Постановление от 3 июня 2020 г. по делу № А56-118337/2018



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-118337/2018
03 июня 2020 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2020 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Семиглазова В.А.

судей Масенковой И.В., Пряхиной Ю.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Гасановым Ш.М.;

при участии:

от истца (заявителя): Гайда А.А. по доверенности от 17.12.2019;

от ответчика (должника): Фрезе М.А. по доверенности от 17.01.2020;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9033/2020) ООО "НОРД-СЕРВИС" на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2020 по делу № А56-118337/2018 (судья Киселева А.О.), принятое

по иску ООО "МОДУЛЬ"

к ООО "НОРД-СЕРВИС"

о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью ООО «Модуль» (далее - ООО «Модуль», истец) обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Норд-Сервис» (далее - ООО «Норд-Сервис», ответчик) о взыскании суммы затрат, понесенных в связи с устранением аварийных ситуаций, в размере 3 910 435,02 руб.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2020 по делу № А56-118337/2018 исковые требования удовлетворены.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ответчик в апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы ее податель ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; неправильное применение ном материального права. Ответчик не согласен с удовлетворением исковых требований в части взыскания 843 630 руб.: по мнению подателя жалобы, указанная сумма представляет собой недополученную арендную плату, то есть упущенную выгоду Истца, в связи с чем не подлежит компенсации с учетом предусмотренного в п. 6.1 договора аренды № 01/17 ограничения ответственности сторон возмещением прямого реального ущерба. По утверждению ответчика, физический износ механической части выключателей является скрытым недостатком переданного в аренду оборудования; ненадлежащим образом выполнил свои обязательства по содержанию, текущему и капитальному ремонту ДГУ, проведению технического обслуживания в объеме ТО4-ТО5.

В письменном отзыве истец просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От ответчика поступили дополнения к апелляционной жалобе.

От истца поступили письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ.

Определением суда от 15.04.2020 во исполнение постановления Президиума Верховного суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 08.04.2020 № 821 суд апелляционной инстанции изменил дату судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы ООО "НОРД-СЕРВИС" с 15.04.2020 на 27.05.2020.

В заседании апелляционного суда представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы; представитель истца поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Между Истцом и Ответчиком № 01/17 от 01.01.2017 был заключен договор аренды движимого имущества (оборудования) № 01/17 (далее – договор аренды № 01/17), в соответствии с которым Истец (Арендодатель) передал Ответчику (Арендатору) во временное владение и пользование движимое имущество вместе со всеми его принадлежностями и необходимой для использования документацией. Перечень оборудования указан в Приложении №1 к вышеуказанному Договору и включает в себя: 3 (Три) дизель-генераторных установки (ДГУ) Caterpillar 3512 мощностью 1000 кВт, комплектную трансформаторную подстанцию ККТПу – 2х1000 кВа 0,4/6,3, комплектную трансформаторную подстанцию ККТПу – 1600 кВа 0,4/6,3, запасные части и расходные материалы для проведения регламентных технических обслуживаний ДГУ 3512 в объеме ТО1-ТО5 (далее – Оборудование).

В соответствии с п. п. 2.2., 2.3. договора № 01/17 приемка Оборудования в аренду и возврат Оборудования из аренды производятся сторонами по акту приема-передачи. Арендатор имеет право использовать Оборудование после подписания сторонами акта ввода оборудования в эксплуатацию, после окончания работ стороны подписывают акт вывода оборудования из эксплуатации.

01.01.2017 г. между Истцом и Ответчиком были подписаны акт приема-передачи Оборудования в аренду и акт ввода Оборудования в эксплуатацию (т. д. 1).

Как следует из п.п. 1.4 и 1.5 договора № 01/17, местом эксплуатации Оборудования является Ямало-Ненецкий Автономный Округ, Новопортовское месторождение, Оборудование используется для оказания услуг ООО «Буровая компания Евразия» ЗападноСибирский филиал (ООО «БКЕ»).

Между Ответчиком и ООО «БКЕ» был заключен договор на оказание услуг по обеспечению электроэнергией № 224/14 от 29.05.2014 г. (далее – договор № 224/14). В подтверждение факта использования Оборудования, принадлежащего Истцу и переданного Ответчику по договору № 01/17, для оказания Ответчиком услуг ООО «БКЕ» по договору № 224/14, представлено приложение № 1 к дополнительному соглашению № 11 от 26.01.2018 г. к договору № 224/14 , а также письма № № 35/18 от 27.02.2018 г. и 40/18 от 01.03.2018 г. Согласно условиям договора № 224/14 Ответчик обязался оказывать услуги по обеспечению ООО «БКЕ» электроэнергией, при этом ООО «БКЕ» своими силами осуществляет подвод кабельной продукции к проходным изоляторам портала ККТП и обеспечивает выполнение технических условий на электроснабжение от автономных источников, выданных ответчиком, с согласованием уставок релейных защит (пп. 4.4., 4.5. Договора № 224/14). Актом от 13.12.2017г. между ответчиком и ООО «БКЕ» разграничена эксплуатационная ответственность и балансовая принадлежность КП 8.1., а также согласован акт уставок релейной защиты и автоматики от 16.12.2017г.

27.01.2018 г. в 5 часов 55 минут на кустовой площадке № 8.1 Новопортовского месторождения вышла из строя дизель-генераторная установка № 2 (ДГУ № 2) Caterpillar 3512 YAK 00503 (Акт выхода из строя оборудования от 28 января 2018г). Причина выхода из строя оборудования: короткое замыкание и сгорание обмоток статора и ротора силового генератора № G1Н00745.

30.01.2018 г. в 7 часов 59 минут на кустовой площадке № 8.1 Новопортовского месторождения вышла из строя дизель-генераторная установка № 1 (ДГУ № 1) Caterpillar 3512 YAK 00504 (Акт выхода из строя оборудования от 31 января 2018г). Причина выхода из строя оборудования: короткое замыкание и сгорание обмоток статора и ротора силового генератора № G1H00746.

Согласно пояснениям Истца, в условиях крайнего Севера - Ямало-Ненецкий Автономный Округ, месторождение Новопортовское, невозможно произвести ремонт и восстановление работоспособности вышедших из строя силовых генераторов SR5 дизельгенераторных установок № 1 и № 2 (ДГУ № 1 и ДГУ № 2), в связи с чем потребовалась замена поврежденных силовых генераторов. С учетом изложенного, Истцом были приобретены генераторы Leroy-Summer LSA серийный номер 349045/1 и 349045/2, затраты на приобретение составили: 1 232 122,47 руб. + 1 230 429,60 руб. = 2 462 552,07 руб. Силами Ответчика были осуществлены диагностика установок, перевозка приобретенных Истцом генераторов по маршруту Новосибирск – Новопротовское месторождение, замена генераторов и техническое обслуживание установок после замены на общую сумму 843 630 руб. Истцом была подтверждена обязанность по компенсации Ответчику вышеуказанных затрат на общую сумму 843 630 руб. в Акте № 17 от 29.03.2018 о компенсации затрат по ремонту оборудования. Также Истец вынужден был осуществить вывоз сгоревших генераторов по маршруту: станция Лабытнанги - Санкт-Петербург, расходы на услуги по доставке и автоэкспедированию груза составили 128 887 руб.

Итого, общая сумма затрат, понесенных Истцом в связи с выходом из строя дизельгенераторных установок ДГУ № 1 и ДГУ № 2 составила 3 435 069,07 руб.

11.03.2018 г. в 12 часов 00 минут на кустовой площадке № 8.1 Новопортовского месторождения вышла из строя дизель-генераторная установка №2 (ДГУ №2) Caterpillar 3512 YAK 00503 (Акт выхода из строя оборудования от 12.03.2018 г). Причина выхода из строя оборудования: неисправность автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1. I=2000A.

В целях обеспечения дальнейшего использования оборудования Истец приобрел новый выключатель и организовать его доставку к месту эксплуатации оборудования. Общая сумма затрат, понесенных Истцом в связи с выходом из строя автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A составила 232 208,07 руб.

12.03.2018г. в 02 часа 20 минут на кустовой площадке № 8.1 Новопортовского месторождения вышла из строя дизель-генераторная установка №1 (ДГУ №1) Caterpillar 3512 YAK 00504 (Акт выхода из строя оборудования от 13.03.2018 г). Причина выхода из строя оборудования: неисправность автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A.

Истец был вынужден приобрести новый выключатель и организовать его доставку к месту эксплуатации оборудования. Общая сумма затрат, понесенных Истцом в связи с выходом из строя автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A составила 243 157,88 руб.

Полагая, что Ответчиком должна быть возмещена стоимость понесенных Истцом расходов, Истец направил в адрес Ответчика претензию № 32 от 11.07.2018 г., а впоследствии обратился в суд с настоящим иском.


Удовлетворение исковых требований явилось поводом для обращения ответчика с жалобой, при оценке доводов которой апелляционный суд учел следующее.

Согласно статье 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются по правилам статьи 15 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести нарушение.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

Имущество сдается в аренду вместе со всеми его принадлежностями и относящимися к нему документами (техническим паспортом, сертификатом качества и т.п.), если иное не предусмотрено договором (пункт 2 статьи 611 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках.

При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору:

потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества;

непосредственно удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя;

потребовать досрочного расторжения договора.

Арендодатель, извещенный о требованиях арендатора или о его намерении устранить недостатки имущества за счет арендодателя, может без промедления произвести замену предоставленного арендатору имущества другим аналогичным имуществом, находящимся в надлежащем состоянии, либо безвозмездно устранить недостатки имущества.

Если удовлетворение требований арендатора или удержание им расходов на устранение недостатков из арендной платы не покрывает причиненных арендатору убытков, он вправе потребовать возмещения непокрытой части убытков.

Арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду (пункт 2 статьи 612 ГК РФ).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи (статья 71 АПК РФ), принимая во внимание доводы и возражения сторон, апелляционный суд приходит к выводу о доказанности и обоснованности заявленных исковых требований.

Так, из материалов дела следует, что переданное в рамках договора аренды Оборудование Истца вышло из строя по причине повреждения силовых генераторов (январь 2018 года) и автоматических выключателей типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A (март 2018 года).

В обоснование убытков Истец ссылается на наличие понесенных расходов на приобретение, доставку, вывоз поврежденных деталей ДГУ (силовых генераторов), а также автоматических выключателей автоматических выключателей типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A.

В подтверждение факта понесенных расходов Истцом в материалы дела представлены универсальные передаточные документы № SF18-02566 от 02.02 2018 г., платежное поручение № 23 от 20.02.2018 г., платежное поручение № 24 от 21.02.2018 г., договора № 0173 от 02.02.2018 г. (ООО «Восточная техника», универсальный передаточный документ № SF18-02563 от 02.02.2018 г., платежное поручение № 10 от 01.02.2018 г., договор № 0165 от 01.02.2018 г. (ООО «Восточная техника»), универсальный передаточный документ № СПБ2305959357850907 от 29 03.2018 г., платежное поручение № 36 от 22.03.2018 г. (ООО «ЖелдорЭкспедиция»), универсальные передаточные документы на возмещение расходов по доставке грузов № 13 от 11.04.2018 г., № 11 от 05.04.2018 г., № 9 от 26.03.2018 г. и соответствующие платежные поручения № 55 от 04.04.2018 г., № 59 от 09.04.2018 г., № 40 от 23.03.2018 г., № 38 от 22.03.2018 г. (т.д. 1). Также Истцом представлен акт № 17 от 29.03.2018 о компенсации затрат по ремонту оборудования на сумму 843 630 руб., которая была принята им принята как обязанность по компенсации Ответчику понесенных затрат на ремонт оборудования.

Относительно вопроса о причинах возникновения аварий, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Как следует из акта расследования технологического нарушения (аварии), произошедшего 27.01.2018 г. от 26.02.2018 г. и акта расследования технологического нарушения (аварии), произошедшего 30.01.2018 г. от 28.02.2018 г., подписанных представителями Ответчика и ООО «БКЕ», 05.02.2018 г. специалистами ООО «Мантрак Восток» были проведены работы по диагностике контроллеров управления ДГУ и сохранены журналы неисправностей в момент аварий и их конфигурации, из которых установлены следующие недостатки эксплуатации, проекта, конструкции, изготовления, строительства, монтажа оборудования, явившихся предпосылками аварий: 1) обратная мощность со стороны нагрузки; 2) отсутствие в нагрузке защитных устройств, предотвращающих попадание обратной мощности в сеть.

Согласно представленному в материалы дела Экспертного заключения №53-ЭТ/18 от 27.09.2018 г., подготовленного по заданию Ответчика ООО «Ассоциация независимых судебных экспертов» (стр. 22 заключения) и письма ООО «Компания ДВК-Электро» от 12.02.2018 г., причиной аварий, случившихся 27 и 30 января 2018г., являются: 1) обратная мощность, поступающая со стороны нагрузки и то, что 2) не были задействованы защиты по обратной мощности, установленные на контроллерах DEIF AGC ДГУ № 1 и № 2.

Как следует из актов выхода из строя оборудования от 28.01.2018 г. и 31.01.2018 г. и объяснений сторон, Истец и Ответчик не имеют разногласий относительно того, что причинами аварий, случившихся 27 и 30 января 2018 г., являются: обратная мощность, поступающая со стороны нагрузки и неправильно выставленные уставки защиты по обратной мощности на контроллерах DEIF. При этом, стороны имеют противоположное мнение относительно того, кто из них является лицом, в результате действий (бездействия) которого возникли аварийные ситуации:

Истец полагает, что именно Ответчик обязан был в процессе исполнения договора аренды № 01/17 обеспечить правильную настройку контроллеров DEIF AGC до возникновения аварийных ситуаций и провести совместные с ООО «БКЕ» организационно-технические мероприятия, результатом которых явилось бы прекращение аварийных остановок ДГУ по причине генерации обратной мощности со стороны нагрузки ООО «БКЕ»; по мнению Ответчика, неправильная настройка контроллеров DEIF AGC является скрытым недостатком переданного в аренду оборудования. Кроме того, Ответчик полагает, что Истец до передачи в аренду не проверил исправность защиты и не передал карту уставок защиты, а также не произвел соответствующую настройку системы защиты с учетом нагрузок использования оборудования. Также Ответчик полагает, что Истец ненадлежащим образом выполнил свои обязательства по содержанию, текущему и капитальному ремонту ДГУ, проведению технического обслуживания в объеме ТО4-ТО5.

В материалы дела было представлено Руководство по эксплуатации и техническому обслуживанию (далее – руководство) (т. д. 2).

Как следует из руководства, генераторные установки состоят из двигателя, генератора и систем управления (стр. 31 руководства). Генератор предназначен для выработки электроэнергии. Двигатели генераторных установок 3500В представляют собой дизельные двигатели с электронным управлением. Безколлекторный генератор может использоваться со следующей нагрузкой: смешанные нагрузки, включающие электродвигатели и осветительные приборы, оборудование на управляемых полупроводниковых вентилях, вычислительные центры, установки связи, нефтяные буровые установки (стр. 31 руководства).

Выход на нагрузку генератора должен всегда быть защищен устройством от перегрузки, например автоматом защиты или предохранителями (стр. 40 руководства).

ДГУ имеет систему защиты. Устройства сигнализации и аварийной остановки двигателя управляются электронным способом. Устройства сигнализации и аварийной остановки двигателя срабатывают от цепей, управляемых датчиками. Устройство сигнализации и останова настраиваются на критические рабочие температуры, давления или частоты вращения для защиты двигателя от повреждения.

Устройства сигнализации предназначены для предупреждения оператора о возникновении нештатных состояний. Устройства оперативной остановки предназначены для остановки двигателя при возникновении нештатных условий эксплуатации. Остановки помогают предотвратить повреждение оборудования (стр. 41 руководства).

Двигатель оборудован программируемой системой контроля компании Caterpillar. Электронный блок управления (ЭБУ) отслеживает рабочие параметры двигателя. Электронный блок управления может вырабатывать ответные действия, если значение конкретного параметра выходит за пределы допустимого диапазона изменения.

Значения по умолчанию для параметров программируются на заводе (стр. 55 руководства).

Пользователь несет ответственность за своевременное и надлежащее выполнение технического обслуживания оборудования (стр. 116 руководства).

Согласно пояснениям сторон и с учетом руководства следует вывод, что переданные по договору аренды № 01/17 ДГУ могут эксплуатироваться с разными видами нагрузки и применяться в различных сферах деятельности, в том числе в качестве источника энергии для буровых установок. ДГУ имеют электронную систему управления параметрами ее работы, в том числе систему защиты от негативных воздействий. Система управления ДГУ настраивается в зависимости от условий ее эксплуатации. Правильная настройка системы защиты: устройств сигнализации и аварийной остановки двигателя, обеспечивает безаварийную работу ДГУ.

Для выяснения вопроса о наличии технической возможности у организации при эксплуатации ДГУ Caterpillar 3512 мощностью 1000 кВт самостоятельно осуществить настройку контроллера DEIF AGC (в том числе изменения параметров настройки) либо необходимости в обязательном порядке привлечения специализированной организации, уполномоченной производителем контроллера DEIF AGC, суд определением от 29.07.2019 г. привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора следующие организации: ООО «Мантрак Восток» (ИНН 7203110241) и ООО «Цеппелин Русланд» (ИНН 7702192017). Определением от 02.12.2019 г. указанные лица были исключены из числа третьих лиц по делу, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Как следует из ответа на запрос от 04.09.2019 г. № 1011-юр ООО «Цеппелин Русланд», при эксплуатации дизель-генераторной установки Caterpillar 3512 мощностью 1000 кВт у эксплуатирующей организации имеется техническая возможность самостоятельно осуществить настройку контроллера DEIF AGC (в том числе изменение параметров настройки).

Согласно отзыву на исковое заявление от 20.09.2019 г. № 340 ООО «Мантрак Восток», переконфигурация, изменение уставок и настройка контроллера может быть проведена практически любым человеком при наличии программного обеспечения, которое находится в свободном доступе.

Также в материалы дела Истцом была представлена позиция представителя в России производителя контроллеров DEIF AGC – ООО «Компания ДВК-Электро», который в ответ на запрос Истца № 55 от 30.07.2019 г. сообщил следующее: 1) организация, занимающаяся эксплуатацией дизель-генераторной установки (пользователь), имеет возможность самостоятельно производить настройку контроллера DEIF AGC, привлечение специализированной организации для настройки контроллера DEIF AGC не требуется; 2) информация по настройке и техническая документация по контроллеру DEIF AGC находится в открытом доступе на сайте изготовителя – компании DEIF A/S; 3) перед началом использования дизель-генераторной установки заданные уставки защит должны быть проверены и при необходимости скорректированы персоналом, отвечающим за организацию релейных защит; 4) заводские настройки контроллеров основаны на средних значениях параметров и не являются конечными правильными параметрами для управления генераторным агрегатом и перед эксплуатацией должны быть тщательно проверены. В ответ на обращение Истца № 78 от 09.10.2019 г. ООО «Компания ДВК-Электро» сообщило, что внесение изменений в настройки контроллера DEIF AGC выполняется только средствами контроллера. Контроллер является самостоятельным изделием, функционирующим под управлением собственного программного обеспечения. Задействовать для изменения настроек контроллера DEIF AGC панель управления EMCP3, регулятор напряжения CDVR, блок защит автоматического выключателя генератора или какие-либо другие системы защиты, установленные на ДГУ САТ 3512 мощностью 1000 кВт, не требуется, поскольку изменение настроек контроллера с помощью перечисленных устройств и систем невозможно.

Суд также принял во внимание поступившие позиции официального дилера компании Caterpillar – ООО «Восточная Техника», изложенные в письме от 13.09.2019 г. (ответ на запрос Ответчика) и исх. № 160 от 11.10.2019 г. (ответ на запрос Истца). Так, в письме от 13.09.2019 г. ООО «Восточная Техника» поясняет (п. 4), что первичная настройка защит выполняется на заводе-изготовителе контейнерной ДГУ; далее, при вводе в эксплуатацию, персоналом собственника ДГУ. В пояснениях № 160 от 11.10.2019 г. ООО «Восточная Техника» (п. 2) указано, что настройки, изменения параметров в контроллере DEIF AGC можно производить вручную, либо с помощью программного обеспечения, которое есть в свободном доступе вместе с заводскими паролями.

На стр. 18 заключения имеется указание на то, что, по мнению эксперта, установленный на контроллере AGD DEIF пароль и доступ «Мастер» означает доступ к изменению настроек защиты ДГУ только представители дилера Caterpillar (ООО «Мантрак Восток» в данном случа); сервисным инженером ООО «Мантрак Восток» после замены вышедших из строя генераторов, были внесены корректировки параметров защиты.

Из совокупности представленных в материалы дела документов относительно порядка установки настройки систем защиты ДГУ возможно сделать вывод о том, что настройка параметров защиты ДГУ, в том числе, настройке контроллера DEIF AGC, предполагается под конкретные условия эксплуатации.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, положения договора аренды № 01/17 не предусматривают обязанности арендодателя по проведению соответствующей настройки систем. При этом, как следует из акта ввода оборудования в эксплуатацию от 01.01.2017 г., Ответчик самостоятельно ввел оборудование в эксплуатацию. Кроме того, как следует из Сводок о работе на Новопортовском месторождении Ямало-Ненецкого автономного округа за период с 09.04.2016 г. по 15.04.2016 г. ранее ответчик самостоятельно осуществлял настройку контроллеров DEIF.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному к выводу о том, что Ответчик имел возможность самостоятельно или привлекая официального дилера оборудования Caterpillar своевременно выполнить настройку системы защит контроллера DEIF AGC по обратной мощности со стороны нагрузки и превышения по току, которые предотвратили бы возникновение аварийных ситуаций 27 и 30 января 2017 г. Однако, данные настройки были осуществлены только 05.02.2018 г., то есть намного позже после передачи ДГУ Истцом Ответчику 01.07.2017 г. и уже после возникновения аварийных ситуаций 27 и 30 января 2018г. Кроме того, Ответчик своевременно не предпринял мер для устранения еще одной причины коротких замыканий – генерации обратной мощности со стороны нагрузки ООО «БКЕ».

Согласно пункту 1 статьи 616 К РФ арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды.

Капитальный ремонт должен производиться в срок, установленный договором, а если он не определен договором или вызван неотложной необходимостью, в разумный срок.

Нарушение арендодателем обязанности по производству капитального ремонта дает арендатору право по своему выбору: произвести капитальный ремонт, предусмотренный договором или вызванный неотложной необходимостью, и взыскать с арендодателя стоимость ремонта или зачесть ее в счет арендной платы; потребовать соответственного уменьшения арендной платы; потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды (пункт 2 статьи 616 ГК РФ).

Согласно п. 3.1.2 договора аренда № 01/17 на арендодателя возлагалась обязанность по проведению текущего и капитального ремонта оборудования, тогда как к обязанностям арендатора относится, в том числе:

- принимать меры для предотвращения повреждений, поломки, гибели и утраты оборудования (п. 3.3.4.);

- регулярно проводить техническое обслуживание по процедурам Т01 – ТОЗ, согласно Регламенту технического обслуживания оборудования своими силами (п. 3.3.6).

Доводы Ответчика о том, что неправильная настройка защит по обратной мощности со стороны нагрузки контроллера DEIF AGC, является скрытым недостатком переданного в аренду оборудования, правомерно отклонены судом первой инстанции ввиду следующего.

Как указано выше, в силу требования п. 1 ст. 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. Под недостатками в данном случае понимается ненадлежащее качество предмета аренды, которое препятствует ее дальнейшему использованию по целевому назначению в течение срока аренды.

В соответствии с пунктами 2.2., 2.3. договора аренды № 01/17 приемка оборудования в аренду и возврат Оборудования из аренды производятся сторонами по акту приема-передачи. 01.01.2017 г. между сторонами были подписаны акт приема-передачи оборудования в аренду и акт ввода оборудования в эксплуатацию. Из подписанного сторонами акта приема-передачи оборудования в аренду от 01.01.2017 г. следует, что оборудование принято Ответчиком без оговорок и обязательств по устранению выявленных недостатков и замечаний, без компенсационных выплат.

Из материалов дела не следует, что при заключении договора аренды № 01/17, подписании актов приема-передачи и ввода оборудования в эксплуатацию от 01.01.2017 г. Ответчик информировал Истца относительно каких-либо требований к оборудованию в части настройки контроллеров DEIF AGC или других настроек в части особенностей эксплуатации.

Как усматривается из руководства, пояснения ООО «Компания ДВК-Электро» значения системы контроля компании Caterpillar по умолчанию для параметров программируются на заводе. Если условия эксплуатации требуют изменения этих значений, программирование новых значений параметров осуществляется пользователем (стр. 55 руководства), информация по настройке и техническая документация по контроллеру DEIF AGC находится в открытом доступе (согласно ряду поступивших ответов дилеров оборудования) либо же могла быть получена Ответчиком посредством обращения к официальному дилеру либо Истцу как собственнику.

В материалы дела не были представлены доказательства того, что контролеры DEIF AGC находились в неисправном состоянии. Напротив, согласно заключению (стр. 18) ООО «Мантрак Восток» была произведена их настройка после замены вышедших из строя генераторов без указания на наличие каких-либо дефектов в работе.

На основании изложенного судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что контроллеры DEIF AGC на ДГУ №1 и на ДГУ №2 находились в исправном состоянии, а неправильная настройка параметров их работы в данном конкретном случае не может расцениваться как недостаток переданного в аренду оборудования, поскольку Ответчик имел возможность ввести иные параметры, соответствующие условиям эксплуатации, но не сделал этого до возникновения аварий. Доказательств обратного ответчиком в силу ст. 65 АПК РФ в материалы дела не предоставлено.

Доводы Ответчика о том, что Истец ненадлежащим образом выполнил свои обязательства по содержанию, текущему и капитальному ремонту оборудования, проведению технического обслуживания в объеме ТО4-ТО5, также отклонены судом по причине отсутствия доказательств взаимосвязи выполнения Истцом соответствующих работ с причинами, повлекшими аварии на оборудовании. Так, из актов расследования технологических нарушений от 26.02.2018 г., 28.02.2018 г., заключения следует, что причины аварий 27 и 30 января 2018 г. и выхода из строя ДГУ носили характер, связанный исключительно с эксплуатацией оборудования Ответчиком и не связаны с недостатками арендованного оборудования.

В обоснование факта выполнения работ в рамках положений договора аренды № 01/17 (п. 3.1.1) в материалы дела представлены договор между Истцом и ООО «Дозер Сервис» № 01052017-1 от 01.05.2017 г. на поставку запасных частей, расходных материалов и выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту, подтверждающие факт исполнения указанного договора соответствующие универсальные передаточные документы, платежные поручения, счета на оплату, акты выполненных работ, паспорта дизельных генераторных установок серийные номера: YAK00503 и YAK00504 с отметками о проведении ремонтных работ (т.д. 4).

Доказательства наличия претензий Ответчика к Истцу о ненадлежащем исполнении последним обязательств по содержанию, текущему и капитальному ремонту оборудования, в материалы дела представлены не были.

Как верно отметил суд, Ответчик, являясь профессиональным участником рынка оказания услуг по электроснабжению, при проявлении должной осмотрительности обладал возможностью определить соответствие арендованного оборудования всем специфическим условиям оказания услуг ООО «БКЕ» в рамках договора № 224/14. Данный вывод подтверждается, в том числе, актом ввода оборудования в эксплуатацию от 01.01.2017 г., в рамках которого Ответчиком непосредственно был произведен ввод.

Доводы подателя жалобы о том, что заявленная Истцом сумма в размере 843 630 руб. по сути представляет собой недополученную арендную плату, то есть упущенную выгоду Истца, в связи с чем не подлежит компенсации с учетом предусмотренного в п. 6.1 договора аренды № 01/17 ограничения ответственности сторон возмещением прямого реального ущерба, судом отклонены. Истцом указанная сумма обозначена как убытки в виде компенсации расходов Ответчика на устранение последствий аварий. В обоснование возникновения убытков Истцом представлен акт № 17 от 29.03.2018 г. о компенсации затрат по ремонту оборудования. По утверждению Ответчика, вышеуказанную компенсацию Истец не оплачивал Ответчику путем перечисления денежных средств, а уменьшил на 843 630 руб. сумму арендную плату, это подтверждается дополнительным расчетом процентов на основании ст. 395 ГК РФ по договору аренды № 01/17, который Истец предъявлял в рамках дела № А56-86156/2018, а также актом сверки от 03.06.2018 г.

Исследовав заявленные Ответчиком возражения, суд первой инстанции посчитал, что даже в случае принятия данной суммы к вычету части задолженности Ответчика по оплате арендных платежей, Истец тем самым понес расходы в виде уменьшения доходов по договору аренды № 01/17 за период использования оборудования. При этом, согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ упущенная выгода представляет собой неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Однако в данном случае Истец произвел уменьшение положенной к оплате Ответчиком сумме, то есть понес расходы. В ходе ознакомления с обстоятельствами дела № А56-86156/2018 (решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.11.2018 г., постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2019 г., постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.05.2019 г.) суд не установил, что заявленная сумма была взыскана в пользу Истца.

11 и 12 марта 2018 г. в результате аварии вышли из строя ДГУ № 2 и ДГУ № 1. Причина выхода из строя оборудования: неисправность автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A. Факт аварии подтверждается актом от 12.03.2018г. составленным электромонтером Яцун В.В. и актом аварийной остановки оборудования, составленным представителями ответчика и ООО «БКЕ» (т.д. 1). Причиной аварии стало превышение по току нагрузки. При диагностике был обнаружен физический износ механической части выключателей, что подтверждается подписанными Истцом и Ответчиком актами выхода из строя оборудования от 12.03.2018 г. и 13.03.2018 г.

В отношении вопроса о том, в результате чьих действий (бездействий) вышли из строя автоматические выключатели типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A стороны полагают следующее:

Истец полагает, что физический износ механической части выключателей является следствием не правильной эксплуатации ДГУ ответчиком, который обязан был обеспечить настройку системы защит контроллера DEIF AGC по обратной мощности со стороны нагрузки и превышения по току до возникновения аварийных ситуаций и провести совместные с ООО «БКЕ» организационно-технические мероприятия, результатом которых явилось бы прекращение аварийных остановок ДГУ по причине генерации обратной мощности со стороны нагрузки ООО «БКЕ»;

по мнению Ответчика, физический износ механической части выключателей является скрытым недостатком переданного в аренду оборудования. Также Истец ненадлежащим образом выполнил свои обязательства по содержанию, текущему и капитальному ремонту ДГУ, проведению технического обслуживания в объеме ТО4-ТО5.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. На основании статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В рамках рассмотрения дела с целью установления причин аварийного выхода из строя оборудования Ответчик обратился к производителю автоматических выключателей Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A АО «Шнайдер Электрик» (письмо № 85/19 от 17.06.2019 г.). В ответ на запрос Ответчика АО «Шнайдер Электрик» указало следующее: 1) срок службы АВ Masterpact NW 20H1, I=2000A, установленный изготовителем, составляет 25 лет. Однако существуют показатели, ограничивающие указанный срок службы, а именно количество циклов оперирования (механических и электрических), количество отключений защитой (особенно токов коротких замыканий)» (п. 5 письма АО «Шнайдер Электрик» б/н от 21.06.2019 г.); 2) при отключении автоматических выключателей Masterpact NW 20H1, I=2000A, больших токов короткого замыкания (сравнимых с его номинальной рабочей наибольшей отключающей способностью – Номинальный ток отключения Ics) достаточно несколько таких событий для достижения аппаратом предельного износа. При превышении током КЗ (короткого замыкания) номинальной предельной наибольшей отключающей способности (Полный ток отключения Icu) аппарат может быть поврежден при однократном отключении. В данном случае рассматривается не только износ контактов и дугогасительных камер, но и электродинамические воздействия на коммутационный блок в целом (п. 6 письма АО «Шнайдер Электрик» б/н от 21.06.2019 г.).

Согласно пояснениям Истца, 27 и 30 января 2018г. в результате короткого замыкания вышли из строя ДГУ №2 и ДГУ №1, на которых впоследствии 12 и 13 марта 2018 г. вышли из строя автоматические выключатели Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A. Факт короткого замыкания подтверждается актами выхода из строя оборудования от 28.01.2018 г. и 31.01.2018 г., соответственно, и Ответчиком не отрицается.

По мнению производителя автоматических выключателей АО «Шнайдер Электрик», даже однократного воздействия токов короткого замыкания достаточно для того, чтобы нанести существенный ущерб выключателям и выхода их из строя.

Как до замены, так и после замены вышедших из строя по причине коротких замыканий генераторов, Ответчик осуществлял ненадлежащую эксплуатацию ДГУ. Как было зафиксировано экспертом в заключении (стр. 20), на основании данных, переданных ответчиком, в работе ДГУ №1 и ДГУ №2 были зафиксированы следующие нештатные ситуации:

- 27.01.2018 г. на момент аварии ДГУ-2 контроллером DEIF AGC зафиксировано значение тока генератора 4259А, что на 230% превышает номинальный ток генератора 1840А. Значение уставки токовой защиты на контроллере 200%. 500 м/сек «Отключение ВГ», уставка защиты по обратной мощности (№1520) –Q имела значение 50% «Предупреждение». На момент превышения тока генератора контроллер зафиксировал двигательный режим генератора (обратная мощность -742 кВт) причиной которого явилась подача обратной мощности со стороны нагрузки, обусловленная отсутствием в нагрузке защитных устройств, предотвращающих попадание обратной мощности в сеть (пп. 1,2,3 стр. 15 заключения);

- 30.01.2018 г. в 07:59 произошла аварийная остановка и отключение автоматического выключателя ДГУ №1 (п. 3 стр. 15 заключения);

- контроллером AGC ДГУ-1 неоднократно зафиксированы предшествующие аварийному останову значения обратной мощности:

146 кВт (cos φ 0,65) в 16:40, 27.01.2018;

150 кВт (cos φ 0,58) в 02:19, 30.01.2018;

151 кВт (cos φ 0,55) в 06:07, 30.01.2018 (п.4 стр. 16 Заключения).

После корректировки уставок защиты контроллера DEIF ДГУ №1 и ДГУ №2, произведенной 05.02.2018г. специалистом ООО «Мантрак Восток» и проведения ремонтных работ по замене силовых генераторов 15.02.2018 г. произошел целый ряд остановок ДГУ по обратной мощности:

- 17.02.2018 г. ориентировочно в 04:00 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 – по превышению мощности;

- 17.02.2018 г. ориентировочно в 05:00 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 – по превышению мощности;

- 19.02.2018 г. ориентировочно в 17:45 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 – по превышению мощности;

- 20.02.2018 г. ориентировочно в 06:10 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 – по превышению мощности;

- 20.02.2018 г. ориентировочно в 07:00 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 – по превышению мощности;

- 20.02.2018 г. ориентировочно в 07:50 час тюменского времени на энергокомплексе кустовой площадке №8.1 Новопортовского месторождения произошло отключение АВГ ДГУ № 2 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-135 s/n YAK 00503 двиг. № 1KZ04668 по обратной мощности. Следом произошло отключение АВГ ДГУ №1 Caterpillar-3512 зав.№ 1111-133 s/n YAK 00504 двиг. № 1KZ04671 – по превышению мощности.

Факт данных остановок ДГУ подтверждается актами и перепиской – Исх. № 30-18 от 20.02.2018г. в ЗСФ ООО «БКЕ» об аварийных остановках ДГУ, которые были предоставлены эксперту ответчиком, что ответчик в ходе рассмотрения дела не оспаривает.

Как следует из Заключения эксперта, в дальнейшем (после 20.02.2018 г.) Ответчиком и ООО «БКЕ» были проведены организационно-технические мероприятия, результатом которых явилось прекращение аварийных остановок по причине генерации обратной мощности со стороны нагрузки ООО «БКЕ» (п .4 стр. 17 заключения).

Исходя из изложенного, суд делает вывод, что правильные уставки защиты контроллера DEIF AGC ДГУ №1 и ДГУ №2 были произведены специалистом ООО «Мантрак Восток» только 05.02.2018 г., а организационно-технические мероприятия, результатом которых явилось прекращение аварийных остановок по причине генерации обратной мощности со стороны нагрузки, были проведены Ответчиком и ООО «БКЕ» после 20.02.2018 г. Таким образом, с момента ввода в эксплуатацию – 01.01.2017 г., и до февраля 2018г. вышедшие из строя в результате аварий ДГУ №1 и ДГУ №2 эксплуатировались Ответчиком в режиме, который приводили к аварийным отключениям ДГУ.

Таким образом, совокупность данных факторов: короткие замыкания и неоднократные отключения оборудования по причине превышения мощности, являются причинами физического износа автоматических выключателей Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A и, как следствие, их замены.

Как следует из актов расследования технологических нарушений от 26.02.2018г., 28.02.2018 г., акта выполненных работ (т.д. 4), заключения эксперта, акта от 12.03.2018 г., акта аварийной остановки оборудования (т.д. 1), причины коротких замыканий и аварийных остановок носили характер связанный исключительно с эксплуатацией оборудования Ответчиком и не свидетельствуют о наличии выявленных недостатков арендованного оборудования.

Доводы Ответчика о наличии каких-либо скрытых недостатков в автоматических выключателях Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A либо их отдельных составных частях в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не подтверждены материалами дела.

Согласно п. 5.1. Договора 01/17 арендатор обязан вернуть арендодателю Оборудование в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа.

Под износом понимается процесс постепенной и ожидаемой потери любым искусственно созданным объектом своих функциональных качеств, связанный с его эксплуатацией, а под нормальным износом понимается износ, который арендованное имущество претерпело бы при обычном его использовании по назначению, определенному договором, в течение срока действия договора. С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что доказательства физического износа механической части автоматического выключателя типа Schnider Electric Masterpact NW 20H1, I=2000A, который став причиной выхода из строя ДГУ №2 и ДГУ №1 в результате аварии 11 и 12 марта 2018 г., в результате обычного износа в процессе эксплуатации, не представлено. Напротив же, ДГУ согласно вышеуказанным документам и содержащимся в заключении сведениям об отключении ДГУ по причине обратной мощности эксплуатировались без устранения установленных обстоятельств, что приводило к аварийным отключениям ДГУ и воздействию на выключатели предельных токов. Доводы Ответчика о том, что физический износ механической части выключателя является скрытым недостатком переданного в аренду оборудования, отклоняются судом в виду следующего.

В силу требования п.1 ст. 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. Под недостатками в данном случае понимается ненадлежащее качество предмета аренды, которое препятствует ее дальнейшему использованию по целевому назначению в течение срока аренды.

Согласно п.2 ст. 612 ГК РФ арендодатель не отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, которые были им оговорены при заключении договора аренды или были заранее известны арендатору либо должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду.

Как было ранее установлено судом в соответствии с п. п. 2.2., 2.3 договора аренды № 01/17 приемка оборудования в аренду и возврат оборудования из аренды производятся сторонами по акту приема-передачи. 01.01.2017 г. между сторонами были подписаны акт приема-передачи оборудования в аренду и акт ввода Оборудования в эксплуатацию. Из подписанного между истцом и ответчиком Акта приема-передачи Оборудования в аренду от 01.01.2017 г. следует, что Оборудование принято ответчиком без оговорок и обязательств по устранению выявленных недостатков и замечаний, без компенсационных выплат.

Как пояснил Истец, вышедшие из строя в результате аварий 27 и 30 января 2018 г., 11 и 12 марта 2018г. ДГУ №1 и ДГУ №2, уже были предметом аренды между Истцом и Ответчиком по договору аренды движимого имущества № А-1/15 от 01.02.2015 г. Данный факт подтверждается, в том числе, наличием судебного спора между сторонами в рамках дела № А56-86156/2018, разрешенного по существу (решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.11.2018 г., постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2019 г., постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.05.2019 г.).

Таким образом, как верно отметил суд, Ответчик не мог не знать, что ДГУ №1 и ДГУ №2 ранее уже находились в его эксплуатации и не являются новым, т.е. выработало определенный ресурс. Ответчик при проявлении должной осмотрительности был в состоянии провести тщательный осмотр имущества при его получении и подписании акта приема-передачи оборудования в аренду и проверить его работоспособность при подписании акта ввода в эксплуатацию.

Кроме того, Ответчиком документально не обоснована невозможность извещения Истца относительно зафиксированных случаев отключения работы ДГУ согласно заключению.

Таким образом, факт физического износа механической части выключателя не может быть признан доказанным в порядке положений ст. 612 ГК РФ, ст. 65 АПК РФ.

Для замены поврежденных автоматических выключателей истцом были приобретены 2 новых выключателя, затраты на приобретение составили 212 400,07 руб. и 234 820 руб., соответственно, в подтверждение чего в материалы дела представлен универсальные передаточные документы № 8 от 23.03.2018 г, № 11 от 05.04.2018 г., платежные поручения № 38 от 22.03.2018 г., № 55 от 04.04.2018 г. (т.д. 1).

Также Истец вынужден был осуществить доставку двух автоматических выключателей, расходы на услуги по доставке составили: 19 808,00 руб. и 8 337,88 руб., что подтверждается универсальными передаточными документами № 9 от 26.03.2018 г., № 13 от 11.04.2018 г., платежными поручениями № 40 от 23.03.2018 г., № 59 от 09.04.2018 г. (т.д. 1).

Итого, общая сумма затрат, понесенных Истцом в связи с выходом из строя дизельгенераторных установок ДГУ № 1 и ДГУ №2 в результате аварий 11 и 12 марта 2018 г. составила 475 365,95 руб.

Общая сумма требований Истца о взыскании понесенных убытков в результате аварий оборудования 27, 30 января 2018 г., а также 11, 12 марта 2018 г., составляет 3 910 435,02 руб.

Суд первой инстанции отклонил доводы Ответчика о том, что сумма взыскиваемых Истцом убытков подлежит уменьшению, поскольку Истцом был произведен ремонт вышедших из строя силовых генераторов в ООО «ПО «Электромашина» и Истец мог извлечь доход от их реализации, а также по причине отсутствия обоснованной необходимости замены сгоревших генераторов на новые вместо ремонта старых генераторов.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества».

Как следует из материалов дела, Истец заявляет ко взысканию убытки, понесенные в связи с выходом из строя дизель-генераторных установок ДГУ № 1 и ДГУ №2 в результате аварий 27 и 30 января 2018г., 11 и 12 марта 2018г. Замененные генераторы и автоматические выключатели являются составными частями дизель-генераторных установок ДГУ № 1 и ДГУ №2 и расходы на их замену, согласно разъяснениям в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25, подлежат включению в состав реального ущерба.

Что касается утверждения Ответчика о том, что Истец выбрал менее разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений ДГУ: замену вышедших из строя генераторов и автоматических выключателей, по сравнению с их ремонтом на месте аварии, то суд принял во внимание пояснения Истца по данному вопросу.

Как следует из письма Ответчика № 14/1/18 от 30.01.2018 г. и письма ООО «БКЕ» № 655-04/ХМ от 13.02.2018 г. после аварий требовалось немедленное восстановление вышедших из строя дизель-генераторных установок.

Как следует из писем Ответчика № 28/18 от 19.02.2018 г. и № 58/18 от 29.03.2018 г. Истец и Ответчик предприняли совместные действия по устранению последствий аварий. В частности, Ответчик указывает следующее: «ООО «Норд-Сервис» для исправления сложившейся ситуации предприняло все возможные меры и действия (о которых в режиме реального времени было сообщено ООО «Модуль» и получено от последнего согласие на их проведение) для минимизации затрат и восстановления работоспособности оборудования, принадлежащего ООО «Модуль» на праве собственности». Кроме того, Ответчик указывает, что его силами была осуществлена диагностика оборудования, перевозка новых генераторов к месту нахождения поврежденных ДГУ, а также техническое обслуживание 2-х ДГУ и требует возместить его затраты на восстановительный ремонт в размере 843 630 руб.

Указанная переписка сторон, а также конклюдентные действия Ответчика свидетельствуют о том, что именно замена вышедших из строя частей ДГУ (генераторов и автоматических выключателей), а не их ремонт, была наиболее оптимальным, минимальным по затратам и одобряемым Ответчиком способом восстановления работоспособности ДГУ №1 и №2 после аварий.

На основании вышеизложенного следует, что расходы истца на устранение повреждений ДГУ №1 и №2 после аварий должны быть включены в состав реального ущерба полностью, т.к. отсутствуют основания, предусмотренные законом или договором, предусматривающие иной порядок, равно как отсутствуют доказательства того, что существовал иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества, чем предприняли совместно Истец и Ответчик.

Проанализировав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда, подтвержденных документально, основанных на относимых, допустимых доказательствах.

Относительно ремонта Истцом вышедших из строя генераторов в ООО «ПО «Электромашина» суд пришел к следующим выводам.

В рамках запроса Ответчика суд определением от 14.10.2019 г. суд обязал ООО «ПО «Электромашина» (ОГРН 1147847378612) предоставить в суд следующие документы:

- договор между ООО «ПО «Электромашина» и ООО «МОДУЛЬ» на ремонт генераторов ДГУ Caterpillar 3512, мощностью 1020 кВт, s/n YAK 00503, YAK 00504.

- акты выполненных работ по указанному договору на ремонт,

- первичные учетные документы в подтверждение стоимости выполненных работ по указанному договору на ремонт.

В ответ на указанное определение от ООО «ПО «Электромашина» поступил ответ от 12.11.2019 г. следующего содержания:

1) Генераторы ДГУ Caterpillar 3512, мощностью 1020 кВт, s/n YAK 00503, YAK 00504 передавались от ООО «Модуль» в ООО «ПО «Электромашина» для проведения дефектации и возможной организации ремонта (Акт приема-передачи оборудования от 28.03.2018г. прилагается);

2) После проведения дефектации и оценки стоимости ремонта, ООО «Модуль» отказалось от проведения ремонта в связи с его экономической нецелесообразностью. (Акты дефектации №№1, 2 от 26.04.2018г., Коммерческие предложения от 30.04.2018г., Письмо ООО «Модуль» с отказом от ремонта - прилагаются).

3) Договор на ремонт генераторов между ООО «ПО «Электромашина» и ООО «Модуль» не заключался. Акты выполненных работ не составлялись, в связи с отсутствием факта выполнения работ. Первичные учетные документы по той же причине не выписывались.

Таким образом, утверждение Ответчика о том, что Истец произвел ремонт генераторов в ООО «ПО «Электромашина» и мог извлечь доход от их реализации, противоречит материалам дела.

Иных доказательств возможности получения Истцом заявленного Ответчиком дохода в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах в рассматриваемом случае основания для уменьшения размера взыскиваемых истцом убытков отсутствуют.

Относимых, допустимых, достаточных доказательств в подтверждение заявленных возражений ООО «Норд-Сервис» в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. Доводы истца надлежащими доказательствами не опровергнуты (статьи 9, 65 АПК РФ).

Поскольку в материалы дела предоставлены достаточные доказательства наличия ненадлежащего исполнения Ответчиком условий договора аренды № 01/17, размера убытков, их наличия, причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением Ответчиком обязательств и понесенными убытками, исковые требования правомерно удовлетворены судом первой инстанции в полном объеме.

Апелляционный суд приходит к заключению, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно исследовал и установил фактические обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам и правильно применил нормы материального права, не допустив при этом нарушений процессуального закона.

Принятое по делу решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2020 по делу № А56-118337/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


В.А. Семиглазов


Судьи


И.В. Масенкова

Ю.В. Пряхина