Постановление от 5 августа 2025 г. по делу № А43-19169/2023

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, <...> http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-19169/2023
06 августа 2025 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 06 августа 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В., судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.02.2025 по делу № А43-19169/2023, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании сделки – договора дарения от 22.01.2022, заключенного ФИО2 с ФИО4, ФИО5, ФИО6 в лице законного представителя ФИО7, недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

при участии в судебном заседании: от заявителя (ФИО2) – лично ФИО2 (паспорт); от ответчика (ФИО5) – лично ФИО5 (паспорт); от ответчика (ФИО8 (Губановой) Г.Ю.) – лично ФИО8 (паспорт), представителя ФИО9 по доверенности от 13.01.2025 серии 52АА № 6548261 сроком действия три года, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился финансовый управляющий ФИО10 (далее – ФИО10, финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительным договора дарения от 27.01.2022, заключенного должником с ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) и ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик) в лице законного представителя несовершеннолетнего ФИО7 (далее – ФИО7 (Осипова) Г.Ю.), и применении последствий недействительности сделки

в виде обязания возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение с кадастровым номером 52:18:0070078:651, расположенное по адресу: Нижегородская область, г. Нижний Новгород, Советский район, ул. Бориса Панина, д. 19, пом. П5.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 19.02.2025 отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявления, отменил обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Нижегородской области от 03.05.2024 по делу № А43-19169/2023.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник обратился в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить полностью в связи с нарушением норм материального права и отсутствием оценки всех обстоятельств совершения сделки и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

Оспаривая законность принятого по делу судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что оспариваемая сделка совершена должником с целью сокрытия (сохранения) своего единственного имущества от кредиторов, поскольку на момент совершения сделки было принято решение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу № А43-33894/2021 о взыскании с должника в пользу Министерства 339 930 руб. 09 коп., а также в производстве Богородского городского суда находилось уголовное дело № 1-5/2022 по обвинению должника по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации и впоследствии приговором от 16.02.2022 с должника взысканы в пользу потерпевших денежные средства в размере 2 800 000 руб. Пояснил, что предполагая, что приговором Борского городского суда по уголовному делу № 1-5/2022 будут удовлетворены требования потерпевших о взыскании с ФИО2 морального вреда, причиненного потерпевшим, должник с целью сохранения своего имущество на тот момент заключил договор дарения от 27.01.2022. Отметил, что ответчик ФИО5 подтвердил, что на момент совершения оспариваемой сделки он знал о наличии долговых обязательств между ФИО2 и Министерством, а также знал о том, что у ФИО2 на момент совершения сделки имеется задолженность перед кредитором, так как уже на тот момент ФИО2 привлек его к управлению зданием. Также полагает, что ФИО8, выступающая на стороне заинтересованного лица ФИО6, также знала о совершении данной сделки и цели совершения сделки, так как на момент совершения сделки являлась законной супругой должника. Также указал, что иного имущества для удовлетворения кредиторских требований, кроме подаренного по договору дарения от 22.01.2022, должник не имеет. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий), также не согласившись с принятым судебным актом, обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой с учетом дополнительных пояснений, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего в полном объеме.

Оспаривая законность принятого по делу судебного акта, финансовый управляющий указал, что воля должника была направлена на вывод активов с

целью недопущения взыскания на имущество, поскольку имущество подарено при наличии неисполненных обязательств, которые возникли и имелись на дату совершения сделки, что подтверждается решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу № А43-33894/2021, а также в рамках уголовного дела в отношении ФИО2 потерпевшими были заявлены гражданские иски. Отметил, что со слов должника финансовым управляющим получена информация, о том, что предполагая, что приговором Борского городского суда по уголовному делу № 1 -5/2022 будут удовлетворены требования потерпевших о взыскании морального вреда, причиненного потерпевшим, ФИО2, с целью скрыть свое единственное имущество на тот момент, заключил договор дарения от 27.01.2022. По мнению финансового управляющего, воля ответчиков не была направлена на использование имущества, ответчики являлись лицами, на которых временно регистрируется имущество ФИО2 с целью не допустить обращения взыскания. Полагает, что в рамках данного спора доказана совокупность обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отметил, что в мае 2025 года в распоряжение финансового управляющего оказалось решение Советского районного суда г. Нижнего Новгорода по иску ФИО8 о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, где в установленных судом фактах фигурирует информация, что между супругами имелась договоренность о передаче имущества (нежилого помещения) во исполнение алиментных обязательств. Подробно доводы финансового управляющего изложены в апелляционной жалобе с дополнительными пояснениями.

ФИО8 в отзыве на апелляционную жалобу должника указала на несостоятельность доводов заявителя, просила определение суда оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Считает, что поведение должника в данном обособленном споре указывает на злоупотребление им своим правом. Полагает, что финансовым управляющим не представлено доказательств наличия у сторон оспариваемой сделки умысла на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, тем более, что на дату заключения договора единственный кредитор должника Министерство имущественных и земельных отношений даже не получило исполнительный лист, а задолженность перед Министерством составляла чуть более 300 тыс. руб., такой размер требований не был существенным для должника, учитывая, что он ежемесячно получал доходы от сдачи в аренду здания в центре города площадью более 600 кв.м. Считает, что сама по себе реализация имущества, находящегося в собственности должника, пусть даже и на безвозмездной основе не может автоматически свидетельствовать о причинении имущественного вреда кредиторам и подпадать под критерии пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Пояснила, что доказательств неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовый управляющий в материалы дела также не представил, кроме спорного здания в собственности у должника на момент совершения сделки также находилось иное движимое имущество, общая стоимость которого позволяла погасить задолженность перед единственным кредитором.

Отметила, что должник уже находился в бракоразводном процессе, споров о разделе совместно нажитого имущества или о взыскании алиментов его супруга не

инициировала, хотя уже с 16.02.2022 супруги совместно не проживали, а 19.07.2022 отделом ЗАГС внесена запись о расторжении брака, следовательно, дарение имущества детям в отсутствие решения суда о разделе имущества или о взыскании алиментов в пользу несовершеннолетних детей было обоюдным решением сторон, направленным на безвозмездное наделение детей собственностью после развода. По мнению ответчика, на момент заключения договора дарения стороны сделки преследовали цели, соответствующие целям такого вида сделок, а именно одарить имуществом одаряемых без какого-либо встречного исполнения, никакой прямой причинно-следственной связи между подписанием договора дарения и ущемлением интересов кредиторов не прослеживалось, поскольку на тот момент должник был в состоянии покрыть имеющиеся у него долги и не опасаться притязаний третьих лиц на его недвижимость. Подробно возражения ФИО8 изложены в отзыве на апелляционную жалобу должника.

Определением от 24.07.2025 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Волгиной О.А. на судью Полушкину К.В. в составе судей, рассматривающих дело № А43-19169/2023.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции должник и ФИО5 просили определение суда отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

ФИО8 и ее представитель поддержали возражения, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Ходатайство финансового управляющего о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, приложенных к отзыву на апелляционную жалобу ФИО2 и дополнительным пояснениям, судом апелляционной инстанции рассмотрено и отклонено на основании следующего.

Возможность предоставления в суд апелляционной инстанции дополнительных доказательств ограничена нормами статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело по тем доказательствам и исходя из тех обстоятельств, которые имели место на момент рассмотрения судом первой инстанции спора по существу (статья 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах

дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

В рассматриваемом случае судебный акт суда общей юрисдикции принят 03.04.2025, то есть после принятия обжалуемого судебного акта от 19.02.2025.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства финансового управляющего о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционные жалобы не представили, явку полномочных представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассматриваются в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителей, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.07.2023 по заявлению Министерства имущественных и земельных отношений Нижегородской области (далее – Министерство) возбуждено производство по делу № А43-19169/2023 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом); определением суда от 11.12.2023 заявление Министерства признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО10, в реестр требований кредиторов должника в третью очередь включено требование Министерства в размере 792 888 руб. 76 коп., 633 871 руб. 85 коп. – требования кредиторов третьей очереди, 159 016 руб. 91 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов; решением суда от 05.06.2024 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО10, который определением суда от 13.12.2024 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего; определением суда от 16.01.2025 исполняющим обязанности финансового управляющего должника утвержден ФИО3

В рамках процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим установлено, что 27.01.2022 ФИО2 (даритель, отец) и ФИО4, ФИО5 и ФИО6 в лице законного представителя

несовершеннолетнего ФИО7 (одаряемые, сыновья) заключили договор дарения, согласно которому даритель безвозмездно передает в собственность одаряемых нежилое помещение с кадастровым номером 52:18:0070078:651, расположенное по адресу: Нижегородская область, г. Нижний Новгород, Советский район, ул. Бориса Панина, д. 19, пом. П5.

Предметом заявления финансового управляющего является требование о признании недействительным договора дарения от 27.01.2022 и применении последствий недействительности сделки в виде обязания возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение с кадастровым номером 52:18:0070078:651, расположенное по адресу: Нижегородская область, г. Нижний Новгород, Советский район, ул. Бориса Панина, д. 19, пом. П5.

Заявленные требования основаны на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьях 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что оспариваемый договор заключен между заинтересованными лицами (сыновья, супруга) в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, так как в результате исполнения сделки кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет реализации ликвидного имущества; сделка совершена должником со злоупотреблением правом; на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, имел непогашенную задолженность; из состава имущества должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу; оспариваемая сделка является мнимой и совершена в ущерб интересам кредиторов должника при злоупотреблении сторонами правом с целью избежать обращения взыскания на имущество должника.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Финансовый управляющий в силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного закона, а также сделок, совершенных с нарушением его положений.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом

или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (абзац 6 пункта 8 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обязательств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 9 постановления № 63, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления № 63).

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка (договор дарения от 27.01.2022) заключена в трехлетний период до возбуждения производства по делу о признании должника банкротом (10.07.2023), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Обязательным условием недействительности сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о наличии у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу пункта 6 постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 этого Закона о банкротстве; для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 данного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из материалов дела следует, что договор дарения от 27.01.2022 совершен должником с заинтересованными лицами, поскольку ФИО4, ФИО5, ФИО6 являются сыновьями должника, ФИО7 на дату заключения сделки являлась супругой должника, что не оспаривается сторонами и подтверждается сведениями Главного управления ЗАГС Нижегородской области.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

По оспариваемому договору из собственности должника безвозмездно выбыло имущество, кадастровая стоимость которого составляла 3 229 131 руб. 80 коп.

Оспаривая сделку, заявитель указал, что должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у должника имелась задолженность перед Министерством на основании решения Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу № А43-33894/2021.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 11.12.2023 в реестр требований кредиторов должника в третью очередь включены требования Министерства в размере 792 888 руб. 76 коп., 633 871 руб. 85 коп. – требования кредиторов третьей очереди, 159 016 руб. 91 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов. Судебным актом установлено, что решением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу № А43-33894/2021 с ФИО2 в пользу Министерства взыскано 339 930,90 руб., в том числе, основной долг за период с 01.04.2020 по 31.03.2021 в сумме 281 412,13 руб., пени за период с 16.11.2017 по 23.06.2021 в сумме 58 518,77 руб.; решением Лысковского районного суда Нижегородской области от 24.03.2023 по делу № 2-325/2023 с ФИО2 в пользу Министерства взыскано 472 658,93 руб., в том числе основной долг за период с 01.04.2021 по 30.06.2022 в сумме 372 160,79 руб., пени за период с 26.06.2021 по 16.09.2022 в сумме 100 498,14 руб.

В соответствии с абзацем 5 пункта 6 постановления № 63 само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вместе с тем, наличие непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами (контрагентами по сделкам) на определенный период, само по себе не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. Неплатежеспособность и неоплата конкретного долга

отдельному кредитору не тождественны (позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

Наличие обязательства перед Министерством само по себе не является основанием для вывода о неплатежеспособности ФИО2 на дату совершения 22.01.2022 договора дарения.

Вопреки доводам должника тот факт, что ФИО5 приступил к управлению нежилым зданием и знал о наличии задолженности перед Министерством, не является основанием для признания сделки недействительной.

При этом коллегия судей принимает во внимание, что стоимость имущества по оспариваемой сделке значительно превышает размер обязательств перед Министерством.

Иных доводов и доказательств возникновения признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения договора дарения от 22.01.2022 финансовый управляющий при подаче заявления об оспаривании сделки не привел и не представил. Приговор от 16.02.2022 в материалы обособленного спора не представлен.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, рассмотрев доводы должника о том, что оспариваемая сделка была совершена в целях причинения вреда потерпевшим по уголовному делу № 1-5/2022, установил следующее.

Как следует из материалов электронного дела, приговором Борского городского суда Нижегородской области от 16.02.2022 по делу № 1-5/2022, оставленным апелляционным определением Нижегородского областного суда от 20.05.2022 без изменения в части, с должника взысканы в пользу потерпевших денежные средства в размере 2 800 000 руб., следовательно, приговор суда оглашен после совершения оспариваемой сделки от 27.01.2022.

Коллегия судей приходит к выводу о том, что на момент совершения оспариваемой сделки дети должника и его бывшая супруга не могли с точной степенью вероятности знать о том, что должник будет признан виновным в совершении преступления и с него в пользу потерпевших будут взысканы денежные средства.

В то же время в судебном заседании суда апелляционной инстанции должник выражал несогласие с приговором суда, что также свидетельствует о том, что дети и супруга должника не могли предполагать, что должник будет признан виновным и с него будут взысканы в пользу потерпевших денежные средства.

При этом из поведения сторон усматривается, что между бывшими супругами имеется конфликт, ответчик (ФИО5) выступает на стороне должника.

На вопрос суда апелляционной инстанции ответчик ФИО5, настаивающий на признании сделки недействительной, не пояснил, какие обстоятельства препятствовали ему реализовать свою долю в нежилом помещении и направить денежные средства для погашения обязательств перед кредитором должника.

Также коллегия судей принимает во внимание противоречивое поведение должника, который добровольно подарил объект недвижимости своим детям, а

после расторжения брака с супругой стал настаивать на совершении сделки в ущерб интересам кредиторов.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания доверять исключительно пояснениям должника и ответчика относительно совместной цели сторон сделки – вывод единственного актива должника, учитывая, что задолженность перед Министерством была незначительной, а приговор суда на момент совершения сделки не был вынесен.

Более того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что потерпевшие по уголовному делу № 1-5/2022, заявив свои требования к должнику, впоследствии отказались от заявления о включении требований в реестр требований кредиторов, в связи с чем определением Арбитражного суда Нижегородской области от 17.10.2024 производство по заявлению ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 об установлении требований и включении их в реестр требований кредиторов должника прекращено. Каких-либо сведений о ходе исполнения приговора суда, остатке задолженности перед потерпевшими материалы дела не содержат.

В судебно-арбитражной практике выработан устойчивый подход относительно того, что сам по себе факт наличия у должника обязательств перед кредиторами не является основанием для вывода о неплатежеспособности должника. Предъявление требований в исковом порядке еще не означает, что они будут удовлетворены судом, а в случае если они будут удовлетворены – не означает, что у должника недостаточно средств для погашения таких требований. Неплатежеспособность не может отождествляться с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

В рассматриваемом случае убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что в период совершения оспариваемой сделки должник не мог исполнять свои текущие обязательства, в материалах настоящего обособленного спора не имеется.

Кроме того, ФИО8 (представитель несовершеннолетнего ФИО6) в судебном заседании, а также в письменном отзыве указала, что на момент совершения спорной сделки у должника в собственности находилось движимое имущество, общая стоимость которого позволяла погасить задолженность перед единственным кредитором – Министерством.

Так, определением суда от 29.11.2024 удовлетворено заявление финансового управляющего об истребовании имущества у должника, в частности автомобилей: БАГЕМ 81073Т – VIN <***>, год выпуска 2011, ГРН АХ779852, дата регистрации 15.12.2011; 174401 – VIN <***>, кузов 6191355, год выпуска 2011, ГРН К564КХ152, дата регистрации 19.06.2012; ФИО15 12018 – VIN <***>, год выпуска 2014, ГРН ВВ387252, дата регистрации 24.04.2014; 871210 – VIN <***>, год выпуска 2015, ГРН ВВ728652, дата регистрации 22.04.2015.

Таким образом, на момент совершения сделки в собственности должника, помимо спорного нежилого помещения, находилось движимое имущество, в отношении которого приняты обеспечительные меры.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств, безусловно подтверждающих наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества на

момент дарения сыновьям недвижимого имущества, а доводы об аффилированности сторон сделки не являются безусловным основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, в отсутствие у сделки признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов иные обстоятельства, совокупность которых является основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеют правового значения.

Потому заинтересованность участников сделки ввиду родства и нахождения в браке и ее безвозмездность не создает оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и сделка была совершена безвозмездно (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При этом недоказанность цели причинения вреда имущественным правам кредиторов на основе предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не исключает возможности установления такой цели исходя из иных обстоятельств, которые не защищены презумпциями, то есть подлежащими доказыванию на общих основаниях.

Таким образом, вопрос о том, является ли оспариваемая сделка подозрительной, разрешается судом с учетом оценки фактических обстоятельств конкретного спора.

Коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим не доказана совокупность условий для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку отсутствуют доказательства того, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, а также свидетельствующие о том, что сделка совершена должником исключительно с противоправной целью.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документально не подтверждено причинение вреда должнику или имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки.

В связи с изложенным, арбитражный суд обоснованно признал недоказанной совокупность всех обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделки должника недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

Судом апелляционной инстанции установлено, что финансовый управляющий в заявлении со ссылкой на положения статей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации также указывал, что договор дарения является мнимой сделкой.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не установил необходимых условий для признания сделки должника недействительной на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

Согласно абзацу шестому пункта 8 постановления № 63 судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы (пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления № 63 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие

условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Вместе с тем доказательства мнимости сделки заявителем не представлены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Вместе с тем, само по себе совершение дарения, то есть безвозмездной сделки, в отношении заинтересованного лица (сыновей), не может свидетельствовать о злоупотреблении правом с учетом целей совершения этой сделки.

Материалами дела подтверждено, что право собственности зарегистрировано за ответчиками. Также из материалов дела следует, что индивидуальный предприниматель ФИО5 после совершения оспариваемой сделки и до настоящего времени сдает имущество в аренду, что подтверждается договорами аренды (т.2, л.д. 1-49).

Совершенное должником дарение в пользу сыновей не подпадает под запреты дарения, установленные статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, и может рассматриваться в качестве обычного поведения граждан, особенно в отношениях между близкими родственниками.

Действующим законодательством не запрещено собственнику распоряжаться своим имуществом, такое поведение является разумным для добросовестного гражданина. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При рассмотрении настоящего обособленного спора факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу не установлен, в связи с чем основания для признания оспариваемой сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, отсутствуют.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки, о намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Между тем для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления № 63).

В рассматриваемом случае злоупотребление правом со стороны должника и ответчиков не усматривается.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд не усмотрел признаков мнимости отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

Более того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что оснований для применения положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае не имеется, поскольку указываемые финансовым управляющим пороки оспариваемой сделки не выходят за диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств обособленного спора, установив, что финансовым управляющим не доказана совокупность условий для признания сделки недействительной, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как соответствующими нормам права и представленным в материалы дела доказательствами.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы проверены судом апелляционной инстанции подлежат отклонению ввиду их несостоятельности по вышеизложенным мотивам.

Иная оценка заявителями апелляционных жалоб обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При этом доводы ФИО8, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу должника, о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом, отклоняются судом апелляционной инстанции на основании следующего.

Согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи, суд, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Материалами дела не подтверждается наличие у должника умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их

надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителей апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.02.2025 по делу № А43-19169/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья Н.В. Евсеева

Судьи С.Г. Кузьмина

К.В. Полушкина