Постановление от 27 апреля 2023 г. по делу № А40-107808/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-107808/2017
27 апреля 2023 года
город Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 апреля 2023 года.


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Дербенева А.А.

судей Зверевой Е.А., Зеньковой Е.Л.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 12.10.2021;

ФИО3, паспорт, лично,

от конкурсного управляющего ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» в лице ГК АСВ – ФИО4, доверенность от 31.08.2022;

от конкурсного управляющего ООО «Серебряный экран» - ФИО5, доверенность от 10.04.2023,

рассмотрев 20 апреля 2023 года в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО «Серебряный экран», конкурсного управляющего ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» в лице ГК АСВ

на определение Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023

в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран» ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3, Кристофера Рено

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Серебряный экран»



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2018 ООО «Серебряный экран» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

28.04.2021 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3, Кристофера Рено, New Century Distribution LLC.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2021 к участию в деле привлечен финансовый управляющий ответчика ФИО6 - арбитражный управляющий ФИО9.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023, компания New Century Distribution LLC привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран», в остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Серебряный экран», конкурсный управляющий ОАО АКБ «ПРОБИЗНЕСБАНК» в лице ГК АСВ обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Серебряный экран» о взыскании с ФИО7, ФИО3 и Кристофера Рено в пользу ООО «Серебряный экран» суммы убытков в порядке ст. 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в общем размере 829 092 007 руб.; привлечении ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран» по пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно задолженности в размере 2 999 690 700,83 руб.; привлечении ФИО6, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран» по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно 141 892 592,58 руб.

Как указывают заявители кассационных жалоб, суды первой и апелляционной инстанций неправильно применили нормы права, регулирующие вопросы применения срока исковой давности, выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Представители подателей жалоб в судебном заседании поддержали доводы своих кассационных жалоб.

ФИО3 и представитель ФИО1 возражали относительно удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на кассационные жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых определении, постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к выводу о том, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части подлежат отмене с направлением настоящего обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3, Кристофера Рено, конкурсный управляющий сослался на то, что фактически контролирующими лицами должника, а также выгодоприобретателями по незаконным сделкам являются ФИО7, ФИО3, Кристофер Рено; в период 2014-2017гг. должником совершены ряд сделок, повлекших существенное причинение вреда имущественным правам кредиторов должника; в результате действий ответчиков стало невозможным удовлетворить требования конкурсных кредиторов должника.

Кроме того, в отношении ФИО6 и ФИО1 заявлено о привлечении их к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления о признании ООО «Серебряный экран» несостоятельным (банкротом).

Отказывая в удовлетворении заявления в части требований к ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3, Кристоферу Рено, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим факта совершения указанными лицами сделок, приведших к банкротству должника или существенным образом повлиявших на его финансовое состояние; недоказанности конкурсным управляющим того, что ответчики ФИО6, ФИО1, ФИО3, Кристофер Рено, ФИО7 извлекли выгоду от совершенных сделок или являются бенефициарами получателя денежных средств или заинтересованными лицами; недоказанности того обстоятельства, что ФИО3, Кристофер Рено в исследуемый период времени относились к числу фактически контролировавших должника лиц; большинство вменяемых конкурсным управляющим сделок совершено до момента вступления ФИО1 в должность генерального директора должника 01.12.2016; ответчиком ФИО6 представлены надлежащие доказательства того, что оспоренные сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности должника; отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиками и наступившим объективным банкротством должника.

При этом суд первой инстанции отметил, что сам факт признания недействительными ряда сделок не устанавливает взаимосвязи с наступлением неплатёжеспособности должника и не может лежать в основе презумпции причинения существенного вреда кредиторам.

Разрешая спор в части требования о привлечении ФИО6 и ФИО1 к ответственности по основанию несвоевременного обращения с заявлением о банкротстве должника, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия у должника объективных признаков неплатежеспособности до момента подачи заявления о признании должника банкротом, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленного требования.

В части требования о взыскании убытков, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказаны противоправность действий (бездействия) ответчиков, причинная связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков. Кроме того, суд указал, что с ФИО6 и ФИО1 ранее уже были взысканы убытки.

Также суд первой инстанции, принимая во внимание, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 26.04.2021, а конкурсное производство в отношении должника открыто 24.04.2018, тогда же утвержден конкурсный управляющий, 13.06.2018 конкурсному управляющему передана документация должника, 15.11.2018 и 20.11.2018 в суд поступили заявления о признании сделок недействительными, 12.02.2019 и 26.02.2019 вынесены определения о признании сделок недействительными, 21.06.2019 в суд поступило заявление о взыскании убытков с ФИО6 в общем размере 825 млн.руб., а 24.09.2019 о взыскании убытков с ФИО1 в размере 3,3 млн.руб., которые были удовлетворены, пришел к выводу о том, что субъективный годичный и объективный трехлетний срок исковой давности по требованиям к ответчикам пропущен, что при наличии соответствующих заявлений от ответчиков является самостоятельным основанием для отказа в требованиях.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом судами не учтено следующее.

В обоснование доводов кассационных жалоб, заявители указали, что трехлетний срок исковой давности по требованиям к ответчикам о привлечении к субсидиарной ответственности не истек с учетом положений статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности подано в суд 26.04.2021, конкурсное производство в отношении должника открыто 24.04.2018 (оглашена резолютивная часть решения).

При этом в силу нормы статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Таким образом, поскольку 24.04.2021 являлось выходным днем (суббота), то последним днем истечения срока исковой давности по заявленному конкурсным управляющим требованию являлось 26.04.2021, то есть срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности не пропущен (с учетом нерабочего дня).

Таким образом, выводы судов в части применения срока исковой давности на подачу заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основаны на неверном применении норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела.

При этом доводы заявителей жалоб о применении положений статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из представленных в материалы дела документов, не опровергнуты.

Кроме того, в обоснование доводов кассационных жалоб, заявители указали, что помимо требований о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим должника были заявлены требования о взыскании с ответчиков убытков в порядке статей 15, 53, 53.1. Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 61.20 Закона о банкротстве.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет в силу статьи 196 Гражданского кодекс Российской Федерации три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу вышесказанных норм, срок исковой давности по требованиям о взыскании убытков составляет 3 года.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ).

Следовательно, как указали заявители, течение общего срока исковой давности о взыскании убытков с ответчиков в любом случае не могло начаться до момента утраты корпоративного контроля со стороны недобросовестных лиц (введения процедуры конкурсного производства).

Между тем, оценка указанным доводам подателей жалоб судами первой и апелляционной инстанций не дана, вследствие чего итоговый вывод об отказе в удовлетворении требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и взыскании убытков в связи с истечением срока исковой давности является преждевременным.

Также заявители подателей жалоб указывают, что, несмотря на подтверждение материалами дела статуса контролирующего лица ФИО7, суды отказали в удовлетворении требований о привлечении его к субсидиарной ответственности, в том числе привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, Кристофера Рено.

В подтверждение заявленных требований конкурный управляющий указывал, что в соответствии с пунктом 1.1 соглашения о предоставлении кредитной линии компании New Century Distribution LLC от 23.08.2013, заключенное между компанией New Century Distribution LLC, компанией New Media Distribution Company LTD, компанией East-West United Bank S.A., компаний New Media Programming, ООО «Серебряный экран», ООО «Центр кинопроизводства», ООО «Форвард-Фильм», ООО «Навигатор» и компанией Nova Century Holding LTD, высшее руководство материнской компанией (New Media Distribution Company LTD) осуществляют каждый из лиц в отдельности и все лица вместе: гражданин Испании и Израиля ФИО7, родившийся 06 октября 1952 г., Израильский паспорт № 10949089, гражданин Российской Федерации ФИО3, родившийся 20 марта 1972 г., паспорт № 64N3271059, гражданин США Кристофер Рено, родившийся 28 апреля 1970 г., паспорт США № 488381310.

Ключевым бенефициаром материнской компании New Media Distribution Company LTD, а также по смыслу пп. 4 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве - фактически контролирующим лицом группы ее дочерних компаний (в том числе должника) - выступает ФИО7, являющийся «владельцем (напрямую или косвенно через находящиеся в полной собственности дочерние компании) более 51% доли в капитале» (п. 7.2 соглашения).

Об аффилированности ООО «Серебряный экран» и других участников группы компаний с конечным бенефициаром ФИО7, как указали заявители жалоб, свидетельствуют и множественные публикации в таких изданиях, как газета «Коммерсантъ», Ведомости, а также иных СМИ.

При этом, поскольку соглашением установлено то, что высшим руководством является и «каждое» из вышеуказанных лиц в отдельности, а также в силу попадания под признаки аффилированности, фактически контролирующими лицами должника наряду с ФИО7 являются также ФИО3 и Кристофер Рено.

Суд кассационной инстанции обращает внимание, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемых к ответственности лиц и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лиц, привлекаемых к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо.

Данный правовой подход отражен в Определении Верховного суда РФ от 15 февраля 2018 года N 302-ЭС14-1472 (4,5,7).

В нарушение положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды не дали надлежащей оценки всем доводам управляющего как о наличии у ФИО7 статуса контролирующего должника лица, так и фактического контроля за совершением вменяемых сделок, в том числе ФИО3, Кристофера Рено.

Разрешая вопрос о наличии/отсутствии оснований для отнесения ФИО7, ФИО3, Кристофера Рено к контролирующим должника лицам, суды не дали оценку доводам конкурсного управляющего об осуществлении фактического контроля над должником через New Media Distribution Company LTD, поскольку контроль может прослеживаться через промежуточные звенья в иерархии сложной корпоративной структуры и иметь формально-юридические признаки аффилированности.

Также податели жалоб указывают, что выводы судов о совершении сделок в обычной хозяйственной деятельности, противоречит ранее принятым судебным актам о недействительности сделок, что противоречит принципу обязательности судебных актов (статья 16 АПК РФ) и положениям ст. 69 АПК РФ.

Как указал суд первой инстанции, ответчиком ФИО6 представлены надлежащие доказательства того, что оспоренные сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности должника (продюсерская деятельность по заказу и созданию аудио-визуальных произведений -телесериалов, что следует из определения суда о взыскании убытков, с учетом видов деятельности, осуществлявшихся должником), при этом сам факт признания недействительными ряда сделок не устанавливает взаимосвязи с наступлением неплатёжеспособности должника и не может лежать в основе презумпции причинения существенного вреда кредиторам.

Однако ссылок на доказательства, подтверждающие доводы ответчика о совершении спорных сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности, судебные акты не содержат.

Судебная коллегия также считает заслуживающим внимание доводы заявителей кассационных жалоб в части выводов судов об отсутствии у должника признаков несостоятельности объективного банкротства в конце 2015 года и отсутствием оснований для привлечения ФИО6 и ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче в суд заявления о признании ООО «Серебряный экран» несостоятельным (банкротом).

Как указывал конкурсный управляющий, уже в 2014 году у должника имелся признак недостаточности имущества, разница между активами и пассивами должника составляла: - 337 129 000 руб.

По состоянию на 31 декабря 2015 года показатели бухгалтерского баланса должника для целей определения признака недостаточности имущества составили: - 496 621 000 руб. (согласно данным бухгалтерской отчетности должника).

Кредиторская задолженность по денежным обязательствам ООО «Серебряный экран» была подтверждена имевшимися исковыми производствами в отношении должника, а в последующем и данными судебными актами:

1. Решение Арбитражного суда города Москвы от 02 мая 2017 года по делу № А40-114348/2016, на основании которого в последствии требование ОАО АКБ «Пробизнесбанк» в размере 522 291 800 руб. по договору поручительства № 006-840/15ю-ДП-3 от 08 июня 2015 года. включено в реестр требований кредиторов ООО «Серебряный экран» Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 декабря 2017 года по делу № А40-107808/17-8-142 «Б»;

2. Решение Арбитражного суда города Москвы от 07 июня 2017 года по делу № А40-238340/2016, Решение Арбитражного суда города Москвы от 25 мая 2018 г. по делу № А40-133369/2017, Постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 05 февраля 2018 года по делу № А40-108215/2017, которыми с ООО «Серебряный экран» в пользу ООО КБ «БФГ-Кредит» взыскана задолженность в размере 1 656 745 334,18 руб.

Так, по наличии признака недостаточности имущества, в 2015 году у должника образовался ряд обязательств, превышающих размер его активов, что, как указал заявитель, свидетельствуют о наличии у него признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Данный довод также подтверждается презумпцией недостаточности денежных средств, установленной статье 2 Закона о банкротстве.

Обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, как указывают податели жалоб, момент осознания добросовестным руководителем критичности сложившейся ситуации, явно указывающей на невозможность продолжения осуществления нормальной хозяйственной деятельности без негативных последствий для должника и его кредиторов, определяемый исходя из режима и специфики деятельности должника, наступил еще в конце 2015 года.

Между тем, суды при рассмотрении настоящего спора указанные доводы по существу не рассмотрели, соответствующей правовой оценки им не дали.

Учитывая изложенное, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты в обжалуемой части, а именно,- в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Серебряный экран» о взыскании с ФИО7, ФИО3 и Кристофера Рено в пользу ООО «Серебряный экран» суммы убытков в порядке ст. 15, 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в общем размере 829 092 007 руб.; привлечении ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран» по пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно задолженности в размере 2 999 690 700,83 руб.; привлечении ФИО6, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Серебряный экран» по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно 141 892 592,58 руб., подлежат отмене, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны при неправильном применении норм права, при этом, суды не исследовали в полном объеме фактические обстоятельства спора и доводы сторон, что в соответствии с частями 1, 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебного акта.

С учетом того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в обжалуемой части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, исследовать по каждому заявленному деянию наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, либо взыскания убытков, исходя из подлежащих применению норм материального права, дать оценку всем доводам сторон обособленного спора, правильно распределить бремя доказывания, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Поскольку судебные акты в части удовлетворения требований не обжалуются, в указанной части судебные акты отмене не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13 декабря 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 февраля 2023 года по делу № А40-107808/2017 в обжалуемой части,- отменить.

Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 13 декабря 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 февраля 2023 года по делу № А40-107808/2017,- оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья А.А. Дербенев


Судьи Е.А. Зверева


Е.Л. Зенькова