Постановление от 19 февраля 2025 г. по делу № А72-10341/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-14911/2022

Дело № А72-10341/2021
г. Казань
20 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Галиуллина Э.Р.,

судей Хлебникова А.Д., Нафиковой Р.А.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «НефтеХимКомплектация» – ФИО1, конкурсный управляющий,

акционерного общества «Димитровградский автоагрегатный завод» – ФИО2, доверенность от 07.04.2023, ФИО3, доверенность от 03.02.2025, ФИО4, доверенность от 07.04.2023,

общества с ограниченной ответственностью «Техномаш» – ФИО5, директор, ФИО6, доверенность от 18.12.2024,

ФИО5 – ФИО5, лично,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу   акционерного общества «Димитровградский автоагрегатный завод»

на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 23.04.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2024

по делу № А72-10341/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «НефтеХимКомплектация» к акционерному обществу «Димитровградский автоагрегатный завод» о взыскании убытков в размере 125 967 256 руб., при участии третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Техномаш», общества с ограниченной ответственностью «Институт оценки и управления», общества с ограниченной ответственностью «Экпертно-правовая корпорация Лидер», ФИО7, ФИО5

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «НефтеХимКомплектация» (далее – ООО «НефтеХимКомплектация», истец) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к акционерному обществу «Димитровградский автоагрегатный завод» (далее – АО «ДААЗ», ответчик, завод) о взыскании стоимости переданного на хранение и утраченного имущества в размере 125 967 256 руб.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 23.04.2024, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2024, исковые требования удовлетворены частично. С АО «Димитровградский автоагрегатный завод» в пользу ООО «НефтеХимКомплектация» взыскано 55 005 113, 75 руб. убытков. В остальной части в иске отказано.

Дополнительным решением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.07.2024 с ООО «НефтеХимКомплектация» в пользу АО «Димитровградский автоагрегатный завод» взыскано 515 221 руб. расходов на оплату услуг эксперта.

Обжалуя принятые судебные акты в кассационном порядке, ответчик просит их отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, мотивируя кассационную жалобу нарушением судебными инстанциями норм материального права.

Заявитель указывает, что препятствия в вывозе спорного имущества со стороны ответчика не имелись, истец не предпринимал мер по вывозу имущества; к спорным отношениям не применены нормы статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец способствовал увеличению размера убытков, не предпринимая разумных мер к сохранению своего имущества после расторжения договора; доказательства, подтверждающих действительную стоимость утраченного в процессе хранения имущества по каждой позиции, в материалы дела не представлены; в отношении позиции 87 акта от 01.09.2019 «Станок плазменной резки металла с ЧПУ ПРМ-1» судом определена в размере 4 650 931 руб., тогда как согласно спецификации к договору купли-продажи от 25.02.2016 №0225 стоимость составляет 1 500 000 руб.; в отношении позиции 45  по акту «Листогибочная трехвалковая машина XZM8000/32» оценена в 28 925 388, 33 руб. без учета стоимости годных остатков, рассчитанных в заключении эксперта №1 и №3 (2 128 000 руб.), а также не учтено, что данное оборудование снято с учета 31.12 2020 в связи с продажей; экспертные заключения не соответствуют требованиям законодательства о судебно-экспертной деятельности, имеются нарушения; включение в сумму убытков налога на добавленную стоимость неправомерно; не учтен довод ответчика о необоснованном включении оценщиком согласно отчету в стоимость имущества расходов на монтаж оборудования.

Проверив законность принятых по делу судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене, с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Как следует из материалов дела, акционерное общество «Димитровградский автоагрегатный завод» (арендодатель) и общество с ограниченной ответственностью «НефтеХимКомплектация» (арендатор) заключили договор аренды от 23.09.2016 № 0001-24/309, согласно которому арендатору во временное владение и пользование переданы производственные площади и вспомогательные помещения, находящиеся по адресу: <...>.

В отношении ООО «НефтеХимКомплектация» 18.06.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А45-21870/2019.

Стороны 29.07.2019 подписали соглашение о расторжении договора аренды от 23.09.2016 № 0001 -24/309 с 01.09.2019.

Акт приема-передачи (возврата) арендованного имущества арендодателем и арендатором не подписан, фактически производственные площади не освобождены от имущества ответчика (оборудования и станков).

АО «ДААЗ» и ООО «НефтеХимКомплектация» 01.09.2019 подписан акт № 1 от 01.09.2019 о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение, согласно которому ООО «НХК» передало, а АО «ДААЗ» приняло на ответственное хранение товарно-материальные ценности 113 позиций в количестве 115 штук (том 1, л.д. 33-36).

Обосновывая заявленные требования, истец указал, что в период с 20.01.2020 по 22.06.2020 имущество ООО «НХК» вывезено на хозяйственный двор на открытую площадку, откуда похищено неизвестными лицами. В акте осмотра имущества от 22.06.2020 указано, что оборудование и станки обнаружены не в полном объеме, предъявленные станки демонтированы, разобраны, разрезаны, похищены, вывезены на хозяйственный двор на открытую площадку, большая часть оборудования испорчена, складирование и демонтаж произведены без соблюдения норм хранения и консервации оборудования, склад материалов и комплектующих отсутствует.

По результатам натурного обследования производственного оборудования установлено, что часть оборудования, позиции которого в перечне отмечены как «испорчено», получила неустранимые повреждения, явившиеся результатом вандального механического воздействия на оборудование, несоблюдения технологии демонтажа и хаотичного разукомплектования технологически важных комплектующих элементов и механизмов с их частичной или полной утратой (т. 1, л.д. 56-57).

В течение 2020 года имущество ООО «НХК» разыскивалось следственными органами и передавалось на ответственное хранение различным лицам (ФИО5, ФИО7, ФИО8). Впоследствии разысканное оборудование или его остатки переданы на хранение обществу с ограниченной ответственностью «Техномаш».

В настоящее время оборудование или его остатки находятся в помещении, арендуемом ООО «Техномаш» по адресу: <...>.

В связи с утратой и повреждением имущества, переданного на хранение, истец обратился с иском в суд о взыскании убытков в размере 125 967 256 руб.

Рассматривая спор по существу и удовлетворяя исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 15, 393, 886, 889, 900, 901, 902 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также разъяснениями, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №25) исходили из того факта, что хранителем не исполнены обязательства по договору хранения, а именно, не осуществлен возврат переданного на хранение имущества согласно акту МХ-1 от 01.09.2019.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы суда первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства исходя из следующего.

Судами правильно установлено, что между сторонами возникли правоотношения, вытекающие из договора хранения, которые регулируются положениями главы 47 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 901 ГК РФ хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 настоящего Кодекса.

Профессиональный хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли вследствие непреодолимой силы, либо из-за свойств вещи, о которых хранитель, принимая ее на хранение, не знал и не должен был знать, либо в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя.

Согласно пункту 2 статьи 901 ГК РФ за утрату, недостачу или повреждение принятых на хранение вещей после того, как наступила обязанность поклажедателя взять эти вещи обратно (пункт 1 статьи 899), хранитель отвечает лишь при наличии с его стороны умысла или грубой неосторожности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 902 ГК РФ убытки, причиненные поклажедателю утратой, недостачей или повреждением вещей, возмещаются хранителем в соответствии со статьей 393 ГК РФ, если законом или договором хранения не предусмотрено иное.

Из содержания статьей 15, 393 ГК РФ следует, что лицо, требующее возмещения убытков, причиненных неисполнением договора, в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ должно доказать неисполнение или ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязанностей, размер причиненных истцу убытков, причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением ответчиками обязанностей и причиненными убытками.

Из взаимосвязанных положений пункта 4 статьи 1, статьи 10, пункта 3 статьи 307 ГК РФ и пункта 1 Постановления Пленума ВС РФ №25 следует, что при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. Извлечение преимуществ из незаконного или недобросовестного поведения недопустимо.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «НефтеХимКомплектация» приняты должные меры к приемке вещи с хранения, то есть надлежащим образом исполнена предусмотренная статьей 899 ГК РФ обязанность.

Имеющиеся в материалах дела неоднократные обращения АО «ДААЗ», адресованные ООО «НефтеХимКомплектация» с требованием вывезти имущество истца с территории завода, остались последним без внимания (т. 5 л.д. 68, 70, 72).

Так, письмами от 29.11.2019 № 0001-1254, от 20.12.2019 № 0001-1365, от 16.01.2020 № 20-Дааз АО «ДААЗ» сообщило ООО «НефтеХимКомплектация» о необходимости освобождения производственных площадей и последующего вывоза имущества с обозначением разумного для этого срока – 27.12.2019.

В свою очередь, конкурсный управляющий письмом от 18.12.2019 сообщил о том, что истец решит вопрос с местом нахождения имущества до конца текущего года (2019) (т. 5, л.д. 71).

Вместе с тем по истечении указанного срока ООО «НефтеХимКомплектация» не приняло никаких мер по возврату имущества и лишь в январе 2020 года обратился к АО «ДААЗ» с требованием возврата спорного имущества.

Кроме того, материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик чинил препятствия в вывозе имущества истца путем ограничения доступа въезда на территорию завода.

Напротив, согласно письмам от 16.01.2020, от 10.02.2020, от 19.02.2020 ответчик оказывал необходимое содействие в согласовании даты и доверенных лиц истца для организации вывоза оборудования.

Кроме того, сотрудники и конкурсный управляющий ООО «НефтеХимКомплектация» допускались ответчиком на территорию завода, что подтверждается журналом регистрации пропусков, журналом учета посетителей и книгами учета посетителей (т. 5 л.д. 76-102).

 Принимая внимание длительное бездействие ООО «НефтеХимКомплектация», а также позицию представителя истца и конкурсного управляющего в суде первой инстанции о нахождении в процедуре банкротства и отсутствии интереса в восстановительном ремонте поврежденного имущества и требование о взыскании рыночной стоимости утраченного и поврежденного оборудования указывает, что истец не намеревался исполнять свои обязательства.

Данным обстоятельствам судами нижестоящих инстанций оценка не дана.

Суд округа также находит обоснованным довод заявителя жалобы о неправомерном включении в сумму исковых требований налог на добавленную стоимость, которое судом апелляционной инстанции устранено не было.

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. Наличие права на вычет сумм налога исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, применение статьи 15 ГК РФ.

Правила уменьшения сумм налога или их получения из бюджета императивно установлены статьями 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации. Лицо, имеющее право на вычет, должно знать о его наличии, обязано соблюсти все требования законодательства для его получения, и не может перелагать риск неполучения соответствующих сумм на своего контрагента, что фактически является для последнего дополнительной публично-правовой санкцией за нарушение частноправового обязательства.

Тот факт, что налоговые вычеты предусмотрены нормами налогового, а не гражданского законодательства, не препятствует их признанию в качестве особого механизма компенсации расходов хозяйствующего субъекта.

Данная правовая позиция сформирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 N 2852/13.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что в Налоговом кодексе Российской Федерации отсутствуют нормы, позволяющие налогоплательщику исчислять налог на добавленную стоимость (далее - НДС) от суммы убытков и требовать их взыскания с учетом данного налога, судебные акты в части удовлетворения требований о взыскании убытков с учетом НДС приняты с нарушением норм материального и процессуального права при неполном исследовании обстоятельств, относящихся к предмету доказывания, без выяснения и учета всех обстоятельств спора, что привело к преждевременным выводам судов относительно состава и размера убытков.

Также судебная коллегия соглашается с доводом заявителя жалобы о неправомерном включении в стоимость имущества расходов по монтажу оборудования, поскольку данные расходы не могут считаться убытками, причиненными вследствие ненадлежащего исполнения обязательств. Данные расходы истец понес бы и в случае надлежащего исполнения ответчиком условий договора хранения.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1 статьи 64 АПК РФ).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1, 2 статьи 71 АПК РФ).

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25.05.2017 № 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Данные требования корреспондируют обязанности суда полно и всесторонне рассмотреть дело, что невозможно без оценки каждого представленного доказательства и обоснования преимущества одного доказательства перед другим.

Судами допущен формальный подход к рассмотрению данного дела, проигнорированы доводы ответчика, неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; обстоятельства, которые суд считал установленными, не подтверждают обстоятельств по делу и противоречат другим доказательствам, противоречия судом не устранены; выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам и материалам дела, что вступает в противоречие с задачами и смыслом арбитражного судопроизводства, установленными статьей 2 АПК РФ, и нарушает право ответчика на справедливую и компетентную судебную защиту, гарантированную каждому частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, допущенные судами нарушения правил оценки доказательств, неверное применение норм материального права, повлекли неполное выяснение всех существенных обстоятельств спора, которые входят в предмет исследования и установления судом, исходя из предмета и основания исковых требований (статьи 6, 8, 9, 168, 170 АПК РФ).

Ввиду указанных обстоятельств судебная коллегия признает незаконными обжалуемые судебные акты. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов ответчика.

Вышеуказанные нарушения норм права не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств. Указанными полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 286 АПК РФ не наделен.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 23.04.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2024 по делу № А72-10341/2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НефтеХимКомплектация» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер в размере 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                                  Э.Р. Галиуллин


Судьи                                                                                          А.Д. Хлебников


                                                                                                        Р.А. Нафикова