Постановление от 29 сентября 2024 г. по делу № А72-14850/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-11242/2024

Дело № А72-14850/2020
г. Самара
30 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2024 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 сентября 2024 г.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Гольдштейна Д.К.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Туфатулиной И.В.,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 16 сентября 2024 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2024 года по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительной сделки к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в рамках дела № А72-14850/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 01.04.2022 (резолютивная часть объявлена 29.03.2022) ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении ФИО6 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «ЕДИНСТВО».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 09.11.2023 в деле о банкротстве ФИО6  применены правила параграфа 4 главы Х Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» о банкротстве гражданина в случае его смерти, продлен срок процедуры реализации имущества гражданина ФИО6.

17.03.2023 посредством почтового отправления в суд от финансового управляющего ФИО1 поступило заявление, в котором он просил:

1. Признать недействительной сделку по отчуждению движимого имущества - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>

2. Признать недействительной сделку по отчуждению движимого имущества - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>

3. Признать недействительной сделку по отчуждению движимого имущества - МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>

4. Применить последствия недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение, возвратив в конкурсную массу ФИО6: транспортные средства:

- Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>;  МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>; МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>.

28 июня 2024 года судом вынесено определение следующего содержания:

«Заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи, заключенный между должником ФИО6 и ФИО4 по отчуждению движимого имущества - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***> и применении последствий недействительной сделки оставить без удовлетворения.

Заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи от 13.03.2018, заключенного между должником ФИО6 и ФИО2 по отчуждению движимого имущества - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***> и применении последствий недействительной сделки оставить без удовлетворения.

Заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи от 09.06.2016, заключенного между должником ФИО6 и ФИО3 по отчуждению движимого имущества - МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, вин: <***> и применении последствий недействительной сделки оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО6 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 21 000 руб. 00 коп.

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2024 года в рамках дела № А72-14850/2020.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 июля 2024  года апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 августа 2024  года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

ФИО5 в отзыве возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Из содержания заявления следует, что финансовый управляющий с учетом уточнений просил суд:

- признать недействительной сделку - договор купли-продажи, заключенный между ФИО6 и ФИО4 по отчуждению движимого имущества - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>;

- взыскать с ФИО4 в конкурсную массу ФИО6 денежные средства в размере 400 000 руб. что составляет рыночную стоимость на момент совершения сделки по отчуждению объекта движимого имущества: транспортное средство СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА, 2008 года выпуска, VIN <***>;

- признать недействительной сделку - договор купли-продажи от 13.02.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО2 по отчуждению движимого имущества - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>;

- взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ФИО6 денежные средства в размере 89 000 руб., что составляет рыночную стоимость на момент совершения сделки по отчуждению объекта движимого имущества: МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>;

- признать недействительной сделку - договор купли-продажи от 09.06.2016, заключенный между ФИО6 и ФИО3 по отчуждению движимого имущества - МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, вин:<***>;

- взыскать с ФИО3 в конкурсную массу ФИО6 денежные средства в размере 50 000 руб., что составляет рыночную стоимость на момент совершения сделки по отчуждению объекта движимого имущества: МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, вин:<***>.

Финансовым управляющим указано, что согласно сведениям УГИБДД УМВД России по Ульяновской области, в собственности должника ранее были транспортные средства: Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>, МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***> и МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>.

Как усматривается из материалов дела, между ФИО6 и ФИО4, ФИО2, ФИО3 заключены три договора купли-продажи автомобилей (транспортных средств):

- Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>,

- МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>,

- МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>.

Согласно материалам спора, 21.12.2013 ФИО6 продал ФИО4 по договору купли-продажи транспортное средство - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>.

Как указывал финансовый управляющий, стоимость спорного транспортного средства - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>, вин <***>, 2008 г.в., по договору составила 400 000 руб.

Также должник по договору купли-продажи от 13.02.2018, заключенному с ФИО2 произвел отчуждение движимого имущества - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>.

Как указывал финансовый управляющий, стоимость спорного транспортного средства - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>, полуприцеп с бортовой платформой, категория Е, год выпуска 1993, по договору составила 89 000 руб.

Также должник по договору купли-продажи от 09.06.2016, заключенному с ФИО3 произвел отчуждение движимого имущества - МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, вин:<***>.

Как указывал финансовый управляющий, стоимость спорного транспортного средства - МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, (VIN) <***>, 1998 г.в., по договору составила 50 000 руб.

Финансовый управляющий указывает, что согласно ответу, предоставленному ММО МВД России «Ичалковский», транспортное средство СУЗУКИ ГРАНД ВИТАРА, 2008 года выпуска, VIN <***> на основании договора купли-продажи от 25.04.2023, заключенного между ФИО4 и ФИО5, было зарегистрировано 28.04.2023 за ФИО5

На основании сведений, предоставленных УГИБДД УМВД России по Ульяновской области, 09.06.2016г. транспортное средство: МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, VIN:<***> было снято с учета ФИО3 в связи с утилизацией.

На основании сведений, предоставленных УГИБДД УМВД России по Ульяновской области, 15.03.2018г. транспортное средство: МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***> было зарегистрировано за ФИО2 В настоящее время, согласно карточке учета, транспортное средство: МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***> имеет статус учета «Архивный».

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывал, что на момент совершения спорной сделки у ФИО6 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

Согласно материалам дела, определением Арбитражного суда Ульяновской области 29.10.2021 (резолютивная часть определения объявлена 26 октября 2021 года) требование Федеральной налоговой службой России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области включено в реестр требований кредиторов ФИО6 в размере 22 966 513 руб. 66 коп.

При этом судом первой инстанции установлено, что задолженность, возникла вследствие привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по делу № A72-9376/2017, в рамках которого постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2018 изменено определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29 августа 2018 года по делу № А72-9376/2017 в части указания порядка и размера подлежащего взысканию с ФИО6 и ФИО7 в результате привлечения к субсидиарной ответственности. Взыскано с ФИО6, ФИО7, ФИО8 солидарно в счет возмещения обязательств по привлечению к субсидиарной ответственности на сумму 23 334 831 руб. 83 коп. (с учетом размера ответственности и ФИО7 22 866 711 руб. 83 коп., ФИО8 251 770 руб. 76 коп.).

Обращаясь с заявлением, финансовый управляющий полагал, что данные сделки совершены в целях сокрытия имущества должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вместе с тем доказательства аффилированности между сторонами сделки в материалы спора не представлены.

Учитывая дату возбуждения дела о банкротстве должника (12.02.2021), оспариваемые  сделки были совершены:

- 21.12.2013 (продажа ФИО4 транспортного средства - Сузуки Гранд Витара, государственный регистрационный номер <***>), то есть за 7 лет 1 месяц 21 день до возбуждения дела о банкротстве;

- 13.02.2018 (продажа ФИО2 транспортного средства -  МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>), то есть за 2 года 11 месяцев 29 дней до возбуждения дела о банкротстве;

- 09.06.2016 (продажа ФИО3 транспортного средства -   МАЗ 54329, государственный регистрационный номер <***>, вин:<***>), то есть за 4 года 8 месяцев 2 дня до возбуждения дела о банкротстве.

Исходя из указанного, только сделка от 13.02.2018 по продажи ФИО2 транспортного средства -  МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>, может быть оспорена по основаниям, предусмотренным ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, подпадают под сроки оспоримости, установленные ч.2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно сведениям Межрайонной ИФНС России №7 по Ульяновской области по состоянию на 23.11.2020 ФИО6 имел задолженность в размере 22 966 513,66 руб., в том числе основной долг - 22 954 058,21 руб., пени - 11 955,58 руб.. штраф – 499,87 руб.

Между тем основанием возникновения задолженности является размер субсидиарной ответственности ФИО6 взысканной с должника по делу № А72-9376/2017 в размере 22 866 711 руб. 83 коп., а также земельный налог за 2017-2018 в размере 24 506 руб., налог на имущество за 2017-2018 в размере 13 432 руб. 38 коп., транспортный налог за 2017-2018 в размере 49 858 руб., пени – 11 955,58 руб., штраф – 499,87 руб.

Задолженность по делу № A72-9376/2017, в рамках которого должник привлечен к субсидиарной ответственности, была установлена постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2018, которым изменено определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29 августа 2018 года по делу № А72-9376/2017 в части указания порядка и размера подлежащего взысканию с ФИО6 и ФИО7 в результате привлечения к субсидиарной ответственности, взыскано с ФИО6, ФИО7, ФИО8 солидарно в счет возмещения обязательств по привлечению к субсидиарной ответственности на сумму 23 334 831 руб. 83 коп. (с учетом размера ответственности и ФИО7 22 866 711 руб. 83 коп., ФИО8 251 770 руб. 76 коп.).

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки, ФИО6 имел задолженность только перед ФНС по земельному налогу за 2017 год, налогу на имущество за 2017 год, по транспортному налогу за 2017 год.

Исходя из данной задолженности, признаки несостоятельности у должника на момент совершения сделки отсутствовали.

Следовательно, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, установленным ч.2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не имеются.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок: Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 9 июля 2018 г. N 307-ЭС18-1843, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июня 2014 г. N 10044/11, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23 июля 2018 г. N Ф06-35378/18 по делу N А57-4975/2016.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 06.03.2019 года N 305-ЭС18-22069 по делу N А40-17431/2016 законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае 3 года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как уже было указано, обращаясь с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий указывает, что указанные сделки совершены в целях сокрытия имущества должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вмененные сторонам сделок нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не представлено доказательств наличия в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, то есть отсутствуют основания для признания их недействительными по общегражданским нормам (статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок подлежит оставлению без удовлетворения.

В апелляционной жалобе заявитель выразил несогласие с выводами суда, указывая на наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения сделки.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на момент совершения сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности, направлены на переоценку выводов суда в этой части и не содержат каких-либо новых фактов, подтверждающих обоснованность требования заявителя. 

Суд первой инстанции обоснованно указал на то обстоятельство, что поскольку договоры купли-продажи от 21.12.2013 и от 09.06.2016 выходят за пределы ретроспективного периода оспоримости сделок и их обстоятельства не выходят за рамки диспозиции подозрительной сделки, установленной п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, требование заявителя о признании их недействительными подлежит отклонению.

Доводы заявителя о том, что судом первой инстанции не принят во внимание тот факт, что в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты по оспариваемым договорам, а так же доказательства финансовой возможности покупателем произвести оплату по указанным договорам, применительно к договору купли-продажи от 13.02.2018, заключенному между ФИО6 и ФИО2 по отчуждению движимого имущества - МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>, отклонены апелляционным судом. Заявителем указано, что рыночная стоимость автомобиля МАЗ 9397, государственный регистрационный номер <***>, составляет 89 000 руб., в связи с чем совершение указанной сделки не требует значительных финансовых затрат для покупателя и явно не направлена на вывод активов должника исходя из стоимости имущества и периода, прошедшего с момента совершения сделки до даты возбуждения дела о банкротстве.

Доказательства того, что стоимость имущества многократно занижена, финансовым управляющим не представлены.

Оснований для признания ФИО2 заинтересованным лицом не имелось.

Заявитель  отмечал тот факт, что определением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.08.2018 по делу А72-9376/2017 суд привлек ФИО8, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО "Телец", взыскал с ФИО8 в пользу ООО "Телец" 251 5 770 руб. 76 коп., взыскал с ФИО6 в пользу ООО "Телец" 23 334 831 руб. 83 коп., взыскал с ФИО7 в пользу ООО "Телец" 22 866 711 руб. 83 коп. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2018 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29.08.2018 изменено в части указания порядка и размера подлежащего взысканию с ФИО6 и ФИО7 денежных средств в результате привлечения к субсидиарной ответственности. Взыскано с ФИО6, ФИО7, ФИО8 солидарно в счет возмещения обязательств по привлечению к субсидиарной ответственности на сумму 23 334 831 руб. 83 коп. (с учетом размера ответственности и ФИО7 22 866 711 руб. 83 коп., ФИО8 251 770 руб. 76 коп.).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (дело № А72-14849/2020) также установлен факт отчуждения имущества (как минимум трех транспортных средств в тот же период времени) в период подозрительности в пользу ФИО2, что по мнению заявителя также свидетельствует о наличии признаков заинтересованности между должником и ответчиком по настоящему обособленному спору.

Вместе с тем данное обстоятельство само по себе не является достаточным основанием для установления фактической аффилированности сторон сделки.

Таким образом, обжалуемое определение является законным и обоснованным, вынесенным при полном и всестороннем рассмотрении дела, с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

В соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на должника.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июня 2024 года по делу № А72-14850/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий                                                                Я.А. Львов


Судьи                                                                                               Л.Р. Гадеева


                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн