Постановление от 15 февраля 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-28629/2025
16 февраля 2026 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Ю.М.Корсаковой, С.М.Кротова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Б.П.Бадминовым,


при участии:

от истца: ФИО1 по доверенности от 25.12.2025, ФИО2 по доверенности 25.12.2025;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 18.04.2025;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-27818/2025) общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Санкт-Петербург» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.09.2025 по делу № А56-28629/2025 (судья Мороз А.В.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Санкт-Петербург»

к ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности,

третье лицо: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Санкт-Петербург» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Научно-технический центр «Микротурбинные Технологии» (далее – Компания).

Решением суда от 25.09.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истцом подана апелляционная жалоба, в которой просил решение отменить, исковые требования удовлетворить, ссылаясь на то, что убытки в виде стоимости вверенного имущества по договору хранения от 10.01.2013 № 06/135 в размере 60684 511 руб. 02 коп. в результате недобросовестных действий ответчика в период осуществления им обязанностей генерального директора и являясь единоличным собственником исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общества истцу не возмещены. Податель жалобы указывает на то, что в связи с принятием Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу (далее – уполномоченный орган) решения о прекращении юридического лица Компании от 23.12.2022 № 20509И, Обществом подан иск к уполномоченному органу о признании незаконным решения регистрирующего органа об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, как недействующего юридического лица и о возложении обязанности на регистрирующий орган исключить запись из ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица (дело № A56-68279/2023). Кроме того, истцом продолжена работа по истребованию имущества путем взыскания его стоимости в рамках дела № А56-69605/2020. Податель жалобы указывает на недобросовестное и неразумное осуществление ответчиком обязанностей руководителя Компании.

По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции не учел, что ответчик, который мог и должен был знать о наличии взысканной в судебном порядке задолженности перед Обществом ввиду размещения судебного акта в открытом доступе, не обосновал свое бездействие по погашению задолженности объективными препятствиями, тем самым бездействие ответчика привело к неисполнению обязательств подконтрольного ему юридического лица.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, указывая на его законность и обоснованность.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, а также о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы жалобы, представитель ответчика возражал против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество и Компания (хранитель) 10.01.2012 заключили договор хранения № 06/135 (далее – договор), по которому Компании на хранение передано оборудование («Энергоисточник автономный на базе микро-турбодетандерного генератора БК АЭЙ МГД - 20») в количестве 3-х комплектов общей стоимостью 60 684 511 руб. 02 коп., что подтверждается сохранной распиской от 11.11.2013.

Согласно пункту 1.1 договора хранитель обязуется на условиях, установленных договором, за вознаграждение принимать и хранить передаваемые ему поклажедателем материально-технические ресурсы (далее – МТР) и возвращать МТР в сохранности по первому требованию поклажедателю или иному лицу, указанному поклажедателем.

Срок хранения МТР исчисляется с момента оформления акта о приеме-передаче товароматериальных ценностей на хранение (форма МХ-1) до момента возврата МТР поклажедателю (пункт 1.2 договора).

По окончании хранения хранитель представляет поклажедателю акт сдачи-приемки оказанных услуг с указанием стоимости услуг, счет на оплату и счет-фактуру (пункт 3.2 договора).

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Компании об обязании возвратить оборудование.

Решением суда от 18.01.2021 по делу № А56-69605/2020 исковые требования удовлетворены.

На основании данного решения выдан исполнительный лист от 07.04.2021 серии ФС № 036668193.

В дальнейшем истцом подано заявление об изменении способа и порядка исполнения судебного акта.

Определением суда от 26.01.2022 истребование имущества изменено на взыскание стоимости отсутствующего у Компании имущества в размере 60 684 511 руб. 02 коп.

В связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о Компании, в отношении которого внесена запись о недостоверности, 05.09.2022 уполномоченным принято решение № 20509 о предстоящем исключении Компании, как действующего лица из ЕГРЮЛ, о чем в ЕГРЮЛ 07.09.2022 внесена соответствующая запись (№ 2227802817933).

23.12.2022 внесена запись № 2227805485840 об исключении Компании из ЕГРЮЛ в административном порядке.

Таким образом, исполнение решения суда о взыскании с Компании стоимости имущества в размере 60 684 511 руб. 02 коп. в пользу Общества в настоящее время невозможно в связи с его исключением из ЕГРЮЛ по вышеизложенным основаниям.

Единственным участником и единоличным исполнительным органом хранителя являлся ФИО4.

По мнению истца, ответчик подлежит привлечению к ответственности за невозможность удовлетворения требований в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ и неосуществление ликвидации юридического лица при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долга перед кредиторами. При разрешении настоящего спора суд руководствуется следующим.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения Общества в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении иска суд первой инстанции указал на то, что исключенного из ЕГРЮЛ в связи сзаписью о недостоверности сведений, непогашенной задолженности, подтвержденнойвступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являтьсябесспорным доказательством вины ответчика (как руководителя и учредителя общества)в неуплате юридическим лицом долга, равно как и свидетельствовать онедобросовестном или неразумном поведении, повлекшем невозможность уплаты долга. Кроме того, истец не представил доказательства наличия реальной возможности погашения его требований в случае подачи ответчиком в налоговый орган возражений против исключения Компании из ЕГРЮЛ.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела, проанализировав доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Доводы подателя апелляционной жалобы объективного подтверждения не нашли и отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон N 14-ФЗ) предусмотрено, что исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Предусмотренное пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ основание ответственности руководителя носит самостоятельный характер; он отвечает не за основного должника, а за свое противоправное поведение, повлекшее невозможность исполнения обязательства перед кредиторами.

Исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление N 53).

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671, при предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо – ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 Постановления N 53).

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3).

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что на момент принятия налоговым органом решения об исключении Компании из ЕГРЮЛ ответчик располагал объективными основаниями считать, что у Общества отсутствуют притязания к юридическому лицу.

Из материалов дела следует, что 13.01.2021 в отношении Компании возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А56-829/2021 по заявлению ООО «ИнТэк-Инвест», а определением суда от 12.02.2021 введена процедура наблюдения.

Истец 03.10.2021 реализовал свое право на предъявление требований в рамках дела о банкротстве, обратившись с заявлением о включении в реестр требований кредиторов. Определением суда от 19.10.2021 указанное требование принято к производству. Вместе с тем 15.02.2022 истец подал заявление об отказе от заявленных требований. В заявлении прямо указано, что Общество не заинтересовано в дальнейшем рассмотрении дела, а правовые последствия отказа, включая прекращение производства и недопустимость повторного обращения в суд по тому же спору, ему понятны.

Таким образом, отказ от требований был совершен добровольно и осознанно, при понимании его правовых последствий. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

С учетом статуса истца как крупной хозяйствующей организации, осуществляющей профессиональную деятельность в сфере транспортировки газа, обладающей необходимыми юридическими и экономическими ресурсами и регулярно участвующей в арбитражных спорах, вывод о том, что отказ был совершен при полном осознании правовых последствий, является обоснованным. Истец как профессиональный участник гражданского оборота должен был учитывать, что отказ от требований в деле о банкротстве исключает возможность их дальнейшей реализации в рамках данной процедуры, в том числе посредством инициирования вопроса о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Иные кредиторы от своих требований в деле о банкротстве не отказывались, что дополнительно подтверждает добровольный характер поведения истца и отсутствие объективных препятствий для защиты его прав.

Кроме того, истец не воспользовался предусмотренной законом возможностью заявить возражения в налоговый орган в период процедуры исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, что также свидетельствует об отсутствии активных действий по защите своих имущественных интересов.

При таких обстоятельствах исключение Компании из ЕГРЮЛ не может рассматриваться как нарушившее права истца, поскольку сам истец последовательно отказался от процессуальных механизмов защиты своих требований как в рамках дела о банкротстве, так и на стадии административного исключения юридического лица.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности необходимо установление совокупности условий, включая противоправность поведения, недобросовестность либо неразумность действий (бездействия) контролирующего лица, а также причинно-следственную связь между таким поведением и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором.

Между тем истцом не доказано: наличие виновных, недобросовестных или неразумных действий ответчика, причинная связь между действиями (бездействием) ответчика и невозможностью погашения задолженности; наличие у Компании реальной возможности удовлетворить требования истца при ином поведении руководителя.

Не представлено доказательств вывода активов, сокрытия имущества, присвоения денежных средств либо иных действий, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны ответчика. Сам по себе факт наличия задолженности и последующего исключения юридического лица из ЕГРЮЛ не образует презумпции вины руководителя.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к иной оценке установленных обстоятельств, однако не опровергают выводов суда первой инстанции и не свидетельствуют о нарушении норм материального либо процессуального права.

При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам жалобы, равно как и по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 270 АПК РФ, апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение арбитражного суда первой инстанции от 25.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


И.Н. Бармина


Судьи


Ю.М. Корсакова


С.М. Кротов