Решение от 23 сентября 2021 г. по делу № А32-34244/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-34244/2020

г. Краснодар «23» сентября 2021 г.


Резолютивная часть решения объявлена «23» сентября 2021 г.

Полный текст решения изготовлен «23» сентября 2021 г.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Любченко Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шевченко А.Н.,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

ООО «РЕКИТТ БЕНКИЗЕР АЙПИ» (ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>)

о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков в сумме 180 000 руб.,


при участии в судебном заседании:

от истца: не явился, извещен,

от ответчика: ФИО2, доверенность в деле,



У С Т А Н О В И Л:

ООО «РЕКИТТ БЕНКИЗЕР АЙПИ» (далее – истец, общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на девять товарных знаков истца (свидетельства о регистрации № 160002, № 200208, № 322387, № 320515, № 207392, № 469302, № 467595, № 336985, № 320517) в сумме 180 000 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.10.2020, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.01.2021, с предпринимателя в пользу общества взыскана компенсация за незаконное использование товарных знаков в сумме 180 000 руб., почтовые расходы в сумме 216,64 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 400 руб.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 17.05.2021 вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Представитель истца в судебное заседание не явился, извещен.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, требования не признал.

Дополнительно представленные документы приобщены к материалам дела.

Согласно части 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс) непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Согласно части 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 20.09.2021 объявлялся перерыв до 23.09.2021 до 10 час. 00 мин. и после перерыва судебное заседание продолжено в указное время.

Исследовав документы, и оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 13.03.2018 в ходе проведения проверки в магазине «Станичная Ярмарка» расположенного по адресу ст. Гостагаевская, ул. Советская, 26 «Б», установлено, что предприниматель организовал в вышеуказанном магазине реализацию презервативов маркированных логотипом товарного знака «Contex» принадлежащего компании ООО «РЕКИТТ БЕНКИЗЕР АЙПИ» (далее – компания).

Лицензионного соглашения (договора) на реализацию товаров маркированных логотипом товарного знака «Contex» принадлежащих компании предпринимателем предоставлено не было.

В ходе административного расследования, был направлен запрос поверенному представителю концерна компании ФИО3, представляющего интересы компании, для истребования сведений.

Согласно ответу полученного от компании, было установлено, что предприниматель, с вышеуказанной компанией в договорных отношениях не состоит.

По данному факту инспектором ОИАЗ Отдела МВД России по г. Анапе капитаном полиции ФИО4, составлен административный протокол № 066525 от 18.06.2018 по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ в отношении предпринимателя.

Согласно решению Арбитражного суда Краснодарского края от 10.09.2018 по делу № А32-26675/2018 предприниматель привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ в виде взыскания штрафа в размере 25 000 руб. с конфискацией предметов административного правонарушения с изображением товарного знака «Contex», в отношении которых составлен протокол изъятия от 13.03.2018.

Судом было установлено, что протоколами осмотра и изъятия, составленными с соблюдением норм статьи 27.8 и 27.10 КоАП РФ, зафиксированы обстоятельства совершения нарушения – наличие на реализации в данной торговой точке контрафактного товара содержащих незаконное воспроизведение чужого товарного знака «Contex». Проанализировав изложенное выше, суд посчитал, что на товарах, изъятых у предпринимателя, незаконно нанесены обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком «Contex». Сам товар и обозначения на нем выполнены и нанесены таким образом, чтобы у потребителя появилось мнение, что он приобрел презервативы под товарным знаком «Contex». Суд установил, что у предпринимателя отсутствуют лицензионные права на использование товарного знака, следовательно, суд указал, что такие действия как продажа товаров, на которых размещен чужой товарный знак иным лицом без разрешения правообладателя, свидетельствуют о нарушении имущественных и личных неимущественных прав владельца товарного знака, то есть о незаконном использовании товарного знака.

По смыслу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, все обстоятельства незаконного, виновного использования ответчиком серии товарного знака «Contex» установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.09.2018 по делу № А32-26675/2018 и имеют преюдициальное значение, в силу статьи 69 АПК РФ.

Судом установлено, что истец является правообладателем серии товарного знака «Contex», а также правообладателем других словесных, изобразительных и комбинированных изображений, размещенных на упаковках с презервативами «Contex», следующих знаков: «Contex» свидетельство о регистрации № 160002; «Romantic Love» свидетельство о регистрации № 200208; графическое изображение «Распускающийся цветок» свидетельство о регистрации № 322387; графическое изображение «Молния» свидетельство о регистрации № 320515; «Imperial» свидетельство о регистрации № 207392; «Contex Lights» свидетельство о регистрации № 469302; «Contex Classic» свидетельство о регистрации № 467595; графическое изображение «Ракушка» свидетельство о регистрации № 336985; графическое изображение «Перо» свидетельство о регистрации № 320517.

Сведения о правообладателях товарных знаков находятся в открытом доступе на сайте http://wwwl.fips.ru/wps/portal/Registers/.

Ссылаясь на незаконное использование указанных выше товарных знаков, правообладателем которых является истец, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением о взыскании компенсации в сумме 180 000 руб.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

По правилам части 1, 2 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ. В случаях, предусмотренных АПК РФ, в арбитражный суд вправе обратиться и иные лица.

В соответствии со статьей 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную законодательством РФ.

Согласно положениям статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (статья 1482 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу указанных норм нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя.

Понятия тождественности и сходства определяются в пункте 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647.

Так, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В пункте 42 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647 указано, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Основное предназначение товарного знака – обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя, что позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем и вызывать определенное представление о качестве продукции

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Судом установлено, что ответчик в своей предпринимательской деятельности незаконно использовал следующие товарные знаки истца, а именно: «Contex» свидетельство о регистрации № 160002; «Romantic Love» свидетельство о регистрации № 200208; графическое изображение «Распускающийся цветок» свидетельство о регистрации № 322387; графическое изображение «Молния» свидетельство о регистрации № 320515; «Imperial» свидетельство о регистрации № 207392; «Contex Lights» свидетельство о регистрации № 469302; «Contex Classic» свидетельство о регистрации № 467595; графическое изображение «Ракушка» свидетельство о регистрации № 336985; графическое изображение «Перо» свидетельство о регистрации № 320517, поскольку правообладателем не заключались соглашения об использовании данных товарных знаков или передаче исключительных прав на них.

Так в ходе проведения проверки 13.03.2018 в магазине «Станичная Ярмарка», расположенном по адресу: ст. Гостагаевская, ул. Советская, д. 26 «Б», установлено, что предприниматель организовал в вышеуказанном магазине реализацию презервативов, маркированных логотипом товарного знака «Contex», принадлежащего истцу.

Лицензионного соглашения (договора) на реализацию товаров, маркированных логотипом товарного знака «Contex», принадлежащего обществу, предпринимателем предоставлено не было.

По данному факту уполномоченным лицом в отношении предпринимателя составлен административный протокол по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

Согласно решению Арбитражного суда Краснодарского края от 10.09.2018 по делу № А32-26675/2018 предприниматель привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ в виде взыскания штрафа в размере 25 000 руб. с конфискацией предметов административного правонарушения с изображением товарного знака «Contex», в отношении которых составлен протокол изъятия от 13.03.2018.

Согласно представленному протоколу № 066525 об административном нарушении, протоколу осмотра от 13.03.2018, протоколу изъятия вещей и документов от 13.03.2018, судом установлено, что ответчик незаконно использовал следующие товарные знаки истца, а именно: «Contex» свидетельство о регистрации № 160002; «Romantic Love» свидетельство о регистрации № 200208; графическое изображение «Распускающийся цветок» свидетельство о регистрации № 322387; графическое изображение «Молния» свидетельство о регистрации № 320515; «Imperial» свидетельство о регистрации № 207392; «Contex Lights» свидетельство о регистрации № 469302; «Contex Classic» свидетельство о регистрации № 467595; графическое изображение «Ракушка» свидетельство о регистрации № 336985; графическое изображение «Перо» свидетельство о регистрации № 320517. Так сотрудниками ОМВД России были изъяты 8 упаковок презервативов на сумму 1 240 руб., и из представленного фотоматериала усматривается наличие нанесения на упаковки презервативов товарных знаков истца в количестве 9 штук.

С учетом вышеизложенного, доводы ответчика об ошибочности выводы судов о преюдициальности решения Арбитражного суда Краснодарского края от 10.09.2018 по делу № А32-26675/2018 в отношении нарушений на все заявленные истцом товарные знаки, подлежат отклонению.

Истцом подтверждено, что на изъятых у ответчика презервативов «Contex» незаконно размещены именно 9 товарных знаков истца, зарегистрированные в установленном законном порядке.

Поскольку ответчик фактически незаконно использовал 9 товарных знаков (изображений товарных знаков) истца, он одним действием (реализация товара) нарушил права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, то есть допустил множественность нарушений, а не одно.

В соответствии со статьей 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки этих товаров, на которых незаконно используется товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Руководствуясь данной статьей, истец оценил один товарный знак в размере 20 000 руб.

Учитывая, что нарушение исключительных прав на товарный знак совершено в отношении девяти товарных знаков, правообладатель оценивает общую сумму подлежащей ему компенсации за незаконное использование товарных знаков и изображений товарных знаков в размере 180 000 руб.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В разъяснение указанной нормы права Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 06.03.2012 №12505/11 указал, что нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствии? такого своего поведения.

В случае несогласия со стоимостью контрафактного товара, используемой истцом для определения размера компенсации, нарушитель исключительных прав правообладателя в соответствии со статьей 65 АПК РФ обязан предоставить в суд доказательства необоснованности определения стоимости контрафактного товара.

Таким образом, действующим законодательством распределено бремя доказывания обстоятельств чрезмерности заявленной ко взысканию компенсации на нарушение исключительных прав, и возложено на ответчика.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Суд приходит к выводу, что заявленная компенсация в сумме 180 000 руб. подлежит взысканию в заявленном истцом размере.

В ходе рассмотрения дела ответчик заявил заявлении о снижении компенсации за незаконное использование товарных знаков, вместе суд считает заявление не подлежащим удовлетворению, на основании следующего.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» истец заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению.

Судом установлено, что при определении суммы компенсации, истец руководствовался пределами, установленными пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, а также публичной известностью «презервативов Contex» на которые нанесены товарные знаки истца.

Суд учитывает, что презервативы «Contex» являются медицинским изделием и имеют класс потенциального риска применения медицинского изделия «2Б» (медицинские изделия с повышенной степенью риска) и последствия использования такой продукции сопряжены с рисками для жизни и здоровья потребителей.

Изъятый у ответчика товар крайне низкого товарного вида и качества, введение в товарооборот такой некачественной продукции создает у потребителей негативное отношение к товарному знаку «Contex» в целом, ввиду чего страдает деловая репутация правообладателя. В свою очередь организации, имеющие право на распространение оригинальной продукции, несут убытки.

Кроме того, презервативы «Contex» уже более чем 20 лет существуют на рынке (товарный знак был зарегистрирован в 1998) и реализуются во многих магазинах и аптеках, в том числе представлены в прикассовой зоне, где можно без особых усилий ознакомиться с их стоимостью и обратить внимание, что стоимость реализации презервативов «Contex» в указанных выше каналах сбыта явно превышала стоимость, по которой ответчик в свое время осуществил реализацию презервативов «Conteх», что не могло его не насторожить, при осуществлении ответчиком должной осмотрительности, а может и свидетельствовать об обратном, при усмотрении значительной разницы в цене между оригинальной продукции и реализованной ответчиком, на желании быстро заработать на задумываясь о нарушениях прав третьих лил.

Суд учитывает, что к лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. Действия ответчика, по незаконному использованию товарных знаков, подрывают деловую репутацию истца, наносят ущерб рекламным, маркетинговым усилиям правообладателя, вводят в заблуждение потребителей, которые при покупке товара рассчитывают на определенное качество товара, поскольку потребители приобретая публично известный товар рассчитывают на его высокое качество, которого ответчик не обеспечивает, тем самым, в результате незаконных действий ответчика правообладатель теряет прибыль.

Незначительная сумма ущерба, нанесенного истцу, установленная в рамках дела по административному правонарушению, в результате незаконных действий ответчика, не является критерием для расчета суммы компенсации и не имеет юридического значения, поскольку споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, обусловлены не стоимостью самих товаров, а восстановлением нарушенного права правообладателя.

Истец воспользовался своим законным правом и рассчитал стоимость компенсации за незаконное использование каждого товарного знака, по вышеуказанным обстоятельствам, оценил размер компенсации в размере 20 000 руб. за один товарный знак, а поскольку ответчик незаконно использовал девять товарных знака истца, общий размер компенсации составляет 180 000 руб., который суд считает обоснованным.

С учетом вышеизложенного, а также в связи с тем, что ответчик не предпринял мер должной осмотрительности, суд считает размер заявленной суммы компенсации за незаконное использование товарных знаков в размере 180 000 руб. (за 9 товарных знаков) разумной и справедливой.

Ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ), выраженные в предложении к продаже и продаже, что напрямую нарушает действующее законодательство, о чем он, как специализированный субъект не может не знать.

В результате вышеуказанных правонарушений, наступают неблагоприятные последствия: потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно; правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введенной в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем; обилие продукции, маркированной конкретным товарным знаком, которая впоследствии признается контрафактной, является причиной снижения инвестиционной привлекательности приобретения права использования данного товарного знака. Увеличивается риск вредного воздействия данной продукции на здоровье человека, так как данная продукция введена в гражданский оборот неправомерно. Использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации в своей коммерческой деятельности лицами, не имеющих на то правовых оснований, причиняет правообладателю имущественный ущерб в виде невыплаченного вознаграждения, положенного правообладателю, а также является недобросовестной конкуренцией и ущемляет права лиц, действующих на основании лицензионных соглашений/договоров.

Кроме того, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств. При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – постановление № 28-П) и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика. Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018, от 13.11.2018 №305-ЭС18-14243. В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности. С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, ГК РФ предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Допущение законом такой возможности – тем более принимая во внимание затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае правонарушения – нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства. Взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12.07.2007 № 10-П, таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Соответственно, лицо, нарушившее исключительное право на объект интеллектуальной собственности при осуществлении предпринимательской деятельности, - исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и с учетом того, что обладатель нарушенного права в целях реализации предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации подлежит применению независимо от вины нарушителя (пункт 3 статьи 1250 и пункт 3 статьи 1252 ГК РФ), - должно иметь возможность доказать, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу – правообладателю.

Тем самым, ответчик, будучи индивидуальным предпринимателем, обязан знать о продукции, которую он реализует, отвечает ли она признакам лицензионной продукции, и не нарушает ли ее продажа права правообладателя, в том числе при условии, что сведения о товарных знаках находятся в открытом доступе в сети Интернет.

Заявление минимального размера компенсации за установленное и доказанное нарушение прав правообладателя не достигает цели прекращения оборота контрафактной продукции на рынке, что может дать возможность нарушителю, выплатив незначительную компенсацию за установленное нарушение продолжить нарушать права правообладателя.

Ответчик не доказал того обстоятельства, что им предпринимались необходимые меры и была проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу. Принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, суд находит размер заявленной компенсации разумным и справедливым. Оснований для уменьшения размера указанной компенсации у суда не имеется.

Кроме того, из материалов дела не следует, что у ответчика отсутствует материальная возможность нести ответственность за нарушение исключительных прав истца в полном размере. Ответчиком не представлено доказательств тяжелого материального положения. Ответчик также не доказал то обстоятельство, что правонарушение не носило грубый характер и ему не было известно о незаконном использовании чужих авторских прав. Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца, ответчиком в материалы дела не представлено.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено наличие вины ответчика в форме неосторожности, поскольку ответчик не проявил той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, и не принял все меры для надлежащего исполнения этого обязательства.

Являясь субъектом предпринимательской деятельности, при достаточной степени заботливости и осмотрительности ответчик имел возможность получения соответствующих прав на законное использование товарных знаков истца, учитывая широкую известность и распространенность услуг истцом, однако, этого не сделал и не представил суду доказательств, свидетельствующих об отсутствии его вины.

Согласно общим правилам привлечения к юридической ответственности, правонарушение может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности. Следовательно, ответственность за совершение данного правонарушения наступает, в том числе в случае, если лицо знало или должно было знать, что использует результаты интеллектуальной деятельности, но не проверило, осуществляет ли оно такое использование на законных основаниях.

В соответствии со статьей 2 ГК РФ под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Таким образом, при осуществлении предпринимательской деятельности ответчик должен осознавать наличие потенциальной возможности наступления или не наступления событий, которые могут повлечь неблагоприятные имущественные последствия для его деятельности.

Ответчик не представил в суд документального подтверждения отсутствия прибыли от осуществляемой им предпринимательской деятельности, в частности, сведений о размере дохода, об отсутствии у него иных источников дохода, иных доказательств, позволяющих суду сделать вывод о тяжелом материальном положении ответчика.

Напротив, на дату рассмотрения дела ответчик деятельность не прекратил, с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд не обращался.

Так ответчик, будучи специализированным субъектом права, ведущим экономическую деятельность, совершил действия, которые нельзя характеризовать исходящими из принципа надлежащего исполнения обязательств (статья 309 ГК РФ), а также принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ).

Таким образом, приведенные и другие собранные по делу доказательства, обосновывающие наличие или отсутствие имеющих значение для дела обстоятельств, исследованные и оцененные арбитражным судом в своей совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, принимая во внимание конкретные и фактические обстоятельства дела, достаточны для вывода об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, состоящих из стоимости потовых расходов в сумме 216,64 руб.

Так как факт несения почтовых расходов в размере 216,64 руб. подтвержден документально, в связи с чем, несение таких расходов подлежит отнесению на ответчика в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ.

При таком исходе дела, расходы по оплате государственной пошлины, по правилам статьи 110 АПК РФ, следует отнести на ответчика.

Судом при рассмотрении настоящего дела исследованы подлинники и (или) надлежаще заверенные копии представленных письменных доказательств.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 АПК РФ, суд



Р Е Ш И Л:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу ООО «РЕКИТТ БЕНКИЗЕР АЙПИ» (ИНН <***>) компенсацию за незаконное использование товарных знаков в сумме 180 000 руб., почтовые расходы в сумме 216,64 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 400 руб.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение.



Судья Ю.В. Любченко