Решение от 7 мая 2024 г. по делу № А41-44023/2022

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-44023/2022
08 мая 2024 года
г.Москва


Резолютивная часть решения объявлена 02 мая 2024 года

Полный текст решения изготовлен 08 мая 2024 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Т.Ю. Цыганковой

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Комитета имущественных отношений Администрации городского округа Электросталь Московской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии в заседании лиц, согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Комитет имущественных отношений Администрации городского округа Электросталь Московской области (далее — истец) обратился в Электростальский городской суд Московской области с иском к ФИО2 (далее — ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в размере 115 815 646,17 руб.

Определением Электростальского городской суд Московской области от 10.02.2022 дело №2-657/2022 по названному иску передано в Павлово-Посадский городской суд Московской области по подсудности.

Определением Павлово-Посадского городского суд Московской области от 22.04.2022 дело №2-1023/2022 по названному иску передано в Арбитражный суд Московской области по подсудности.

Названные судебные акты от 10.02.2022 и 22.04.2022 сторонами не обжаловались, вступили в законную силу.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.06.2022 названный иск принят к производству, делу присвоен номер А41-44023/22.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), при применении положений пункта 5 статьи 10, статей 11, 12, 15, 53, 53.1, 64.2, 399, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), пункта 3.1 статьи 3, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее — Закон об ООО), статей 9, 17, 21.1, 22 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее — Закон о государственной регистрации юридических лиц), абзаца 1 пункта 1 статьи 9, 61.11, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее — Закон о банкротстве),

и с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 1, 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.062020; в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018) (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018), в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 №305-ЭС19-17007(2); позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.05.2021 №20-П, определениях от 13.03.2018 года №580-О, №581-0 и №582-О, от 29.09.2020 №2128-О,

принимая во внимание то, что исключение ответчика из Единого государственного реестра юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, поскольку в течение длительного времени генеральный директор/участник общества не предоставлял достоверные данные об обществе; учитывая, что ответчик как участник ООО «ИГ «Кречет» (далее — Общество) не предпринял никаких действий к погашению задолженности, в том числе не принял действий к прекращению либо отмене процедуры исключения из ЕГРЮЛ, а именно, не обратился в налоговый орган с заявлением об отмене решения о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ, зная о наличии у Общества непогашенных обязательств перед истцом, при этом, действуя добросовестно, имел полномочия на принятие решений о ликвидации общества и осуществления расчетов с кредиторами либо по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества; установив, что указанное бездействие повлекло за собой исключение общества из ЕГРЮЛ и лишило истца, как кредитора общества, возможности участвовать в деле о банкротстве общества, и, в конечном счете, повлекло за собой невозможность погашения задолженности Общества перед истцом, при этом, указанные действия ответчика противоречат основной цели деятельности коммерческой организации; принимая во внимание, что исключение общества из ЕГРЮЛ вызвано виновными действиями ответчика, который, являясь лицом, ответственным за своевременное представление достоверных сведений об обществе и отчетности, фактически прекратил деятельность юридического лица; учитывая, что в действиях ответчика имеются признаки злоупотребления правом, неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчика, являвшимся лицом, контролирующим деятельность общества согласно положениям пунктов 1–3 статьи 53.1 ГК РФ; учитывая, что лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами; между тем, как следует из материалов дела, ответчик таких доказательств не представил, не доказал правомерность своих действий и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами; установив, что истцом не пропущен срок исковой давности,

решением Арбитражного суда Московской области от 04.05.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023, заявленные исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.11.2023 указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость оценки всех доводов ответчика; установления наличия (отсутствия) причинно-следственной связи между поведением ответчика и невозможностью погашения требований кредитора, оказав, при необходимости, содействие сторонам спора в истребовании доказательств, имеющих отношение к финансово-хозяйственной деятельности общества; разрешения спора в соответствии с требованиями действующего законодательства и с учетом фактических обстоятельств настоящего дела.

При новом рассмотрении в судебном заседании присутствовали представители сторон, выслушав доводы которых и исследовав, с учетом разъяснений суда кассационной инстанции, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ Общество было зарегистрировано 21.08.2010 за ОГРН <***>, единственным участником Общества являлся ответчик — ФИО2 (ИНН <***>), ГРН и дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения 2145053020308 14.10.2014; номинальная стоимость доли (в рублях) 10 000 размер доли 100 %.

18.06.2018 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице в отношении Общества (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ) за ГРН 6185053209819.

25.09.2019 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №23 по Московской области в отношении Общества было принято решение №11588 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

21.06.2021 налоговый орган исключил Общество из ЕГРЮЛ (ГРН 2215001349682).

Из материалов дела следует, что вступившими в законную силу судебными актами (решения Арбитражного суда Московской области от 30.05.2017 по делу №А41-21189/17, от 10.06.2016 по делу № А41-19590/16, от 17.03.2017 по делу №А41-2245/17, от 06.12.2016 по делу № А41-68483-16, от 20.11.2017 по делу № А41-64468/17, от 05.04.2018 по делу № А41-4285/18) с Общества в пользу истца взыскана задолженность по арендной плате по договору аренды земельного участка от 20.07.2011 №2343 за следующие периоды: с 01.01.2015 по 14.03.2016 в размере 6 364 386 руб., а также пени в размере 739 805,76 руб.; с 15.03.2016 по 30.06.2016 в размере 3 182 193 руб., а также пени в размере 97 056,89 руб.; с 01.07.2016 по 30.09.2016 в размере 1 591 096,50 руб., а также пени в размере 11 933,22 руб.; 4-й квартал 2016 года сумма долга в размере 1 591 096,50 руб., а также пени в размере 12 728,77 руб.; с 01.01.2017 по 04.05.2017 в размере 1 591 096,50 руб., а также пени в размере 39 777,41 руб.; с 01.04.2017 по 04.05.2017 в размере 594 475,62 руб.

На основании вступивших в законную силу вышеперечисленных судебных актов истцу выданы исполнительные листы ФС №017382299, ФС №007317072, ФС №017388778, ФС №015347839, ФС №012218879 и ФС №024445817.

Исполнительные производства по указанным исполнительным документам окончены Электростальским городским отделом судебных приставов УФССП России по Московской области в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, что подтверждается представленными в материалы дела постановлениями судебного пристава-исполнителя Электростальского ГОСП об окончании исполнительных производств. Общество (ОГРН <***>) исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, дата прекращения 21.06.2021 (ГРН 2215001349682).

На момент состоявшихся судебных актов и исключения Общества из ЕГРЮЛ контролирующим должника лицом являлся ответчик — ФИО2 (ИНН <***>).

Как указал истец, будучи единственным учредителем Общества ответчик действовал неразумно и недобросовестно, что привело к тому, что задолженность перед истцом не была погашена. По мнению истца, несмотря на то, что Общество обладало признаками недостаточности имущества (наличие неисполненных обязательств на сумму 15 815 646,17 руб., подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами), ответчик не исполнил обязанности по подаче заявления о признании Общества банкротом.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая по существу иска и том числе поддерживая изложенные в представленных в материалы дела письменных позициях доводы, присутствующий в судебном заседании представитель ответчика ссылался на неправомерность применения положений части 3.1 статьи 3 Закона об ООО к спорным правоотношениям ввиду возникновения долгов Общества в период до введения в действие указанной нормы и не распространения её на данный период; отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и невозможностью Общества удовлетворить требования кредиторов, а равно того, что именно виновные действия ответчика привели к отсутствию у Общества такой возможности; на наличие объективных обстоятельств отсутствия у Общества такой возможности.

Исследовав и оценив все представленные доказательства, суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению, в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 11, статьи 12 ГК РФ и статьи 2 АПК РФ арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных прав. В соответствии с частью. 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Согласно пункту 1 статьи 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

В соответствии с пунктом 9 статьи 63 ГК РФ ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо — прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц.

Согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.

Между тем, участники общества не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества только по тому основанию, что имели право давать обязательные для общества указания, наличие задолженности, не погашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков, как участников общества, в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.

В соответствии с принципом состязательности участников арбитражного процесса (части 2, 3 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в Закон об обществах с ограниченной ответственностью, в частности статья 3 дополнена пунктом 3.1 в следующей редакции: «Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества».

Таким образом, из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1–3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285, от 06.07.2020 №307-ЭС20-180, от 17.07.2020 №302-ЭС20-8980 и др.

Между тем, поскольку задолженность Общества перед кредитором возникла до даты вступления в законную силу вышеуказанного закона (до 30.07.2017), следовательно, ответственность, предусмотренная данной нормой, не распространяется на нарушения, возникшие ранее указанной даты. Указанные обстоятельства свидетельствуют об обоснованности доводов ответчика, касающихся неприменения положений пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО к рассматриваемым правоотношениям, в связи с чем суд полагает возможным согласиться с указанными доводами.

Преюдициальное значение для настоящего спора в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеет то обстоятельство, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 02.12.2019 по делу №A41-83112/19 установлено фактическое прекращение должником своей деятельности.

Между тем из данных ЕГРЮЛ следует, что запись о недостоверности сведений об адресе юридического лица в отношении Общества внесена в ЕГРЮЛ еще 18.06.2018, в то время как устранение записи о недостоверности юридического адреса представлялось невозможным для Общества в ситуации объективной необходимости наличия у него денежных средств для внесения арендной платы за аренду иного нежилого помещения и в условиях отсутствия у Общества в указанный период времени требующихся денежных средств.

При таких обстоятельствах, действуя разумно и добросовестно, ответчик объективно не имел возможности устранить запись о недостоверности сведений об адресе юридического лица в ЕГРЮЛ и каким-либо образом воспрепятствовать исключению Общества из ЕГРЮЛ на основании подпункта б пункта 5 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации юридических лиц.

В рамках возбужденного Арбитражным судом Московской области и рассматриваемого в период с 11.01.2019 по 05.03.2020 производства по делу №A41-83112/19 о несостоятельности (банкротстве) в отношении Общества решением Арбитражного суда Московской области от 02.12.2019 года по названному делу в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, утвержден конкурсный управляющий. Соответственно, в силу статьи 126 Закона о банкротстве полномочия руководителя Общества были прекращены с указанной даты.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2020 производство названному по делу о банкротстве было прекращено в связи с отсутствием у Общества активов, достаточных для финансирования процедуры банкротства. Между тем, после этого ответчик не наделялся полномочиями единоличного исполнительного органа Общества, следовательно, не имел правовой и фактической возможности действовать от имени Общества, в том числе, вносить какие-либо изменения в ЕГРЮЛ в период с 02.12.2019 по 21.06.2021 (дата исключения общества из ЕГРЮЛ).

В этой связи суд полагает возможным согласиться с доводом ответчика о том, что непринятие мер по ликвидации Общества в порядке статей 61-64 ГК РФ было вызвано тем обстоятельством, что кредитором в Арбитражный суд Московской области было подано заявление о признании Общества банкротом, что само по себе исключало возможность его ликвидации.

Поскольку само по себе исключение Общества из ЕГРЮЛ не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, а доказательств, опровергающих объективные обстоятельства отсутствия у Общества доходов в рассматриваемый период вследствие прекращения им хозяйственной деятельности в материалы дела не представлено и эти обстоятельства не могут быть не приняты во внимание, у суда не имеется оснований полагать, что к невозможности удовлетворения требований кредитора привели виновные действия ответчика.

Кроме того из материалов дела следует, что ранее в рамках указанного дела о банкротстве в отношении Общества рассматривался спор о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по заявлению конкурсного управляющего, производство по которому было прекращено, что исключает повторное разрешение иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, поданный вне рамок дела о банкротстве, если ранее требование по тем же основаниям и к тому же лицу было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания.

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

Между тем, имеющиеся в материалах дела доказательства и приведенные истцом в обоснование своей позиции доводы не учитывают фактического состояния доходов общества и дату прекращения Обществом хозяйственной деятельности; не свидетельствуют о наличии в действиях ответчика состава убытков, обстоятельствах наличия в его действиях вины и причинно-следственной связи с обстоятельствами непогашения Обществом задолженности перед истцом, а равно отсутствием у Общества возможности погашения такой задолженности. Равным образом в материалы дела не представлено доказательств свидетельствующих о том, что цель прекращения хозяйственной деятельности Общества была обусловлена именно уходом от оплаты долга, а не объективными причинами.

Учитывая изложенное, суд не находит заявленные исковые требования обоснованными и не усматривает законных оснований для их удовлетворения.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска разрешается по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме).

Судья Т.Ю. Цыганкова