Постановление от 22 марта 2022 г. по делу № А47-6291/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-691/22

Екатеринбург

22 марта 2022 г.


Дело № А47-6291/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 марта 2022 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Павловой Е. А., Оденцовой Ю. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.10.2020 по делу № А47-6291/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 по тому же делу о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью «Оренбург-Азот».

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 09.07..2021).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оренбург-Азот» (далее – общество «Оренбург-Азот», должник) конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит привлечь солидарно бывших руководителей должника ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности, взыскать с них в конкурсную массу 20 520 752,19 руб. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 (определение суда от 28.11.2019).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 19.10.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Оренбург-Азот» контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО5 По обязательствам общества «Оренбург-Азот» ФИО4 и ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности.

Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5 приостановлено в части установления суммы ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 определение суда первой инстанции от 19.10.2020 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 (наследница умершего ФИО5) обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.10.2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 и направить спор на новое рассмотрение.

Как считает кассатор, суды не приняли во внимание, что ФИО5 исполнял обязанности директора до 16.03.2016, за день до сдачи за его подписью годовой бухгалтерской отчетности за 2015 г., при этом отсутствие претензий со стороны уполномоченного органа в части полноты и содержания отчетности, по мнению подателя жалобы, свидетельствует о ее достоверности.

ФИО1 указывает, что суды не приняли во внимание, что учредитель ФИО6 уволил ФИО5 без предъявления каких-либо претензий в части документации и материальных ценностей; конкурсный управляющий не представил доказательств нахождения документации у ФИО5 (осуществляющего обязанности директора до назначения таковым ФИО4).

Кассатор полагает, что утверждения ФИО4 о непередаче ему документов не соответствует действительности: признание в суде общей юрисдикции исковых требований ФИО4 как директором свидетельствует о наличии у него документации; приобретение ФИО4 доли в Обществе свидетельствует о наличии у него документации; ФИО4 не предпринимал каких-либо мер по получению документации у ФИО5

Также заявитель кассационной жалобы указывает на то, что суды оставили без внимания бездействие конкурсного управляющего по истребованию документов у ФИО5

По мнению кассатора, отсутствие документации у ФИО5 подтверждается и его действиями по истребованию его трудовой книжки, в том числе обращениями в прокуратуру г. Оренбург с жалобами по фактам невыдачи трудовой книжки и расчета при увольнении.

ФИО1 отмечает, что конкурсный управляющий не доказал, а суды не установили, что отсутствие документов повлияло на формирование конкурсной массы.

Кассатор также указывает на то, что снижение размера убытков в 2015 г. свидетельствует о том, что ФИО5 являлся эффективным менеджером.

ФИО1 полагает, что суды необоснованно отказали в ходатайстве об истребовании документов.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы – в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.07.2016 в отношении общества «Оренбург-Азот» возбуждено дело о его несостоятельности (банкротстве) по заявлению ФИО7.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.08.2016 в отношении общества «Оренбург-Азот» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.01.2017 общество «Оренбург-Азот» признано банкротом с открытием конкурсного производства; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО3

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2017 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В реестр требований кредиторов должника включенены требования:

ФИО7 (определение суда от 04.08.2016) в сумме 850 000 руб. (на основании договора уступки прав требований от общества с ограниченной ответственностью «Компания «Орьтехцентр» по договору аренды, подтвержденное решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 05.05.2016г., вступившим в законную силу 11.06.2016);

ФНС России в лице инспекции ФНС России по Дзержинскому району г. Оренбурга (определение суда от 30.11.2016) в сумме 181 419 руб. 05 коп., в том числе долг – 175 116 руб. 48 коп., пени – 6 302 руб. 57 коп.;

акционерного общества «Энергосбыт Плюс» в лице Оренбургского филиала в г.Оренбург (определение суда от 13.02.2017), в размере 5 982 228 руб.47 коп., в том числе, 5 542 122 руб. 84 коп. - основной долг, 440 105 руб. 63 коп. – неустойка;

общества с ограниченной ответственностью «Компания «Орьтехцентр» (определение суда от 13.02.2017) в размере задолженности по основному долгу в сумме 12 667 948 руб. 62 коп. (по договору аренды с 2012 по 2015 г.г.);

ФНС России в лице ИФНС России по Дзержинскому району г. Оренбурга (определение суда от 13.07.2021) в сумме 2 000,00 руб. подлежащим удовлетворению за счет имущества должника - общества с ограниченной ответственностью «Оренбург-Азот», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.

Также в рамках настоящего дела о банкротстве общества «Оренбург-Азот» конкурсным управляющим ФИО3 был оспорен договор купли-продажи транспортного средства от 20.10.2015, заключенный между обществом «Оренбург-Азот» и индивидуальным предпринимателем ФИО8

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.08.2017 в удовлетворении вышеуказанных заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Конкурсный управляющий должника ФИО3 05.06.2019 (согласно штампу экспедиции суда) обратился в арбитражный суд с заявлением, согласно которому просит привлечь бывшего руководителя должника ФИО4 к субсидиарной ответственности, взыскать с него 19 701 298,21 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.10.2019 в порядке статьи 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об уточнении требований, согласно которому конкурсный управляющий просит привлечь солидарно бывших руководителей должника ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Протокольным определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.02.2020 в порядке статьи 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об уточнении размера требований (20 520 752,19 руб.).

Указав, что неисполнение руководителем должника обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему не позволило в полной мере проанализировать совершенные должником сделки, предпринять меры по взысканию дебиторской задолженности, истребованию имущества, сформировать конкурсную массу, удовлетворить требования кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения, при этом до пересмотра обжалуемого определения, производство по апелляционной жалобе ФИО5 было приостановлено на срок до истечения шести месяцев с момента смерти ФИО5 и установления состава наследников.

Привлекая ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности за непередачу документации и имущества, суды указали, что по данным бухгалтерской отчетности обществу «Оренбург-Азот» принадлежат активы балансовой стоимостью по состоянию на 31.12.2015 г. 11 825 тыс. руб., из которых основные средства - 3 196 тыс. руб., запасы - 77 тыс. руб., дебиторская задолженность - 7 287 тыс. руб., денежные средства - 1 264 тыс. руб.

ФИО4 вступил в должность директора 24.03.2016, при этом согласно определению от 26.01.2017 суд обязал ФИО4 предоставить исполняющему обязанности конкурсного управляющего должника ФИО3 документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника.

В свою очередь, судом первой инстанции было предложено ФИО4 представить доказательства исполнения определения суда от 26.01.2017 или сообщить о невозможности его исполнения, однако ФИО4 таких доказательств в нарушение статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

В соответствии с определением от 05.06.2017 суд также обязал ФИО4 предоставить конкурсному управляющему общества «Оренбург-Азот» ФИО3 документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника.

В свою очередь, судом первой инстанции было предложено ФИО4 представить доказательства исполнения определения суда от 05.06.2017 или сообщить о невозможности его исполнения, однако ФИО4 таких доказательств в нарушение статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

В порядке принудительного исполнения судебные акты не были исполнены.

Суд первой инстанции отклонил доводы ФИО4 о неполучении им документации от предыдущего руководителя ФИО5, поскольку с момента вступления в должность на данном лице лежит обязанность по обеспечению сохранности документации должника, доказательств принятия каких-либо мер к получению документов от предыдущего руководителя ФИО4 не представил.

Из представленных ФИО5 документов судами установлено, что у ФИО4 документация должника имелась (уведомление директору общества с ограниченной ответственностью «Универсальные технологии нефтегазодобычи» от общества «Оренбург-Азот» о переходе прав требования кредитора к другому лицу).

Суд апелляционной инстанции признал правомерным отклонение судом первой инстанции возражений ФИО4 о непередаче ему документации и имущества предшествующим директором ФИО5

При этом относительно второго ответчика – ФИО5, судами отмечено следующее.

Возражения ФИО5 о передаче при увольнении имущества и всей документации собственнику предприятия ФИО6 – отклонены судами как несостоятельные в связи с отсутствием документального подтверждения.

Судами также указано, что доказательства выбытия активов должника ответчиками в материалы дела не представлено.

Указанное послужило основанием для вывода судов о том, что неисполнение руководителем должника обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему не позволило в полной мере проанализировать совершенные должником сделки, предпринять меры по взысканию дебиторской задолженности, истребованию имущества, сформировать конкурсную массу, удовлетворить требования кредиторов.

Соответственно, судами сделан вывод о том, что данные обстоятельства являются основанием для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 судебные акты и выводы судов никем из участников процесса не обжалуются и судом округа в силу представленных ему полномочий не проверяются.

Предметом настоящего кассационного обжалования является установление судами наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документации и имущества бывшего руководителя должника ФИО5

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, доводов и возражений участвующих в споре лиц суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Оренбург-Азот» ФИО5 и привлечении ФИО5 к ответственности - являются преждевременными и недостаточно обоснованными.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, скрывая, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Однако, когда передача документации становится невозможной ввиду ее объективного отсутствия у лица, занимавшего в определенный период времени должность руководителя, либо ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля бывшего руководителя - соответствующая презумпция применена быть не может.

Именно на наличие подобных обстоятельств и ссылался ФИО5 при рассмотрении настоящего обособленного спора.

В частности, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции после привлечения его определением от 14.10.2019 в качестве ответчика, ФИО5 представлены пояснения о передаче им при увольнении в марте 2016 года активов должника (перечислены в тексте пояснений) и документации общества собственнику общества – ФИО6, а также указано на наличие у утвержденного в качестве директора ФИО4 документации и имущества общества.

В связи с представленными пояснениями суд первой инстанции определением от 28.11.2019 привлек в качестве третьего лица ФИО6, обязав его представить отзыв в письменном виде.

В последующем при отложении судебных заседаний суд первой инстанции неоднократно обязывал привлеченного в качестве третьего лица ФИО6 представить отзыв, требования суда П-вым исполнены не были.

После вынесения судом первой инстанции определения от 19.10.2020 о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, ФИО5 подана апелляционная жалоба с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на обжалование, мотивированным наличием у ФИО5 заболевания и нахождения его длительное время на стационарном лечении, а также тяжелым реабилитационным периодом.

Апеллянт просил отменить обжалуемый судебный акт, указывая, что им произведена передача документации и имущества собственнику предприятия ФИО6, увольнение производилось сразу же после сдачи ФИО6 оборудования, документов и бухгалтерской отчетности за 2015 г., которая была подготовлена и сдана в налоговый орган 17.03.2016.

Также ФИО5 отмечалось, что каких-либо претензий со стороны собственника организации, касающихся недостачи материалов, оборудования, документации ему предъявлено не было ни при увольнении, и до времени рассмотрения судами настоящего обособленного спора.

ФИО5 пояснил, что главный бухгалтер ФИО9 также намеривалась увольняться после сдачи отчетности, при этом ей был подготовлен соответствующий акт приема-передачи документации.

После поступления в апелляционный суд 10.02.2021 информации о смерти 19.01.2021 ФИО5 - в материалы дела 15.02.2021 представлен отзыв от третьего лица – ФИО6 (ранее не заявлявшего каких-либо возражений относительно доводов ФИО10 о передаче ему всей документации и имущества).

В отзыве ФИО6 указано, что ФИО5 прекратил свои полномочия как директор 16 марта 2016 г., а новый директор ФИО4 вступил в должность 17 марта 2016 г. При этом ФИО6 отмечалось, что никакой документации и имущества от директоров он не получал.

Впоследствии, к участию в деле в качестве заинтересованного лица была привлечена жена ФИО5 – ФИО1 (наследник умершего ответчика), которая представила в материалы дела пояснения по апелляционной жалобе ФИО5 и дополнительные документы.

Как следует из процессуальных документов ФИО5 (и его наследницы ФИО1) в ходе рассмотрения дела в суде первой и апелляционной инстанции их позиция последовательно сводилась к следующему:

Во-первых, ФИО5 на всем протяжении сотрудничества с обществом должника являлся наемным менеджером, передавшим после прекращения трудовых отношений в марте 2016 года документацию и имущество - бенефициару должника ФИО6, так как новый руководитель общества на тот момент еще назначен не был. Соответственно, ФИО11 физически не мог передать ни документацию, ни имущество назначенному через неделю после его увольнения директору ФИО4.

Во-вторых, факт отсутствия документации у ФИО5 подтверждается совокупностью косвенных доказательств: обращением к Попову за предоставлением трудовой книжки, жалобами (повторными жалобами) в правоохранительные органы по факту невыдачи трудовой книжки и невыплаты заработной платы (заявления с отметками о поступлении были приложены к отзывам и пояснениям); непредъявление каких-либо требований к ФИО11 относительно непередачи документации - ни бенефициаром должника, ни вновь назначенным директором. Также данное обстоятельство (наличие документации должника по месту его нахождения после увольнения ФИО11) может быть подтверждено и бывшим главным бухгалтером общества должника. Попытки ФИО11 при жизни получить трудовую книжку (для начисления пенсии) и расчет, по мнению наследников ФИО11, подтверждают факт отсутствия у него документации либо доступа к ней.

В-третьих, о факте отсутствия документации у ФИО11 и наличии ее у Попова и ФИО4 также косвенно свидетельствуют и фактические обстоятельства дела: совершение ФИО4 сделок с имуществом общества – должника (уведомление об уступке права требования); признание исковых требований новым руководителем должника в судебных разбирательствах (что невозможно без наличия у него первичной подтверждающей документации); сам факт приобретения доли в уставном капитале общества ФИО4 в апреле 2016 - любой разумный участник оборота при приобретении 100% доли в обществе ознакомится с его документацией и активами.

В-четвертых, наследник ФИО11 обращает внимание как на обстоятельства возбуждения дела о банкротстве в отношении должника, так и на обстоятельства и цели предъявления требований к наемному менеджеру ФИО11 фактическими бенефициарами должника, а именно:

по утверждению ФИО11, мажоритарный кредитор должника общество «Компания «Орьтехцентр» подконтрольно фактическому бенефициару должника ФИО6 (работником которого является ФИО4, на которого был осуществлен перевод доли в обществе в преддверии банкротства и который был назначен новым руководителем должника) – однако в отношении требований данного кредитора никаких возражений со стороны конкурсного управляющего не было заявлено (ни при включении в реестр кредиторов, ни при анализе подлежащих оспариванию сделок);

ФИО4 не зарегистрирован нигде с июня 2018, по указанному им почтовому адресу расположено офисное здание, в отношении данного лица в 2018 году было возбуждено 9 исполнительных производств, оконченных в связи с невозможностью взыскания;

ФИО11 также обращает внимание на возможно формальный выход Попова из числа участников общества с переводом прав участника на ФИО4 незадолго перед возбуждением дела о банкротстве;

настоящее дело о банкротстве возбуждено фактически аффилированным лицом и им же утвержден управляющий, поскольку требования ФИО7 (заявитель по настоящему делу о банкротстве) возникли из обязательств, переданных ему обществом «Компания «Орьтехцентр» по договору уступки.

В обоснование заявленных возражений, ссылаясь на тяжелое течение болезни ФИО11 в период рассмотрения дела в суде первой инстанции и представление его интересов в суде апелляционной инстанции его наследником, не обладающим всей полнотой информации о деятельности общества – должника, наследником умершего ФИО11 в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции были заявлены ходатайства в порядке статьи 66 АПК РФ:

для подтверждения вывода активов должника после увольнения умершего ФИО11 через общество «ЮрКом» - истребовать у Межрайонной ИФНС №13 по Оренбургской области информацию об открытых расчетных счетах (для последующего запроса у банков выписок); также истребовать у обществ ПКП «Современные криогенные технологии» и «Универсальные технологии нефтегазоотдачи» документов (перечисленных в ходатайстве) относительно уступки прав требования дебиторской задолженности;

для подтверждения обстоятельств аффилированности ФИО4 и общества «Компания «Орьтехцентр» - истребовать информацию в ПФ РФ о состоянии лицевого счета застражованного лица;

для установления обстоятельств проверок в отношении должника по обращениям ФИО11 – истребовать в правоохранительных органах (перечисленных в ходатайстве) информацию о результатах рассмотрения поданных ФИО11 жалоб; и т.д.

Судом апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайств отказано с указанием, что документы не относятся к существу рассматриваемого спора и материалы дела содержат достаточно доказательств, позволяющих разрешить спор.

Однако в нарушение положений статей 71, 168 и 170 АПК РФ суды не дали правовой оценки названным доводам. При этом ссылка ФИО11 на наличие совокупности косвенных доказательств при отсутствии прямых доказательств передачи документации Попову - не свидетельствует о безусловной беспочвенности доводов ФИО11 с учетом уже приобщенных в материалы дела запросов – жалоб в прокуратуру, приводимых им обстоятельств и заявленных наследником ходатайств об истребовании доказательств.

Привлекая бывшего руководителя ФИО11 к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документации, суды приводимые ими доводы и доказательства в опровержение установленной законодательством о банкротстве презумпции (в частности, о наличии соответствующей документации у следующего руководителя, совершавшего как сделки с имуществом (продажа дебиторской задолженности), так и процессуальные действия по признанию иска в суде) - не оценили. При этом те же самые доводы и пояснения суды сочли достаточными для доказанности факта нахождения документации и имущества у ФИО4 и достаточными для обоснования привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Как соотносится установление судами факта нахождения документации и имущества у последнего руководителя должника – ФИО4 и одновременное указание на неисполнение обязанности ФИО11 по передаче документации ФИО4 – судами в мотивировочной части обжалуемых судебных актов не раскрыто.

Причины и мотивы отклонения достаточно весомых возражений ФИО11 (его наследника) при рассмотрении вопроса о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности – судами в мотивировочной части обжалуемых судебных актов не раскрыто.

В двух томах находившегося на рассмотрении суда дела о привлечении к субсидиарной ответственности находится документ, поименованный как «отчет конкурсного управляющего» от 10.04.2019. В указанном документе, состоящим из 7 листов (каких-либо приложений не имеется), отсутствует какая-либо информация о должнике (дата создания, его учредители, бенефициары, директора с момента создания и до момента открытия конкурсного производства, вид деятельности, возможные причины банкротства, выявленные сделки за период подозрительности – то есть та информация, которая (даже при непередаче документации от руководителя) может быть и должна быть получена управляющим из публичных источников и выписок с расчетных счетов должника (а также которая представлена кредиторами при заявлении им требований о включении в реестр) и без которой невозможна подача управляющим и рассмотрение судом по существу такого заявления как заявление о привлечении к субсидиарной ответственности).

В соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно подпункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны, в частности, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

В соответствии с пункту 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение предмета доказывания, то есть совокупности обстоятельств, которые необходимо установить для вынесения законного и обоснованного судебного акта, является компетенцией суда, рассматривающего дело.

Привлекая к субсидиарной ответственности ФИО11, суды ограничились лишь указанием на отсутствие прямых доказательств передачи документации и имущества Попову.

Доводы о совокупности косвенных доков, подтверждающих данные возражения, а также ссылки на конкретные фактические обстоятельства дела в подтверждении возражений – какой-либо оценки судов не получили, данные обстоятельства предметом рассмотрения (исходя из мотивировочной части обжалуемых судебных актов) не являлись, выводов об отсутствии или наличии в связи с указанными обстоятельствами оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – судебные акты не содержат.

Общее указание судов на несостоятельность доводов ФИО5 о передаче всех документов и оборудование собственнику предприятия ФИО6- не свидетельствует о том, что все заявленные ответчиком ФИО11 и имеющие значение для правильного разрешения дела возражения получили правовую оценку суда согласно требованиям ст. 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд округа лишен возможности проверить доводы кассационной жалобы о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела, так как в обжалуемых судебных актах в нарушении ст. 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют ссылки на первичные документы, являвшиеся предметом судебного исследования и послужившие основанием для оспариваемых выводов судов, отсутствует правовая оценка заявленных доводов, возражений ФИО11, представленных им документов и указанных оснований для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности. В связи с изложенным суд округа не может признать обоснованными и мотивированными выводы суда первой и апелляционной инстанции об удовлетворении заявления о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности за непередачу документации.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.10.2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 по тому же делу в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Оренбург-Азот» подлежат отмене, обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в указанной части в арбитражный суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что при новом рассмотрении обособленного спора о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности судам следует правильно определить предмет доказывания по рассматриваемому спору, верно распределить между участниками дела бремя доказывания и рассмотреть по существу заявленные им (его наследником) возражения.

Руководствуясь статьями 286-290 АПК РФ, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 19.10.2020 по делу № А47-6291/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 по тому же делу отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Оренбург-Азот» ФИО5 и привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Оренбург-Азот».

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Новикова


Судьи Е.А. Павлова


Ю.А. Оденцова