Постановление от 4 февраля 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-85419/2016
05 февраля 2020 года
г. Санкт-Петербург
/суб2

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Тойвонена И.Ю.

судей Барминой И.Н., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

при участии:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 06.06.2019

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 07.03.2019

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-35270/2019) Осетровой Натальи Александровны

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.11.2019 по делу № А56-85419/2016/суб.2 (судья Д.А.Кузнецов), принятое по заявлению Осетровой Натальи Александровны о привлечении к субсидиарной ответственности Дроздова Олега Валерьевича в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мусоросортировочные комплексы Северо-Запада»,

установил:

15.12.2016 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) в электронном виде обратилось общество с ограниченной ответственностью «Восточный финансовый дом» (ИНН <***>) с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Мусоросортировочные комплексы Северо-Запада» (далее – должник).

Определением от 09.03.2017 (резолютивная часть объявлена 01.03.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО7. Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 11.03.2017.

Решением арбитражного суда от 21.06.2017 (резолютивная часть объявлена 14.06.2017) должник признан банкротом. Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 24.06.2017.

12.02.2019 (зарегистрировано 13.02.2019) поступило заявление ФИО4 (далее – кредитор) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника, объединении в одно производство ее заявления и заявления конкурсного управляющего (суб.1) для совместного рассмотрения, приостановлении производства по делу о банкротстве должника до рассмотрения обособленных споров о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением от 11.03.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника (А56-85419/2016/суб.1) отказано.

13.05.2019 в электронном виде поступил отзыв конкурсного управляющего на заявление, в котором вопрос о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности оставлен на усмотрение суда.

14.05.2019 в электронном виде поступил отзыв ФИО8 (бывший руководитель должника), в котором заявление кредитора поддержано в полном объеме.

В предварительном судебном заседании 17.05.2019 представителем кредитора заявление поддержано в полном объеме; рассмотрение заявления назначено на 14.06.2019.

09.06.2019 в электронном виде поступило ходатайство ответчика о привлечении в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, его финансового управляющего ФИО9 и ФИО10 (супруга ответчика).

09.06.2019 в электронном виде поступило заявление ФИО10 о ее привлечении в качестве третьего лица в настоящий спор.

10.06.2019 в электронном виде поступило ходатайство ответчика о привлечении в качестве соответчика ФИО11

12.06.2019 в электронном виде поступило ходатайство ФИО9 о его привлечении в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

13.06.2019 в электронном виде поступило ходатайство ответчика об отложении судебного заседания на срок, достаточный для выражения позиции финансовым управляющим ФИО9, обеспечения баланса интересов всех прав лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Определением суда первой инстанции от 20.06.2019 (резолютивная часть объявлена 14.06.2019) в удовлетворении ходатайств ответчика и ФИО10 о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10 отказано; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ответчиком – ФИО9; в привлечении в качестве соответчика ФИО11 отказано; судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц отложено на 14.08.2019.

06.08.2019 в электронном виде поступил отзыв ФИО2, в котором ответчик в удовлетворении заявления просит отказать в полном объеме.

В судебном заседании представителем кредитора заявлено ходатайство о привлечении соответчиком ФИО11; заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика поддержано в полном объеме.

Определением от 09.10.2019 (объявлена резолютивная часть) в удовлетворении ходатайства о привлечении соответчика отказано.

Определением от 04.11.2019 (резолютивная часть объявлена 09.10.2019) в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказано.

В апелляционной жалобе ФИО4 не согласилась с определением суда первой инстанции по отказу в привлечении к субсидиарной ответственности, полагая, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, считая, что имелись основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2, не согласился с доводами подателя жалобы, полагая их необоснованными, просил оставить определение суда первой инстанции без изменений.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, с дополнительным информированием заинтересованных лиц.

В судебном заседании представитель ФИО4 позицию, изложенную в жалобе, поддержал.

Представитель ФИО2 в судебном заседании не настаивал на ранее заявленном ходатайстве о привлечении соответчика, полагая, что оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как указано в определении суда, в обоснование своего заявления кредитор ссылается на то, что в период с 17.06.2011 по 26.09.2014 кредитор-заявитель по делу о банкротстве должника был полностью подконтролен ответчику и являлся мажоритарным участником должника (90%); 26.09.2014 доля владения в уставном капитале должника (45%) отчуждена ФИО11 как участнику заявителя по делу с долей участия в уставном капитале (заявителя по делу) в размере 50%. Кредитор полагает, что заявитель по делу в лице ответчика в период осуществления хозяйственной деятельности единолично определял финансовую политику должника; предоставлял денежные средства по договорам займа для целевого финансирования – приобретения земельного участка для размещения завода по переработке мусора, проектирования и строительства завода. Кредитор также указывает на то, что факт единоличного управления заявителем по делу (ООО «ВФД») ответчиком досконально исследован и установлен многочисленными решениями арбитражных судов всех инстанций (в частности, приводятся судебные акты по делам № А51-21631/2015, А51-19079/2014). Кредитор полагает, что исследованные судами факты доказывают распоряжение ответчиком имуществом заявителя по делу и должника как своими собственными вне зависимости от титульного владения компаниями; единолично ответчик, являющийся конечным бенефициаром должника, давал обязательные указания для исполнения должнику и заявителю по делу. По мнению кредитора, ответчик, единолично управлявший должником через подконтрольное ему юридическое лицо (заявитель по делу), финансировал инвестиционный проект должника посредством оформления займов, накапливая подконтрольную кредиторскую задолженность и после отчуждения доли в уставном капитале должника (45%) в пользу ФИО11 устранился от управления должником, не избрал руководителя должника, инициировал контролируемое банкротство должника в арбитражном суде, тем самым препятствуя удовлетворению требований добросовестных независимых кредиторов.

В своем отзыве ответчик, напротив, полагал, что заявление кредитора не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. Ответчик указывает, что участниками должника по состоянию на 10.06.2019 являются заявитель по делу (45%), ФИО8 (10%) и ФИО11 (45%); до 26.09.2014 участниками должника являлись заявитель по делу (90%) и ФИО8 (10%) – в период с 17.06.2011 по 26.09.2014 мажоритарным участником являлся заявитель по делу; соответственно, участниками заявителя по делу (ООО «ВФД») до 14.12.2012 в равных долях являлись ФИО11 и ответчик; 19.05.2008 из состава учредителей вышел ФИО12 в связи с продажей доли в размере 50% в пользу ФИО11 Ответчик указывает, что он являлся участником заявителя по делу с долей участия 50% в уставном капитале до 14.12.2012; 07.08.2013 досрочно прекращены полномочия ответчика как директора заявителя по делу; заявление ФИО11 о выходе из состава учредителей заявителя по делу подано 11.09.2014 (дело № А51- 21631/2015). По мнению ответчика, факты указываемые кредитором в заявлении о предъявлении требований заявителем по делу 01.06.2016 (исковое заявление) к должнику (дело № А51-12284/2016) относятся к периоду времени, в который ответчик уже не являлся единоличным исполнительным органом, либо участником заявителя по делу; кредитором в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказаны наличие тех обстоятельств, на которые она ссылается в своем заявлении. Ответчик полагал, что кредитором не представлены доказательства фактического исполнения должником платежей, а также не представлено совокупности наличия обстоятельств, которые, по мнению кредитора, привели к ухудшению положения должника в связи с исполнением последним данных платежей, равно как и не представлено доказательств нецелевого использования бывшим руководителем должника денежных средств (должника). Кроме того, по мнению ответчика, кредитором не представлены доказательства выведения каких-либо активов с баланса должника непосредственно ответчиком, извлечения им непосредственно каких-либо выгод и преимуществ для себя и связанных с ним иных лиц, не выявлено фактов дачи указаний ответчику ФИО8 о выводе активов или использованию их во вред должнику или его кредиторам. Ответчик также в отзывах указывал, что он был задержан 22.10.2013 в порядке статей 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ (уголовное дело № 019960); постановлением Фрунзенского районного суда города Владивостока от 25.10.2013 в отношении ответчика избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на два месяца, то есть до 22.12.2013 включительно, впоследствии указанный срок неоднократно продлевался; постановлением Фрунзенского районного суда города Владивостока от 10.10.2014 мера пресечения в отношении ответчика изменена с заключения под стражу на залог в размере 30 000 000 руб.; 15.10.2014 суд освободил ответчика из-под стражи под залог в размере 30 000 000 руб. Соответственно, принимая во внимание нахождение ответчика в период с 22.10.2013 по 15.10.2014 в СИЗО города Владивостока, ответчик полагает несостоятельными доводы кредитора в систематическом извлечении выгоды им как третьим лицом, накоплении подконтрольной кредиторской задолженности; непринятии им мер по назначению нового руководителя должника после входа ФИО11 в состав учредителей должника с долей 45% уставного капитала по истечении 20.09.2014 полномочий ФИО8; инициации ответчиком контролируемого банкротства должника, которое препятствовало удовлетворению требований добросовестных независимых кредиторов.

В силу части 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и/или (бездействий) контролирующих лиц должника, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих лиц должника при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. Для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника необходимо установление совокупности условий: наличие у контролирующего лица права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом влиять на действия должника; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием контролирующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами. Кроме того, необходимо установить вину контролирующего лица для возложения на него ответственности. Вина такого лица выражается в неисполнении обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также в не проявлении должной степени разумности, заботливости и осмотрительности, что влечет причинение убытков для организации и ее кредиторов в связи с невозможностью формирования конкурсной массы должника.

В соответствие с пунктом 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве, привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 – 61.13 Закона о банкротстве, не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Порядок рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве регламентируется статьей 61.19 (если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве).

В силу абзаца 8 части 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. При этом, размер этих совокупных требований подлежит уменьшению в силу уже наличия установленной ответственности или в силу отсутствия вины и причинно-следственной связи между непогашением требований и личностью контролирующего лица.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Суд первой инстанции в определении указал, что поскольку заявление о признании должника банкротом было подано конкурсным управляющим заявителем по делу ФИО13, он являлся единоличным органом управления кредитора, на его действия никоим образом не могли повлиять действия иных лиц, в том числе учредителей. В свою очередь, в рамках дела о банкротстве должника мнимость, притворность, фиктивность или искусственность задолженности должника перед заявителем, возникшей на основании договоров займа не установлена.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ).

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из материалов дела и указано в обжалуемом определении, должник признан банкротом решением от 21.06.2017; с настоящим заявлением кредитор обратился в суд 12.02.2019.

До введения в действие Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 226-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям, является статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. При этом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным отношениям редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца тридцать первого статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Законов от 28.04.2009 № 73 и от 28.06.2013 № 134-ФЗ) контролирующим должника лицом признавалось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Как следует из материалов дела, период деятельности ответчика ФИО2, как директора заявителя (ООО «ВФД») по делу ограничен 26.08.2013. Таким образом, как обоснованно указал суд первой инстанции, период хозяйственной деятельности ответчика как единоличного исполнительного органа ООО «ВФД», которое являлось мажоритарным участником должника, был вне пределов исследования двухгодичного, установленного законом срока, для определения возможности контролирующих должника лиц давать обязательные указания должнику или иным образом определять его действия, а также вне периода подозрительности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 ГК РФ (в редакции закона, действовавшей в оспариваемый период) если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, в пределах установленного законом срока.

Суд первой инстанции в определении пришел к выводу о том, что к ответчику ФИО2, исходя из сроков и периода осуществления данным лицом контролирующих функций в отношении непосредственно ООО «ВФД» и должника, в рамках настоящего спора не могут быть предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться с выводом суда первой инстанции, дополнительно отмечая, что действия ООО «ВФД», обусловленные фактом подачи иска к должнику о взыскании долга и впоследствии подачи заявления о признании должника банкротом, уже были предметом оценки судов, в том числе и в рамках разбирательства по делу №А51-12284/2016, притом, что к указанному периоду времени ФИО2 не был и не входил в состав контролирующих ООО «ВФД» лиц. Как полагает апелляционный суд, должной взаимосвязи между фактами, изложенными в представленной ФИО4 электронной переписки ответчика с руководителем должника ФИО8 и впоследствии доведении должника до банкротства не усматривается, как и надлежащих доказательств того, что именно ФИО2 давал указания на незаконный либо необоснованный вывод активов должника, применительно к активам, обусловленным долями участия ООО «ВФД». В свою очередь, увеличение размера кредиторской задолженности должника непосредственно не зависело и уже не могло зависеть от волеизъявления и действий ФИО2, тогда как включение в реестр требований должника требований ООО «ВФД» осуществлялось через судебную процедуру, притом, что контроль за обоснованностью данного требования посредством подачи возражений либо оспаривания могли осуществлять участвующие в деле о банкротстве лица, включая кредиторов и арбитражного управляющего. Сведений о том, что банкротство должника являлось преднамеренным либо фиктивным, не представлено, притом, что процедура банкротства не окончена, доказательств заведомо злоупотребления правом со стороны ФИО2 относительно доведения должника до банкротства также не представлено, тогда как расчеты с заявителем, в силу наличия у нее трудовых отношений с должником, должен был осуществить работодатель в лице уполномоченных органов (каковым являлся супруг ФИО4 ФИО8, будучи генеральным директором должника и одним из его участников).

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не установил наличия оснований для отмены судебного акта суда первой инстанции, что влечет отказ в удовлетворении апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.11.2019 по делу № А56-85419/2016/суб2 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Ю. Тойвонен

Судьи

И.Н. Бармина

Е.А. Герасимова