Постановление от 19 октября 2025 г. по делу № А56-1892/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-1892/2021
20 октября 2025 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1 Резолютивная часть постановления объявлена 06 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю., судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,

при участии: ФИО1 лично, по паспорту, от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 05.10.2017, ФИО3 лично, по паспорту, ФИО4 лично, по паспорту, ФИО5 лично, по паспорту, от ФИО5: ФИО6 по доверенности от 27.10.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-12493/2025) ФИО5, ФИО7, ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2025 по делу № А56-1892/2021/суб.1, принятое по заявлению ФИО5, ФИО7, ФИО4 к ФИО1, ФИО3, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) жилищно-строительного кооператива «Черничная поляна – Юкки 2»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) жилищно-строительного кооператива «Черничная поляна – Юкки 2» (ОГРН <***>, ИНН <***>, Санкт-Петербург, ул.Парковая, д.4, литера А, офис 209, далее - Кооператив).

Решением суда от 17.02.2022 Кооператив признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО9. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 36 от 26.02.2022.

ФИО5, ФИО7, ФИО4 обратились в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО3, ФИО8 по обязательствам должника, а также приостановлении производства по заявлению в части размера субсидиарной ответственности ответчиков до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 24.04.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда, ФИО5, ФИО7, ФИО4 обратились с апелляционной жалобой, в которой просят отменить обжалуемое определение, заявление удовлетворить, ссылаясь на вывод контролирующими должника лицами активов Кооператива в отсутствие встречного предоставления, что привело к банкротству должника, повлекло причинение ущерба конкурсным кредиторам и сделало невозможным удовлетворение их требований.

В судебном заседании ФИО5, ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы; ФИО1 и ФИО3 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в обособленном споре, уведомлены судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Дополнительные документы ФИО1, представленные накануне судебного заседания без доказательств направления заявителям копий документов, указанных в приложении, не приобщены к материалам дела, поскольку документы представлены с нарушением требований части 3 статьи 65 АПК РФ после неоднократного отложения судебного разбирательства, что свидетельствует о срыве ответчиком судебного заседания согласно части 5 статьи 159 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности заявители указали на вывод активов контролирующими должника лицами в пользу аффилированных лиц, что явилось причиной банкротства Кооператива, совершение ответчиками убыточных сделок.

Суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности заявления, поскольку оспариваемые сделки не признаны недействительными и заявителями не доказано, что вывод активов Кооператива явился причиной его банкротства.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4

настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов спора, Кооператив учрежден 26.06.2012. Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ФИО1 в период с 26.06.2012 по 20.02.2022 являлся председателем правления Кооператива, в связи с чем имел право давать обязательные для исполнения должником указания по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Как следует из материалов спора, ФИО8, ФИО3 являлись членами правления должника.

При этом согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

В тоже время, ФИО1, являясь председателем правления Кооператива, признается контролирующим должника лицом.

Как указывают апеллянты, контролирующими должника лицами причинен вред кредиторам Кооператива следующими действиями: вывод денежных средств аффилированному лицу - Жилищно-строительному кооперативу «Черничная Поляна-Юкки» под видом беспроцентного займа в рамках договора о совместной деятельности (простого товарищества) № 1 от 16.07.2012 при наличии задолженности перед иными кредиторами, и невозвращение данных денежных средств от аффилированного юридического лица, в размере 1 397 000 руб.; вывод денежных средств в пользу ООО «Невский Берег» как оплата по договору № 04/16-01 от 01.04.2016 за консультационные услуги и как оплата по договору № 1 от 12.01.2016 за оказание услуги в размере 1 031 000 руб.; вывод денежных средств в пользу ООО «АйЭмДэ групп» как частичная оплата по договору купли-продажи № 25/02-16 от 25.02.2016 согласно счету № 18 от 20.06.2017 без вступления актива в собственность Кооператива в качестве встречного предоставления по договору купли-продажи № 25/02-16 от 25.02.2016 и невозращение денежных средств в размере 4 200 000 руб.; вывод денежных средств в пользу ФИО1 с

обоснованием «строительные леса 05.08.2016» и с обоснованием «фасады 01.12.2016» в размере 6 150 000 руб.; вывод денежных средств в пользу

ФИО1 как перевод по договору займа № 5 от 29.05.2017, невзыскание изъятых денежных средств в размере 1 937 830 руб.; вывод денежных средств в пользу ФИО1 из кассы Кооператива в размере 1 200 000 руб.; вывод денежных средств Кооператива ФИО1 из кассы Кооператива без возврата указанных денежных средств в размере 50 486 494,96 руб.; вывод денежных средств в пользу ФИО8 в размере 337 100 руб. без подтверждающих документов. Относительно заключения договоров займа апеллянты указали на невозможность взыскания в настоящее время дебиторской задолженности в связи с пропуском сроков исковой давности. Заявители делают вывод о причинении вреда Кооперативу и его кредиторам путем недоплаты паевых взносов Кооператива со стороны ФИО10 в размере 2 192 000 руб., а также со стороны супруги

ФИО1 – ФИО11 в размере 3 952 000 руб. По утверждению заявителей, общий размер вреда, причиненного Кооперативу и кредиторам по всем эпизодам, составляет 72 883 424 руб.

Как следует из материалов дела, реестр требований кредиторов Общества сформирован в размере 15 198 890 руб., в том числе 3 444 250,42 руб. требований кредиторов ФИО5, ФИО7, ФИО4

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об

обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый Федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 16 Постановления N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Также, в соответствии с положениями подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в случае если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу разъяснений пункта 23 Постановления N 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как следует из разъяснений пункта 50 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 15.03.2019 по делу № 2-156/19 с Кооператива в пользу гражданина ФИО5 взыскана задолженность по договору займа в размере 420 549,42 руб., неустойка в размере 196 971,53 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 000 руб., расходы на оплату услуг представителя и оплате экспертизы в размере 5 106,90 руб., а всего 627 627,85 руб.

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 25.01.2018 по делу № 2-1064/18 с Общества в пользу ФИО4 взыскан паевой взнос в размере 420 001,60 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период 21.06.2017 по 31.08.2017 в размере 7 665,03 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 277 руб.

Задолженность перед ФИО7 у Кооператива появилась в результате заключения договора уступки права требования ФИО5 в пользу

ФИО7 в размере 400 000 руб.

Таким образом, признаки неплатежеспособности Кооператива появились еще в 2017 году, что подтверждается неисполнением должником требований указанных кредиторов, обязательства перед которыми возникли не позднее 2017 года.

1. Ответчик ФИО1, являясь председателем правления Кооператива, не привел приемлемых пояснений относительно перевода денежных средств должника аффилированному лицу – жилищно-строительному кооперативу «Черничная Поляна-Юкки» в качестве выдачи беспроцентного займа в период с мая по октябрь 2017 года в общем размере 1 397 000 руб.

Договор о совместной деятельности (простого товарищества) от 16.07.2012

№ 1 в ходе процедуры конкурсного производства ФИО1 конкурсному управляющему не передан. Не опровергнуты доводы о том, что ФИО1, а также ФИО3 и ФИО8 являлись контролирующими лицами жилищностроительного кооператива «Черничная Поляна-Юкки». Денежные средства в размере 1 397 000 руб. не возвращены, срок исковой давности для взыскания этих заемных средств пропущен до открытия конкурсного производства, в связи с чем возможность возврата в конкурсную массу денежных средств должника утрачена.

Не опровергнуты доводы заявителей о неприменении в данном случае правил о внутригрупповом займе, когда денежные средства остаются внутри группы лиц, поскольку Кооператив и жилищно-строительный кооператив «Черничная Поляна- Юкки» являются разными юридическими лицами, некоммерческими организациями в форме потребительского кооператива и не имеют своей основной целью извлечение прибыли. При этом членами этих организаций являются разные лица, каждый из которых имеет своей целью приобретение квартиры в разных многоквартирных домах, поскольку каждый кооператив строил свой отдельный дом на самостоятельных разных земельных участках.

Выдача беспроцентного займа означает возникновение обязательства заемщика по возврату займодавцу выданной им денежной суммы, поэтому контролирующие Кооператив лица, в частности председатель Правления, должны были принять меры по возврату должнику ранее предоставленных им займов.

2. Материалами дела подтверждается, что Кооператив осуществлял переводы денежных средств аффилированному с должником лицу – ООО «Невский берег» в качестве оплаты за оказанные услуги, в том числе консультационные, в общем размере 1 031 000 руб. Судом установлено, что ФИО1 одновременно являлся учредителем и генеральным директором ООО «Невский берег». Необходимость и обоснованность оказания консультационных услуг ФИО1 от имени ООО «Невский берег», притом, что он являлся председателем Правления Кооператива, имея необходимые полномочия, не доказана ответчиком. Наличие у ООО «Невский берег» в штате работников, которые имели бы квалификацию для оказания соответствующих консультационных услуг, не подтверждено, что свидетельствует об оказании услуг ФИО1 самому себе с выводом активов должника в пользу контролирующего лица. Денежные средства от ООО «Невский берег» в размере 1 031 000 руб. контролирующим и Кооператив, и ООО «Невский берег» лицом – ФИО1 не истребованы обратно.

3. Сведениями из выписки по расчетному счету Кооператива подтверждается, что должник перевел ООО «АйЭмДэ» по договору купли-продажи и согласно счету денежные средства в размере 4 200 000 руб. Не опровергнуты доводы заявителей о том, что никакого актива в собственность Кооператива от ООО «АйЭмДэ» не поступало. ФИО1 не представлены документы Кооператива, подтверждающие встречное предоставление от ООО «АйЭмДэ» по конкретным платежам должника. Пояснения относительно приобретения Кооперативом «доли в инженерных сетях» у ООО «АйЭмДэ» ответчиками не приведены, соответствующие документы, которые можно было бы соотнести с платежами по договору купли-продажи и согласно счету на сумму 4 200 000 руб., ФИО1 не представлены.

4. Судом из выписке по расчетному счету Кооператива установлено, что со счета должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 переводились денежные средства с указанием на «фасады 01.12.2016 в размере 4 200 000 руб. и «строительные леса 05.08.2016» в размере 1 950 000 руб. Документы со сведениями о встречном предоставлении Кооперативу по спорным платежам ФИО1 не представлены.

Судом установлено, что ФИО1 изъял из кассы Кооператива в период с сентября 2014 по декабрь 2015 года 1 200 000 руб. в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 Аналогичное изъятие денежных средств из кассы Кооператива допущено ФИО1 в свою пользу в размере 50 486 494 руб.

96 коп. под отчет. Вместе с тем, расходование денежных средств в пользу Кооператива не подтверждено материалами дела. Соответствующие оправдательные документы, например, авансовые отчеты, расходные ордера, чеки и т.п., ФИО1 не составлялись, о расходовании средств он не отчитывался,

такие документы конкурсному управляющему в ходе процедуры банкротства руководителю не переданы. Первичных документов, подтверждающих расходование денежных средств для ведения хозяйственной деятельности Кооператива, председателем правления ФИО1 не представлено. При отсутствии соответствующих оправдательных документов суду не представляется возможным соотнести с конкретным снятием наличных денежных средств из кассы Кооператива доводы ФИО1 о расходовании средств на строительство дома.

Возможность взыскания денежных средств как неосновательного обогащения предпринимателя ФИО1 по утверждению заявителей утрачена в связи с пропуском срока исковой давности.

5. Материалами дела также подтверждается перевод денежных средств Кооператива с расчетного счета должника в пользу ФИО1 по договорам займа в общем размере 1 937 830 руб. в период 2017-2018 годы. Ответчиком не опровергнуто, что возврат должнику заемных средств не осуществлялся, соответствующие первичные документы отсутствуют. Сведения о расходовании денежных средств для осуществления должником строительства дома для членов Кооператива не доказаны.

Апелляционный суд критически относится к общим доводам ФИО1 о том, что дома введены в эксплуатацию, все работы по подключению домов к электроснабжению, теплоснабжению, с инженерным сетям, канализации выполнены подрядными организациями, не имеющими отношения к генеральному подрядчику – ООО «Фирма «СУ13Трест32», и от собственников квартир не поступило замечаний по качеству строительства. Данные доводы не имеют отношения к предмету рассматриваемого спора, не относятся к конкретным эпизодам деятельности ответчиков, которые, по мнению заявителей, явились причиной банкротства Кооператива и причинили вред кредиторам должника. В пояснениях ФИО1 приводит доводы относительно иных правовых отношений по строительству дома с контрагентами, не имеющими отношения к предмету спора (ООО «Фирма СУ13 Трест32», ООО «Жилищный фонд», ООО «Техническая инвентаризация и кадастр» и т.п.). Апелляционный суд исследовал дополнительно представленные в ходе апелляционного рассмотрения спора документы ответчиков, представленных в порядке абзаца второго части 2 статьи 268 АПК РФ, и пришел к выводу о том, что документы не опровергают доводы заявителей. При этом приводимые

ФИО1 в отзывах работы и услуги по получению разрешения на строительство, на проведение инженерно-геодезических изысканий, согласование на использование газа, присоединение к электрическим сетям, на управление многоквартирным домом, уплата налога на земельный участок, геологические испытания, на устройство дорожного покрытия, покупку канцелярских товаров, аренда помещений для проведения общих собраний членов Кооператива и многое другое, вообще не относятся к эпизодам, связанным с перечислением денежных средств за услуги ООО «АйЭмДэ», ООО «Невский берег» и заемные средства ФИО1, жилищно-строительному кооперативу «Черничная Поляна-Юкки», на которые ссылаются заявители как на основание для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности.

Ссылки ФИО1 не передачу документов Кооператива конкурсному управляющему должника по акту от 17.11.2022 не обоснованы, поскольку ответчик по предложению суда не смог пояснить и указать, какие конкретно документы, переданные управляющему, относятся к платежам должника, указанным в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 28.09.2021 по спору № А56-1892/2021/истр.1 в рамках дела о банкротстве Кооператива председатель правления Кооператива

ФИО1 обязан передать управляющему документы должника согласно

перечню. Обязанность, предусмотренная статьей 126 Закона о банкротстве, руководителем должника в полном объеме не выполнена, что подтверждается актом от 17.11.2022. В частности, ФИО1 не представлены книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты; кассовые документы должника, в том числе кассовая книга, приходные кассовые ордера, доказательства оплаты (внесения паевого взноса) пайщиками за 66 квартир, все договоры с индивидуальным предпринимателем ФИО1 с приложением товарных накладных, актов выполненных работ, карточки счета 60 76, акт сверки расчетов между должником и предпринимателем ФИО1, все договоры с

ООО «Невский берег» с приложением товарных накладных, актов выполненных работ, договор о совместной деятельности (простого товарищества) от 16.07.2012

№ 1 с ЖСК «Черничная поляна –Юкки».

Соотнеся размер требований кредиторов должника, масштаб деятельности Кооператива, апелляционный суд пришел к выводу о том, что вменяемые заявителями платежи Кооператива в пользу ООО «АйЭмДэ», ООО «Невский берег», предпринимателя ФИО1 в отсутствие документов, подтверждающих встречное предоставление, и невозврат заемных средств ФИО1, от жилищно-строительного кооператива «Черничная Поляна-Юкки», повлекли банкротство Кооператива, невозможность его рассчитаться с кредиторами, требования которых признаны обоснованными в рамках настоящего дела о банкротстве.

Сделки должника по переводу денежных средств и изъятие средств из кассы в пользу аффилированных лиц, бездействие руководителя по взысканию необоснованно перечисленных средств в период, когда у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, создало препятствия для расчетов с независимыми кредиторами. В результате действий ответчика

ФИО1 наступило объективное банкротство Кооператива.

Таким образом, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 как контролирующего должника лица подлежит удовлетворению.

6. Заявители ссылаются на изъятие из кассы Кооператива денежных средств в пользу ФИО12 под отчет в размере 337 100 руб. 96 коп. в отсутствие оправдательных документов по их расходованию для нужд Кооператива. Апелляционный суд, принимая во внимание размер реестра требований кредиторов, и учитывая масштаб деятельности должника по строительству дома для членов Кооператива, пришел к выводу, что снятие этих средств не могло являться причиной банкротства должника ввиду своей малозначительности. ФИО12, не являясь руководителем должника, не имеет объективной возможности представить первичные документы, подтверждающие расходование предоставленных ему под отчет средств, в связи с чем заявление о привлечении ФИО12 к ответственности по данному эпизоду не подлежит удовлетворению.

7. В обоснование заявления о привлечении к ответственности заявители ссылаются на неполную оплату паевых взносов за квартиры и необоснованную выдачу председателем правления ФИО1 справок о полной выплате паевых взносов. По утверждению заявителей, председатель правления

ФИО1 не принял мер по исключения из членов Кооператива лиц, не оплативших паевой взнос, и предоставил им квартиры, в связи с чем причинен вред кредиторам Кооператива в размере непоступивших паевых взносов.

Определением арбитражного суда от 01.02.2023 по спору № А56-1892/2021/сд.1 по заявлению о признании недействительными сделками выдачи справок о полной выплате ФИО1 паевых взносов от 19.09.2018 № 55 и № 60 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении требований. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2023

определение от 01.02.2023 отменено и заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Отменяя постановление от 07.07.2023, Арбитражный суд Северо-Западного округа указал, что оспариваемые сделки по внесению паевых взносов имели место 22.08.2012 и 18.01.2018, то есть за пределами трехлетнего периода до даты возбуждения дела о банкротстве (21.01.2021). Следовательно, они не могли быть оспорены по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве, а обстоятельств о злоупотреблении правом сторонами оспариваемых сделок, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий в качестве оснований для обращения в суд в данном обособленном споре не привел.

Определением арбитражного суда от 30.10.2023 по спору № А56-1892/2021/сд.2, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.08.2024, по заявлению о признании недействительной сделкой выдачи справки о полной выплате ФИО13 паевого взноса от 19.09.2018 № 61 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении требований.

Определением арбитражного суда от 30.10.2023 по спору № А56-1892/2021/сд.3, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.08.2024, по заявлению о признании недействительной сделкой выдачи справки о полной выплате ФИО3 паевого взноса от 19.09.2018 № 59 конкурсному управляющему также отказано в удовлетворении требований.

Приведенными судебными актами установлено, что указанные сделки должника являются законными, совершены в отсутствие признаков недобросовестности ответчиками своими правами и не причинили вреда должнику или кредиторам. Обратного заявителями в рамках настоящего спора не доказано.

Апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что по данному эпизоду отсутствуют правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Кооператива.

Ответчиком ФИО1 заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент открытия в отношении должника конкурсного производства, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Как разъяснено в пунктах 58, 59 Постановления N 53, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Приведенная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

При принятии настоящего судебного акта судом учтено, что срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Процедура наблюдения введена 25.05.2021, должник признан банкротом 15.02.2022, с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности кредиторы ФИО7, ФИО5 и ФИО4 обратились 29.08.2022, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности. Банковские выписки по счетам должника представлены управляющим к собранию кредиторов 03.02.2022, из этих

документов заявители узнали о нарушении своих прав неправомерным выводом активов должника, повлекшим его банкротство.

Доводы ответчика об осведомленности ФИО5 об основаниях привлечения к субсидиарной ответственности в силу его членства в Кооперативе отклоняются апелляционным судом, поскольку с 2015 года и по настоящее время ФИО5 не имел доступа к документам и банковским счетам должника, так как с с 2015 года не является членом Кооператива. Как директор контрагента должника ФИО5 тем более не мог быть осведомлен о хозяйственных операциях и платежах Кооператива.

Выписка по счету должника получена из АО «Петербургский социальный коммерческий банк» по запросу временного управляющего Кооперативом. Апелляционный суд считает несостоятельными доводы ФИО1 о ничтожности банковской выписки по счету Кооператива. О фальсификации данной выписки в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено, выписка по счету должника с иным содержанием заинтересованными лицами, в том числе ответчиками, не представлена. Представленная в материалы настоящего обособленного спора выписка по счету должника является надлежащим доказательством.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В соответствии с абзацем вторым пункта 9 Постановления № 53 если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В настоящем случае, ФИО1 не приведены пояснения относительно вменяемых ему действий, а именно, вывода активов Общества в пользу третьих лиц, как и не приведены пояснения относительно неистребования дебиторской задолженности.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что именно указанные действия, совершенные ФИО1 как контролирующим должника лицом, явились причиной возникновения признаков неплатежеспособности Кооператива. Иных причин банкротства Кооператива ФИО1 не приведено, презумпция, установленная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ответчиком не опровергнута.

Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В данном случае ФИО8 и ФИО3 являлись членами правления Кооператива. Доказательств причинения вреда ответчиками ФИО3 и

ФИО8 в материалы дела не представлено. Сведения о том, что они определяли действия должника отсутствуют. При изложенных обстоятельствах заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отклоняется апелляционным судом.

Обжалуемое определение подлежит отмене с принятием судебного акта об удовлетворении заявления к ответчику ФИО1

Производство по заявлению подлежит приостановлению в соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины возлагаются на ФИО1 и подлежат возмещению подателям апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2025 по делу № А56-1892/2021/суб.1 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам жилищно-строительного кооператива «Черничная поляна – Юкки 2» ФИО1. Приостановить производство по обособленному спору в части размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО5 10 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий А.Ю. Слоневская

Судьи И.В. Сотов

И.Ю. Тойвонен