Постановление от 7 августа 2023 г. по делу № А13-2351/2023

112/2023-36764(1)


ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-2351/2023
г. Вологда
07 августа 2023 года


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи

Ралько О.Б., рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн на решение Арбитражного суда Вологодской области от 17 мая 2023 года по делу

№ А13-2351/2023, рассмотренному в порядке упрощенного производства,

установил:

Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (адрес – 162625, Вологодская область; ОГРНИП 311353609000017,

ИНН <***>; далее – предприниматель) о взыскании 300 000 руб. в том числе 150 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1086866, 150 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1268168, а также 600 руб. в возмещение расходов на покупку спорного товара, 483 руб. 04 коп. в возмещение расходов по направлению претензии и искового заявления.

Определением суда от 10.03.2023 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 17.05.2023 по настоящему делу заявленные требования удовлетворены частично. С предпринимателя в пользу компании взыскано 20 000 руб., в том числе

10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1086866; 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1268168; а также, судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 40 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в сумме 32 руб. 21 коп. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Истец с решением суд в части отказа в удовлетворении требований не согласился и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в указанной части и исковые требования компании удовлетворить в полном объеме. Мотивируя апелляционную жалобу, ссылается на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального права.

Предприниматель в отзыве на апелляционную жалобу с доводами, в ней изложенными, не согласился, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В свою очередь истец представил возражения на отзыв ответчика. В остальной части решение суда сторонами не оспаривается.

Согласно части 1 статьи 272.1 АПК РФ и пункту 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам без проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

Стороны надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству в порядке упрощенного производства и ее рассмотрении без вызова сторон.

Исследовав доказательства по делу, проверив в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность решения суда в оспариваемой части, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в ходе закупки, произведенной 05.11.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара (брелка), что подтверждается кассовым чеком.

В ходе закупки, произведенной 07.11.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара (брелка), что подтверждается кассовым чеком.

В ходе закупки, произведенной 19.11.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара (брелка), что подтверждается кассовым чеком.

Истцом в целях подтверждения заключения сделки розничной купли-продажи в материалы дела представлены чеки от 05.11.2022, от 07.11.2022,

от 19.11.2022 (в которых содержатся сведения данные о продавце),

вещественные доказательства – брелки в количестве 3 штук с изображением персонажей «ANGRY BIRDS».

Кроме того, истцом на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пункта 2 статьи 64 АПК РФ в целях самозащиты гражданских прав произведена видеосъемка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли- продажи, а кроме того, факт приобретения спорных товаров.

На товарах содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 1086866 и 1268168.

Исключительные права на данные объекты интеллектуальной собственности принадлежат компании и ответчику не передавались.

Компания является действующим юридическим лицом, которое учреждено 24.11.2003 в качестве публичного акционерного общества, код предприятия 1863026-2.

Согласно выписке из торгового реестра компании допустимым является наименование компании как на финском языке «Rovio Entertainment Oyj» («Ровио Энтертейнмент Оюй»), так и на иностранных языках «Rovio Entertainment Corporation» («Ровио Энтертейнмент Корпорэйшн»).

Претензией № 30569 истец предложил ответчику добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав.

Ссылаясь на то, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительные права истца на товарные знаки и произведение изобразительного искусства, требования претензии не исполнил, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции частично удовлетворил заявленные требования, правомерно руководствуясь следующим.

В соответствии со статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности относятся в том числе произведения литературы, науки и искусства, а к охраняемым средствам индивидуализации, приравненным к охраняемым результатам интеллектуальной деятельности, - товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1482 ГК РФ предусмотрено, что в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно статье 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности

или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Как правомерно указал суд первой инстанции, использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ.

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 10) разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров

одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Как правильно указал суд первой инстанции, тот факт, что истец является правообладателем заявленных товарных знаков, подтвержден представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не опровергнут.

В данном случае, как следует из материалов дела, истец доказал как факт принадлежности ему исключительных прав на заявленные товарные знаки, так и факт нарушения действиями ответчика данных прав истца. Так, факт использования принадлежащих истцу исключительных прав путем предложения к продаже контрафактного товара подтвержден кассовыми чеками, видеозаписями покупки, контрафактным товаром (вещественные доказательства).

Ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие наличие у него права на использование товарных знаков.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, поскольку незаконность использования ответчиком заявленных товарных знаков подтверждается отсутствием у него договоров с правообладателем, им нарушены исключительные права истца на использование товарных знаков № 1086866 и 1268168.

Из материалов дела видно, что истец заявил о взыскании с ответчика компенсации, предусмотренной подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в обшей сумме 300 000 руб. исходя из размера 50 000 руб. за каждое нарушение права на товарный знак.

Согласно абзацу третьему пункта 65 Постановления № 10 распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2015 № 304-ЭС15-15472 по делу № А03-14243/2014 содержится правовая позиция, согласно которой в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализацию ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

В рассматриваемом случае судом установлено и подтверждается материалами дела, что ответчиком в относительно короткий промежуток времени (05.11.2022, 07.11.2022, 19.11.2022) реализован спорный товар (3 брелка), на котором нанесены одни и те же товарные знаки. При этом ответчик представил в материалы дела договор поставки от 20.10.2022 № 2541, квитанцию к приходному кассовому ордеру от 20.10.2022, товарную накладную от 20.10.2022 № 2541, спецификацию к указанной товарной накладной, документы, подтверждающие оприходование на склад ответчика спорного товара, из которых усматривается, что спорный товар приобретался одной партией.

Указанные выше доказательства суд первой инстанции вопреки доводам жалобы правомерно признал допустимыми в подтверждение обстоятельств закупки товара ответчиком.

Кроме того, следует отметить, что после первой закупки (05.11.2022) ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных авторских прав. Требование о прекращении нарушения прав истца ответчику после первой закупки товара не поступало. Согласно материалам дела впервые о своих претензиях (требованиях) истец уведомил ответчика путем направления по почте 23.12.2022 претензии.

С учетом указанных фактических обстоятельств дела суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о последовательности совершенных сделок и наличии единого намерения (умысла) продавца при их осуществлении, что в силу изложенных разъяснений свидетельствует об одном факте нарушения в отношении каждого объекта интеллектуальных прав.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о последовательности данных сделок и наличии единого намерения (умысла) продавца при их осуществлении, что свидетельствует об одном факте нарушения.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что суд первой инстанции при определении размера подлежащей взысканию компенсации не лишен возможности установить в действиях правонарушителя единство намерений, исходя из представленных в материалы дела доказательств.

Установление единства намерений правонарушителя в данном случае правомерно осуществлено судом в рамках реализации возложенной на суд арбитражным процессуальным законодательством функции по исследованию и установлению фактических обстоятельств, касающихся совершенных

ответчиком нарушений исключительных прав (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Аналогичные выводы содержатся в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 29.08.2022 № С01-1242/2022 по

делу № А68-10404/2021.

Таким образом, суд верно указал, что ответчиком допущено одно нарушение исключительных прав истца на 2 объекта (с учетом единства намерений при совершении нескольких продаж).

Минимальный размер компенсации, установленный пунктом 1 статьи 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, составляет 10 000 руб. за товарный знак.

Рассматривая реализацию спорных товаров в качестве одного факта нарушения, при котором допущено нарушение исключительных прав истца на 2 объекта интеллектуальной собственности, суд первой инстанции посчитал возможным снизить размер компенсации за каждое нарушение до 10 000 руб. и взыскать 20 000 руб.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021), которой правомерно воспользовался суд при рассмотрении данного спора.

Как следует из абзаца второго пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отсутствие у суда правомочия снизить размер компенсации может повлечь – вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности – явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении

№ 28-П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности (пункт 4.4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. При этом суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет

доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

По смыслу правовой позиции, изложенной в пункте 65 постановления

№ 10, суд при рассмотрении дела о взыскании компенсации в твердом размере определяет сумму компенсации, соразмерную нарушению в целом.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражал и заявил ходатайство о снижении размера компенсации.

Суд первой инстанции оценив представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание незначительность допущенного нарушения, характер допущенного нарушения (ответчик не изготовлял контрафактный товар), отсутствие доказательств причинения каких-либо убытков правообладателю, степень вины нарушителя (неосторожность), исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, учитывая, что имело место нарушение исключительных прав на два объекта исключительных прав, но при этом ответчиком допущена множественность нарушений исключительных прав одного правообладателя (компании) при реализации товара, снизил размер компенсации до минимального размера, установленного законом, 10 000 руб., отказав в удовлетворении исковых требований в остальной части.

Апелляционная инстанция соглашается с указанными выводами суда, который верно оценил доводы сторон, представленные в материалы дела доказательства, учел фактические обстоятельства дела, характер и последствия допущенного нарушения, требования разумности и справедливости при определении размера компенсации за нарушение авторских прав.

Доводы подателя жалобы сводятся к необоснованности снижения размера компенсации и не могут быть приняты во внимание, поскольку размер взысканной компенсации надлежащим образом мотивирован, примененные судом критерии определения размера компенсации соответствуют правовым позициям высших судебных инстанций.

Суд апелляционной инстанции не усматривает правовых оснований для несогласия с указанными выводами, учитывая, что они достаточным образом мотивированы и основаны на фактических обстоятельствах дела и установленном судом характере допущенного ответчиком нарушения.

Таким образом, суд первой инстанции, оценив представленные лицами, участвующими в деле, доказательства и приведенные ими доводы в соответствии со статьей 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных истцом требований.

При таких обстоятельствах, руководствуясь принципами разумности и соразмерности, суд обоснованно определил размер компенсации из расчета 10 000 руб. за одно нарушение исключительных прав, исходя из минимального предела, установленного в подпункте 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в силу чего, исковые требования правомерно удовлетворены частично в сумме 20 000 руб.

Ссылки компании на судебную практику по иным делам отклоняются судом апелляционной инстанции с учетом установленных по настоящему делу фактических, конкретных обстоятельств.

С учетом изложенного доводы апеллянта о неверном определении судом размера компенсации отклоняются апелляционным судом.

Аргументы апеллянта, приведенные в жалобе, не опровергают законность и обоснованность сделанных судом первой инстанции и подтвержденных материалами дела выводов.

Судебные расходы, понесенные истцом, документально подтверждены, связаны с рассмотрением настоящего спора судом, и правомерно в соответствии с правилами статьи 110 АПК РФ отнесены судом на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Поскольку судом первой инстанции полно исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не установлено, апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины с учетом положений статьи 104 АПК РФ, на основании статьи 110 АПК РФ, относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Вологодской области от 17 мая 2023 года по делу № А13-2351/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Rovio Entertainment Corporation (Ровио Энтертейнмент Корпорейшн) – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, по

основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья О.Б. Ралько

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 02.03.2023 10:43:00

Кому выдана Ралько Ольга Богдановна