Решение от 22 января 2024 г. по делу № А40-21791/2023

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-21791/23-51-172
22 января 2024 года
город Москва



Резолютивная часть решения объявлена 15 января 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 22 января 2024 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи О. В. Козленковой, единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А. В. Власенко,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЯКОВЛЕВ» (ОГРН <***>)

к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МОСКОВСКИЙ ИНСТИТУТ ЭЛЕКТРОМЕХАНИКИ И АВТОМАТИКИ» (ОГРН <***>)

о взыскании по договору № 07-42681 от 20 апреля 2020 года неустойки в размере 9 520 723 руб. 05 коп.,


при участии:

от истца – ФИО1, по дов. № 42 от 20 декабря 2022 года; ФИО2, по дов. № 305 от 28 августа 2023 года;

от ответчика – ФИО3, по дов. № 77 АД 3344131 от 12 мая 2023 года;

У С Т А Н О В И Л:

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЯКОВЛЕВ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «МОСКОВСКИЙ ИНСТИТУТ ЭЛЕКТРОМЕХАНИКИ И АВТОМАТИКИ» (далее – ответчик) о взыскании по договору № 07-42681 от 20 апреля 2020 года неустойки в размере 9 520 723 руб. 05 коп.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 20 апреля 2020 года между истцом (заказчиком, ранее – ПАО «КОРПОРАЦИЯ «ИРКУТ») и ответчиком (исполнителем) был заключен договор № 07-42681 на выполнение опытно-конструкторской работы по теме «Разработка Комплексной Системы Управления и Блока рычагов управления двигателями» для самолетов семейства Sukhoi Super jet NEW.

В соответствии с пунктом 1.1. договора исполнитель обязался выполнить в соответствии с условиями договора и своевременно сдать заказчику опытно-конструкторские работы (составную часть опытно-конструкторской работы) по теме: «Разработка Комплексной Системы Управления и Блока рычагов управления двигателями» для самолетов семейства Sukhoi Superjet NEW», в соответствии с приложением № 2 «Ведомость исполнения» (далее – ВИ), а заказчик обязался принять и оплатить её.

В соответствии с пунктом 2.1. договора ОКР выполняется исполнителем в полном соответствии с требованиями приложения № 1 «Техническое задание на выполнение опытно-конструкторских работ по теме: Разработка Комплексной системы управления и Блока рычагов управления двигателями для самолетов семейства Sukhoi Superjet NEW» (далее - ТЗ), являющегося неотъемлемой частью договора. Целью (результатом) выполнения работ по договору является: конструкторская документация, опытные образцы и иные результаты работ, предусмотренные ТЗ (приложение № 1 к договору) и «Ведомостью исполнения» (приложение № 2 к договору), разработанные в соответствии с условиями договора. Этап ОКР по договору считается выполненным и подлежащим оплате по достижении цели (результата) выполнения работ по договору в соответствии с ВИ.

В соответствии с пунктом 2.2. договора содержание и сроки выполнения ОКР определяются приложением № 2 «Ведомость исполнения», в полном объеме.

В соответствии с пунктом 4.1. договора ОКР (этап ОКР) выполняется в сроки, указанные в ВИ с учетом предоставления заказчиком исходных данных. Перечень исходных данных подлежит согласованию сторонами в течение десяти рабочих дней с даты заключения договора путем заключения дополнительного соглашения.

В соответствии с пунктом 7.1. договора стороны пришли к соглашению определить предельную ориентировочную цену ОКР, выполняемой исполнителем в размере: 6 700 000 000 руб., в том числе по этапам согласно ВИ: по этапу № 2 - 470 804 657 руб. 34 коп.

Согласно статье 769 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (в редакции, действовавшей на момент заключения договора), по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее..

В силу п. 1 ст. 774 ГК РФ, заказчик в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан принять результаты выполненных работ и оплатить их.

В соответствии с положениями статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В обоснование исковых требований истец указал, что в соответствии с ВИ (в редакции дополнительного соглашения № 14 от 18.11.2022 к договору) срок сдачи этапа № 2 «Технический проект» - 31.07.2020. Как указано в пункте 6.2. договора, за 20 дней до окончания ОКР (этапа ОКР) исполнитель обязан в письменной форме уведомить заказчика о готовности ОКР (этапа ОКР) к сдаче. Вместе с уведомлением исполнитель представляет заказчику акт сдачи-приемки ОКР (этапа ОКР) в трёх экземплярах, приложив отчет о выполнении ОКР (этапа ОКР) и другие результаты работ и отчетные материалы, предусмотренные ТЗ и/или ВИ. Однако ответчиком в нарушение условий договора и ВИ сорван срок выполнения этапа № 2 ОКР. Акт сдачи-приемки по этапу № 3 подписан 03.11.2020, просрочка составляет 95 дней. В связи с чем истец начислил неустойку в сумме 9 520 723 руб. 05 коп. за период с 01.08.2020 по 03.11.2020 на основании пункта 10.3. договора.

Согласно статье 778 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора), к срокам выполнения и к цене работ, а также к последствиям неявки заказчика за получением результатов работ применяются соответственно правила статей 708, 709 и 738 настоящего Кодекса.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 708 ГК РФ, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно ст. 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В соответствии с пунктом 10.3. договора за нарушение исполнителем по вине исполнителя срока выполнения этапа ОКР исполнитель по письменному требованию заказчика выплачивает заказчику неустойку в размере 0,03 % от цены этапа ОКР за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего за днем окончания этапа ОКР в соответствии с приложением № 2 («Ведомость исполнения») до момента подписания сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ этапа ОКР, но не более стоимости этапа ОКР.

При начислении неустойки истцом не были учтены следующие обстоятельства.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее - мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Согласно Распоряжению Правительства Российской Федерации от 20.08.2009 № 1226-р «Об утверждении перечня стратегических предприятий и организаций», ответчик, Московский институт электромеханики и автоматики, включен в перечень стратегических организаций, под номером - 280.

В соответствии с пунктом 5 постановления Правительства РФ от 03.04.2020 № 428 данный документ вступает в силу со дня официального опубликования - с 06.04.2020 и действует в течение шести месяцев, то есть до 06.10.2020.

Введенный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 мораторий на банкротство является мерой государственной поддержки в условиях ухудшения ситуации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции. Включение лица в соответствующий акт Правительства Российской Федерации (перечень организаций) свидетельствует о предоставлении меры поддержки в виде моратория на банкротство.

В силу подпункта 2 п. 3 ст. 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве.

Порядку применения указанного постановления Правительства РФ даны разъяснения в «Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2», утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020 (вопрос 10 Обзора). Верховным Судом РФ указано, что одним из последствий введения моратория на возбуждение дел о банкротстве является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств.

Исходя из буквального содержания норм подпункта 2 п. 3 ст. 9.1 и абзаца десятого п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве, включение должника в один из перечней лиц, определенных постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 428, является достаточным основанием для освобождения такого должника от уплаты неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение им денежных обязательств до введения моратория. Установление наличия иных дополнительных оснований или условий для освобождения от уплаты финансовых санкций, в том числе, наличия у должника признаков банкротства, возбуждения в отношении него дела о банкротстве и тому подобное, в соответствии с положениями названных выше правовых норм не требуется.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 44) разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845 по делу № А40-78279/2022 указано, что разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого в определенных случаях, даны в пункте 1 постановления Пленума № 44).

В силу пункта 7 указанного постановления в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028.

Следовательно, мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств и обязательных платежей в период с 06.04.2020 по 06.10.2020.

Довод истца о том, что спорный договор заключен после введения моратория, отклоняется судом, поскольку, согласно абзацу 2 пункта 13.1. договора, стороны договорились в порядке п. 2 ст. 425 ГК РФ распространить действие договора на отношения сторон, возникшие с 01.12.2019.

При этом судом учитывается, что мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении данных организаций российской экономики действовал только с 06.04.2020 по 06.10.2020.

В настоящее время (после 06.10.2020) согласно сведениям, размещенным на сайте Федеральной налоговой службы Российской Федерации, ПАО «МИЭА» не включено в перечень лиц, на которых распространяется действие моратория, поскольку Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.10.2020 № 1587 мораторий продлен только в отношении организаций и индивидуальных предпринимателей, код основного вида деятельности которых в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности указан в перечне отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, и не продлен в отношении системообразующих организаций российской экономики.

Ни один из указанных в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика видов деятельности не отражен в перечне отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в результате распространения новой коронавирусной инфекции, сведения о включении ответчика в такой перечень отсутствуют на сайте https://service.nalog.ru/covid/, в связи с чем доводы о распространении в отношении ПАО «МИЭА» моратория в последующий период с 07.10.2020 по 03.11.2020 подлежат отклонению.

Таким образом, вышеуказанные основания, препятствующие начислению неустойки за заявленный истцом период с 07.10.2020 по 03.11.2020, отсутствуют.

Однако суд приходит к выводу о том, что оснований для начисления неустойки за период с 07.10.2020 по 03.11.2020 (28 дней) у истца также не имелось в связи со следующим.

Пунктом 3.4.3. договора установлена обязанность заказчика своевременно предоставлять исходные данные, необходимые для выполнения работ исполнителем.

В соответствии с пунктом 4.1. договора перечень исходных данных подлежит согласованию сторонами в течение десяти рабочих дней с даты заключения договора путем заключения дополнительного соглашения.

Такое дополнительное соглашение заключено не было.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5.2. договора выполнение этапов ОКР подлежит контролю качества и приемке НИ/ВП МО РФ исполнителя в порядке и на условиях, отдельно согласованных сторонами в течение 2 месяцев с даты заключения договора. При этом приемка результатов ОКР, контроль за ходом выполнения ОКР со стороны НИ/ВП МО РФ исполнителя, а также выполнением исполнителем иных условий настоящего договора осуществляется: при разработке исполнителем компонента III класса категории А - в соответствии с ФАП-21, разделы О, G и J; в остальных случаях - по решению НИ (ВП МО РФ) заказчика - ВП МО РФ, закрепленным за Исполнителем/НИ (ВП МО РФ) заказчика/заказчиком. Приёмка ВП МО РФ/НИ (ВП МО РФ) исполнителя не является окончательной приемкой результата работ, выполняемых по договору.

В соответствии с пунктом 5.3. договора во исполнение пункта 5.2. договора, заказчик в течение 1 месяца с даты заключения договора направит исполнителю проект дополнительного соглашения, предусматривающего дополнение договора условиями о контроле качества выполнения ОКР.

Таким образом, срок исполнения заказчиком данного обязательства – по 20 мая 2020 года.

В нарушение условий договора (по истечении трех месяцев с даты заключения договора) письмом от 09.07.2020 № 154/5334 истец уведомил ответчика, что в соответствии с Федеральными авиационными требованиями, раздел 21 (далее – ФАП-21), утвержденными и введенными в действие 08.12.2019, в качестве Независимой инспекции в организациях заявителя, разработчика и изготовителя назначается военное представительство Минобороны России, на которое возложены функции по контролю за соответствием изделия конструкторской документации, предъявляемого на сертификационные испытания.

Указанное уведомление поступило в адрес ответчика за пределами сроков выполнения и сдачи ответчиком результатов работ по этапу 2 ОКР.

Несвоевременное предоставление истцом информации повлекло за собой необходимость переоформления ранее направленных отчетных документов в соответствии с требованиями ФАП-21, что также исключает вину ответчика.

Как установлено судом, уведомление о готовности к сдаче работ по этапу №2 «Технический проект», а также акт сдачи-приемки работ по этапу № 2 с другими отчетными документами в 3-х экземплярах были представлены ответчиком с сопроводительным письмом № 822-5/2313 от 10.06.2020 и приняты истцом 11.06.2020, согласно входящей отметке на сопроводительном письме.

В соответствии с пунктом 6.3. договора заказчик в течение 20 рабочих дней со дня получения акта сдачи-приемки ОКР, и других отчетных материалов, направляет исполнителю один экземпляр подписанного акта сдачи-приемки или письменный мотивированный отказ от приемки работ, в случае выявления заказчиком несоответствия результатов ОКР (этапа ОКР) условиям договора с указанием срока на устранение недостатков. Выявленные недостатки устраняются исполнителем за его счет. В случае отсутствия мотивированного отказа в указанный срок работа считается выполненной.

Таким образом, срок рассмотрения отчетных материалов – по 10.07.2020 включительно.

Истец указал, что 10.07.2020 направил в адрес ответчика Координационный меморандум № RRJ-SU-EA-20-119 с перечнем замечаний к представленным ответчиком материалам, препятствующим завершению работ по этапу № 2, что является мотивированным отказом истца в принятии работ по этапу № 2.

Суд соглашается с доводом ответчика о том, что направленный в электронном виде в адрес ответчика 10.07.2020 координационный меморандум № RRJ-SU-EA-20-119, не подписанный квалифицированной электронной подписью, не является мотивированным отказом истца в принятии работ по этапу № 2 по следующим причинам:

- пунктом 6.3. договора предусматривается определенная процедура принятия или отклонения очередного этапа выполнения работ, путем направления подписанного акта сдачи-приемки работ или письменного мотивированного отказа от приемки. В силу части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью;

- в пункте 2 указанного координационного меморандума изложено прямое указание на неофициальный характер данного документа (до получения ПАО «МИЭА» соответствующего официального письма ПАО «Корпорация «Иркут»);

- статус подобного координационного меморандума условиями договора не определен.

О рекомендательном характере координационного меморандума также свидетельствует его содержание, в соответствии с которым истец просит ответчика рассмотреть перечень замечаний. Из чего следует, что такие замечания не носят безусловный характер, а требуют совместной проработки на предмет их обоснованности.

Таким образом, в соответствии с пунктом 6.3. договора, из-за отсутствия мотивированного отказа истца в установленный срок (конечная дата - 10 июля 2020 года) работа по этапу № 2 «Технический проект» считается выполненной.

Отказ истца от приемки работ по этапу № 2 «Технический проект» по договору, выраженный в письме от 27.07.2020 за № 154/6186, был предоставлен по истечении срока направления мотивированного отказа от приемки результатов работ, как это предусмотрено пунктом 6.3. договора.

Замечания, направленные спустя 1,5 месяца с даты направления результатов работ, не могут являться основанием для привлечения ответчика к ответственности за нарушение сроков выполнения работ по этапу 2 СЧ ОКР.

В Постановлении Президиума ВАС РФ № 12945/13 от 17 декабря 2013 года указано, что момент окончания оказания услуг (выполнения работ) не должен определяться датой утверждения заказчиком акта сдачи-приемки, так как это ставит приемку работ в зависимость исключительно от усмотрения заказчика. По смыслу статьи 773 ГК РФ исполнитель в договорах на выполнение НИОКР по общему правилу обязан выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок.

Заказчик же несет обязанность принять результаты выполненных работ и оплатить их (статья 774 ГК РФ).

Соответственно, обязательство исполнителя по выполнению работ считается исполненным в момент предъявления результата выполненных работ к приемке, а не после их фактической приемки заказчиком.

В возражениях на отзыв истец указал, что, принимая во внимание Указы Президента Российской Федерации № 345 от 29.05.2020 и № 354 от 01.06.2020, последним днем направления истцом мотивированного отказа от приемки работ является 14.07.2020.

Указанный довод истца отклоняется судом, поскольку основан на неверном толковании действующего законодательства.

Нерабочие дни, объявленные Указами Президента Российской Федерации № 345 от 29.05.2020, № 354 от 01.06.2020 не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию Гражданским кодексом Российской Федерации, под которым понимаются выходные и нерабочие праздничные дни, предусмотренные статьями 111, 112 Трудового кодекса Российской Федерации.

Иное означало бы приостановление исполнения всех без исключения гражданских обязательств в течение длительного периода и существенное ограничение гражданского оборота в целом, что не соответствует целям названных Указов Президента Российской Федерации (Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 (вопрос 5); Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020 (вопрос 1).

При отсутствии иных оснований для освобождения от ответственности за неисполнение обязательства, установление нерабочих дней, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), основанием для переноса срока исполнения обязательства не является.

Также суд учитывает, что в примечании к п. 3.2.2 ТЗ 5000-10 указано, что окончательный состав электронной системы дистанционного управления (ЭСДУ) представляется исполнителем на этапе Технического проектирования.

Письмом от 29.05.2020 № 903/2142 ответчиком было направлено предложение относительно вопроса об архитектуре КСУ и количества вычислителей верхнего уровня самолета SSJ-NEW.

В направленных документах была представлена архитектура КСУ с организацией вычислителей верхнего уровня по принципу трех контролируемых пар.

Вместе с тем, истец в ответе от 26.06.2020 № 008-СДУ/4763 (после сдачи результатов работ по этапу 2 ОКР) сообщил, что представленная позиция ответчика относительно вопроса об архитектуре КСУ не может быть принята, так как разработка самолета SSJ-NEW проводится в крайне сжатые сроки, в рамках процедуры главного изменения типовой конструкции самолета RRJ-95 (SSJ100). Поэтому во избежание рисков срыва сроков программы требования, изложенные в ТЗ на КСУ, разработаны с учетом максимального сохранения уже одобренных авиационными властями России и Европейского союза (EASA) технических решений, ранее реализованных в системе управления самолетов RRJ-95.

Однако уже 07.07.2020 в результате рабочей встречи сторон истцом принято решение о внесении изменений в архитектуру КСУ с учетом изменения первоначальных требований ТЗ (протокол от 07.07.2020).

В связи с чем ответчик по поручению истца должен был в срок до 31.07.2020 представить истцу обновленные документы по этапу 2 «Технический проект» с учетом принятой архитектуры и вычислителями верхнего уровня, размещенными в кабинетах по схеме: Кабинет 1 (2 пары) + Кабинет 2 (1 пара).

Таким образом, соблюдению ответчиком установленных договором сроков выполнения работ препятствовало представление истцом новых исходных данных, необходимых для выполнения работ, выраженное фактически в изменении первоначального ТЗ, т.е. имеют место обстоятельства, не зависящие от воли и действий самого ответчика.

При таких обстоятельствах ответчик не может нести ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств по этапу 2 ОКР, а равно нести ответственность за неисполнение истцом своих встречных обязательств.

Также ответчик в дополнительных письменных объяснениях ссылается и на иные обстоятельства, препятствующие выполнению работ в установленный срок (предъявление заказчиком иных новых исходных данных).

В силу п. 3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя (п. 1 ст. 777 ГК РФ).

Исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

На основании вышеизложенного, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку вина исполнителя в нарушении сроков выполнения работ истцом не доказана.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на истца.

Как установлено судом, при оглашении и размещении резолютивной части судебного акта 19 декабря 2023 года по делу № А40-21791/23 судом была допущена описка при указании наименования истца. Вместо «ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЯКОВЛЕВ»» указано «ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННАЯ КОРПОРАЦИЯ «ИРКУТ»».

Возможность исправления описок, опечаток и арифметических ошибок предусмотрена статьей 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), согласно части 3 которой, арбитражный суд, принявший судебный акт, по заявлению лица, участвующего в деле, либо по своей инициативе вправе исправить допущенные в судебном акте описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

Исходя из смысла вышеназванной нормы права исправление судом по собственной инициативе своих описок, опечаток и арифметических ошибок допускается лишь без изменения самого существа принятого судебного акта и тех выводов, к которым пришел суд на основании исследования доказательств, установленных обстоятельств и подлежащих применению норм материального и (или) процессуального права. Под опечаткой (опиской) понимается случайная ошибка, допущенная в письменном (печатном) тексте и сделанная по рассеянности и (или) невнимательности судьи, описки и опечатки, связанные с искажениями наименования юридического лица и (или) данных граждан (фамилия, имя и иное), а также с неправильным написанием в решении слов и выражений, а также цифр, имеющих юридическое значение, но обнаруженные лишь после оглашения судебного акта.

Данная описка не изменяет содержание судебного акта, в связи с чем подлежит исправлению при изготовлении мотивированного решения в соответствии со статьей 179 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 9, 65, 110, 123, 156, 167 - 170 АПК РФ,



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова