей сумме 16 365 600 руб., применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «Промсталь Урал» в пользу должника денежных средств в указанной сумме.

Определением суда от 28.09.2017 (судья Пенькин Д.Е.) заявление конкурсного управляющего удовлетворено: признаны недействительными сделки по перечислению должником ответчику денежных средств в общей сумме 16 365 600 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «Промсталь Урал» в пользу должника денежных средств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2017 (судьи Нилогова Т.С., Гулякова Г.Н., Чепурченко О.Н.) определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе участник и бывший директор должника Усенко И.А., являющийся также конкурсным кредитором, просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, нарушение судами норм процессуального и материального права. Заявитель жалобы считает, что материалами дела не подтверждена совокупность условий для признания недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделок, совершенных в период с 24.01.2013 по 09.12.2014; указывает на отсутствие признаков заинтересованности между должником и обществом «УЭС» в период осуществления спорных сделок, полагает вывод судов о наличии признаков заинтересованности со ссылкой на то, что сын директора общества «УЭС» Карташова Владимира Борисовича Карташов Владимир Владимирович являлся сотрудником общества «Промстройсити» и в дальнейшем доверенным лицом директора общества «Промстройсити» Усенко И.А., необоснованным, не соответствующим положениям ст. 19 Закона о банкротстве. Заявитель отмечает, что Карташов В.В. был принят на работу в общество «Промстройсити» в апреле 2014 года, а доверенность была выдана ему Усенко И.А. 13.12.2016. С учетом изложенного оснований считать, что на момент совершения сделок общество «УЭС» знало о финансовом состоянии должника, не имеется. По мнению заявителя, в материалы дела представлено достаточно доказательств, подтверждающих реальность выполнения обществом «УЭС» работ по договорам субподряда; полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно применил повышенный стандарт доказывания к лицу, которое не является заинтересованным по отношению к должнику, и фактически заранее установил, какие косвенные доказательства по данному делу могут свидетельствовать о выполнении работ, отклонив прямые доказательства (договоры, акты выполненных работ) и косвенные доказательства, имеющиеся в материалах дела. Заявитель считает, что реальность выполнения работ обществом «УЭС» подтверждена надлежащим образом, в частности в дело были представлены акты об освидетельствовании скрытых работ, сертификаты, технические паспорта, исполнительная документация по проекту, ответ федерального государственного унитарного предприятия «Комбинат «Электрохимприбор» (далее – комбинат «Электрохимприбор») о выполнении работ обществом «УЭС» в качестве субподрядчика, свидетельство о том, что общество «УЭС» является членом саморегулируемой организации «Некоммерческое партнерство «Объединение генеральных подрядчиков в строительстве». Реальность осуществления данным лицом подрядных работ подтверждает и то обстоятельство, что оспариваемые сделки совершены в 2012 – 2013 г., когда общество «УЭС» обладало оборотными активами в размере более 58 млн руб., имело имущество и осуществляло активную предпринимательскую деятельность, обращалось с исками о взыскании с различных контрагентов задолженности за выполненные подрядные работы в период с 2011 по 2016 г.

В отзывах на кассационную жалобу уполномоченный орган, общество «Стройинтеллект» просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения, считая выводы судов о наличии оснований для признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств. Уполномоченный орган указывает на то, что представленное в суд апелляционной инстанции письмо комбината «Электрохимприбор» за подписью заместителя генерального директора по режиму и охране не содержит печати комбината; в нем указывается на выполнение работ обществом «УЭС», что вызывает сомнения, поскольку ранее при рассмотрении дела в суде первой инстанции было представлено письмо комбината «Электрохимприбор» с иным содержанием; кроме того, в деле имеется ответ государственной корпорации «Росатом» о том, что с вопросом о согласовании в качестве субподрядчика общества «УЭС» общество «Промстройсити» не обращалось.

В судебном заседании представитель Усенко И.А. доводы кассационной жалобы поддержал, представители ФНС России и общества «Стройинтеллект» просили в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.01.2016 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Транссервис» о признании общества «Промстройсити» несостоятельным (банкротом). Определением суда от 09.03.2016 в отношении общества «Промстройсити» введена процедура наблюдения; решением суда от 26.08.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

В ходе конкурсного производства конкурсным управляющим было выявлено, что должником в пользу общества «УЭС» производились перечисления денежных средств: с расчетного счета, открытого в публичном акционерном обществе «Уралтрансбанк», в период с 24.01.2013 по 21.11.2014 совершены платежи на общую сумму 9 172 600 руб. с указанием на то, что производится оплата по различным договорам субподряда и за аренду экскаватора (1 платеж); с расчетного счета, открытого Уральском филиале акционерного общества «Райффайзенбанк», в период с 08.10.2013 по 09.12.2014 совершены платежи на общую сумму 7 193 000 руб. с указанием на оплату за субподрядные работы и за аренду техники (1 платеж).

Полагая, что указанные перечисления являются сделками, совершенными в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, при наличии признаков злоупотребления правом, являются мнимыми, в силу того, что реальный характер субподрядных правоотношений между обществом «УЭС» и должником не подтвержден, при этом имеются признаки подконтрольности общества «УЭС» должнику и основания считать, что в результате совершения сделок произошел вывод активов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данных сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Усенко И.А., являясь бывшим руководителем должника и его участником, возражая против заявленных требований, в ходе рассмотрения спора указывал на то, что спорные платежи являлись оплатой за выполнение обществом «УЭС» как субподрядчиком работ на объектах заказчика – комбината «Электрохимприбор».

В обоснование своей позиции Усенко И.А. представил в материалы дела договоры и акты между обществом «Промстройсити» и комбинатом «Электрохимприбор»: от 16.05.2012 № 5-072-12, от 16.05.2012 № 4-072-12, от 16.05.2012 № 3-072-12, от 01.08.2012 № 072-10-2249, от 03.07.2012 № Р9-072-12, от 06.09.2012 № 072-10-2910, от 19.09.2011 № 09-072-11, от 13.09.2011 № 12-072-11, от 18.07.2012 № 4-008-13, от 03.07.2012 № Р6-072-12, от 01.10.2012 № 072-10/3191; договоры и акты между обществом «Промстройсити» и обществом «УЭС»: от 18.07.2102 № СП 345-072/12, от 14.08.2012 № 072-10/2249, от 05.09.2012 № СП-Р9-072/12, акты выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ от 10.09.2013 № СП-072-10/2910, от 18.07.2012 № СБ-001, от 24.08.2012 № СП 12-53, от 20.06.2013 № СП 4-008/13, от 10.01.2013 № Р6-072/12, счет-фактуру от 30.04.2013 № 206.

Суд первой инстанции, исследовав доводы и возражения сторон, оценив представленные в их обоснование доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как сделок, заключенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также как мнимых сделок, заключенных при злоупотреблении правом в порядке ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело на основании имевшихся и дополнительно представленных доказательств, согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В отношении требований о признании сделок недействительными в порядке ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения ввиду того, что в обоснование этих требований заявлены те же доводы о совершении платежей в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. В данной части постановление суда апелляционной инстанции заявителем не оспаривается.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены в части признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не усматривает.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63) установлено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно п. 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в абзаце седьмом п. 5 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судами установлено, что оспариваемые платежи совершены в период с 24.01.2013 по 09.12.2014, то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника (21.01.2016).

На момент совершения платежей общество «Промстройсити» обладало признаками неплатежеспособности, поскольку перестало исполнять обязательства перед кредиторами, чьи требования впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника. В частности, в период перечисления денежных средств ответчику должник имел неисполненные обязательства перед Строительно-промышленным открытым акционерным обществом «Североуральское управление строительства» на сумму 972 047 руб., возникшие в 2012 г., перед открытым акционерным обществом «Автотранспортное предприятие» на сумму 1 386 105 руб., возникшие в 2014 г. Требования указанных лиц включены в реестр требований кредиторов должника определениями суда от 14.11.2016, от 24.01.2017.

По смыслу п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Суды первой и апелляционной инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства, установив, что генеральным директором общества «УЭС» являлся Карташов В.Б., сотрудником общества «Промстройсити» – его сын Карташов В.В., ранее исполнявший обязанности генерального директора данного общества, избранный на соответствующую должность решением участников, в том числе Усенко И.А., чьим доверенным лицом в деле о банкротстве в настоящее время он является, пришли к выводу о том, что оспариваемые сделки совершены в отношении заинтересованного по отношению к должнику лица.

При этом суды признали недоказанным тот факт, что оспариваемые платежи на сумму 16 365 600 руб. были совершены должником в счет оплаты выполненных обществом «УЭС» субподрядных работ на объектах комбината «Электрохимприбор», отклонив соответствующие доводы Усенко И.А.

Суды исходили из того, что представленные данным участником спора договоры и акты выполненных работ, подписанные обществом «Промстройсити» и обществом «УЭС», сами по себе не являются бесспорными доказательствами выполнения ответчиком подрядных работ в интересах должника. Судами принято во внимание, что в дело не представлены сведения об участии общества «УЭС» в конкурсных процедурах по выбору подрядчика для выполнения работ на объектах комбината «Электрохимприбор», в то время как это требовалось в силу закона и отраслевых стандартов закупок; не представлены доказательства соблюдения пропускного режима при допуске сотрудников общества «УЭС» для выполнения работ на территории закрытого административно-территориального образования, где расположены объекты строительства; отсутствуют доказательства согласования с комбинатом «Электрохимприбор» возможности привлечения общества «УЭС» в качестве субподрядной организации, при условии, что в силу ряда договоров подряда, заключенных должником и комбинатом «Электрохимприбор», право на привлечение субподрядчика у общества «Промстройсити» вообще отсутствовало, а по ряду договоров привлечение допускалось для выполнения работ в объеме не более 5 %. Суды в данной части приняли во внимание письма комбината «Электрохимприбор» и государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», свидетельствующие о том, что в ходе выполнения подрядных работ общество «Промстройсити» не обращалось в адрес комбината с ходатайством о согласовании в качестве подрядчика общества «УЭС» и не получало разрешения на привлечение к субподрядным работам данного контрагента.

Помимо этого судами отмечено, что ни обществом «Промсталь Урал», ни Усенко И.А. в дело не были представлены доказательства приобретения ответчиком материалов, привлечения строительной и иной специальной техники для выполнения работ, так же как и не были представлены доказательства существования арендных отношений, в рамках которых должник осуществлял оплату платежными поручениями от 14.08.2013 на сумму 41 600 руб. и от 31.10.2013 на сумму 300 000 руб.

Отклоняя ссылку Усенко И.А. на дополнительно представленные в суд апелляционной инстанции доказательства, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд исходил из того, что они выводы суда первой инстанции об отсутствии реальных хозяйственных отношений между должником и ответчиком не опровергают. Суд указал на то, что переписка между обществом «УЭС» и должником, между должником и комбинатом «Электрохимприбор» относительно выдачи пропусков для сотрудников общества «УЭС» сама по себе не свидетельствует о том, что общество «УЭС» своими силами выполняло какие-либо работы на объектах комбината «Электрохимприбор», из текста писем должника следует, что последний обращался к заказчику с просьбой разрешить работы на объектах именно сотрудникам общества «Промстройсити», а не общества «УЭС»; трудовые отношения общества «УЭС» с названными в письмах сотрудниками не подтверждены, напротив, согласно представленным копиям трудовых книжек трудовые отношения между указанными лицами и обществом «УЭС» отсутствовали, доказательства того, что общество «УЭС» привлекало работников на основании гражданско-правовых договоров, не представлены. В отношении представленной бывшим руководителем должника и конкурсным кредитором Усенко И.А. исполнительной документации, а также сертификатов качества суд указал, что данные доказательства факт выполнения подрядных работ на сумму более 16 млн руб. не подтверждают; в отсутствие первичной документации о приобретении строительных товаров оснований полагать, что сертификаты качества выданы именно обществу «УЭС», не имеется.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, учитывая тот факт, что общество «Промстройсити» вело самостоятельную производственную деятельность, имело возможность выполнять и выполняло строительно-монтажные работы в рамках договорных отношений с комбинатом «Электрохимприбор», в то время как факт привлечения для этих целей общества «УЭС» в качестве субподрядной организации надлежащими относимыми, допустимыми, достоверными доказательствами не подтвержден, суды пришли к обоснованному выводу о том, что в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения конкурсной массы должника без получения равноценного встречного исполнения, и правомерно признали сделки недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что признаков заинтересованности, предусмотренных ст. 19 Закона о банкротстве, между должником и обществом «УЭС» на момент совершения сделок не имелось, в связи с чем презумпция осведомленности общества «УЭС» о неплатежеспособности должника отсутствует, не принимаются.

Делая вывод о наличии признаков взаимосвязи и подконтрольности общества «УЭС» и должника через участие в этих обществах Карташова В.В. и его отца Карташова В.Б., суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, которым дали надлежащую правовую оценку. Факт того, что общество «УЭС» знало о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается в силу наличия у него признаков заинтересованности, что установлено судами, а также с учетом того, что оно знало об отсутствии оснований для перечисления денежных средств ввиду того, что работы не выполнялись, иного не доказано.

Доводы кассационной жалобы, касающиеся несогласия Усенко И.А. с выводами судов относительно недоказанности факта выполнения обществом «УЭС» работ в рамках заключенных с должником договоров субподряда, также подлежат отклонению. Данные доводы сводятся к несогласию заявителя с оценкой обстоятельств дела, произведенной судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в материалах дела доказательств. Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела не свидетельствует о нарушении судами норм права и не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов. Оценка доказательств произведена судами в совокупности в соответствии с правилами ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя о неправильном распределении судами бремени доказывания, о том, что суд апелляционной инстанции необоснованно применил повышенный стандарт доказывания к лицу, которое не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, несостоятельны. С учетом установленных судами обстоятельств фактической аффилированности участников оспариваемых сделок, бремя доказывания распределено верно; кроме того, как обоснованно отмечено судом апелляционной инстанции, ответчик в ходе рассмотрения обособленного спора активность не проявлял, фактически уклонившись от опровержения доводов конкурсного управляющего.

Признавая оспариваемые платежи недействительными сделками и применяя последствия их недействительности, суды руководствовались положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, всесторонне и полно оценили представленные в дело доказательства, установили все значимые для дела обстоятельства, сделали верные выводы по существу спора. Выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судами не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты являются законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд




ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2017 по делу № А60-909/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Усенко Игоря Анатольевича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Г.М. Столяренко


Судьи Ю.А. Оденцова


О.Э. Шавейникова