Постановление от 10 июня 2020 г. по делу № А71-1637/2019



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2588/20

Екатеринбург

10 июня 2020 г.


Дело № А71-1637/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июня 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т.П.,

судей Вдовина Ю.В., Черкезова Е.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Анкудиновой И.А., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики кассационную жалобу Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике (далее – фонд, учреждение, заявитель) на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.09.2019 по делу № А71-1637/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 14.05.2020 судебное разбирательство отложено, рассмотрение кассационной жалобы назначено на 08.06.2020.

После отложения судебное разбирательство возобновлено и продолжено, в судебном заседании в здании Арбитражного суда Удмуртской Республики приняли участие представители:

учреждения – Коровина Т.В. (доверенность от 01.01.2020);

общества с ограниченной ответственностью «Вертикаль» (далее – общество, ООО «Вертикаль», страхователь) – Смолин А.В. (доверенность от 04.02.2019), Чекмарева А.П. (доверенность от 09.01.2020).

Общество обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительным решения фонда от 25.01.2019 № 5н/с о привлечении страхователя к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Решением Арбитражного суд Удмуртской Республики от 24.09.2019 требование удовлетворено, решение фонда признано недействительным, на учреждение возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2020 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе учреждение просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Заявитель в жалобе утверждает, что судами неверно определены отношения сторон по договорам от 01.04.2016 № 40/10-40943 (далее – договор № 40/10-40943), от 14.02.2017 № 40/10-43946 (далее – договор № 40/10-43946), от 24.08.2017 № 40/10-45585 (далее – договор № 40/10-45585), заключенным между ООО «Вертикаль» и публичным акционерным обществом «Уфимское моторостроительное производственное объединение» (далее – ПАО «УМПО», заказчик), посчитав их правовую природу как гражданско-правовые договоры возмездного оказания услуг. Вместе с тем, по мнению фонда, фактически работники организации-заявителя были направлены в ПАО «УМПО» в рамках отношений по предоставлению труда работников (персонала). Как указывает фонд, на момент заключения спорных договоров ПАО «УМПО» (принимающая сторона) владело информацией о профессиональных качествах (профессии, разряде, опыте работы) работников ООО «Вертикаль», поскольку данные работники в 2015 году работали в ПАО «УМПО» в рамках договора по предоставлению труда работников (персонала) от 01.01.2015 № 40/10/36883. Полагает, что сторонами достигнуто соглашение о численности работников, их профессиональной подготовке и квалификации.

Учреждение в жалобе приводит довод о том, что из условий спорных договоров (пункт 5.4 договора № 40/10-40943, пункт 1.5 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585, а также пункта 3.1.1 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585), следует, что направленный персонал работал по графику заказчика; заказчик проводил инструктажи и контролировал персонал исполнителя, с правом не допускать на свою территорию работников, не прошедших вводный инструктаж; заказчик обязан был незамедлительно информировать исполнителя о несчастных случаях на производстве, произошедших с представителями исполнителя; заказчик имел право в любое время проводить проверки процесса оказания услуг и доводить результаты проверок до исполнителя в письменном виде; заказчик контролировал технологическую дисциплину с правом применения штрафных санкций; заказчик осуществлял контроль общих требований по охране труда, а также требований внутреннего трудового распорядка при выполнении работ на рабочем месте с правом выдворения сотрудников исполнителя за территорию заказчика и изъятия у сотрудников исполнителя пропуска на территорию заказчика, а также, с правом отказать в последующем допуске на территорию сотрудникам исполнителя, нарушивших указанные требования, в том числе приостановить работы, уведомив об этом исполнителя письменно; работы выполнялись исходя из текущей потребности заказчика, полномочия исполнителя ограничивались возможностью контроля в отношении учета совокупного количества операций, выполненных сотрудниками. При этом согласно штатных расписаний, сводов по начислению заработной платы сотрудники администрации и дирекции, в том числе специалист по охране труда трудятся по адресу: Удмуртская Республика, г. Ижевск, ул. Максима Горького, д. 51, что свидетельствует об отсутствии ежедневного контроля со стороны руководства за своими сотрудниками, контроля за соблюдением требований техники безопасности, а также за соблюдением их прав, предусмотренных трудовыми договорами. Анализ пунктов 2.2 и 3.1 спорных трудовых договоров свидетельствует об осуществлении заказчиком контроля и управления процессом производственной деятельности работников исполнителя и отсутствии контрольных функций со стороны исполнителя (ООО «Вертикаль»), соответственно, сторонами согласованы обязанности сторон, предусмотренные пунктом 2 статьи 18.1 Закона Российской Федерации от 19.04.1991 № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации» (далее – Закон № 1032-1). Заказчик обеспечивал также безопасные условия и охрану труда направленного персонала (пункт 3.1.3 договора № 40/10-40943, пункт 4.1.3 договоров № 40/10-43946 № 40/10-45585).

Заявитель жалобы считает вывод судов об аналогочности условий договора от 24.08.2017 № 40/10-45516 условиям договоров от 01.04.2016 № 40/10-40943 и от 30.03.2017 № 4/2017 не соответствующим действительности. Полагает, что судами проанализированы и сделаны выводы лишь на основании условий договора № 40/10-45516 без учета анализа условий договоров № 40/10-40943, от 30.03.2017 № 4/2017.

Фонд в жалобе выражает несогласие с выводом судов об изначальном определении сторонами гражданско-правовых отношений в рамках закупочной процедуры, поскольку сама по себе процедура заключения договора не может определять его правовую природу, которая устанавливается на основании характера фактически сложившихся между сторонами правоотношений. Для договора о предоставлении труда работников (персонала) Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) не установлено отдельного правового регулирования. В пункте 2 статьи 779 ГК РФ приведен открытый перечень видов договоров возмездного оказания услуг, что позволяет отнести к ним договор о предоставлении персонала. Отсутствие в названии договоров с заказчиком ПАО «УМПО» и в элементах данных договоров прямого указания на предоставление труда работников (персонала) не меняет их правовой сути, поскольку установление предмета договора, согласно статьи 431 ГК РФ, возможно путем выяснения действительной общей воли сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Учреждение считает, что в рассматриваемой ситуации стороны имели цель – намерение получить положительный экономический эффект в связи с предоставлением труда работников (персонала) е соответствии с их трудовыми функциями для обслуживания производства заказчика. В целях сокращения расходов на заработную плату, экономии на выплатах, предусмотренных законодательством при сокращении работников (что позволяет экономить на страховых взносах) ПАО «УМПО» не принимает работников в свой штат при увеличении объема производства, а привлекает иную организацию для осуществления своей основной деятельности.

Заявитель в жалобе обращает внимание кассационного суда на то, что ООО «Вертикаль» основной вид деятельности «Предоставление услуг по подбору персонала» (ОКВЭД 74.50) на 2016 год фактически не оспаривает, поскольку уточненный расчет формы 4-ФСС с указанием вида деятельности «Обработка металлических изделий» (ОКВЭД 25.62), которому соответствует страховой тариф 1,3 %, общество не сдавало и соответствующие взносы не уплатило. По итогам 2016 года общество в соответствии с пунктом 9 Правил отнесения видов экономической деятельности к классу профессионального риска, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2005 № 713, подтвердило на 2017 гол основной вид деятельности по ОКВЭД 78.10 (ранее 74.50) «Предоставление услуг по подбору персонала», что подтверждается заявлением общества от 15.03.2017 и уведомлением о размере страховых взносов на 2017 год. Полагает, что судами неверно установлено, что в 2016 году общество исчисляло страховые взносы с выплат работникам, осуществляющим работы в ПАО «УМПО», по страховому тарифу 1,3 % исходя из ОКВЭД 25.62 «Обработка металлических изделий», тогда как страхователь исчислил и уплатил страховые взносы за 2016 год с указанных выплат по страховому тарифу 0,2 % исходя из ОКВЭД 74.50 «Предоставление услуг по подбору персонала». Указывает, что фактически ООО «Вертикаль» в 2016-2017 годах деятельность по обработке металлических изделий (ОКВЭД 25.62) не осуществляло, в материалах дела отсутствует документальное оформление приобретения сырья или его передача с целью обработки от заказчика к исполнителю, в оборотно-сальдовой ведомости по предприятию отсутствуют счета бухгалтерского учета, указывающих на наличие в собственности или аренде предприятия основных средств, то есть материала и оборудования для обработки металлических изделий. На момент заключения спорных договоров ООО «Вертикаль» не имело никакого оборудования (механизмов, сырья, материалов) для обработки металлических изделий, а лишь владело кадрами специалистов, которые непосредственно могут произвести обработку изделия (оказать услуги токаря, слесаря, фрезеровщика). Отмечает, что исходя из актов выполненных работ по спорным договорам, оплата производится за конкретную выполненную операцию (токарную, слесарную, контрольную), а не за обработанную металлическую деталь, следовательно, страхователь в проверяемый период металлообработкой не занимался. Только в период проведения выездной проверки (18.04.2018) обществом дополнительно заявлен ОКВЭД 25.62 «Обработка металлических изделий». Между тем указание обществом в ЕГРЮЛ и представление в территориальный орган страховщика сведений об основном виде деятельности по ОКВЭД 25.62 «Обработка металлических изделий» само по себе не подтверждает фактическое осуществление заявителем такого вида деятельности, поскольку сведения носят заявительный характер.

Фонд в кассационной жалобе приводит довод о том, что выездной проверкой выявлено и материалами проверки подтверждено, что работники ООО «Вертикаль», которые работали в 2015 году в ПАО «УМПО» в должности токаря, слесаря и других должностях по договору о предоставлении труда работников (персонала) от 01.01.2015 № 40/10-36883, после заключения спорных договоров в 2016-2017 годах продолжали выполнять свои трудовые обязанности на территории ПАО «УМПО» по своей должности в соответствии с профессиональной квалификацией. При этом никаких существенных изменений характера и условий работы направленных работников не произошло. Фактически предмет договора между сторонами в 2015, 2016, 2017 года не поменялся, так как в деятельности ООО «Вертикаль» не произошли никакие изменения по документообороту, по бухгалтерскому учету, кадровому оформлению. Учитывая, что работники ООО «Вертикаль» фактически работали на территории ПАО «УМПО» в рамках договора о предоставлении труда работников (персонала), страховой риск от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний связан с условиями труда, относящимися к деятельности ПАО «УПМО», страховые взносы с их заработка необходимо начислять в соответствии с частью 2.1 статьи 22 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – Закон № 125-ФЗ) по страховому тарифу 1,7 % в соответствии с классом профессионального риска принимающей стороны. Вследствие неверного определения правоотношений по спорным договорам обществом неправомерно применен страховой тариф 0,2 % в 2016 году и 1,3 % в 2017 году, в связи с чем по результатам проверки произведены соответствующие доначисления страховых взносов, пеней и штрафов.

Учреждение считает, что в данном случае присутствует злоупотребление со стороны ООО «Вертикаль» в использовании механизмов «заемного труда», «трехсторонних трудовых отношений», когда в соответствии с трудовым договором работник производит работу не для стороны, заключившей с ним договор или фактически допустившего работника до работы, а для стороны обслуживаемой этим лицом по договору гражданско-правового характера юридического лица, что является нарушением положений статьи 10 ГК РФ.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Законность судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, фондом в отношении ООО «Вертикаль» проведена выездная проверка по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (перечисления) страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в Фонд социального страхования по установленному законодательством Российской Федерации тарифу с учетом предусмотренной территориальным органом страхования скидки (надбавки), а также правомерности произведенных расходов на выплату страхового обеспечения страхователя, о чем составлен акт проверки от 30.11.2018 № 386н/с.

По результатам проверки учреждением вынесено решение от 07.02.2019 № 14н/с, которым обществу доначислена недоимка по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в размере 114 618 руб. 61 коп., начислены пени в сумме 21 100 руб. 30 коп, и штраф, предусмотренный статьей 26.29 Закона № 125-ФЗ, в сумме 44 566 руб. 91 коп.

Основанием для привлечения общества к ответственности, предусмотренной ст. 26.29 Закона №125-ФЗ, назначения штрафа, доначисления недоимки и пени послужил вывод фонда о том, что договоры заключенные заявителем с ПАО «УМПО» необходимо квалифицировать, как договоры о предоставлении труда работников (персонала), следовательно, доначисление страховых взносов нужно производить с выплат работникам, осуществляющих работы у ПАО «УМПО» по тарифу в размере 1,7 %, тогда как страхователь применил тариф по 12 классу профессионального риска в размере 1,3 %.

Полагая, что указанное решение является недействительным, нарушает права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суды удовлетворили заявленные требования, посчитав, что начисление страховых взносов по повышенному тарифу за работников, занятых в ПАО «УМПО» по спорным договорам, является неправомерным, поскольку правовой интерес указанных договоров, заключается в достижении заказчиком конкретного результата посредством использования труда работников страхователя, в связи с чем оснований квалифицировать их как договоры о предоставлении труда работников (персонала), и применить при этом тариф для начисления страховых взносов в соответствии с основным видом деятельности принимающей стороны не имеется.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из системного толкования части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Закон № 125-ФЗ устанавливает правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным Федеральным законом случаях.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 17 Закона № 125-ФЗ установлена обязанность страхователя – юридического лица любой организационно-правовой формы либо физического лица, нанимающего лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, в установленном порядке и в определенные страховщиком сроки, начислять и перечислять страховщику страховые взносы.

В соответствии со статьей 20.1 Закона № 125-ФЗ объектом обложения страховыми взносами признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые страхователями в пользу застрахованных в рамках трудовых отношений и гражданско-правовых договоров, предметом которых являются выполнение работ и (или) оказание услуг, договора авторского заказа, если в соответствии с указанными договорами заказчик обязан уплачивать страховщику страховые взносы (часть 1). База для начисления страховых взносов определяется как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, начисленных страхователями в пользу застрахованных, за исключением сумм, указанных в статье 20.2 этого Федерального закона (часть 2).

Согласно статье 22 Закона № 125-ФЗ страховые взносы уплачиваются страхователем исходя из страхового тарифа с учетом скидки или надбавки, устанавливаемых страховщиком.

В силу статьи 21 Закона № 125-ФЗ страховые тарифы дифференцируются по классам профессионального риска, под которыми в соответствии со статьёй 3 Закона № 125-ФЗ понимается уровень производственного травматизма, профессиональной заболеваемости и расходов на обеспечение по страхованию, сложившийся по видам экономической деятельности страхователей.

Частью 2.1 статьи 22 Закона № 125-ФЗ предусмотрено, что страхователи, направляющие временно своих работников по договору о предоставлении труда работников (персонала) в случаях и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, Законом № 1032-1, другими федеральными законами, для работы у другого юридического лица или индивидуального предпринимателя, уплачивают страховые взносы с заработка направленных временно работников исходя из страхового тарифа, определяемого в соответствии с основным видом экономической деятельности принимающей стороны, а также из надбавок и скидок к страховому тарифу, устанавливаемых с учетом результатов специальной оценки условий труда на рабочих местах, на которых фактически работают направленные временно работники. Принимающая сторона представляет страхователю сведения о своем основном виде экономической деятельности, результатах специальной оценки условий труда на рабочих местах и иные сведения, необходимые для определения страхового тарифа и установления надбавок и скидок к страховому тарифу.

В соответствии с частью 2 статьи 18.1 Закона № 1032-1 договор о предоставлении труда работников (персонала) является договором, по которому исполнитель направляет временно своих работников с их согласия к заказчику для выполнения этими работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем заказчика, а заказчик обязуется оплатить услуги по предоставлению труда работников (персонала) и использовать труд направленных к нему работников в соответствии с трудовыми функциями, определенными трудовыми договорами, заключенными этими работниками с исполнителем

В статье 431 ГК РФ предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно статье 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила названной главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 данного Кодекса.

Как верно определили суды, договор о предоставлении труда работников (персонала) является договором, по которому исполнитель направляет временно своих работников с их согласия к заказчику для выполнения этими работниками определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем заказчика, а заказчик обязуется оплатить услуги по предоставлению труда работников (персонала) и использовать труд направленных к нему работников в соответствии с трудовыми функциями, определенными трудовыми договорами, заключенными этими работниками с исполнителем.

Осуществлять деятельность по предоставлению труда работников (персонала) вправе частные агентства занятости – юридические лица, зарегистрированные на территории Российской Федерации и прошедшие аккредитацию на право осуществления данного вида деятельности, проводимую уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в порядке, установленном Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений; другие юридические лица, в том числе иностранные юридические лица и их аффилированные лица (за исключением физических лиц), на условиях и в порядке, которые установлены федеральным законом, в случаях, если работники с их согласия направляются временно к: юридическому лицу, являющемуся аффилированным лицом по отношению к направляющей стороне; юридическому лицу, являющемуся акционерным обществом, если направляющая сторона является стороной акционерного соглашения об осуществлении прав, удостоверенных акциями такого акционерного общества; юридическому лицу, являющемуся стороной акционерного соглашения с направляющей стороной.

Особенности регулирования труда работников, направляемых временно работодателем к другим физическим лицам или юридическим лицам по договору о предоставлении труда работников персонала, установлены в главе 53.1 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 341.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор, заключаемый частным агентством занятости с работником, направляемым временно для работы у принимающей стороны по договору о предоставлении труда работников (персонала), должен включать в себя условие о выполнении работником по распоряжению работодателя определенной трудовым договором трудовой функции в интересах, под управлением и контролем физического лица или юридического лица, не являющихся работодателями по этому трудовому договору.

Частное агентство занятости имеет право заключать с работником трудовой договор, содержащий условие, указанное в части первой настоящей статьи, в случаях направления его временно для работы у принимающей стороны по договору о предоставлении труда работников (персонала) к: физическому лицу, не являющемуся индивидуальным предпринимателем, в целях личного обслуживания, оказания помощи по ведению домашнего хозяйства; индивидуальному предпринимателю или юридическому лицу для временного исполнения обязанностей отсутствующих работников, за которыми в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовыми договорами сохраняется место работы; индивидуальному предпринимателю или юридическому лицу для проведения работ, связанных с заведомо временным (до девяти месяцев) расширением производства или объема оказываемых услуг.

В целях временного трудоустройства ищущих временную работу отдельных категорий лиц (лиц, обучающихся по очной форме обучения; одиноких и многодетных родителей, воспитывающих несовершеннолетних детей; лиц, освобожденных из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы) частное агентство занятости имеет право заключать с этими лицами трудовые договоры, содержащие условие, указанное в части первой настоящей статьи, как в случаях, предусмотренных частью второй настоящей статьи, так и в иных случаях, в которых в соответствии с настоящим Кодексом или другими федеральными законами с работниками заключаются либо могут заключаться срочные трудовые договоры.

При направлении работника для работы у принимающей стороны по договору о предоставлении труда работников (персонала) трудовые отношения между этим работником и частным агентством занятости не прекращаются, а трудовые отношения между этим работником и принимающей стороной не возникают.

При направлении работника для работы у принимающей стороны по договору о предоставлении труда работников (персонала) частное агентство занятости и работник заключают дополнительное соглашение к трудовому договору с указанием сведений о принимающей стороне, включающих наименование принимающей стороны (фамилию, имя, отчество принимающей стороны – физического лица), сведения о документах, удостоверяющих личность принимающей стороны – физического лица, идентификационный номер налогоплательщика принимающей стороны (за исключением принимающей стороны – физического лица, не являющегося индивидуальным предпринимателем), а также сведений о месте и дате заключения, номере и сроке действия договора о предоставлении труда работников (персонала).

Как следует из материалов дела, между ПАО «УМПО» (заказчик) и ООО «Вертикаль» (исполнитель) заключены договоры № 40/10-40943, № 40/10-43946, № 40/10-45585.

Из буквального содержания пункта 1.1 договора № 40/10-40943 судами установлено, что исполнитель обязуется оказывать услуги заказчику в соответствии с условиями данного договора, техническим заданием заказчика, содержащим пооперационный перечень работ, являющимся неотъемлемым приложением к настоящему договору, в свою очередь, заказчик обязуется принять результат оказанных услуг и оплатить их.

Руководствуясь статьей 431 ГК РФ, оценив условия названного договора, суды верно заключили, что его предметом является оказание услуг в соответствии с техническим заданием, которое, в свою очередь, предполагает пооперационный объем работ и принятие результата оказанных соответствующих услуг. Заказчику предоставлено право в любое время проводить проверки процесса оказания услуг, при этом, не вмешиваясь в деятельность исполнителя по исполнению настоящего договора и доводить результаты проверок до ответственных лиц исполнителя в письменном виде по адресу, указанному в реквизитах и/или в электронном виде по адресам электронной почты уполномоченных лиц или электронным адресам, указанным в реквизитах настоящего договора (пункт 3.2.2 договора № 40/10-40943). При этом функция охраны труда и ответственность за нее остается за исполнителем (пункт 2.2.2 этого договора).

Судами установлено, что в приложении № 1 к договорам указано количество и наименование подлежащих выполнению операций и цена каждой из них.

Таким образом, с учетом изложенного, суды правильно определили, что условия договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585 являются аналогичными договору № 40/10-40943; согласно пункту 1.1 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585 исполнитель обязуется в течение срока действия договора оказывать услуги, работы по обработке металлических изделий с использованием основных технологических процессов машиностроения, а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить их согласно условиям договора. Перечень, состав и количество услуг, указаны в техническом задании (приложение № 1) к договору. Последовательность выполнения услуг определена в разделе 2 договора (пункт 1.2 данных договоров).

Судами установлено, что услуги по расссматриваемому договору оказываются на территории заказчика в г. Уфа, услуги оказываются исполнителем иждивением заказчика, на оборудовании с использованием инструментов и оснастки, по технологии и чертежам, а также из заготовок (материала), предоставленных заказчиком исполнителю (пункты 1.4, 1.5 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585).

На основании пункта 2.5.2 указанных договоров ответственность, за соблюдение сотрудниками, работниками и представителями исполнителя общих требований по охране труда при нахождении на территории заказчика несет исполнитель. Исполнитель обязан осуществлять контроль за соответствием совокупного количества операций, выполненных его сотрудниками на основании заданий, выданных в порядке пункта 2.6 общему объему услуг, указанному в техническом задании и не вправе требовать увеличения цены договора в случае выполнения большего количества услуг (пункт 2.6.1 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585).

В соответствии с условиями пунктов 3.1.2, 3.1.3, 3.1.4, 3.1.5 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585, исполнитель обязуется оказывать услуги по этим договорам с соблюдением требований законодательства, в том числе, по охране труда, по промышленной безопасности, по экологической безопасности и действующих СанПиН; с соблюдением условий настоящего договора, технического задания (приложения № 1), заданий заказчика и требовании технической документации и чертежей заказчика; обязуется обеспечить качество оказываемых услуг в соответствии с условиями договора и требованиями представленной технической документации заказчика; обязуется обеспечить соблюдение сотрудниками, работниками и представителями исполнителя, находящихся на территории заказчика, требований правил и инструкций по пожарной безопасности, охране труда и промышленной безопасности; обязуется обеспечить полный всесторонний контроль за сотрудниками, работниками и представителями исполнителя, находящимися на территории заказчика (пункты договоров).

С учетом установленного суды обоснованно посчитали, что с целью избежания иного толкования условий договора, стороны декларируют, что сотрудники и работники исполнителя, находящиеся на территории заказчика, являются работниками исполнителя, действуют по заданию и под контролем исполнителя, не участвуют в производственной деятельности заказчика (пункт 3.1.5 договоров № 40/10-43946 и № 40/10-45585).

Судами учтено, что пунктом 4.2.2 названных договоров заказчику предоставлено право в любое время проводить проверки процессов оказания услуг по настоящему договору, при этом, не вмешиваясь в деятельность исполнителя. В приложении № 1 к договорам стороны определили наименование производимых деталей, их стоимость. Цена договора определяется исходя из фактического объема операций оказанных исполнителем за отчетный период и их стоимости, и указывается в акте выполненных работ.

Таким образом, проанализировав указанные договоры, истолковав их условия в соответствии с положениями статьи 431 ГК РФ, исходя как из буквального значения содержащихся в них слов и выражений, так и путем сопоставления с иными условиями договоров и смыслом договоров в целом, суды сделали правильный вывод о том, что с заключением данных договоров стороны имели намерение получить определенный результат, посредством использования труда наемных работников заявителя, при котором процесс исполнения работниками трудовой функции оставался под контролем и управлением общества. Полномочия заказчика по договорам ограничивались возможностью контроля в отношении порядка оказания услуг, но не процесса производственной деятельности работников страхователя, ответственность за достижение определенного договорами результата возлагалась на исполнителя.

При таких обстоятельствах, суды верно заключили, что в отличие от договора о предоставлении труда персонала, по которому заказчик заинтересован в использовании труда конкретных работников, отвечающих необходимым квалификационным и профессиональным требованиям в своих интересах, договоры, заключенные обществом, обладали иной правовой направленностью, связанной с достижением установленных соглашением сторон определенных показателей, оплачиваемых по факту их получения.

Судами приняты во внимание материалы дела, в том числе пояснения ООО «Вертикаль», в соответствии с которыми установлено, что спорные договоры заключены по результатам закупки.

Судами дана оценка техническому заданию, в соответствии с которым в состав закупочной документации входила и форма договора с приложениями, где установлен предмет договора, права и обязанности, а также требования к юридическим лицам.

С учетом установленных обстоятельств, оцененных в совокупности, суды обоснованно посчитали, что заказчик изначально определил гражданско-правовые отношения, которые возникают при заключении договора с победителем аукциона, сделав вывод о том, что заключение спорных договоров, являющихся по своей правовой природе гражданско-правовыми договорами возмездного оказания услуг, не является основанием для изменения размера страховых обязательств ООО «Вертикаль» в отношении работников, направленных в ПАО «УМПО».

При указанных обстоятельствах, само по себе наличие у общества статуса частного агентства занятости не исключает возможности осуществления им иных видов деятельности, что подтверждается соответствующими изменениями ОКВЭД, внесенным заявителем в Единый государственный реестр юридических лиц.

С учетом изложенного, выводы учреждения о неверном определении обществом размера страхового тарифа, сделанные на основе формальной оценки представленных им документов, являются необоснованными.

Доказательств злоупотребления со стороны ООО «Вертикаль» в использовании механизмов «заемного труда», «трехсторонних трудовых отношений», когда в соответствии с трудовым договором работник производит работу не для стороны, заключившей с ним договор или фактически допустившего работника до работы, а для стороны обслуживаемой этим лицом по договору гражданско-правового характера юридического лица, заявителем в материалы дела не представлено.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права и сводятся по существу с несогласием выводов, сделанных судами на основании установленных по делу обстоятельств.

Судами правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.09.2019 по делу № А71-1637/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Т.П. Ященок


Судьи Ю.В. Вдовин


Е.О. Черкезов