Постановление от 28 августа 2023 г. по делу № А21-14179/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-14179/2022
28 августа 2023 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 августа 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Масенковой И.В.

судей Пивцаева Е.И., Слобожаниной В.Б.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1

при участии:

от истца (заявителя): ФИО2 по доверенности от 16.09.2022

от ответчика (должника): 1) ФИО3 по доверенности от 27.12.2022, 2) Биллей Ю.И. по доверенности от 13.10.2022

от 3-их лиц: не явились, извещены


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-15993/2023) ФИО4 и ФИО5 на решение Арбитражного суда Калининградской области от 05.04.2023 по делу № А21-14179/2022 (судья Надежкина М.Н.), принятое

по иску ФИО5 и ФИО4

к 1) ФИО6; 2) ФИО7

3-и лица: 1) Управление Федеральной налоговой службы по Калининградской области; 2) общество с ограниченной ответственностью «Русская зерновая компания»; 3) общество с ограниченной ответственностью «Русагросервис»

о признании сделок недействительными,



установил:

ФИО4, ФИО5 обратились в Арбитражный суд Калининградской области с иском к ФИО7 и ФИО6 о признании недействительными договора от 15.01.2013, заявления от 09.12.2013, протокола от 09.12.2013, договора от 24.09.2021, применении последствий недействительности.

Решением суда от 05.04.2023 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом истцы подали апелляционную жалобу, в которой они просят обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податели указывают, что судом первой инстанции не приняты во внимание те обстоятельства, что фактически истцы продолжили участие в управлении обществом, что свидетельствует о мнимости сделки, что ФИО6, являясь участником и директором общества, не воспринимала ФИО7 в качестве участника, не начисляла и не выплачивала ей дивиденды, не осуществляла с ней взаимодействие, все решения принимались только ФИО6, в то время как ФИО7 в корпоративном управлении обществом не участвовала. Полагает, что цель выхода участника из общества не входит в предмет доказывания при разрешении спора о признании сделки мнимой. Считает, что суд первой инстанции неправомерно отклонил Протокол №03/20 от 03.11.2020, в то время как в указанном протоколе содержится указание на фактическое, а не юридическое распределение долей в обществе. Также податели жалобы указывают на отсутствие в материалах дела доказательств наличия трудовых отношений между ФИО5 и ООО «Русагросервис». Выводы суда первой инстанции о недоказанности признания ФИО6 долга и обязанности произвести возврат долей, а также о недоказанности порочности воли ФИО6 считают противоречащим материалам дела. В дополнение к изложенному податели жалобы ставят под сомнение правомерность вывода суда первой инстанции о том, что электронная переписка не свидетельствует о мнимости сделок. Полагают противоречащим материалам дела и выводы о неучастии истцов в собраниях участников. Заинтересованность свидетелей также полагают не подтвержденной материалами дела. Считают неправомерным вывод суда первой инстанции о том, что протокол №03/20 от 03.11.2020 является ненадлежащим доказательством по делу. Кроме того, податели жалоб ссылаются на необоснованную квалификацию протокола №03/20 от 03.11.2020 в качестве ничтожного, а также на необоснованное применение срока исковой давности.

ФИО7 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором она представляет пояснения по доводам апелляционной жалобы и просит обжалуемое решение отменить, приняв по делу новый судебный акт.

ФИО6 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором она доводы жалобы оспаривает и просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Также представлены дополнения к отзыву, в которых ФИО6 представляет дополнительные пояснения по доводам апелляционной жалобы и настаивает на отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель истцов доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

Представитель ФИО6 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

От ООО «Русская зерновая компания» и ООО «Русагросервис» поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых они против ее удовлетворения возражают.

От УФНС по Калининградской области поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Иные третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания по рассмотрению обоснованности апелляционной жалобы, представителей в заседание не направили, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО6, ФИО5, ФИО7 для ведения совместной предпринимательской деятельности входили в состав участников нескольких обществ, объединенных в «Агрохолдинг Гранус» (не является самостоятельным юридическим лицом).

В частности, такими обществами являлись ООО «Русагросервис» (зарегистрировано 29.03.2011 с присвоением ОГРН <***>; участники по состоянию на 01.01.2013 – ФИО4 89,55% и ФИО6 10,45%) и ООО «Русская зерновая компания» (зарегистрировано 19.02.2004 с присвоением ОГРН <***>; участники по состоянию на 01.01.2013 – ФИО5 62,5% и ФИО6 37,5%).

С 2013 года в данных обществах, посредством заключения сделок и принятия решений, произошли изменения состава участников и распределения долей в уставных капиталах.

Так, 14.01.2013 ФИО4 направил в адрес ООО «Русагросервис» и его второго участника ФИО6 оферту о намерении продать 89,55% доли в уставном капитале общества; ФИО6 акцептовала эту оферту; 15.01.2013 стороны подписали договор купли-продажи доли.

Таким образом, с 24.01.2013 ФИО6 является единственным участником общества с долей в уставном капитале 100%.

09.12.2013 ФИО5 направил в ООО «Русская зерновая компания» заявление о выходе из общества; по итогам общего собрания участников этого общества от 09.12.2013 доля ФИО5 в уставном капитале сначала передана на баланс общества, а затем распределена ФИО6

Соответственно, в ООО «Русская зерновая компания» ФИО6 также стала единственным участником.

По утверждению истцов, переход долей от ФИО4 и ФИО5 к ФИО6 осуществлен для вида, без намерения реально создать соответствующие правовые последствия.

Вплоть до 2021 года трое участников совместно управляли указанными обществами, ФИО6, в свою очередь, обязалась произвести возврат долей, от чего впоследствии отказалась.

24.09.2021 ФИО6 в качестве гарантии начала ведения переговоров по возврату долей истцам формально заключила с ФИО7 договор купли-продажи доли 45% в уставном капитале ООО «Русская зерновая компания».

Таким образом, с 01.10.2021 доли в обществе распределены 55% на ФИО6 и 45% на ФИО7

Истцы настаивали, что ФИО7 приняла долю в ООО «Русская зерновая компания» для вида, без намерения реально осуществлять права участника общества.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истцы обратились в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования необоснованными, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

По смыслу п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ч. 1 ст. 4 АПК РФ целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав заинтересованного лица.

Истцы указали на свое право восстановления корпоративного контроля в ООО «Русагросервис» и ООО «Русская зерновая компания», утраченного в виду заключения мнимых сделок и отказа ФИО6 произвести возврат формально полученных в 2013 году долей в уставном капитале обществ.

Согласно п. 1 статьи 170 ГК РФ мнимой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной по признаку мнимости необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Таким образом, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

В частности, в п. 85 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, заключить договоры купли-продажи и составить акты о передаче имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Как пояснили истцы целесообразность спорных сделок, «формальный» выход ФИО4 из состава ООО «Русагросервис» был обусловлен необходимостью в противном случае сбора и предоставления значительного объема документов ООО «Русагросервис» перед оформлением крупного кредита другой организацией - КФК «Калина», участником которого он также параллельно являлся, и дополнительного оформления поручительства.

Между тем, ответчиком ФИО6 верно отмечено, что ФИО4, во избежание возможных осложнений, связанных с участием в двух организация, мог выйти из состава КФХ «Калина», однако, им сделан выбор в пользу выхода из ООО «Русагросервис», что являлось его альтернативным правом.

Порочность воли ФИО6, как второй стороны «мнимой» сделки, в отношении выхода ФИО4 из ООО «Русагросервис» истцами по правилам ст. 65 АПК РФ не обоснована и не доказана надлежащими доказательствами.

Далее истцы указали, что ФИО5, заявляя о выходе из ООО «Русская зерновая компания», руководствовался целью исключить необходимость получения согласия супруги на заключение им договоров поручительства по кредитным обязательствам ООО «Русская зерновая компания» в АО «Россельхозбанк», поскольку отказ в выдаче согласия (в виду ухудшения отношений) грозил неполучением кредита от банка и затруднению деятельности общества.

В опровержение изложенному ответчиком ФИО6 в дело представлено письмо АО «Россельхозбанк» от 01.02.2023 о том, что ООО «Русская зерновая компания» не имело кредитных обязательств в банке.

Согласно бухгалтерской справке от 07.02.2023 ООО «Русская зерновая компания» за период с 2010 года не пользовалось услугами кредитных организаций по привлечению кредитных средств.

Кроме того, ответчиком ФИО6 обращено внимание суда на то, что брак ФИО5 расторгнут с 13.10.2016.

Вместе с тем, после приведенной даты ФИО5 в разумные сроки не заявлял о «мнимости» его выхода из состава участников общества, за защитой прав в случае, если они были нарушены, в суд не обращался.

Порочность воли ФИО6, как второй стороны «мнимой» сделки, в отношении выхода ФИО5 из ООО «Русская зерновая компания» истцами по правилам ст. 65 АПК РФ не обоснована и не доказана надлежащими доказательствами.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ФИО6 было заявлено о пропуске истцами срока исковой давности.

Положениями ст. 196 ГК РФ предусмотрен общий срок исковой давности продолжительностью в три года.

Пунктом 1 ст. 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний срок исковой давности.

Истцы настаивали, что до 2021 года полагались на выполнение ФИО6 достигнутых договоренностей о возврате им долей.

Вместе с тем, поскольку истцы являются стороной сделки, о мнимости которой они заявляют, положение о начале течения срока исковой давности с момента начала исполнения ничтожной сделки является императивным.

Как видно из материалов дела, 14.01.2013 ФИО4 направил в адрес ООО «Русагросервис» и его второго участника ФИО6 оферту о намерении продать 89,55% доли в уставном капитале общества; ФИО6 акцептовала эту оферту; 15.01.2013 стороны подписали договор купли-продажи доли.

Таким образом, с 24.01.2013 ФИО6 является единственным участником общества с долей в уставном капитале 100%.

09.12.2013 ФИО5 направил в ООО «Русская зерновая компания» заявление о выходе из общества; по итогам общего собрания участников этого общества от 09.12.2013 доля ФИО5 в уставном капитале сначала передана на баланс общества, а затем распределена ФИО6

Соответственно, в ООО «Русская зерновая компания» ФИО6 также стала единственным участником.

Следовательно, исполнение оспариваемых истцами сделок началось в 2013 году, в ЕГРЮЛ внесены соответствующие сведения, что свидетельствует о пропуске срока исковой давности по иску о признании мнимой сделки недействительной.

Тот факт, что ФИО6 могла предоставить какие-либо обязательства по возврату долей, в отсутствие в материалах дела безусловных доказательств, свидетельствующих о признании ФИО6 долга, на течение срока исковой давности не влияют и истекший к 2021 году, на который истцы ссылаются как на момент, до которого они считали, что ФИО6 будут совершены какие-либо действия по возврату долей, срок исковой давности не прерывает и не восстанавливает. При этом, как верно установлено судом первой инстанции, совокупности надлежащих и достаточных доказательств в подтверждение факта принятия ФИО6 на себя обязательств по возврату долей ФИО5 и ФИО4 в материалы дела ответчиками не представлено.

Доказательств злоупотребления ФИО6 своими правами истцами в материалы дела не представлено.

Также судом первой инстанции верно отмечено, что истцами по правилам ст. 65 АПК РФ не обосновано надлежащими доказательствами длительное бездействие в части оспаривания сделок, являющихся, по их утверждению, мнимыми. Как ранее было отмечено, брак ФИО5 расторгнут в 2016 году; кредитных обязательств ООО «Русагросервис» не имело.

В соответствии с п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку на дату обращения истцом в суд с настоящим исковым заявлением срок исковой давности истек, о чем заявлено ФИО6, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции относительно взаимодействия ФИО6 и ФИО7

Как поясняла ФИО7 в суде первой инстанции и указывают податели жалобы, ФИО7 не приступала к осуществлению прав участника ООО «Русская зерновая компания», какую-либо прибыль от участия в этом обществе не получала, с момента заключения договора от 24.09.2021 на собрания не вызывалась и не голосовала по каким-либо вопросам.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, в деле имеется доверенность, выданная ФИО7 на имя ФИО7 на право управления и распоряжения принадлежащей её долей в уставном капитале ООО «Русская зерновая компания». Каких-либо надлежащих пояснений относительно доказательства истцами не представлено.

При этом, проявление интереса к деятельности коммерческого общества является инициативой, прежде всего, участника этого общества.

В деле отсутствуют сведения, которые позволили бы констатировать невозможность участия ФИО7 в определении направлений деятельности ООО «Русская зерновая компания». Доказательств воспрепятствования ФИО6 ФИО7 в осуществлении участия в обществе истцами не представлено и в материалах дела не имеется, равно как не имеется сведений об обращении ФИО7 в суд с какими-либо исками в защиту ее интересов как участника общества.

Также суд апелляционной инстанции полагает верным вывод суда первой инстанции относительно отсутствия в материалах дела надлежащих и достаточных доказательств того, что ФИО6 приняла на себя обязательства произвести возврат долей.

Ссылки на то, что ФИО4 и ФИО5 продолжали принимать участие в управлении деятельностью обществ, в рассматриваемой ситуации не имеют решающего правового значения.

В частности, истцы указали на то, что они обозначены в повестке дня годового общего собрания акционеров Агрохолдинга «Гранус», назначенного на 22.06.2019.

Однако, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, поскольку Агрохолдинг «Гранус» не является самостоятельным юридическим лицом, то такие документы, включая отчеты по результатам работы, не могут порождать каких-либо юридических последствий.

Электронная переписка сторон свидетельствует лишь о наличии деловых отношений между ее участниками, однако мнимость сделок такая переписка не подтверждает.

Как пояснила в суде первой инстанции ФИО6, в компании «Русагросервис» ФИО5 была предложена должность «директора по развитию», в связи с чем вся переписка и общение сторон, в том числе, с электронного адреса, обозначенного истцами, вызваны исключительно функциональными обязанностями ФИО5, а не его статусом участника общества.

В том случае, если истцы полагали, что ФИО6 были представлены недостоверные сведения о трудоустройстве ФИО5 в ООО «Русагросервис», в том числе в виде копий документов, они не были лишены права заявить о фальсификации доказательств и потребовать проведения судебной экспертизы документов с истребованием их оригиналов, вместе с тем таким правом истцы не воспользовались, в то время как одни только сомнения в верности копии документа основанием для его исключения или признания недостоверным не являются.

Истцы – ФИО5 и ФИО4 официально не приглашались для участия в собраниях ООО «Русагросервис» и ООО «Русская зерновая компания», участия в собраниях не принимали, никаких решений (протоколов) не подписывали.

Судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что такие обстоятельства, как: отсутствие в договоре купли-продажи от 15.01.2013 условия о конкретной стоимости продажи доли; отсутствие доказательств передачи ФИО6 денежных средств в счет переданной ей доли; отсутствие доказательств выплаты ФИО5, как вышедшему участнику, действительной стоимости доли, сами по себе не служат безусловным доказательством мнимости сделок, а порождают лишь соответствующие права и обязанности у участников этих сделок.

Также суд первой инстанции пришел к верному заключению относительно того, что Протокол собрания акционеров от 03.11.2020 № 03/20 по правилам Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не может быть отнесен к протоколу собраний участников ООО «Русагросервис» или ООО «Русская зерновая компания», и, соответственно, влечь правовые последствия, о которых заявили истцы.

Тот факт, что в указанном Протоколе закреплено фактическое распределение долей в обществе, не имеет правового значения, поскольку принятию и учету при рассмотрении дела подлежат только сведения, внесенные в соответствующие реестры в установленном законом порядке. В данном случае в отношении долей подлежат оценке сведения, указанные в ЕГРЮЛ.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для признания оспариваемых сделок мнимыми.

В силу изложенного, учитывая установленный судами первой и апелляционной инстанции пропуск срока исковой давности по требованию о признании сделок мнимыми, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности апелляционной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Калининградской области от 05.04.2023 по делу № А21-14179/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Масенкова

Судьи


Е.И. Пивцаев

В.Б. Слобожанина