Постановление от 6 августа 2025 г. по делу № А32-39582/2015

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-39582/2015
город Ростов-на-Дону
07 августа 2025 года
15АП-2619/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 августа 2025 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Пипченко Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО2: представитель Школьный И.А. по доверенности от 19.06.2025,

при участии в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 14.08.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу № А32-39582/2015 об удовлетворении заявления ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Черноморский»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Черноморский» (далее - должник, ООО «ТД «Черноморский») в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «Киин Батлер» (далее - ООО «Киин Батлер») с заявлением о привлечении ФИО3 (далее - ФИО3) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.09.2021 производство по заявлению ООО «Киин Батлер» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 приостановлено до вступления в законную силу судебных актов по делам № А32-39582/2015-43/151-Б-40С и № А32-39528/2015-43/151-Б-51С-82-С-90С.

В рамках рассмотрения обособленного спора о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности ООО «Киин Батлер» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде запрета Управлению Росреестра и всем ее территориальным подразделениям производить регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества: жилые помещения № 112, № 119, № 137, № 146, № 125, № 147, № 178, № 217, № 218, № 219,№ 204, № 206, № 207, № 166, № 167, № 168, № 169, № 170, № 210, № 209, № 208, № 189, № 187, № 186, № 188, № 92, № 220, расположенные по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87; нежилое здание общей площадью 729,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 23:49:0109016:1040.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2024 заявление о принятии обеспечительных мер удовлетворено. Суд запретил Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю и всем ее территориальным подразделениям производить регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества: жилые помещения № 112, № 119,№ 137, № 146, № 125, № 147, № 178, № 217, № 218, № 219, № 204, № 206, № 207, № 166, № 167, № 168, № 169, № 170, № 210, № 209, № 208, № 189, № 187, № 186, № 188, № 92,№ 220, расположенные по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87; нежилое здание общей площадью 729,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 23:49:0109016:1040, на срок до вступления в законную силу итогового судебного акта по результатам рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о частичной отмене обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2024.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу№ А32-39582/2015, с учетом определения об исправлении опечатки от 27.02.2025, заявление ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер удовлетворено. Отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2024 по делу № А32-39582/2015, в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю и всем ее территориальным подразделениям производить регистрационные действия в отношении следующего недвижимого имущества: квартиры № 178 (кадастровый номер 23:49:0109016:1186), № 217 (кадастровый номер 23:49:0109016:1261), № 218 (кадастровый номер 23:49:0109016:1271), № 219 (кадастровый номер 23:49:0109016:1269), № 204 (кадастровый номер 23:49:0109016:1164), № 206 (кадастровый номер 23:49:0109016:1182), № 207 (кадастровый номер 23:49:0109016:1169), № 166 (кадастровый номер 23:49:0109016:1181), № 167 (кадастровый номер 23:49:0109016:1260), № 168 (кадастровый номер 23:49:0109016:1189), № 169 (кадастровый номер 23:49:0109016:1190), № 170 (кадастровый номер 23:49:0109016:1191), № 210 (кадастровый номер 23:49:0109016:1274), № 209 (кадастровый номер 23:49:0109016:1183), № 208 (кадастровый номер 23:43:0109016:1682), № 187 (кадастровый номер 23:49:0109016:1167), № 186 (кадастровый номер 23:49:0109016:1168), № 188 (кадастровый номер 23:49:0109016:1178), № 220 (кадастровый номер 23:49:0109016:1263), расположенных по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87; нежилое здание общей площадью 729,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер 23:49:0109016:1040.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу № А32-39582/2015, индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ИП ФИО2) обратилась в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что в расчет размера субсидиарной ответственности не включены штрафные санкции и мораторные проценты. Вывод суда первой инстанции о том, что штрафные санкции (со ссылкой на определения ВС РФ от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3) и от 19.03.2018 № 307-ЭС18-882) не подлежат включению в размер субсидиарной ответственности, является необоснованным, поскольку в указанных определениях ВС РФ в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника указана неподача заявления о признании должника банкротом, в то время как в рассматриваемом случае в качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности указаны иные обстоятельства: доведение должника до банкротства. Вступившим в законную силу определением суда от 16.08.2023 установлено, что рыночная стоимость 50-ти квартир составляет 243 803 629 руб., довод ответчика о том, что стоимость квартир составляет 434 465 284 руб., является необоснованным. Размер непогашенных требований кредиторов с учетом штрафных санкций, мораторных процентов и признания недействительной сделкой погашения требования кредитора посредством отступного, в настоящее время составляет 272 847 495,05 руб.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Киин Батлер» просит удовлетворить апелляционную жалобу ИП ФИО2

ИП ФИО2 заявила ходатайство об истребовании доказательств у Управления Росреестра по Краснодарскому краю, а именно: договоров купли-продажи квартир, которые заключены ФИО3 после отмены судом первой инстанции обеспечительных мер. Согласно доводам заявителя, в этих договорах будет указана рыночная стоимость квартир в 2025 году.

Рассмотрев заявленное ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для рассмотрения апелляционной жалобы.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу № А32-39582/2015 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.06.2017 ООО «ТД «Черноморский» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

В рамках рассмотрения обособленного спора о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судом первой инстанции приняты обеспечительные меры в виде ареста объектов недвижимости, принадлежащих ответчику.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о частичной отмене обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2024.

Удовлетворяя заявление ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер, принятых определением суда от 29.01.2024, суд первой инстанции исходил из того, что из представленных в материалы обособленного спора отчетов об оценке рыночной стоимости объектов недвижимости следует, что рыночная стоимость имущества ФИО3, обремененного обеспечительными мерами, составляет: 92 027 398 руб. - стоимость нежилого здания, общей площадью 729,6 кв.м., кадастровый номер 23:49:0109016:1040, расположенного по адресу: <...>; и 434 465 284 руб. - стоимость квартир № 112, № 119, № 137, № 146, № 125, № 147, № 178, № 217, № 218, № 219, № 204, № 206, № 207, № 166, № 167, № 168, № 169, № 170, № 210, № 209, № 208, № 189, № 187, № 186, № 188, № 92, № 220, всего - 526 492 682 руб.

Суд первой инстанции указал, что рыночная стоимость имущества (однокомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1355, кв. 92, двухкомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1327, кв. 112, двухкомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1296, кв. 119, однокомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1174, кв. 125, двухкомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1179, кв. 137, однокомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1309, кв. 146, двухкомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1171, кв. 147 трехкомнатная квартира, кадастровый номер 23:49:0109016:1188, кв. 189.), принадлежащего ФИО3, в отношении которого ФИО3 просит оставить обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестра) совершать регистрационные действия до вступления в силу судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, составляет 136 380 946 руб.

При рассмотрении заявления о частичной отмене обеспечительных мер суд исходил из того, что в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Сумма, в пределах которой принимаются обеспечительные меры, подлежит определению исходя из возможного размера субсидиарной ответственности ответчика.

Конкурсный управляющий должника ФИО5 указал, что по состоянию на 01.08.2024 размер неудовлетворенных требований кредиторов 4 очереди составляет125 131 005,84 руб., 2 268 042,21 руб. - требования, заявленные после закрытия реестра, 2 121 290 руб. - текущие требования, всего - 129 529 338 руб.

Суд первой инстанции, с учетом произведенного конкурсным управляющим должника расчета, пришел к выводу, что объем оставшегося обеспечения (в пределах136 380 946 руб.) достаточен для удовлетворения исчисленного конкурсным управляющим размера субсидиарной ответственности ответчика (129 529 338,00 руб.).

Довод ФИО2 и ООО «Киин Батлер» о том, что в расчете размера субсидиарной ответственности не учтены штрафные санкции и мораторные проценты, отклонен судом первой инстанции со ссылкой на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 30.10.2023 № 50-П, поскольку суммы штрафов по своему существу выходят за рамки обязательства как такового, носят не восстановительный, а карательный характер и являются наказанием за правонарушение, поэтому отсутствуют основания для включения суммы штрафов в размер субсидиарной ответственности.

Определяя размер предполагаемой субсидиарной ответственности и объем имущества, необходимого для обеспечения требования, суд исходил из того, что мораторные проценты не включаются в реестр требований кредиторов и не являются текущими платежами, поэтому не подлежат включению в размер субсидиарной ответственности.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в случае удовлетворения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, денежных средств, полученных от реализации части жилых помещений (квартир), находящихся в собственности ФИО3, и обремененных обеспечительными мерами, будет достаточно для погашения требований, определяемых в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве. В связи с этим суд удовлетворил заявление ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, и иного лица может принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска или имущественных интересов заявителя (обеспечительные меры).

Рассматривая заявления о принятии обеспечительных мер, суд устанавливает наличие оснований для принятия обеспечительных мер, определяет, насколько конкретная мера, о принятии которой просит заявитель, связана с предметом заявленного требования, соразмерна ему и каким образом она обеспечит фактическую реализацию целей принятия обеспечительных мер, обусловленных основаниями, предусмотренными частью 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2023 № 15 «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 15)).

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска по ходатайству лица, участвующего в деле, может быть отменено арбитражным судом, рассматривающим дело.

Названная правовая норма не содержит конкретных обстоятельств, при наступлении которых обеспечительные меры могут быть отменены, однако в силу положений статей 90, 93, 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отмена принятой судом обеспечительной меры возможна в тех случаях, когда отпали обстоятельства, послужившие основанием для ее принятия, либо появились новые обстоятельства, обосновывающие необходимость отмены меры обеспечения иска. Данный вопрос разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом обстоятельств дела.

Таким образом, в предмет исследования при рассмотрении заявления об отмене обеспечительной меры входит повторная проверка наличия оснований, установленных частью 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и оценка отношений на соответствие критериям, указанным в пункте 14 вышеуказанного постановления.

В силу пунктов 33, 34 постановления Пленума ВС РФ № 15 обеспечительные меры могут быть отменены судом по собственной инициативе либо по заявлению лиц, участвующих в деле. Суд вправе отменить обеспечительные меры, в том числе, если после принятия таких мер появились обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии необходимости их сохранения, если принятые меры стали несоразмерны заявленному требованию, нарушают права лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 94 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При обращении с заявлением об отмене принятых обеспечительных мер бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о том, что основания, по которым были применены обеспечительные меры, отпали, либо после принятия таких мер возникли новые обстоятельства, лежит на лице, обратившемся с соответствующим заявлением.

Исходя из положений статьи 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявляя о наличии оснований для отмены обеспечительных мер, лицо, которое обращается с таким заявлением, должно представить объяснения по существу примененных мер, а суд, в свою очередь, повторно проверяет наличие оснований, установленных частью 2 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также оценивает отношения на соответствие критериям разумности и обоснованности требований заявителя о применении обеспечительных мер; вероятности причинения заявителю значительного ущерба в случае непринятия обеспечительных мер; обеспечения баланса интересов заинтересованных сторон; предотвращения нарушения при принятии обеспечительных мер публичных интересов, интересов третьих лиц.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В качестве основания для частичной отмены принятых определением суда от 29.01.2024 обеспечительных мер, ФИО3 представил в материалы дела отчеты об оценке рыночной стоимости объектов недвижимости № 57/24/2 от 06.07.2021 и № 57/24/1 от 06.07.2024, подготовленные ООО «Бюро экспертиз и оценки «ФинЭкс», согласно которым рыночная стоимость объектов, в отношении которых судом приняты обеспечительные меры, составляет 526 492 682 руб., тогда как размер неудовлетворенных требований кредиторов составляет 127 399 048,05 руб.

В суде первой инстанции ИП ФИО2 возражала против удовлетворения заявления об отмене обеспечительных мер, указала, на невозможность принятия представленных ответчиком отчетов об оценке в качестве надлежащих доказательств рыночной стоимости объектов недвижимого имущества; заявила о том, что в размер предполагаемой субсидиарной ответственности должны включаться санкции за неисполнение обязательств и мораторные проценты. По мнению ИП ФИО2, рыночная стоимость объектов недвижимости завышена оценщиком, объекты не могут быть проданы по указанной оценщиком цене; действия ответчика направлены на вывод принадлежащего ему недвижимого имущества.

Вместе тем, из обжалованного судебного акта следует, что надлежащая правовая оценка доводам ИП ФИО2 судом первой инстанции не дана, при этом выводы суда первой инстанции о наличии оснований для частичной отмены принятых определением суда от 29.01.2024 обеспечительных мер сделаны исключительно на основе представленных ответчиком отчетов об оценке недвижимого имущества.

Признавая доводы ИП ФИО2 обоснованными, судебная коллегия исходит из того, что в целях удовлетворения заявления о частичной отмене обеспечительных мер должно быть доказано, что стоимость оставшегося под арестом имущества больше или равнозначна размеру возможной субсидиарной ответственности. Иначе отмена обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, а также причинить должнику и кредиторам значительный материальный ущерб, так как сделает невозможным поступление в конкурсную массу денежных средств в указанном объеме, что не соответствует положениям статьи 90 - 91 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако надлежащих доказательств того, что рыночная стоимость объектов недвижимости, в отношении которых суд сохранил арест, соответствует потенциально возможному размеру субсидиарной ответственности, материалы дела не содержат,

Вопреки доводам ФИО3, отчеты об оценке рыночной стоимости объектов недвижимости № 57/24/2 от 06.07.2021 и № 57/24/1 от 06.07.2024, подготовленные ООО Бюро экспертиз и оценки «ФинЭкс», не свидетельствуют о соразмерности стоимости недвижимого имущества, оставленного судом под арестом, размеру субсидиарной ответственности, поскольку не свидетельствуют о реальной возможности реализовать объекты недвижимости по цене, указанной в отчетах об оценке. Реальная цена формируется в результате торгов на основе баланса спроса и предложения; при реализации имущества на торгах цена сделки определяется не на основании данных отчета об оценке, а исходя из предложений участников аукциона (торгов).

Более того, общепризнанным фактом является то, что имущество продается на торгах по цене значительно ниже цены, определенной оценщиком.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что по результатам торгов, ранее проведенных в рамках настоящего дела, аналогичные квартиры в этом же доме были реализованы по цене от 5 млн. до 10 млн. руб., то есть в несколько раз ниже стоимости, о которой заявляет ФИО3 (сообщение в ЕФРСБ № 6028861 от 19.01.2021).

Доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что квартиры могут быть проданы с торгов по цене, установленной в отчете об оценке, выполненном по заказу ФИО3, то есть в 3 - 4 раза дороже, чем они ранее продавались на торгах, материалы дела не содержат. Экономическое обоснование многократного увеличения стоимости имущества отсутствует.

ИП ФИО2 представила в материалы выписки из ЕГРН в отношении квартир № 178, № 187, № 188, № 217, № 220, из которых следует, что кадастровая стоимость квартиры № 178 по состоянию на 01.01.2023 составляет 6 734 468,99 руб., кадастровая стоимость квартиры № 188 по состоянию на 01.01.2023 составляет 6 635 250,29 руб., кадастровая стоимость квартиры № 178 по состоянию на 01.01.2023 составляет 6 734 468,99 руб., кадастровая стоимость квартиры № 217 по состоянию на 01.01.2023 составляет 6 709 664,32 руб., кадастровая стоимость квартиры № 220 по состоянию на 01.01.2023 составляет 7 615 034,92 руб.

Каких-либо объективных доказательств, обосновывающих столь существенную разницу между стоимостью спорного недвижимого имущества, определенной оценщиком, по отношению с кадастровой стоимостью, не представлено.

ФИО3 заявил довод о том, что в рамках дела о банкротстве признана недействительной сделка – соглашение об отступном, в качестве последствий признания сделки недействительной в конкурсную массу должника подлежит возврату нежилое здание, общей площадью 3 160,5 кв.м., кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенное по адресу: <...>. За счет стоимости этого имущества, принадлежащего должнику, будут удовлетворены требования кредиторов, соответственно, размер субсидиарной ответственности ФИО3 уменьшится.

ФИО3 представил в материалы дела отчет об оценке № 116/25 от 20.06.2025, согласно которому рыночная стоимость нежилого здания, общей площадью 3 160,5 кв.м., кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на дату оценки составляет 184 616 797 руб.

Конкурсный управляющий должника ФИО5 также представил в материалы дела заключение эксперта от 13.03.2025 № 43-25, согласно которому рыночная стоимость нежилого здания, общей площадью 3 160,5 кв.м., кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 28.05.2021 составляет 129 259 000 руб.

Давая правовую оценку доводам ФИО3 и конкурсного управляющего должника ФИО5, суд апелляционной инстанции исходит из того, что действительная (реальная) продажная цена недвижимого имущества может быть определена только в результате выставления объекта недвижимости на торги в зависимости от наличия и количества спроса потенциальных покупателей на этот объект.

Из фактических обстоятельств дела следует, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.04.2024 по делу№ А32-39582/2015 признано недействительной сделкой соглашение об отступном от 10.12.2020, заключенное между ООО «ТД «Черноморский», с одной стороны, ООО «Киин Батлер» и ФИО2, с другой стороны. Переход права собственности на объект недвижимости зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости 28.05.2021 номер записи 23:49:0109016:1391-23/235/2021-12. Суд применил последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу ООО «ТД «Черноморский» нежилого здания, общей площадью 3160,5 кв. м, кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенного по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87.

Из определения суда от 04.04.2024 следует, что в конкурсную массу должника подлежит возврату нежилое здание, общей площадью 3 160,5 кв.м., кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенное по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87.

Как следует из инвентаризационной описи № 1 от 06.12.2017, опубликованной конкурсным управляющим на сайте ЕФРСБ, сообщение № 2291915 от 06.12.2017, стоимость нежилого здания с кадастровым номером 23:49:0109016:1391, составляет126 063 906,47 руб.

Конкурсный управляющий выставил имущество на торги. На первых, повторных торгах, на торгах посредством публичного предложения имущество не реализовано (сообщения ЕФРСБ от 20.07.2018 № 2877688, от 06.09.2018 № 3008262 и от 11.01.2019№ 3376277).

30.09.2019 в ЕФРСБ опубликовано предложение о погашении требований кредиторов путем предоставления отступного, из текста сообщения следует, что имущество предлагается к передаче кредиторам по цене 16 017 030 руб.

Таким образом, сами по себе представленные ответчиком и конкурсным управляющим должника ФИО5 отчеты об оценке объекта недвижимости не свидетельствуют о возможности их реализации по указанной цене, учитывая, что ранее объект недвижимости был выставлен на торги с начальной продажной стоимостью в размере 126 063 906,47 руб., однако в ходе проведения торгов не был реализован, и передан кредиторам в качестве отступного.

Доказательств, бесспорно свидетельствующих, что объект недвижимости может быть продан с торгов по цене, установленной в отчетах, материалы дела не содержат.

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия пришла к выводу, что действительная стоимость недвижимого имущества может быть определена только по результатам открытых торгов и определяется исходя из баланса спроса и предложения рынка (конкурентная среда).

Вывод суда первой инстанции о том, что размер субсидиарной ответственности может составлять не более 129 529 338 руб., поскольку мораторные проценты не включаются в реестр требований кредиторов и не являются текущими платежами, поэтому не подлежат включению в размер субсидиарной ответственности, признается судебной коллегией ошибочным, принимая во внимание нижеследующее.

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по его обязательствам является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого последний теряет способность исполнять свои обязательства.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам подконтрольного лица определен в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Суд первой инстанции неверно истолковал пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в совокупности с иными нормами того же закона и принципами гражданского законодательства.

Мораторные проценты выравнивают положение всех кредиторов в части ставки финансовой санкции, применяемой к должнику за нарушение обязательств, но не прекращают обязательство и не освобождают должника от ответственности. Финансовые санкции, начисленные до банкротства, включаются в размер субсидиарной ответственности.

Мораторные проценты, имея ту же правовую природу (компенсация имущественных потерь, связанных с просрочкой исполнения обязательств), также подлежат взысканию. Если нарушение должником обязательств обусловлено противоправными действиями контролировавшего его лица, повлекшими банкротство, то нет никаких оснований для частичного освобождения причинителя вреда от ответственности. По крайней мере, в Законе прямо не сказано об ограничении гражданско-правовой ответственности применительно к данному случаю.

Противоположный вывод суда первой инстанции противоречит общим нормам и принципам привлечения к гражданско-правовой ответственности, а также целям и смыслу Закона о банкротстве, направленным по общему правилу на полное восстановление имущественных прав кредиторов. Отказ во включении в состав субсидиарной ответственности мораторных процентов стимулирует недобросовестное поведение контролирующих лиц (определение ВС РФ от 04.08.2025 № 302-ЭС24-490 (2,3) по делу №А74-5486/2020).

ИП ФИО2 представила в материалы дела предварительный расчет мораторных процентов, согласно которому сумма мораторных процентов, начисленных на сумму основного долга, включенную в реестр (125 131 005,84 руб.), к настоящему моменту составляет 110 180 829,29 руб. и продолжает увеличиваться.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что задолженность по уплате неустойки (пени, штрафа) не включается в размер ответственности контролирующих должника лиц.

Указанный вывод суда первой инстанции является ошибочным, поскольку в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 (с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ) указано доведение должника до банкротства, что исключает возможность ограничения размера ответственности контролирующего лица только суммой основного долга.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 30.10.2023 № 50-П указал, что пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию - налогоплательщика.

Правовое регулирование, предусматривающее включение штрафов в состав налоговой задолженности, было предметом оценки Конституционного Суда Российской Федерации.

В постановлении от 08.12.2017 № 39-П он признал не противоречащими Конституции Российской Федерации статью 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и подпункт 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу эти положения в том числе не могут использоваться для взыскания с физических лиц штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика, поскольку понимание подлежащего возмещению вреда как включающего в себя не только недоимку и пени, но и штрафы, не уплаченные организацией, не может быть распространено на случаи возмещения ущерба, причиненного бюджетной системе лицами, подвергшимися уголовному преследованию за налоговые преступления и вследствие этого привлеченными к деликтной ответственности.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации основывался на своей правовой позиции, сформулированной в постановлении от 17.12.1996 № 20-П, о том, что взыскание всей суммы сокрытого или заниженного дохода (прибыли) и различного рода штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства как такового, носит не восстановительный, а карательный характер и является наказанием за налоговое правонарушение, т.е. за предусмотренное законом противоправное виновное деяние, совершенное умышленно либо по неосторожности. Воспроизведя эту позицию, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней (абзац пятый пункта 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО6»).

С учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 30.10.2023 № 50-П, в размер субсидиарной ответственности не включаются суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Вместе с тем, в рассматриваемом деле о банкротстве пени и штрафные санкции начислены за ненадлежащее исполнение гражданско-правовых обязательств, поэтому включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Таким образом, правовая позиция, изложенная в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17 13670(3), от 19.03.2018 № 307-ЭС18-882, постановлении КС РФ от 30.10.2023 № 50-П не применима к рассматриваемому делу.

Таким образом, штрафные санкции и пени, включенные в реестр требований кредиторов, подлежат учету при привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а вывод суда первой инстанции об обратном основан на ошибочном применении норм закона.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что судом первой инстанции неверно определен возможный размер субсидиарной ответственности ФИО3, поскольку в ее состав могут быть включены, как штрафные санкции в сумме 17 129 297,71 руб., так и мораторные проценты в сумме не менее 110 180 829,29 руб.

При разрешении спора суд исходил из того, что требования ИП ФИО2 в размере 16 017 030 руб. не подлежат учету при определении размера субсидиарной ответственности, поскольку определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.04.2024 по делу № А32-39582/2015 признано недействительной сделкой соглашение об отступном от 10.12.2020, заключенное между ООО «ТД «Черноморский», с одной стороны, ООО «Киин Батлер» и ФИО2, с другой стороны; суд применил последствия недействительности сделки путем возврата в конкурсную массу ООО «ТД «Черноморский» нежилого здания, общей площадью 3160,5 кв. м, кадастровый номер 23:49:0109016:1391, расположенного по адресу: г. Сочи, Лазаревский район, ул. Одоевского, д. 87, при этом, резолютивная часть судебного акта не содержит вывода суда об обязании конкурсного управляющего восстановить задолженность в размере 16 017 030 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Судебная коллегия считает указанный вывод необоснованным, поскольку в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2024 судебная коллегия указала, что подлежат восстановлению обязательства должника перед кредиторами на сумму, которая погашена посредством предоставления отступного, в частности требования ООО «Киин Батлер» погашены в размере 8 888 158,32 руб., требования ФИО2 в размере 7 128 871,68 руб. Требования подлежат восстановлению в реестре после возврата объекта недвижимости в конкурсную массу должника.

Следовательно, размер возможной субсидиарной ответственностиФИО3 составляет 272 847 495,05 руб., в том числе: 125 131 005,84 руб. - размер неудовлетворенных требований кредиторов 4 очереди; 2 268 042,21 руб. - требования, заявленные после закрытия реестра; 2 121 290,00 руб. - текущие требования; 17 129 297,71 руб. - штрафные санкции; 16 017 030 руб. – требование ФИО2 к должнику, подлежащие восстановлению в связи с признанием недействительной сделкой соглашения о предоставлении отступного, 110 180 829,29 руб. - мораторные проценты (по состоянию на 30.07.2025).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив доводы, изложенные в заявлении об отмене обеспечительных мер, с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из того, что спорные обеспечительные меры непосредственно связаны с рассматриваемыми требованиями к ответчику, соразмерны им, направлены на сохранение существующего состояния отношений сторон и предотвращение затруднения или невозможности исполнения судебного акта, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обеспечительные меры обеспечивают сохранение баланса интересов вовлеченных в спорные правоотношения лиц, направлены на предотвращение причинения должнику и его кредиторам значительного материального ущерба.

Таким образом, вопреки выводам суда, в рассматриваемом случае, обстоятельства, с которыми было связано принятие обеспечительных мер, не изменились, новые обстоятельства, влекущие отмену обеспечительных мер, не возникли, необходимость в сохранении обеспечительных мер, непосредственно связанных с предметом спора, соразмерных заявленным требованиям, направленных на сохранение положения, существовавшего на момент обращения в суд, необходимых и достаточных для обеспечения исполнения судебного акта, не утрачена.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что на момент рассмотрения ходатайства ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер, принятых определение суда от 29.01.2024, обстоятельства, послужившие основанием для принятия спорных обеспечительных мер, не отпали; заявление о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности не рассмотрено; новых обстоятельств, которые явились бы основанием для отмены обеспечительных мер, не установлено, отмена обеспечительных мер приведет к нарушению интересов должника и его кредиторов.

Более того, судебная коллегия учитывает, что после отмены судом обеспечительных мер, ФИО3 реализовал пять квартир (№ 178, № 187, № 188, № 217, № 220), что подтверждает необходимость сохранения ранее принятых судом обеспечительных мер в целях сохранения за ФИО3 имущества, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Кроме того, в производстве суда апелляционной инстанции находится обособленный спор о признании недействительными (ничтожными) договоров участия в долевом строительстве от 25.10.2010 № 1/223, № 2/100, № 3/101, № 4/105, № 5/106, № 6/107, № 7/110, № 8/111, № 9/112, № 10/115, № 11/116, № 12/119, № 13/120, № 14/121, № 15/124, № 16/125, № 17/126, № 18/136, № 19/137, № 20/146, № 21/147, № 22/166, № 23/167, № 24/168, № 25/169, № 26/170, № 27/178, № 28/186, № 29/187, № 30/188, № 31/189, № 32/190, № 33/193, № 34/194, № 35/195, № 36/167, № 37/198, № 38/203, № 39/204, № 40/205, № 41/206, № 42/207, № 43/208, № 44/209, № 45/210, № 46/217, № 47/218, № 48/219, № 49/221, № 50/222, заключенных между ООО «ТД «Черноморский» и ФИО3, и договора уступки прав № 49/221-У от 15.05.2015, и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника квартир № 112, № 119, № 125, № 137, № 146, № 147, № 166, № 167, № 168, № 169, № 170, 178, № 186, № 187, № 188, № 189, № 204, № 206, № 207, № 208, № 209, № 210, № 217, № 218, № 219, расположенных по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Лазаревский р-н, ул. Одоевского, д. 87; взыскании со ФИО3 в конкурсную массу должника стоимости квартир № 100, № 101, № 105, № 106, № 107, № 110, № 111, № 115, № 116, № 120, № 121, № 124, № 126, № 136, № 190, № 193, № 194, № 195, № 197, № 198, № 203, № 205, № 222, № 223, № 221. В случае удовлетворения апелляционной жалобы ИП ФИО2, в целях обеспечения исполнения судебного акта необходимо сохранить принятые судом обеспечительные меры.

Меры, принятые на основании определения Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2024, соответствуют заявленным требованиям, непосредственно связаны с предметом спора, необходимы и достаточны для обеспечения исполнения судебного акта, соответствуют целям принятия обеспечительных мер и направлены на сохранение существующего состояния отношений между сторонами, необходимость в их сохранении не утрачена.

Учитывая вышеизложенное, в рассматриваемом случае у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявления ФИО3 и отмены обеспечительных мер, принятых определением суда от 29.01.2024.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в данном случае суд первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта неправильно применил статью 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права.

Поскольку суд первой инстанции неправильно применил нормы процессуального права, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу№ А32-39582/2015 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления об отмене обеспечительной меры.

При подаче апелляционной жалобы ИП ФИО2 уплатила государственную пошлину в федеральный бюджет в размере 10 000 руб., что подтверждается квитанцией от 30.03.2025.

Поскольку апелляционная жалоба ИП ФИО2 удовлетворена, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации со ФИО3 в пользу ИП ФИО2 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 удовлетворить.

Отменить определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.02.2025 по делу № А32-39582/2015.

Отказать ФИО3 в удовлетворении заявления об отмене обеспечительной меры.

Взыскать со ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 000 руб.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиМ.А. Димитриев

Т.А. Пипченко