Решение от 25 сентября 2018 г. по делу № А63-21683/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-21683/2017
г. Ставрополь
25 сентября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2018 года

Полный текст решения изготовлен 25 сентября 2018 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Соловьёвой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Буденновск, ОГРН <***>,

к межрайонной ИФНС № 6 по Ставропольскому краю, г. Буденновск, ОГРН <***>,

о признании недействительным решения от 22.06.2017 № 12,

при участии ФИО2 (паспорт), представителя заявителя ФИО3 по доверенности от 16.10.2017 № 5, представителей заинтересованного лица ФИО4 по доверенности от 28.12.2017 №67, ФИО5 по доверенности от 20.03.2017 № 27,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель) обратился с заявлением в Арбитражный суд Ставропольского края к межрайонной ИФНС России № 6 по Ставропольскому краю г. Буденновск (далее –инспекция) о признании недействительным решения от 22.06.2017 № 12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В судебном заседании заявитель и его представитель поддержали заявленные требования, по мотивам изложенным в заявлении, просили суд их удовлетворить.

Представители заинтересованного лица требования заявителя не признали, по мотивам изложенным в отзыве на заявление, просили в удовлетворении требований отказать.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд находит заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Как видно из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка предпринимателя по вопросам правильности исчисления единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, по результатам которой составлен акт от 07.03.2017 № 12 и вынесено решение от 22.06.2017 № 12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде доначисления налога по упрощенной системе налогообложения с объектом налогообложения (доходы) (далее – УСН) в сумме 1 404 570 руб., пени в сумме 495 720 руб. и штрафа в сумме 280 914 руб.

Решением управления ФНС России по Ставропольскому краю от 04.10.2017 № 08-20/ 025066 решение инспекции оставлено без изменения, а апелляционная жалоба без удовлетворения.

Полагая, что решение инспекции не соответствует действующему законодательству, предприниматель обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с настоящим заявлением.

Как видно из материалов дела, индивидуальный предприниматель ФИО2 с 20.02.2012 по 17.06.2013 являлся плательщиком единого налога, уплачиваемого в связи с применением УСН с объектом налогообложения доходы, с 28.06.2013 по настоящее время является налогоплательщиком единого налога, уплачиваемого в связи с применением УСН с объектом налогообложения доходы - расходы.

Проверкой установлено, что во 2 квартале 2013 года предпринимателем на основании договора купли-продажи от 27.04.2013 ФИО6 Вячеславовнеза 300 000 руб. продана часть нежилых помещений, находящихся по адресу: <...>, общей площадью 922 кв. м, а именно:

- нежилое помещение торгового центра, кадастровый номер 26:21:020322:0554:07:402:002:000000070:А:20021,20028, общей площадью 168,40 кв. м;

- нежилое помещение торгового центра, кадастровый номер 26:21:020322:0554:07:402:002:000000070:А:20023, 20023а,20024,20024а, 20025, 20025а, 20025б общей площадью 60,60 кв. м;

- нежилое помещение торгового центра, кадастровый номер 26:21:020322:0554:07:402:002:000000070:А:20019,20020,20020а, 20021а общей площадью 55,70 кв. м;

-нежилое помещение торгового центра, кадастровый номер 26:21:020322:0554:07:402:002:000000070:А:20003 общей площадью 138,30 кв. м;

- нежилое помещение торгового центра, (12, 17, 18, 61-63) кадастровый номер 26:21:020322:0554:767:168:1012:1017,1018,1061-1063:А общей площадью 143,20 кв. м;

- нежилое помещение торгового центра, (2,57-60), этаж 2, кадастровый номер 26:21:020322:0554:767:168:1002,1057-1060:А общей площадью 236,2 кв. м;

- нежилое помещение офисного помещения (1-18), этаж 1-2 кадастровый номер 26:21:020322:0054:767:168:1000:А общей площадью 119,60 кв. м.

Оплата ФИО6 произведена заявителем наличными денежными средствами.

При этом для определения рыночной стоимости продаваемого имущества, фактического состояния объектов недвижимости, условий его эксплуатации и ремонта предпринимателем 26.12.2012 заключен договор №858 с НП «Саморегулируемая организация «Национальная коллегия специалистов-оценщиков», в соответствии с которым заявителю был предоставлен отчет о рыночной стоимости спорных объектов недвижимости в сумме 370 000 руб.

В ходе проверки инспекцией установлено, что 15.05.2013 ФИО6 указанное выше имущество продано ФИО7 за 320 000 руб., которым, в свою очередь, 01.09.2014 продано имущество ФИО8 за 100 000 руб. Все приобретатели сдавали указанное имущество в аренду первоначальному собственнику ФИО2

По мнению инспекции, указанные выше лица являются взаимозависимыми, поскольку состоят в родственных отношениях (ФИО2, ФИО7, ФИО9 (супруг ФИО6) являются двоюродными братьями), следовательно, между указанными лицами имеются признаки согласованности, имеющие своей целью минимизацию налога, подлежащего уплате в бюджет при перепродаже имущества и получение необоснованной выгоды.

В рамках проверки предпринимателем была предоставлена копия договора от 07.05.2013 с ОАО «Сбербанк России» об открытии не возобновляемой кредитной линии в сумме 12 000 000 руб., где в качестве обеспечения по кредиту предоставлено имущество – нежилое помещение, общей площадью 598,8 кв. м номер на поэтажном плане 31, 43-50, 50а, 50б, 51-55 этаж 1 расположенное по адресу: <...> Оценочная стоимость - 25 029 840 руб.

Налоговая инспекция указала, что согласно техническому паспорту здания, расположенного по адресу: <...>, полученному от Буденновского Филиала ГУП СК «Ставкрайимущество» установлено, что проданное недвижимое имущество ФИО6 по договору купли продажи от 27.04.2013 и нежилое имущество, переданное в залог по договору ипотеки от 07.05.2013 являются идентичными, так как находятся по одному адресу, состоят из одинаковых компонентов, имеют одинаковое предназначение.

В ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля в отношении спорного имущества была проведена оценочная экспертиза (Ассоциация «Бюро независимых экспертиз «Дельта»), по результатам которой составлено заключение эксперта от 07.06.2017, где рыночная стоимость нежилых помещений, проданных по договору купли – продажи от 27.04.2013 была определена в размере 23 410 000 руб.

Таким образом, инспекция пришла к выводу о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды путем занижения стоимости реализованного недвижимого имущества нежилых помещений на сумму 23 110 000 руб.

В соответствии со статьей 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора купли-продажи недвижимости регулируются статьями 549-558 ГК РФ.

Согласно статье 555 ГК РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. При этом нормы ГК РФ не регулируют вопрос о размере цены или ее соответствия рыночному уровню. В связи с этим, размер стоимости объекта недвижимости определяется сторонами договора.

Как указано в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.02.2008 № 11542/2007, хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.

По общему правилу налоговые последствия совершенных налогоплательщиком операций определяются из условий заключенных им сделок, а исчисление налогов из рыночных цен вместо цен, согласованных сторонами сделки, допускается только в случаях, установленных законом.

Согласно Федеральному закону от 18.07.2011 № 227-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием принципов определения цен для целей налогообложения», начиная с 01.01.2012 часть первая Налогового кодекса дополнена разделом V.1 «Взаимозависимые лица. Общие положения о ценах и налогообложении. Налоговый контроль в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами. Соглашение о ценообразовании».

Из положений пунктов 1 - 2 и 4 статьи 105.3 НК РФ следует, что взаимозависимость участников сделки, повлиявшая на размер доходов (расходов, прибыли), учитываемых налогоплательщиком в целях налогообложения, является основанием для определения налоговой базы исходя из рыночных цен в порядке, установленном разделом V.1 НК РФ, если такая сделка признается контролируемой в соответствии со статьей 105.14 НК РФ.

При этом в силу прямого запрета, установленного в абзаце 3 пункта 1 статьи 105.17 НК РФ, контроль соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, не может быть предметом выездных и камеральных проверок. На основании пункта 2 статьи 105.3 НК РФ он может осуществляться Федеральной налоговой службой (ее центральным аппаратом) посредством проведения мероприятий налогового контроля в порядке, установленном главой 14.5 НК РФ.

Таким образом, по сравнению с ранее действовавшим правовым регулированием контроля цен (статья 40 НК РФ), положения раздела V.1 НК РФ сузили круг контролирующих органов, наделенных полномочиями по контролю цен, применяемых в сделках между взаимозависимыми лицами, ограничили сферу проведения такого контроля специальным перечнем сделок, отвечающих определенным в законе критериям (контролируемые сделки).

Следовательно, по общему правилу в случаях, не предусмотренных разделом V.1 НК РФ, налоговые органы не вправе оспаривать цену товаров, указанную сторонами сделки и учтенную при налогообложении; налоговые последствия совершенных налогоплательщиком операций определяются из условий заключенных им сделок, а доначисление налогоплательщику налогов исходя из рыночных цен товаров, реализованных взаимозависимому лицу, по результатам выездной налоговой проверки является незаконным (определения Верховного суда от 01.12.2016 № 308-КГ16-10862, №303-КГ17-19327 от 29.03.2018).

Само по себе отличие примененной налогоплательщиком цены от уровня цен, обычно применяемых по идентичным (однородным) товарам, работам или услугам другими участниками гражданского оборота, также не может служить самостоятельным основанием для вывода о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, возникновении у него недоимки, определяемой исходя из выявленной ценовой разницы, поскольку ни налоговый, ни судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Если налоговым органом оспаривается соответствие отраженной в налоговом учете операции ее действительному экономическому смыслу, то многократное отклонение цены сделки от рыночного уровня может учитываться в качестве одного из признаков получения необоснованной налоговой выгоды в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, порочащими деловую цель сделки (взаимозависимость сторон сделки, создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции, использование особых форм расчетов и сроков платежей и т.п.).

Данная правовая позиция содержится в пункте 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 НК РФ, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) разъяснил, что под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Согласно пункту 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В пункте 7 Постановления № 53 определено, что если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления № 53).

На основании части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые их приняли.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства суд оценивает во взаимосвязи и совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Инспекция в ходе выездной налоговой проверки, установив факт взаимозависимости предпринимателя с контрагентами по сделке, сделала вывод о получении последним необоснованной налоговой выгоды, сославшись на установленное отклонение цены реализации спорного имущества от рыночной.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 40 НК РФ для целей налогообложения принимается цена товара, работ услуг, указанная сторонами сделки. Пока не доказано обратное, предполагается, что эта цена соответствует уровню рыночных цен.

Налоговые органы при осуществлении контроля за полнотой исчисления налогов вправе проверять правильность применения цен по сделкам лишь в следующих случаях: между взаимозависимыми лицами; по товарообменным (бартерным) операциям; при совершении внешнеторговых сделок; при отклонении более чем на 20 процентов в сторону повышения или в сторону понижения от уровня цен, применяемых налогоплательщиком по идентичным (однородным) товарам (работам, услугам) в пределах непродолжительного периода времени.

Как указано в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 № 41/9 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации», в иных случаях налоговый орган не вправе оспаривать для целей налогообложения цену товаров, работ, услуг, указанную сторонами в сделке.

Между тем, налоговый орган применил по отношению к предпринимателю подпункты 1 и 4 пункта 2 статьи 40 НК РФ.

Применение положений подпункта 4 пункта 2 статьи 40 НК РФ возможно в случае, когда продавец в пределах непродолжительного периода времени реализует товары по цене, более чем на 20% отклоняющейся от обычной цены на такие же идентичные товары.

При этом согласно пункту 4 статьи 40 НК РФ рыночной ценой товара (работы, услуги) признается цена, сложившаяся при взаимодействии спроса и предложения на рынке идентичных (а при их отсутствии - однородных) товаров (работ, услуг) в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях.

Однородными, в силу пункта 7 статьи 40 НК РФ, признаются товары, которые, не являясь идентичными, имеют сходные характеристики и состоят из схожих компонентов, что позволяет им выполнять одни и те же функции и (или) быть коммерчески взаимозаменяемыми. При определении однородности товаров учитывается, в частности, их качество, наличие товарного знака, репутация на рынке, страна происхождения.

Идентичными признаются товары, имеющие одинаковые характерные для них основные признаки.

В соответствии с пунктом 11 статьи 40 НК РФ при определении и признании рыночной цены товара, работы или услуги используются официальные источники информации о рыночных ценах на товары, работы или услуги и биржевых котировках.

Из материалов дела видно, что заявитель в течение непродолжительного времени заключил одну сделку по продаже недвижимого имущества.

Вместе с тем, проверять правильность применения налогоплательщиками цены по правилам статьи 40 НК РФ при заключении единственной сделки по продаже объекта недвижимости и сравнить ее с покупной ценой другого объекта иного лица налоговый орган не вправе.

Исходя из положений статьи 40 НК РФ, с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленных в Постановлении от 14.07.2005 № 9-П, Определениях от 04.12.2003 № 441-О и № 442-О, президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в постановлении от 18.01.2005 № 11583/04 для определения рыночной цены используются три метода: метод цены идентичных (однородных) товаров (работ, услуг) в сопоставимых условиях, основанный на информации о заключенных на момент реализации этого товара (работ, услуг) сделках; метод цены последующей реализации; затратный метод, которые могут применяться только последовательно и только при невозможности использовать предыдущий метод.

Налоговый орган в ходе проверки при определении рыночной цены реализации товара обязан был последовательно применить сначала информационный метод, а при невозможности использования данного метода перейти к методу цены последующей реализации, а потом к затратному методу.

В рассматриваемом же случае налоговым органом не было предпринято должных мер по установлению рыночной цены в указанном порядке, в основу своих выводов инспекция положила исключительно информацию, полученную из заключения эксперта Ассоциации «Бюро независимых экспертиз «Дельта».

Выводы инспекции основаны на заключении эксперта от 07.06.2017 Ассоциации «Бюро независимых экспертиз «Дельта», в котором при определении рыночных цен объекта недвижимости оценщик основывался на цене предложения четырех объектов -аналогов по состоянию на май 2017 года; из содержания заключения эксперта не следует, что оценщик принимал во внимание информацию о реально совершенных сделках между лицами, не являющимися взаимозависимыми; эксперт не производил полный осмотр, как объекта оценки так и объектов-аналогов, при том, что без осмотра помещений невозможно сопоставить объект оценки и подобрать ему объекты-аналоги; при наличии характеристики объекта оценки отсутствуют данные о состоянии объектов-аналогов; из заключения эксперта не усматривается, что объекты-аналоги имели также и подвальные помещения, оценщик определил рыночную цену ко всей общей площади объекта оценки без учета наличия торговых и складских помещений.

В отчете оценщиком для сравнения использованы цены предложения на объекты недвижимости, а не цены заключенных сделок, при этом данные о фактической цене реализации объектов недвижимости в отчете оценщика отсутствуют. Следовательно, такая оценка не отражает рыночной стоимости идентичного, однородного объекта.

Кроме того, из экспертного заключения от 07.06.2017 следует, что в качестве объекта оценки используется объект недвижимости с кадастровым номером 26:21:020322:0054:767:168:1003,1019-1028:А общей площадью 932,1 кв. м, на основании технического паспорта нежилого помещения по состоянию на июнь 2006 года, представленного Буденновским филиалом ГУП СК «Ставкрайимущество».

При том, что предпринимателем реализовано 7 объектов недвижимости с иными кадастровыми номерами и меньшей площадью, что подтверждается представленными в материалы дела свидетельствами о регистрации прав на недвижимое имущество и планами объектов недвижимости от 31.07.2007 ФГУП «Ростехинвентаризация» по Ставропольскому краю Отделение «Кавказские Минеральные Воды».

Также экспертиза, проведенная в рамках налогового контроля, проведена без учета потребительских свойств оцениваемых объектов недвижимости и без учета повреждений после пожара.

В подтверждение суммы реализации недвижимого имущества, в ходе проверки предпринимателем представлена справка от 04.02.2014 № 33, выданная отделом надзорной деятельности по Буденновскому району УНД ГУ МЧС России по Ставропольскому краю, согласно которой 24.04.2012 по адресу <...> в помещении магазина «Магнит» произошел пожар.

В ходе рассмотрения настоящего дела, во исполнение определения суда от 14.08.2018, отделом надзорной деятельности по Буденновскому району УНД ГУ МЧС России по Ставропольскому краю представлена информация от 24.05.2017, согласно которой пожар по адресу: <...> в помещении «Магнит» произошел 24.03.2012.

Указанные обстоятельства подтверждаются также надлежащим образом заверенной копией журнала нарядов на службу от 23.03.2012 и допрошенными в судебном заседании 14.05.2018 в качестве свидетелей сотрудниками специальной пожарно-спасательной части г.Буденновска ФИО10 и ФИО11, выезжавшими на место тушения пожара 24.03.2012 по адресу: <...> в помещении магазина «Магнит».

Однако при проведении экспертизы факт пожара и причинение вреда недвижимому имуществу экспертом не принят во внимание.

Таким образом, суд считает, что полученный инспекцией результат оценки, установленный в отчете об определении рыночной стоимости от 07.06.2017, не основан на объективных и достоверных сведениях, следовательно, оспаривание инспекцией цен реализации предпринимателем объектов недвижимости по договору купли-продажи от 24.04.2013, не основано на допустимых доказательствах.

В ходе рассмотрения настоящего дела судом, по ходатайству заявителя, была назначена экспертиза по определению рыночной стоимости спорных объектов недвижимого имущества, проведение которой поручено эксперту судебно-экспертной лаборатории автономной некоммерческой организации «Экспертно-консультационное бюро» ФИО12.

Однако экспертное заключение от 22.06.2018 судебно-экспертной лаборатории автономной некоммерческой организации «Экспертно-консультационное бюро» также не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства, поскольку при проведении судебной экспертизы допущены процессуальные нарушения, выразившиеся в привлечении к ее проведению второго эксперта ФИО13, в то время как экспертиза судом поручалась только эксперту ФИО12

Поскольку комиссионная экспертиза по делу не назначалась, об уголовной ответственности ФИО13 судом не предупреждался, представленное заключение от 22.06.2018 противоречит положениям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно, лица, состоящие в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении № 53, сама по себе взаимозависимость сторон сделки не может свидетельствовать о необоснованности налоговой выгоды. Налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая выгода получена им именно в результате недобросовестных действий взаимозависимых лиц.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в постановлении Президиума от 26.02.2008 № 11542/07 указал, что участие в сделках лиц, признанных судами взаимозависимыми, не свидетельствует об экономической неоправданности расходов общества и наличии у него необоснованной налоговой выгоды, поскольку каждый налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность, исходя из поставленных целей.

Действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, предполагаются экономически оправданными и законными, если иное не доказано налоговым органом.

Предметом доказывания являются выявленные налоговым органом правонарушения - допущенные налогоплательщиком при определении размера налогового обязательства отклонения от правил, предписанных законодательством о налогах и сборах, в частности совершение операций, не обусловленных разумными экономическими причинами или целями делового характера, отражение в учете операций не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27.05.2003 № 9-П, недопустимо установление ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют своим следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются в использовании предоставленных налогоплательщику законом прав, связанных с освобождением на законном основании от уплаты налога или с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и соответственно - оптимального вида платежа.

Таким образом, в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, при этом недопустимо доначисление налогов, исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата.

В определениях от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П Конституционным судом Российской Федерации сформирована правовая позиция, согласно которой налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Согласно действующему законодательству Российской Федерации совершение сделки со взаимозависимым лицом не приравнивается к недобросовестности. Исходя из правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 04.03.2008 № 13797/07, предметом доказывания в этом случае являются обстоятельства, при которых налоговая выгода может быть признана необоснованной.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 06.04.2010 № 17036/09 указано, что в каждом конкретном случае необходимо доказать каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную налоговую выгоду и за счет чего конкретно такая выгода образовалась.

Вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Между тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, налоговый орган не представил суду бесспорных доказательств совершения заявителем и его контрагентами согласованных действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налогового бремени.

По результатам налоговой проверки налоговая инспекция не установила возможность влияния отношений между ФИО2 и ФИО6 на условия заключения договора купли-продажи недвижимости от 27.04.2013.

Напротив, из представленных в материалы дела протоколов допросов ФИО6, ФИО7, ФИО8 следует, что указанные лица подтвердили приобретение недвижимого имущества и последующую его реализацию. Доходы от реализации отражены в налоговых декларациях, что инспекцией не оспаривается.

ФИО6 в протоколе допроса от 08.12.2016 №1823 также подтвердила факт приобретения имущества именно за цену указанную в договоре

В своих доводах инспекция, по сути, ссылается на нецелесообразность заключения хозяйствующим субъектом гражданско-правового договора, что в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 04.06.2007 № 320-О-П, является недопустимым.

Как уже указано выше, и взаимозависимость с покупателем, и отличие примененной цены от рыночной, не могут служить самостоятельным основанием для вывода о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, возникновении у него недоимки, определяемой исходя из имеющейся ценовой разницы, в отсутствие доказательств, порочащих деловую цель сделки, и свидетельствующих о том, что отраженная в налоговом учете операция не соответствует ее действительному экономическому смыслу.

Доводы налогового органа о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды не нашли своего надлежащего, достаточного документального подтверждения. Наличие виновных, умышленных действий налогоплательщика, злоупотребления им правом и признаков недобросовестности при получении налоговой выгоды, определяемых с учетом совокупности условий и критериев, приведенных в Постановлении № 53, инспекцией не доказано.

В отсутствие надлежащих доказательств, изложенные инспекцией в отзыве на заявление и дополнениях к нему доводы о наличии оснований оспаривать для целей налогообложения цену, примененную заявителем при реализации недвижимого имущества, не могут быть приняты судом во внимание.

Таким образом, суд, исследовав представленные в дело доказательства, оценив их в совокупности и взаимосвязи, с учетом положений статьи 71 АПК РФ считает, что инспекцией необоснованно доначислены предпринимателю налог по УСН в сумме 1 404 570 руб., пени в сумме 495 720 руб. и штраф в сумме 280 914 руб.

При таком положении решение межрайонной ИФНС № 6 по Ставропольскому краю от 22.06.2017 № 12 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 к налоговой ответственности не соответствует действующему законодательству, нарушает права заявителя, в связи с чем признается судом недействительным.

Расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300 руб., в соответствии со статьей 110 АПК РФ, подлежат взысканию с инспекции в пользу заявителя, а излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 2700 руб. подлежит возвращению из бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации, решение межрайонной ИФНС № 6 по Ставропольскому краю, г. Буденновск от 22.06.2017 № 12 о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Буденновск, ОГРН <***>, к налоговой ответственности в виде уплаты налога в сумме 1 404 570 руб., пени в сумме 495 720 руб. и штрафа в сумме 280 914 руб.

Обязать межрайонную ИФНС № 6 по Ставропольскому краю г. Буденновск, ОГРН <***>, устранить допущенные нарушения прав и законных интересов индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Буденновск, ОГРН <***>.

Взыскать с межрайонной ИФНС № 6 по Ставропольскому краю г. Буденновск, ОГРН <***>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Буденновск, ОГРН <***>, расходы на уплату государственной пошлины в сумме 300 руб.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Буденновск, ОГРН <***>, из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 2700 руб. Выдать справку на ее возврат.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу.

Судья И.В. Соловьёва