Постановление от 24 апреля 2024 г. по делу № А55-6752/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А55-6752/2019
г. Казань
24 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Долговой А.Н.,

при участии:

представителя ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» – ФИО1, доверенность от 09.01.2024 (до и после перерыва);

представителя АО «Стройсервис» – ФИО2, доверенность от 10.06.2021 (до и после перерыва);

путем использования системы веб-конференции конкурсного управляющего ФИО3 – лично, паспорт (после перерыва);

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Стройсервис»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 09.11.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024

по делу № А55-6752/2019

по заявлению акционерного общества «Стройсервис» к конкурсному управляющему ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Электрощит-Стройсистема» и публичному акционерному обществу «ЧЗПСН-Профнастил» о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Теплант».

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Теплант» акционерное общество «Стройсервис» обратилось в арбитражный суд с заявлением о взыскании солидарно с конкурсного управляющего ФИО3, публичного акционерного общества «Челябинский завод профилированного стального настила» (далее – ПАО «ЧЗПСН-Профнастил») и общества с ограниченной ответственностью «Электрощит-стройсистема» убытков в размере 391 222 273 рублей 90 копеек.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.11.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024, в удовлетворении заявления АО «Стройсервис» отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, АО «Стройсервис» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В жалобе податель выражает несогласие с произведенной судами оценкой доводов, заявленных в обоснование требований, полагает, что судебные акты не содержат оценки совокупности действий ответчиков по реализации незаконной схемы по переводу бизнеса на аффилированных к нему лиц. Оценку получила только деятельность конкурсного управляющего, а не всех ответчиков. Кассатор указывает на то, что суды не дали оценку отчету по определению финансового состояния должника.

Податель жалобы полагает, что заявленные в настоящем требовании доводы не были предметом исследования при рассмотрении жалобы на бездействие конкурсного управляющего, поскольку в названном обособленном споре не были исследованы обстоятельства, свидетельствующие об аномально высоком росте полученной арендаторами выручки и прибыли за 2021 год.

Кассатор полагает, что судами необоснованно отказано в истребовании доказательств и назначении судебной экспертизы. При этом судами неверно распределено бремя доказывания.

До начала судебного заседания в суд округа поступили отзывы конкурсного управляющего ФИО3 и ПАО «ЧЗПСН-Профнастил», в которых изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель АО «Стройсервис» поддержал кассационную жалобу, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий ФИО3 и представитель ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили оставить судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании лиц и проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда от 05.07.2019 заявление о признании АО «Теплант» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.08.2019 АО «Теплант» признано банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В обоснование заявления о взыскании с ответчиков убытков АО «Стройсервис» ссылалось на следующие обстоятельства.

05 августа 2019 года между должником в лице ликвидатора ФИО4 (арендодатель) и ООО «Электрощит-стройсистема» (арендатор) заключен договор аренды № 4 (далее – договор № 4), предметом которого является предоставление арендодателем за обусловленную сторонами договора плату во временное владение и пользование арендатора движимого и недвижимого имущества.

05 августа 2019 года между должником в лице ликвидатора ФИО4 (арендодатель) и ПАО «ЧЗСПН-Профнастил» (арендатор) заключен договор аренды № 150 (далее – договор № 150), предметом которого является предоставление арендодателем за обусловленную сторонами договора плату во временное владение и пользование арендатора движимое и недвижимое имущество.

По мнению заявителя, являясь фактически контролирующими должника лицами, вместе с конкурсным управляющим ФИО3 посредством заключения договоров аренды ответчики реализовали бизнес-модель, при которой на стороне должника образовался центр убытков, а на стороне ответчиков – центр прибыли. Указанные кредиторы на базе имущественного комплекса должника производят продукцию, ранее производимую должником, и получают прибыль. Заявитель полагает, что конкурсному управляющему следовало продолжить производственную деятельность должника.

По мнению заявителя, конкурсный управляющий не увеличил размер арендной платы, что не отвечает интересам конкурсной массы и обусловлено аффилированностью ответчиков с должником.

Согласно расчету АО «Стройсервис» размер денежных средств, которые могли поступить в конкурсную массу должника, то есть размер убытков, составил 317 391 614 рубля. Данная сумма исчислена кредитором исходя из отчетов об оценки ООО «НИИ РР» № ОН/109-12-07-2021-4, № ОН110-12-07-2021-4.

Отказывая во взыскании с ответчиков убытков, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсный управляющий должен действовать добросовестно и разумно в интересах общества, должника и кредиторов.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В статье 15 Гражданского кодекса закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий:

– факт причинения убытков,

– наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходимо доказать всю совокупность указанных условий.

Недоказанность одного из необходимых элементов возмещения убытков исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129, 130, 133, 139, 142, 143 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан:

– принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

– включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания;

– привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

– принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

– принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника;

– уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства;

– предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

– заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику;

– вести реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом;

– передавать на хранение документы должника, подлежащие обязательному хранению в соответствии с федеральными законами. Порядок и условия передачи документов должника на хранение устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

– заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов;

– исполнять иные установленные Законом о банкротстве обязанности.

Арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

В пункте 3.2 постановления Конституционного суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 14-П указано, что обязанность возместить причиненный вред – мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П, от 07.04.2015 № 7-П и от 08.12.2017 № 39-П; определения от 04.10.2012 № 1833-О, от 15.01.2016 № 4-О и др.).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779, в процедуре конкурсного производства деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры – соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). С другой стороны, деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшее причинение убытков должнику, кредиторам и иным лицам, является основанием для привлечения его к ответственности в виде возмещения убытков (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150).

Отклоняя довод заявителя о том, что конкурсный управляющий не организовал продолжение хозяйственной деятельности должника с использованием принадлежащего ему имущественного комплекса, поскольку производственная база АО «Теплант» позволяла должнику самому получать прибыль, суды указали следующее.

Все имущество должника было передано в аренду по названным договорам аренды. Самостоятельная производственная деятельность АО «Теплант» была фактически прекращена.

В соответствии с правовой позиций, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2019 № 41-П, момент, с которого прекращается хозяйственная деятельность должника, признанного банкротом, Закон о банкротстве прямо не устанавливает, при том, что на любом этапе процедуры банкротства в распоряжении должника может сохраняться продукция, ранее изготовленная им в процессе хозяйственной деятельности. И хотя согласно пункту 6 статьи 129 Закона о банкротстве решение о прекращении хозяйственной деятельности должника вправе принять собрание кредиторов при соблюдении ряда условий и в течение последующих трех месяцев конкурсный управляющий должен эту деятельность прекратить, принятие такого решения не предопределено нормативным регулированием.

Из этого следует, что процедура банкротства, не исключая конкурсного производства с формированием конкурсной массы для продажи имущества должника, сама по себе не прерывает его хозяйственной деятельности и оставляет за ним право продолжать по возможности производство товаров, выполнение работ, оказание услуг.

Кредиторы же, включая налоговые органы, могут не только потребовать на своем собрании прекратить эту деятельность, но и принять решение о ее продолжении в рамках установленных процедур, поскольку она совместима с их интересами.

Задачами арбитражного управляющего в процедуре конкурсного производства являются последовательные мероприятия по формированию конкурсной массы путем выявления и реализации имущества (активов) должника для расчетов с кредиторами, запрета на осуществление должником–банкротом хозяйственной деятельности Закон о банкротстве не содержит.

Разрешая вопрос о том, соотносились ли действия управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц. Указанный подход содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 по делу № А40–64173/2017.

Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, конкурсный управляющий в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника, в том числе целесообразность дальнейшего функционирования хозяйствующего субъекта, учитывая, в частности, исключение возможности необоснованного простоя имущества, которое может приносить доход в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовке к реализации, наличие объективных предпосылок к продаже предприятия как единого имущественного комплекса либо осуществления процедуры замещения активов и т.п. В любом случае срок, в течение которого может сохраняться производственная деятельность должника, должен соотноситься с периодом времени, необходимым и достаточным для выполнения эффективным арбитражным управляющим всех предусмотренных законом процедур, направленных на отчуждение принадлежащих должнику объектов в целях проведения расчетов с кредиторами.

Приведенная норма направлена на предоставление собранию кредиторов возможности понудить арбитражного управляющего к реализации ликвидационных мероприятий в ситуации, когда он, настаивая на производстве должником товаров (выполнении работ, оказании услуг), неоправданно наращивает кредиторскую задолженность, что, в свою очередь, негативным образом сказывается на конкурсной массе.

В этой связи суды отметили, что в настоящем случае решение о продлении производственной деятельности кредиторами не принималось.

АО «Теплант» в 2015–2018 годах вело хозяйственную деятельность, у предприятия имелись реальные внеоборотные и оборотные активы, выплачивало заработную плату сотрудникам, обязательные налоговые платежи, погашало долги перед контрагентами, ежегодная выручка составляла около 3,0 – 3,2 млрд рублей, такая же сумма денежных средств реально поступала на расчетный счет АО «Теплант», годовым операционным денежным потоком предприятие покрывало не только сумму текущих обязательств, но и всю сумму обязательств, которая составляла около 2 млрд рублей.

Указанные обстоятельства подтверждены представленной в материалы дела бухгалтерской отчетностью.

Определением суда от 09.07.2021 по настоящему делу отказано в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Согласно пояснениям бывших руководителей должника, которые были даны в рамках рассмотрения названного обособленного спора, в конце 2018 года – в начале 2019 года у должника возникли финансовые трудности, вызванные действиями основного поставщика металла – ПАО «Северсталь», в частности, отказом от дальнейшей поставки металла на условиях последующей оплаты ввиду просрочек со стороны АО «Теплант». С указанным поставщиком был заключен новый договор поставки, в соответствии с условиями которого поставки стали осуществляться по стопроцентной предоплате. Прежде поставки производились на условиях последующей стопроцентной оплаты (срок оплаты 20 – 30 календарных дней).

Такие действия ПАО «Северсталь» привели к сбою в производственных процессах ввиду нехватки у должника оборотных средств для закупки металла на условиях стопроцентной предоплаты. В результате этого, начиная с 1 квартала 2019, произошло падение делового оборота в АО «Теплант», снижение количества производимой продукции.

Для преодоления возникших финансовых трудностей, а также для исполнения текущих обязательств перед покупателями и восстановления объемов производства, руководство должника предприняло ряд необходимых для этого мер.

В результате предпринятых мероприятий между должником и АО «Юникредит Банк» достигнуто соглашение от 15.02.2019 о пролонгации срока погашения задолженности в размере 190 млн рублей до конца 2019 года.

Кроме того, руководству АО «Теплант» удалось привлечь от акционера финансовую помощь в размере 114 млн рублей, предоставленную ему в виде вкладов в имущество в феврале – апреле 2019 года, что подтверждается финансовым анализом должника, подготовленным конкурсным управляющим, а также бухгалтерским балансом должника по состоянию на 31.03.2019 и на 30.06.2019 (строка 1350). За счет указанной финансовой помощи, а также благодаря достижению с рядом покупателей договоренностей о выполнении заказов из металла, предоставленного покупателями, должник смог осуществить необходимые и наиболее срочные платежи кредиторам, а также поддержать производственные процессы и обеспечить выполнение заказов.

Должником велись переговоры о получении товарного кредита на поставку металла на 100 млн рублей от компании ООО «Электрощит-стройсистема», сторонами подписан проекта договора.

Однако впоследствии договор о предоставлении должнику товарного кредита не был подписан со стороны ООО «Электрощит-стройсистема», а собственник бизнеса АО «Теплант» принял решение о нецелесообразности принятия дальнейших мер по восстановлению производства и начале процедуры ликвидации должника. Решение о ликвидации должника принято собственником 20.06.2019.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 09.07.2021 по настоящему делу по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая изложенные обстоятельства, суды при рассмотрении настоящего обособленного спора пришли к выводу о том, что финансовое состояние должника не позволяло ему продолжать нормальный режим хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, при наличии требований кредиторов в размере не менее 1,5 млрд рублей, которые впоследствии были включены судом в реестр требований кредиторов.

Суждение заявителя о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 09.07.2021 подтверждает довод о том, что финансовое положение должника позволяло осуществлять производственную деятельности, по мнению судов, ошибочно и основано на неверной интерпретации выводов суда.

В судебном акте суд указывает об отсутствии признаков объективного банкротства АО «Теплант» вплоть до принятия единственным акционером должника решения о ликвидации от 20.06.2019.

Кроме того, по результатам инвентаризации конкурсным управляющим установлено, что собственных сил и оборотных средств должника недостаточно для осуществления самостоятельной производственной деятельности, с начала 2019 года и к моменту введения конкурсного производства около 140 сотрудников уже уволились, около 190 сотрудников уже написали заявление об увольнении, с момента возбуждения дела о банкротстве до даты введения конкурсного производства сформировалась текущая задолженность около 32 миллионов рублей.

Доказательств того, что АО «Теплант» располагал средствами для закупки сырья, обеспечения производства продукции расходными материалами, выплаты заработной платы, оплаты текущих налоговых платежей и сборов, оплаты коммунальных платежей, материалы дела не содержат.

По итогам проведенного финансового анализа конкурсным управляющим установлено, что платежеспособность должника не может быть восстановлена. Анализ финансового состояния должника не оспорен.

При этом достоверных доказательств того, что возможно преодолеть финансовые трудности, с учетом величины имевшихся у АО «Теплант» чистых активов, не прекращающихся расчетов с кредиторами в значительных объемах, отсутствия оборотных средств для производственной деятельности и при наличии значительного размера требований кредиторов, материалы дела не содержат.

Материалами дела подтверждается фактическое состояние неплатежеспособности, то есть критического финансового состояния должника (решением суда от 23.08.2019 введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника).

При таких обстоятельствах суды пришли к суждению, что продолжение производственной деятельности в указанных обстоятельствах, повлекло бы наращивание текущей задолженности. Следовательно, решение конкурсного управляющего о продолжении производственной деятельности в ходе конкурсного производства не отвечало принципам разумности, в то время как получение арендных платежей в рыночном размере за счет сдачи имущественного комплекса должника в аренду в полной мере соответствовало целям и задачам конкурсного производства.

В связи с изложенным суды отметили, что материалы дела не содержат доказательств возможности осуществления (продолжения) должником самостоятельной хозяйственной деятельности, которая могла приносить прибыль и рассчитаться с имеющимися кредиторами по текущим и реестровым обязательствам.

Отклоняя довод заявителя о том, что размер арендной платы, предусмотренной спорными договорами аренды, не соответствует рыночной стоимости, а также довод о причинении убытков в размере 317 391 614 рублей (достаточном для погашения требований независимых кредиторов), суды сослались на отчет конкурсного управляющего от 16.07.2021, согласно которому конкурсным управляющим получено требование ПАО «Банк ВТБ» о расторжении договора аренды № 4.

По данному договору в аренду передано имущество должника, являющееся предметом залога ПАО «Банк ВТБ» и иных кредиторов.

Полагая, что расторгать договор аренды, не имея альтернативного потенциального арендатора, без согласования с иными кредиторами (ПАО «Сбербанк», ПАО «Банк ВТБ», АО «Банк Восточный», АО «Газпромбанк») нецелесообразно, конкурсный управляющий предложил в качестве альтернативного варианта разработать положение о проведении электронных торгов в форме открытого электронного аукциона на право заключения договора аренды имущественного комплекса АО «Теплант». Указанное предложение ПАО «Банк ВТБ» поддержал.

Конкурсным управляющим кредиторам по обязательствам, обеспеченным залогом имущества, переданного в аренду, было направлено Положение о проведении электронных торгов в форме открытого аукциона на право заключения договора аренды имущественного комплекса АО «Теплант», однако залоговые кредиторы должника не согласовали порядок проведения торгов на право заключения договора аренды имущественного комплекса должника.

При таких обстоятельствах суды приняли во внимание пояснения конкурсного управляющего, согласно которым расторжение договора аренды повлекло бы за собой простой и консервацию всего имущественного комплекса, отключение коммунальных сетей, и, как следствие, снижение ценности и рыночной стоимости имущества, что не отвечает целям конкурсного производства (наиболее полного удовлетворения требований кредиторов) и интересам должника и его кредиторов.

Согласно условиям договоров аренды целью сдачи имущества в аренду является поддержание его в рабочем состоянии в период проведения процедур ликвидации, получения средств на погашение требование кредиторов и минимизации расходов по содержанию имущества.

Предоставляемое в аренду имущество представляет собой единый технологический комплекс с завершенным производственным циклом, включающий все стадии производства сэндвич панелей, а также сопутствующие операции (пункт 1.1 договора).

Согласно дополнительным соглашениям от 16.11.2020 № 1, от 30.11.2020 № 2, от 03.02.2021 № 3 и от 04.06.2021 № 5 из состава арендуемого имущества постепенно исключалась часть оборудования и пересматривалась постоянная часть арендной платы.

Согласно расчету, представленному конкурсным управляющим, среднемесячный размер арендных платежей по договору аренды № 4 составил 1 849 314 рублей 31 копейку, по договору № 150 – 8 626 102 рубля 56 копеек.

В свою очередь, в период действия договоров аренды ООО «Электрощит-стройсистема» были понесены расходы на коммунальные платежи в размере 65 193 456 рублей 92 копеек, ПАО «ЧЗСПН-Профнастил» – 307 782 496 рублей 79 копеек, что подтверждено предоставленными в материалы дела платежными документами.

Указанные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не опровергнуты.

Критически оценивая отчеты № ОН/109-12-07-2021-4, № ОН110-12-07-2021-4, представленные АО «Стройресурс», об оценке рыночной стоимости арендной платы права пользования (годового размера арендной платы) движимым и недвижимым имуществом, согласно которым рыночная стоимость ежемесячной арендной платы составляет 12 828 000 рублей и 5 921 083 рублей, в том числе НДС, суды сослались на отсутствие доказательств возможности получения арендной платы в таком размере. Прибыль арендаторов от производственной деятельности не свидетельствует о возможности получения аналогичной прибыли должником при отсутствии к тому средств у последнего.

При рассмотрении вопроса о несоразмерности арендной платы следует учитывать не только размер арендных платежей, но и стоимость обеспечения сохранности имущества, а также специфичность производства и производственных площадей и наличие спроса (востребованность) на данное имущество, наличие арендаторов, желающих взять в аренду единый технологический комплекс.

АО «Стройсервис» не представлено доказательств того, что имелись такие арендаторы, которые реально желали взять в аренду единый производственный комплекс на изложенных в отчетах условиях.

Соответственно, расторжение договоров аренды и поиск новых арендаторов в рассматриваемом случае является более проблематичным и убыточным вариантом.

То обстоятельство, что арендаторы являются аффилированными должнику лицами и получают прибыль от использования арендованного имущества, по мнению судов, безусловно не свидетельствует о недобросовестности действий конкурсного управляющего, с учетом того, что договоры заключены до признания должника банкротом и утверждения ФИО3 конкурсным управляющим должника.

Кроме того, основания заинтересованности (аффилированности) ПАО «ЧЗСПН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема» по отношению к должнику возникли после возбуждения дела о банкротстве в результате заключения названными ответчиками договоров уступки с кредитными организациями, имевшими к должнику требования, обеспеченные залогом имущества. При этом в требовании АО «Стройсервис» о признании недействительными договоров уступки судами отказано (определение суда от 19.09.2022, оставленное без изменения постановлениями апелляционного суда от 15.11.2022 и суда округа от 02.02.2023).

Также суды сослались на положения пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве, согласно которым расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с пунктами 1 и 2 указанной статьи. Правила распределения всех доходов от предмета залога (как от реализации предмета залога, так и от сдачи его в аренду) должны быть едиными.

Таким образом, полученные денежные средства от сдачи в аренду предмета залога, также распределяются с соблюдением норм Закона о банкротстве, с учетом интересов залоговых кредиторов.

Также суды подчеркнули, что довод заявителя о нерыночном размере арендной платы аналогичен доводам жалобы АО «Стройсервис» на бездействие конкурсного управляющего, выразившегося в неоспаривании договоров аренды № 150 и № 4.

По результатам рассмотрения указанной жалобы принято определение Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2021 (оставлено без изменения постановлениями апелляционного суда от 16.03.2022 и кассационного суда от 15.06.2022), в котором суд пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что оспариваемое бездействие конкурсного управляющего привело к наступлению негативных последствий и причинило ущерб должнику и кредиторам.

Заявляя требование о взыскании с ПАО «ЧЗСПН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема» солидарно с конкурсным управляющим убытков, АО «Стройсервис» сослалось также на то, что правом подачи заявления о признании должника банкротом обладало только ООО «Современная упаковка», у которого при этом отсутствовал экономический интерес в банкротстве должника, а также на получение конкурсным управляющим должника вознаграждения несоразмерного своему вкладу в погашение требований залоговых кредиторов. По мнению заявителя, изложенное свидетельствует о злоупотреблении ответчиками правом и едином недобросовестном намерении.

Отклоняя указанные доводы, суды отметили, что кроме ООО «Современная упаковка» право на подачу заявления о признании должника банкротом имели также и иные кредиторы:

– ООО «Биопак», в пользу которого решением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2019 по делу № А40-91318/19 взыскан долг в размере 4 275 854 рублей 59 копеек, пени в размере 97 250 рублей 52 копеек, судебный акт вступил в законную силу 26.06.2019;

– ООО «Полимериндустрия», в пользу которого решением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.03.2019 по делу № А43-45627/2018 взыскано 1 027 254 рубля долга, 8423 рубля 48 копеек пени за период с 28.09.2018 по 07.11.2018 и пени за период с 08.11.2018 по день фактической оплаты долга исходя из ставки 0,02% за каждый день просрочки, 50 000 рублей – расходы по оплате юридических услуг, 23 357 рублей – госпошлина, судебный акт вступил в законную силу 31.05.2019.

Кредиторами должника также являлись кредитные организации, которые имели требования к должнику и заявили требование о досрочном возврате долга:

– ПАО «Сбербанк» – требование в размере 619 306 596 рублей 29 копеек;

– ПАО «Восточный экспресс банк» – требование в размере 35 941 422 рублей 67 копеек;

– АО «Юникредит Банк» – требование 468 841 395 рублей 65 копеек;

– АО «Газпромбанк» – требование в размере 114 332 137 рублей 67 копеек;

– ПАО «ВТБ» – требование в размере 137 113 293 рублей 32 копеек.

Наличие указанных требований кредиторов подтверждается материалами дела и установлено определениями суда о включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов должника.

До замены залоговых кредиторов на процессуальных правопреемников все действия конкурсного управляющего согласовывались с независимыми залоговыми кредиторами, а также с комитетом кредиторов, в состав которого входили два представителя ПАО «Сбербанк России» и один представитель ООО СК «Интерпол».

Экономический интерес ООО «Современная упаковка» в данном деле обусловлен истребованием долга с должника, в том числе посредством заявления о признании АО «Теплант» банкротом, учитывая наличие в картотеке Арбитражного суда Самарской области значительного количества дел о взыскании задолженности с должника, зарегистрированных с начала 2019 года.

При указанных обстоятельствах, правопреемство кредитора, осуществленное в процедуре конкурсного производства на основании договоров уступки права требования и покупка имущественных комплексов в дальнейшем залоговыми кредиторами (ПАО «ЧЗСПН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема»), по мнению судов, правового значения не имеет.

Аналогичные доводы АО «Стройсервис» были предметом исследования судов при рассмотрении заявления о признании недействительными договоров уступки права требований, заключенных между ООО «Современная упаковка» и ПАО ««ЧЗСПН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема», по результатам которого принято определение Арбитражного суда Самарской области от 19.09.2022 по настоящему делу, оставленное без изменения постановлением апелляционного суда от 15.11.2022 и постановлением суда округа от 02.02.2023.

Так, при рассмотрении названного спора судами отмечено, что права требования залоговых кредиторов имеют, очевидно, больший интерес для их приобретения, чем права требования, не обеспеченные залогом имущества должника.

АО «Стройсервис» также не было лишено возможности приобрести права требования залоговых кредиторов для удовлетворения требований за счет реализации залогового имущества. При этом приобретение прав требования заинтересованным лицом в процедуре банкротства не может быть основанием для рассмотрения указанных действий как причинение вреда кредиторам, так как должник уже находится в состоянии неплатежеспособности и заинтересованное лицо не может ввести кредиторов в заблуждение относительно этого факта.

Суждение заявителя об аффилированности конкурсного управляющего с ответчиками, по мнению судов, основано на предположении, достаточных доказательств тому заявителем не предоставлено.

Из системного толкования положений статей 15, 1064, 1080 Гражданского кодекса следует, что основанием солидарной ответственности являются противоправные согласованные и скоординированные действия причинителей вреда.

В ходе рассмотрения обоснованности заявления ООО «Современная упаковка» о признании должника банкротом судом рассмотрен вопрос об утверждении кандидатуры арбитражного управляющего, его соответствия требованиям положений статей 20, 20.2, 45, 127 Закона о банкротстве, в том числе его заинтересованности по отношению к должнику и кредитором.

Согласно материалам дела лицом, заключившим договоры № 4 и № 150, является ликвидатор ФИО4

Учитывая отсутствие доказательств наличия до возбуждения дела о банкротстве признаков аффилированности ответчиков по отношения к должнику, суды сочли необоснованным довод АО «Стройсервис» о реализации ответчиками совместно с конкурсным управляющим бизнес-модели, при которой на стороне должника образовался центр убытков, а на стороне ответчиков – центр прибыли.

Реализация ответчиками предусмотренной законодательством возможности приобретения прав требования к независимым кредиторам сама по себе не свидетельствует о наличии противоправного интереса со стороны ответчиков.

Заявителем не раскрыто, в совершении каких именно противоправных действий, причинивших вред должнику и его кредиторам, участвовал конкурсный управляющий совместно с ответчиками.

АО «Стройсервис» не представлено совокупности доказательств нарушения ответчиками прав кредитора и не представлено подтверждений, свидетельствующих о фактах причинения вреда заявителю.

Суды также подчеркнули, что доводы АО «Стройсервис» направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, принятых ранее по аналогичным доводам в рамках иных обособленных споров по настоящему делу.

В отношении довода заявителя о выплате завышенного вознаграждения конкурсному управляющему ФИО3 за погашение требований залоговых кредиторов суды указали на то, что данный довод является предметом рассмотрения отдельного обособленного производства об установлении вознаграждения конкурсного управляющего.

В отношении ходатайств АО «Стройсервис» о назначении судебной экспертизы и истребовании доказательств суды отметили следующее.

Заявляя ходатайство, АО «Стройсервис» просило поставить эксперту следующие вопросы:

1) Определить размер дополнительной прибыли, фактически полученной ООО «Электрощит-стройсистема» и ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» в период действия договоров аренды № 4 и № 150.

2) Определить размер убытков, причиненных конкурсным управляющим кредиторам, в виде суммы прибыли, полученной в результате осуществления ООО «Электрощит-стройсистема» и ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» собственной операционной деятельности на производственных площадках АО «Теплант» с использованием его производственных мощностей и трудовых ресурсов, которая могла быть направлена на пополнение конкурсной массы и погашение требований всех конкурсных кредиторов, в первую очередь независимых.

3) Провести экспертную оценку объективности и достоверности выводов конкурсного управляющего о финансовом состоянии АО «Теплант», сделанных им по результатам финансового анализа деятельности должника, а также оценку объективности и достоверности выводов, изложенных в заключениях специалистов ФИО7 и ФИО8, эксперта ООО «НИИ РР» ФИО9, специалистов ФГБОУ ВО «Челябинский государственный университет», а именно: оценить уровень и динамику финансового состояния АО «Теплант» до момента введения процедуры конкурсного производства, установить момент возникновения у должника признаков объективного банкротства и возможность продолжения им производственной деятельности после введения конкурсного производства.

Отказывая в назначении судебной экспертизы, суды сослались на положения пункта 2 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса, разъяснения пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», при этом отметили, что вопросы № 1 и № 2 сводятся к оценке размера прибыли, полученной ответчиками, равно как и в ходатайстве об истребовании доказательств. При установленных судами обстоятельствах, суды пришли к выводу о том, что размер полученной ответчиками прибыли не имеет правового значения для определения наличия оснований для взыскания убытков с ответчиков, поскольку передача имущественного комплекса в аренду была обусловлена отсутствием ресурсов и финансовых возможностей продолжения должником производственной деятельности, а также необходимостью сохранения имущества в рабочем состоянии в целях реализации его по более высокой стоимости в ходе конкурсного производства.

Вопрос № 3, предложенный заявителем, является вопросом права и правовых последствий, которые относятся к компетенции суда и не могут быть поставлены на разрешение экспертной организации.

Учитывая изложенное, суды отказали в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств и проведения судебной экспертизы.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в материалах дела доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, учитывая отсутствие доказательств причинения вреда имущественным правам должника и кредиторов, совместного противоправного намерения ответчиков, суды пришли к обоснованному выводу о том, что материалами дела не подтверждается наличие оснований для взыскания солидарно с конкурсного управляющего ФИО3, ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема» убытков по заявленным основаниям, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении заявления АО «Стройсервис».

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Судебная коллегия учитывает, что заявленные АО «Стройсервис» в обоснование своих требований доводы являлись предметом оценки судов при рассмотрении обособленных споров о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего, выразившегося в неоспаривании договоров аренды, о признании недействительными договоров уступки прав требования от кредиторов к ПАО «ЧЗПСН-Профнастил» и ООО «Электрощит-стройсистема», а также о признании недействительными торгов по продаже имущественного комплекса должника. В удовлетворении заявленных АО «Стройсервис» требований судами отказано. Следовательно, каждый из этапов заявленной АО «Стройсервис» бизнес-модели получил оценку во вступивших в законную силу судебных актах.

Довод о том, что суды не дали оценки совокупности действий ответчиков по реализации схемы по переводу бизнеса на аффилированных лиц, судебная коллегия полагает противоречащим тексту обжалованных судебных актов, в том числе с учетом вступивших в законную силу судебных актов по названным обособленным спорам.

Довод, изложенный в кассационной жалобе, о том, что ранее судами не были исследованы обстоятельства, свидетельствующие об аномально высоком росте прибыли у ответчиков в 2021 году, судебная коллегия полагает несостоятельным, поскольку размер прибыли ответчиков при установленных судами обстоятельствах не имеет правового значения для вывода о наличии или отсутствии оснований для взыскания с ответчиков убытков. Кроме того, как следует из пояснений ответчиков, показатели выручки обществ содержат сведения о денежных средствах, поступающих от деятельности и иных производственных площадок, не связанных с АО «Теплант», в разных регионах Российской Федерации.

Довод о том, что судами не исследовано финансовое состояние должника, которое, по мнению кассатора, свидетельствует о возможности продолжения должником деятельности и об отсутствии признаков объективного банкротства на дату возбуждения дела о банкротстве, судебная коллегия также полагает несостоятельным, поскольку, анализируя финансовое состояние должника, конкурсный управляющий пришел к выводу об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства. Названный анализ лицами, участвующими в деле, не оспорен.

Довод о том, что суды не дали оценки совокупности действий ответчиков по реализации схемы по переводу бизнеса на аффилированных лиц, судебная коллегия полагает противоречащим тексту обжалованных судебных актов, в том числе с учетом вступивших в законную силу судебных актов по иным обособленным спорам.

Прочие доводы, изложенные в кассационной жалобе, тождественны тем доводам, которые были предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций, получили свою оценку в обжалуемых судебных актах, основания для ее непринятия у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 от 30.06.2020 с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса), не допускается.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 09.11.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024 по делу № А55-6752/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья П.П. Васильев


Судьи Е.В. Богданова


А.А. Минеева