Постановление от 28 февраля 2024 г. по делу № А57-27583/2019

459/2024-8396(3)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-2464/2021

Дело № А57-27583/2019
г. Казань
28 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 28 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Егоровой М.В.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (протоколирование ведется с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии представителей:

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 18.06.2022),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 12.10.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023

по делу № А57-27583/2019

по требованию ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Саратовского акционерного производственно-коммерческого общества «Нефтемаш» (ОГРН <***>, ИНН),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 22.03.2022 Саратовское акционерное производственно-коммерческое общество «Нефтемаш» (далее - должник, АО «Нефтемаш-САПКОН») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда Саратовской области от 01.11.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Саратовской области 19.10.2021 поступило требование ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов суммы задолженности в размере 3 006 838 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 12.10.2023 требования ФИО2 к АО «Нефтемаш-САПКОН» в размере 3 006 838 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 определение Арбитражного суда Саратовской области от

12.10.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 12.10.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым признать обоснованными и включить требования в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Нефтемаш-САПКОН» в размере 3 000 000 руб. основного долга и 6 838 руб. процентов за пользование заемными средствами.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО2 ссылается на отсутствие причинения вреда кредиторам, отсутствие признаков неплатежеспособности. Кроме того, заявитель указывает на разные выводы судов по одним обстоятельствам в рамках разных обособленных споров.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие. Судебная коллегия считает возможным рассмотреть кассационную жалобу в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ законность судебных актов проверена в кассационном порядке исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и возражений, изложенных в отзыве.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 (займодавец) и АО «Нефтемаш-САПКОН» (заемщик) заключен договор займа от 27.06.2019 (далее – договор).

Согласно пункту 1.1. договора заемщик принимает у займодавца денежную сумму в размере 3 000 000 руб. на мероприятия, предусмотренные Уставной деятельностью заемщика.

Согласно пункту 2.2. заемщик обязуется уплатить займодавцу одновременно с погашением суммы займа процент за использование заемных денежных средств в размере 0,1 % годовых. В подтверждение выдачи займа ФИО2 также представлена копия чека-ордера по операции № 5004 от 27.06.2019. У должника АО «Нефтемаш-САПКОН» по указанному договору образовалась задолженность в размере 3 000 000 руб. основного долга и 6 838 руб. процентов за пользование заемными средствами. Данные обстоятельства явились основанием для обращения ФИО2 в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, признавая обоснованными требования кредитора ФИО2, исходил из представленных документов, подтверждающих обоснованность заявленного требования. Вместе с тем, признавая требования ФИО2 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из фактической аффилированности должника с ФИО2, кроме того, договор займа заключен в период имущественного кризиса должника. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что заявитель не согласен с понижением очередности его требования.

Суд округа считает выводы судов обоснованными.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Согласно пункту 2 Обзора, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по

подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную деятельность должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такое лицо подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение аффилированности как юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063).

В рассматриваемом случае судами установлено, что на дату заключения договора займа (29.06.2019) ФИО2 являлась мажоритарным акционером, владеющим контрольным пакетом акций АО

«Нефтемаш-САПКОН» в размере 62% , т.е. являлась аффилированным лицом. Кроме того, ФИО2 является матерью ФИО5, которая являлась генеральным директором АО «Нефтемаш- САПКОН» и председателем Совета директоров, что подтверждает фактическую аффилированность заявителя и должника.

Установив указанные обстоятельства, суды сделали обоснованный вывод о том, что указанные выше юридические и физические лица относятся к одной группе в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

Согласно подпункту 3.1 пункта 3 Обзора контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Как указано в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований

контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Из материалов дела следует, что заем предоставлен без соответствующего обеспечения его возврата, при этом в условиях, когда финансовое состояние должника не гарантировало возврата займа. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Вопреки доводам кредитора, факт того, что договор займа между АО «Нефтемаш-САПКОН» и ФИО2 был заключен в условиях имущественного кризиса подконтрольного ему должника подтверждается установленными судом обстоятельствами как в рамках данного обособленного спора так и в рамках иных обособленных споров.

Заявление о несостоятельности (банкротстве) АО «Нефтемаш- САПКОН» принято Арбитражным судом Саратовской области 19.11.2019. Договор займа заключен 29.06.2019., наличие задолженности в общей сумме 3 000 000 руб. подтверждается представленными в дело доказательствами: договором займа от 27.06.2019, копией чека-ордера по операции № 5004 от 27.06.2019.

Доказательств погашения задолженности в заявленном размере должником не представлено.

Согласно бухгалтерской отчетности должника, опубликованной в общедоступных источниках, выручка должника составляла: в 2016 г. - 468,7 млн. руб.; в 2017 г. - 392,2 млн. руб.; в 2019 г. - 239,2 млн. руб.;

Кредиторская задолженность должника составляла: в 2016 г. - 137,1 млн. руб., в 2017 г. - 177,5 млн. руб., в 2019 г. - 258,3 млн. руб., в 2020 г. - 280,1 млн. руб.

Прибыль должника составляла: в 2016 г. - 4,2 млн. руб., в 2017 г. - минус 10,6 млн. руб., в 2019 г. - минус 40,1 млн. руб.,

Выручка за 2019 год составила 239 169 000 руб., по итогам финансово-хозяйственной деятельности получен убыток в размере - 40 126 000 руб. Совокупные активы общества хотя и увеличились до 491 851 000 руб., но выросла и сумма кредиторской задолженности до 258 289 000 руб. Проанализировав бухгалтерский баланс должника на 2016, 2017, 2018, 2019 год, сведения из общедоступной системы «Картотека арбитражных дел», сведения с сайта ФССП судом установлено, что кредиторская задолженность у АО «Нефтемаш-САПКОН» начала образовываться в 2019 году.

На момент заключения договора займа (29.06.2019) у должника АО «Нефтемаш-САПКОН» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования по которым впоследствии были включены в реестр требований кредиторов.

Кроме того, судом первой инстанции была проанализирована выписка по расчетному счету должника за период с 03.01.19 по 10.10.2019 года, из которой следует, что денежные средства в размере 3 000 000 руб., предоставленные ФИО2 должнику в качестве займа, были направлены на выплату работникам заработной платы и уплаты налога на доходы физических лиц, что свидетельствует о нехватке у должника собственных денежных средств и компенсационном характере предоставленного займа.

Согласно условиям договора займа сумма займа должна быть возвращена не позднее 30.12.2019. Однако, кредитором каких-либо мер ко взысканию указанной задолженности принято не было, а предъявлено требование к должнику в отношении спорной задолженности только в рамках настоящего дела о банкротстве.

Совокупность вышеперечисленных обстоятельств, по мнению судов, указывает на то, что полученные должником от заявителя денежные средства не являются заемными, а представляют собой компенсационное финансирование в соответствии со смыслом этого понятия, приведенного в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор).

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному выводу о доказанности заявителем реальности правоотношений между должником и кредитором, которые вместе с тем, по своей сути, представляют собой компенсационное финансирование общества, в ситуации нарастающего имущественного кризиса и неплатежеспособности должника, что с учетом разъяснения пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, является основанием для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником на момент предоставления займа кредитора.

Таким образом, суд первой и апелляционной инстанции пришли к правомерному выводу, что требования ФИО2 в размере 3 006 838 руб. обоснованы и подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, также не нарушены.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 12.10.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А57-27583/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья М.В. Егорова

Судьи Е.В. Богданова

А.А. Минеева