Постановление от 31 августа 2023 г. по делу № А64-798/2021

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А64-798/2021
город Воронеж
31 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 31 августа 2023 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Ботвинникова В.В.,

судей Безбородова Е.А.,

ФИО1,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,


при участии:

от конкурсного управляющего ассоциации «Футбольный клуб «Тамбов» Тамбовской области ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 08.08.2023, паспорт гражданина РФ;

от АО Футбольный клуб «Ростов»: ФИО5, представитель по доверенности №28 от 31.03.2023, паспорт гражданина РФ;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом;


рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) апелляционную жалобу конкурсного управляющего ассоциации «Футбольный клуб «Тамбов» Тамбовской области ФИО3 на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 26.06.2023 по делу №А64-798/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной сделкой дополнительное соглашение от 26.11.2019 к трансферному контракту о переходе футболиста от 26.11.2019, заключенное между должником и АО Футбольный клуб «РОСТОВ», о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 8 000 000 руб., в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ассоциации «Футбольный клуб «Тамбов» Тамбовской области (ИНН <***>, ОГРН <***>),



УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Тамбовской области от 04.03.2021 заявление ассоциации «Футбольный клуб «Тамбов» Тамбовской области (далее - ФК «Тамбов», должник) о признании ее несостоятельной (банкротом) принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 16.04.2021 в отношении ФК «Тамбов» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 12.08.2021 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ФК «Тамбов», временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 21.10.2021 (резолютивная часть от 20.10.2021) ФК «Тамбов» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.05.2022 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФК «Тамбов».

Определением от 05.08.2022 конкурсным управляющим ФК «Тамбов» утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФК «Тамбов» ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой дополнительное соглашение от 26.11.2019 к трансферному контракту о переходе футболиста от 26.11.2019, заключенное между должником и акционерным обществом Футбольный клуб «РОСТОВ» (далее - ФК «Ростов», ответчик), о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 8 000 000 руб., о восстановлении пропущенного срока.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.06.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой дополнительное соглашение от 26.11.2019 к трансферному контракту о переходе футболиста от 26.11.2019, заключенное между должником и ФК «Ростов» отказано.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФК «Тамбов» ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФК «Ростов» против доводов апелляционной жалобы возражал, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, по основаниям, указанным в отзыве на апелляционную жалобу.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва на жалобу, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно положениям статей 61.1, 61.9 Закона о банкротстве, пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

В настоящем случае конкурсный управляющий оспаривает дополнительное соглашение, заключенное между должником и ответчиком 26.11.2019. Поскольку производство по делу о банкротстве ФК «Тамбов» возбуждено 04.03.2021, спорная сделка подпадает под признаки подозрительности, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В силу частей 1, 2, 4 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Как следует из материалов дела, 26.11.2019 между ФК «Тамбов» и ФК «Ростов» заключен трансферный контракт о переходе футболиста, согласно которому стороны установили условия перехода футболиста ФИО8 из ФК «Тамбов» в ФК «Ростов».

В соответствии с пунктами 2, 3 трансферного контракта ФК «Тамбов обязался расторгнуть срочный трудовой договор с футболистом 09.12.2019 и уволить его в порядке перевода к другому работодателю, а ФК «Ростов» обязался принять на работу футболиста и заключить с ним срочный трудовой договор с 10.12.2019.

Согласно пункту 4 трансферного контракта трансферная выплата ФК «Ростов» в пользу ФК «Тамбов» за переход футболиста составляет 25 000 000 руб., которую ФК «Ростов» обязался выплатить до 14.12.2019.

26.11.2019, то есть в этот же день, между ФК «Тамбов» и ФК «Ростов» заключено дополнительное соглашение, согласно которому в пункт 4 трансферного контракта от 26.11.2019 внесены изменения, установлена трансферная выплата за переход футболиста в размере 17 000 000 руб.

Во исполнение условий трансферного контракта ФК «Ростов» платежным поручением от 11.12.2019 №3114 перечислил на расчетный счет ФК «Тамбов» денежные средства в размере 17 000 000 руб.

Конкурсный управляющий полагал, что поскольку трансферная выплата занижена сторонами многократно, кредиторам и должнику причинен имущественный вред на сумму 8 000 000 руб. При этом, как указывает конкурсный управляющий, стоимость активов должника по данным бухгалтерских балансов за период 2018-2020 годов неуклонно уменьшалась, должник не обладал активами, необходимыми для ведения полноценной хозяйственной деятельности. В этой связи, конкурсный управляющий просил признать дополнительное соглашение от 26.11.2019 недействительным и взыскать с ответчика 8 000 000 руб. Кроме того, конкурсный управляющий просит также восстановить пропущенный срок на подачу настоящего заявления, ссылаясь на те обстоятельства, что о заключении дополнительного соглашения ему стало известно 10.03.2023 после получения письма ФК «Ростов» от 27.02.2023 №209.

Вместе с тем, возражая против доводов заявителя, ФК «Ростов» представил отзыв, в котором указывает, что граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. По мнению ответчика, сумма 17 000 000 руб. не является многократно (в два и более раза) заниженной по отношению к значению в 25 000 000 руб.

В обоснование своих доводов ФК «Ростов» ссылался на пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», согласно которому при оценке того, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, судам следует иметь в виду, что сторона вправе в обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (хотя бы это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.

В этой связи, как указывал ответчик, при вступлении в правоотношения и их дальнейшем развитии по вопросу трансфера футболиста ФИО8 и согласовании (изменении) трансферной выплаты между сторонами была достигнута договоренность о переходе в будущем в аренду ФК «Тамбов» профессионального квалифицированного футболиста из ФК «Ростов» на yсловиях безвозмездности.

Так, в развитие таких договоренностей 22.02.202l между ФК «Ростов», ФК «Тамбов» и ФИО9 заключен трансферный контракт о переходе футболиста ФИО9 на условиях аренды в ФК «Тамбов».

В соответствии с пунктом 1 трансферного контракта ФК «Ростов» и ФК «Тамбов» договорились о заключении ФК «Тамбов» трудового договора с ФИО9 на временной основе сроком с 23.02.2021 по 20.05.202l .

Согласно пункту 4 трансферного контракта переход футболиста из ФК «Ростов» в ФК «Тамбов» на условиях аренды осуществляется без трансферной компенсации (безвозмездно).

При этом ответчик отметил, что ранее ФК «Ростов» понес значительные финансовые расходы, связанные с приобретением прав на футболиста ФИО9

Так, 07.07.2020 между ФК «Работнички» (Северная Македония) и ФК «Ростов» заключено соглашение о переходе (трансфере) футболиста-профессионала, по которому стороны согласовали переход (трансфер) профессионального игрока ФИО9 из ФК «Работнички» в ФК «Ростов». Цена трансфера составила 860 000 евро.

Кроме того, в результате исполнения договора о посреднических услугах от 15.07.2020, заключенного между ФК «Ростов» (клиент) и Компания Джоинт Индастриес Лимитед Партнершип (агент), предметом которого явились посреднические услуги в отношении заключения трудового договора с футболистом ФИО9, клуб выплатил агентское вознаграждение в размере 200 000 евро.

Таким образом, расходы ФК «Ростов» на приобретение футболиста ФИО9 составили l 060 000 евро, что составляло в тот момент по курсу 85 460 380 руб.

Кроме того, в период нахождения футболиста ФИО9 в безвозмездной аренде в ФК «Тамбов» со стороны ФК «Ростов» в пользу футболиста продолжали выплачиваться значительные выплаты.

В соответствии с дополнительным соглашением № 2 от 22.02.202I к трудовому договору, заключенному между ФК «Ростов» и ФИО9, стороны пришли к следующему:

- выплата ежемесячной заработной платы футболисту в период с 23.02.2021 по 20.05.202l (на время нахождения футболиста в аренде ФК «Тамбов») приостанавливалась;

- клуб выплачивает футболисту дополнительное единовременное стимулирующее вознаграждение в размере 57 200 евро (5 128 574 руб.).

Таким образом, как указывает ответчик, в аренду ФК «Тамбов» на безвозмездной основе был предоставлен дорогостоящий футболист, игрок молодежной сборной Северной Македонии, при этом ФК «Ростов» в течение всего периода аренды нес значительные финансовые расходы, связанные с денежными выплатами в пользу футболиста.

В целях сравнительной оценки аналогичных договоренностей по трансферам иных футболистов, совершенных между ФК «Тамбов» и ФК «Ростов» в приближенный к трансферу футболиста ФИО8 период, ответчик приводит следующие примеры:

- трансферный контракт от 05.06.2019 о переходе футболиста ФИО10 из ФК «Тамбов» в ФК «Ростов», трансферная выплата 3 000 000 руб.;

-трансферный контракт от 30.09.2020 о переходе футболиста ФИО11 из ФК «Тамбов» в ФК «Ростов», трансферная выплата 12 000 000 руб.

Таким образом, как указывает ответчик, трансферная выплата за переход футболиста ФИО8 (сыграл за ФК «Тамбов» 17 матчей, ранее на высшем уровне не выступал) в сумме 17 000 000 руб. являлась самой высокой.

В пункте 5 трансферного контракта от 26.11.2019 установлено, что ФК «Ростов» и ФК «Тамбов» подтверждают, что ими получены все необходимые согласия и разрешения (в том числе от органов управления клубов) для заключения контракта.

ФК «Ростов» при рассмотрении настоящего спора придерживался позиции, согласно которой определение среднерыночного размера трансферной выплаты при оформлении перехода конкретного спортсмена из одного клуба в другой, в силу специфики любого спортивного трансферного рынка, не может быть обосновано какими-либо объективными оценочными критериями, без учета субъективного отношения именно данных договаривающихся сторон (клубов) к индивидуальному (физическому, психологическому и пр.) состоянию и профессиональным способностям такого футболиста.

ФК «Ростов» также полагал, что конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия между сторонами заинтересованности, фактической или юридической аффилированности, что позволило бы ответчику прийти к выводу о должной информированности о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Определение термину «трансферный контракт» дано в Регламенте Российского Футбольного союза по статусу и переходам (трансферу) футболистов, утвержденного постановлениями Исполкома РФС от 24.07.2020 №196.4, Бюро Исполкома РФС от 07.08.2020 №238.2 (далее – Регламент РФС), согласно которому трансферный контракт - двусторонний договор, заключаемый между профессиональными футбольными клубами, определяющий порядок, сроки и условия перехода (трансфера) футболиста профессионала.

Российский Футбольный Союз является общероссийской спортивной федерацией в области футбола.

Как следует из статьи 1 регламента РФС по статусу и переходам (трансферу) футболистов, профессионалом является футболист, заключивший с профессиональным футбольным клубом трудовой договор в письменной форме и получающий вознаграждение за свою деятельность, превышающее компенсацию фактических расходов футболиста, связанных с подготовкой и участием в соревнованиях по футболу.

При переходе футболиста-профессионала из одного профессионального футбольного клуба в другой профессиональный футбольный клуб между этими футбольными клубами заключается трансферный контракт об условиях перехода футболиста.

Трансфер футболиста-профессионала, имеющего действующий трудовой договор с профессиональным футбольным клубом, в новый профессиональный футбольный клуб осуществляется на основании трансферного контракта, заключаемого между новым и прежним профессиональными футбольными клубами футболиста-профессионала (пункт 1 Регламента РФС).

Согласно пункту 2 Регламента РФС трансферный контракт (а также приложения, изменения и дополнения к нему) должен быть составлен в письменной форме, постранично подписан уполномоченными представителями обоих профессиональных футбольных клубов и заверен печатями этих футбольных клубов.

Трансферный контракт может включать в себя условие о трансферной выплате, которую новый профессиональный футбольный клуб футболиста-профессионала производит в пользу прежнего профессионального футбольного клуба футболиста-профессионала. При этом профессиональные футбольные клубы вправе установить в трансферном контракте, что трансфер футболиста-профессионала производится без осуществления трансферной выплаты (безвозмездно) (пункт 3 статьи 18 Регламента РФС).

При этом процесс трансфера любого футболиста включает в себя выполнение нескольких условий:

- согласие продающего клуба на заданную цену;

- согласие покупающего клуба получить игрока по установленной цене;

- согласие самого игрока на заключение контракта с клубом.

Таким образом, для успешного заключения трансферных контрактов требуется не только взаимное согласие футбольных клубов, но и согласие самих игроков на заключение трудовых договоров с новым клубом.

Статьей 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

Контракт между футбольными клубами имеет основные принципы, начала и правила, характерные для договоров в соответствии с главой 39 ГК РФ. По данному договору (контракту) одна сторона обязуется выполнить (исполнить) возмездное действие (услугу), а именно расторгнуть трудовой договор с футболистом, а другая сторона обязуется совершить оплату оказанных действий (расторжение трудового договора) в соответствии с установленными положениями договора (контракта) и заключить отдельный трудовой договор с футболистом.

Данный подход к заключению договоров закреплен статьей 779 ГК РФ.

В данном случае сторонами были однозначно определены условия, сроки и порядок исполнения обязательств по контракту. Условия трансферного контракта соответствуют регламенту Российского Футбольного Союза по статусу и переходам (трансферу) футболистов, не противоречат нормам российского законодательства. Условия сделки соответствуют обычаям делового оборота, применяемым к отношениям по переходу футболиста из одного клуба в другой.

Поскольку какой-либо утвержденной методики определения рыночной стоимости футболистов не существует, при определении ее стоимости учитываются позиции на футбольном поле, общее количество сыгранных матчей, общее количество забитых голов, голевых передач, сыгранных минут, состояние здоровья, количество дисквалификаций, дополнительных индивидуальных достижений, опыт (стаж) в спортивной карьере и т.п.

Доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что согласованная сторонами в дополнительном соглашении к трансферному контракту о переходе футболиста ФИО8, является заниженной, материалы дела не содержат.

Как верно указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие, что ФК «Тамбов» поступали предложения от других футбольных клубов о переходе ФИО8 по более привлекательной стоимости трансферной выплаты.

Доказательств того, что ответчик является аффилированным или заинтересованным лицом по отношению к должнику не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что ответчик знал о наличии неисполненных обязательств у ФК «Тамбов» перед третьими лицами, а также о его неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника на момент заключения оспариваемого соглашения.

Сведений о том, что должник уведомлял кредитора о своей неплатежеспособности, в материалы настоящего обособленного спора также не представлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что с учетом специфики финансирования деятельности футбольных клубов, которым зачастую оказывалась финансовая поддержка, как со стороны инвесторов, так и со стороны бюджетов субъектов Российской Федерации, на момент заключения оспариваемого соглашения ФК «Ростов» не мог объективно предполагать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вместе с этим, конкурсный управляющий также ссылался на злоупотребление правом при заключении дополнительного соглашения к трансферному контракту. Указал, что оспариваемая сделка привела к утрате возможности должника получить денежные средства за счет его взыскания дебиторской задолженности с ФК «Ростов».

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок, сделок с предпочтением.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Для квалификации сделок как ничтожных на основании статей 10 и 168 ГК РФ установления одного факта ущемления интересов других лиц является недостаточным, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Таким образом, обращаясь с заявлением об оспаривании сделки, соответствующее лицо должно доказать нарушение прав и законных интересов кредиторов совершенной сделкой, а также недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления №63).

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

При рассмотрении настоящего обособленного спора доказательств, указывающих на наличие признаков злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки, а именно на то, что оспариваемая сделка совершена с противоправной целью (статья 10 ГК РФ) в материалы дела не представлено.

Возражая относительно требований конкурсного управляющего, ФК «Ростов» также заявил о применении срока исковой давности. В свою очередь, заявляя ходатайство о восстановлении пропущенного срока, конкурсный управляющий ссылался на то, что о дополнительном соглашении узнал только 10.03.2023 после получения письма от ФК «Ростов» от 27.02.2023 №209. Также обратил внимание на то, что документация должника получена 03.03.2023 из СУ СК России по Тамбовской области, а 22.03.2023 от ассоциации футбольных клубов «Российская Премьер-Лига» получен сам трансферный контракт.

Вместе с тем, возражая против доводов конкурсного управляющего, ответчик указывает, что из пункта 5 дополнительного соглашения от 26.1l.2019 следует, что оно составлено в трех экземплярах, имеющих одинаковую юридическую силу, по одному экземпляру для каждой из сторон и РФС (или организации, осуществляющей по поручению РФС регистрацию футболистов).

Таким образом, по мнению ответчика, первоначально утвержденный судом конкурсный управляющий, понимая специфику деятельности должника, как футбольного клуба, должен был запросить информацию о заключенных должником трансферных контрактах в РФС или организации, осуществляющей по поручению РФС регистрацию футболистов.

В статье 195 ГК РФ определено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, в том числе исполняющий его обязанности (абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

При этом Закон связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно имело реальную возможность узнать о нарушении права.

Между тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, конкурсный управляющий не привел мотивов невозможности ознакомления с материалами уголовного дела, не обосновал причину, по которой своевременно не обратился в Российский футбольный союз, ассоциацию футбольных клубов «Российская Премьер-Лига» и т.д. (с учетом специфики деятельности должника), а также ФК «Ростов» о предоставлении трансферного контракта и дополнительного соглашения к нему (обращения направлены в марте 2023 года, в том время как конкурсным управляющим ФИО3 утвержден 05.08.2022).

Кроме того, судом учтено, что денежные средства в сумме 17 000 000 руб. были перечислены ответчиком на счет должника 11.12.2019 с назначением платежа «по дополнительному соглашению к трансферному контракту от 26.11.2019» (л.д. 114, том 103).

Таким образом, при должной осмотрительности конкурсный управляющий, ознакомившись с выписками по счетам должника, должен был обладать информацией о наличии спорного дополнительного соглашения.

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Таким образом, пропуск срока давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Судом также принято во внимание, что действующее гражданское законодательство предусматривает восстановление срока исковой давности лишь для физических лиц (статьи 205 ГК РФ), в то время как конкурсный управляющий действует от имени должника - юридического лица (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве).

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Поскольку в суд апелляционной инстанции не были представлены бесспорные доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, у судебной коллегии отсутствуют основания для сомнений в выводах суда первой инстанции, сделанных на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств и пояснений лиц, участвующих в деле. Каких-либо убедительных причин ставить под сомнение выводы суда первой инстанции не имеется. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о наличии оснований для признания сделки недействительной по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. Выводы суда первой инстанции мотивированы, последовательны, основаны на получивших надлежащую правовую оценку суда доказательствах и исследованных судом обстоятельствах, при правильном применении судом норм действующего законодательства.

При вынесении обжалуемого определения арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда не имеется.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя жалобы, исходя из результатов ее рассмотрения.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тамбовской области от 26.06.2023 по делу №А64-798/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.В. Ботвинников


Судьи Е.А. Безбородов


ФИО1