Постановление от 16 июня 2024 г. по делу № А50-16057/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-844/22

Екатеринбург

17 июня 2024 г.


Дело № А50-16057/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Савицкой К.А., Калугина В.Ю.,

при ведении протокола помощником судьи Абросимовой К.Д. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фауна» ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 28.12.2023 по делу № А50-16057/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Пермского края приняли участие: ФИО2 (паспорт), ее представитель по устному ходатайству – ФИО3 (паспорт), а также представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фауна» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 09.01.2024, паспорт).


Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.02.2021 общество с ограниченной ответственностью «Фауна» (далее – должник, общество «Фауна») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, податель кассационной жалобы).

Конкурсный управляющий 29.11.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Энивет» (далее – общество «Энивет») солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 9 051 262 руб. 49 коп.

Определениями суда от 27.12.2022, 02.02.2023, 17.04.2023, 13.07.2023, 18.08.2023, 16.10.2023 к участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «Универсальные технологии» (далее – общество «Универсальные технологии»), ФИО8, ФИО9, ФИО10, общество с ограниченной ответственностью «Эклиптика», ФИО11, ФИО12, ФИО13; в качестве соответчиков привлечены ФИО14, ФИО15.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.12.2023 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2024 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на неполное исследование и оценку судами фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и материалам дела. Конкурсный управляющий указывает, что в рамках данного обособленного спора им были представлены доказательства, подтверждающие наличие у должника имущества в преддверии банкротства, тогда как ФИО2 не представлены доказательства выбытия данного имущества, а равно и его отсутствия у должника в период осуществления ФИО2 полномочий руководителя должника. Ссылаясь на судебную практику, конкурсный управляющий указывает, что в рассматриваемом случае суды неправомерно не включили в предмет доказывания обстоятельства выбытия данного имущества и не учли, что отсутствие документов, подтверждающих законность такого выбытия, является основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности либо взыскания с него убытков. По мнению конкурсного управляющего, состоявшиеся по данному делу судебные акты (об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и об отказе в истребовании у нее документов и имущества должника) противоречат друг другу, а обжалуемое определение при доказанности отсутствия у директора имущества фактически приводит к поощрению противоправного поведения последнего. При этом судебные акты об отказе во взыскании с ФИО2 убытков и истребовании у нее имущества не имеют правового значения для разрешения настоящего спора ввиду несовпадения обстоятельств, подлежащих доказыванию, в каждом из указанных споров.

Помимо этого, податель кассационной жалобы полагает, что суды не исследовали его доводы о недостоверности ведения бухгалтерского учета, наличии вины ФИО15 и ФИО2 в искажении отчетности. По мнению управляющего, недостоверность заключается в отражении в отчетности положительных показателей с целью сокрытия признаков банкротства и неуказании имущества и документов также с целью их сокрытия и недопущения их включения в конкурсную массу. Податель кассационной жалобы также полагает, что суды не исследовали и не учли совершение ФИО2 последовательных действий по выводу активов из общества «Фауна» и переводу бизнеса на подконтрольные ей общества «Энивет» и «Кнопка». Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности в связи с аффилированностью кредиторов должника, суды не установили причастность таких лиц к выводу активов должника.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Фауна» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.10.2015. Единственным участником общества является ФИО8, приходящаяся сестрой ФИО7

Руководителем общества «Фауна» являлись в период с 14.10.2015 по 05.06.2016 – ФИО16, с 06.06.2016 по 09.01.2020 – ФИО2, с 10.01.2020 до введения конкурсного производства (07.02.2021) – ФИО10

Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.07.2020 в  отношении общества «Фауна» по заявлению общества «Универсальные технологии» возбуждено дело о банкротстве.

Заявляя требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО6, общества «Энивет», ФИО14, конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО2 фактически осуществлены действия по переводу бизнеса с должника на общества «Кнопка» (учредитель и директор ФИО14) и «Энивет» (учредитель ФИО6).

В рамках обособленного спора о взыскании убытков (определение суда от 01.08.2022, оставленное без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 и Арбитражного суда Уральского округа от 20.02.2023) установлена фактическая аффилированность ФИО7, ФИО2, ФИО10, обществ «Универсальные технологии» и «Фауна», общность их интересов при осуществлении хозяйственной деятельности, а также взаимосвязь общества «Спецтранс» и указанных обществ.

Общество «Фауна» осуществляло аренду нежилых помещений в период с конца 2016 года по декабрь 2019 года в <...>), а в период с 01.01.2019 – в <...>).

Общество «Энивет» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.11.2019, его единственным учредителем и руководителем с 01.11.2019 являлась ФИО6 (мать ФИО2), основным видом деятельности общества «Энивет» является ветеринарная деятельность. Общество «Энивет» осуществляло деятельность по адресам: г. Пермь, ул. Куйбышева, 59, оф. 4–8 (адрес местонахождения); <...> (аренда); <...> (аренда с 01.01.2020).

Общество «Кнопка» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.08.2018, его единственным учредителем и руководителем с 20.08.2018 являлся ФИО14 Общество «Кнопка» осуществляло ветеринарную деятельность (основной вид деятельности) по адресам: г. Пермь, ул. Куйбышева, 59, оф. 4–8 (адрес местонахождения). Общество «Кнопка» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 29.04.2021 на основании решения регистрирующего органа как недействующее юридическое лицо.

Ссылаясь на то, что общества «Кнопка», «Энивет» и «Фауна» имеют один вид деятельности (ветеринарные клиники), размещены по аналогичным адресам, осуществлен перевод клиентской базы и сотрудников должника, изъяты и направлены на деятельность собственных клиник его имущество и денежные средства, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности оснований, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Суд также признал недоказанным осуществление ответчиками перевода бизнеса с общества «Фауна» на общества «Кнопка» и «Энивет». Помимо этого, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции также учел наличие корпоративного конфликта между ФИО2 и ФИО7 и исходил из того, что институт субсидиарной ответственности не может быть использован в качестве правового инструмента для его разрешения.

Суд апелляционной инстанции с данными выводами согласился, при этом суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Одним из основных принципов привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при банкротстве является исключительность данного механизма восстановления нарушенных прав кредиторов, из чего следует, что его применение допустимо лишь в случае исчерпывающей и бесспорной подтвержденности материалами дела состава вменяемого таким контролирующим лицам правонарушения, включающего в себя применительно к такому основанию ответственности как невозможность полного погашения требований кредиторов виновность и противоправность инкриминируемых деликвентам деяний/бездействия и причинно-следственную связь между их виновным и противоправным поведением и негативными последствиями на стороне конкурсной массы организации-должника – объективным банкротством (пункты 1, 2, 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 Постановления № 53).

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, к недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, проанализировав деятельность обществ «Кнопка», «Энивет» и «Фауна», установив, что переход работников от общества «Фауна» не был одномоментным, учитывая, что управляющим не доказано и из материалов дела не следует использование обществами «Энивет» и «Кнопка» в своей деятельности денежных средств и имущества должника, а равно и перевод клиентской базы и контрагентов должника на указанные общества, учитывая, что совпадение только одного адреса названных обществ само по себе перевод бизнеса не доказывает, суды обеих инстанций правомерно констатировали недоказанность осуществления действий по переводу бизнеса, то есть по отчуждению всех активов, ресурсов, оборотов, персонала, контрактов и т. п. иному лицу (иным лицам), и отказали в привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Отклоняя требования конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по иным основаниям, суды правильно исходили из того, что признаки неплатежеспособности возникли у должника только в 2020 году, при этом требования кредиторов предъявлены ко взысканию после прекращения полномочий ФИО2 как руководителя должника, ранее каких-либо требований к ФИО2 не предъявлялось.

В отношении доводов, связанных с непередачей документов и имущества, судами правомерно учтено, что определением суда от 12.07.2021 по данному делу отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документации общества «Фауна» в связи с отсутствием доказательств их нахождения у ответчика.

В ходе рассмотрения апелляционной и кассационной жалоб на определение суда от 12.07.2021 ФИО2 указывала, что перечисленное в таблицах инвентарных описей от 13.12.2019 имущество никогда обществу «Фауна» не принадлежало, не учитывалось на балансе должника, к моменту ее назначения руководителем общества «Фауна» оно уже имелось в клиниках, иное имущество, приобретенное в период руководства обществом «Фауна» ФИО16 ей не передавалось, акты приема-передачи в мае 2016 года не составлялись; до создания общества «Фауна» аналогичную деятельность осуществляло общество с ограниченной ответственностью «Ветка».

Кроме того, судами принято во внимание, что решением Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2021 по делу № А50-5385/2020 (при участии в указанном деле временного управляющего обществом «Фауна») отказано в удовлетворении заявления общества «Фауна» в лице директора ФИО10 об истребовании у ФИО2 документов и имущества общества «Фауна», поскольку признаны не опровергнутыми возражения ФИО2 об отсутствии у нее истребуемых документов и имущества, в том числе ввиду их передачи новому руководителю. На стадии апелляционного производства общество «Фауна» отказалось от исковых требований к ФИО2

Указанные обстоятельства также были установлены и исследованы при рассмотрении требования о взыскании с ФИО2 убытков (определение суда от 01.08.2022).

Таким образом, установив, что наличие состава правонарушения, необходимого для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, не доказано, принимая во внимание корпоративный конфликт между ФИО2 и ФИО7, а также учитывая установленные в рамках иных обособленных споров (споры по взысканию с ФИО2 убытков, по оспариванию сделок должника, по истребованию документов) фактические обстоятельства, суды обеих инстанций обоснованно не усмотрели оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Более того, институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда. При разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.

Указанная правовая позиция изложена в пункте 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020.

В рассматриваемом случае, проанализировав реестр требований кредиторов должника и установив, что основными кредиторами должника являются ФИО7, общества «Универсальные технологии» и «Спецтранс», требования независимых кредиторов составляют менее 4 % от размера включенных в реестр требований кредиторов должника, а более 96 % требований кредиторов, включенных в реестр, принадлежит аффилированным/взаимосвязанным с должником лицам, то есть кредиторам, которые тем или иным образом причастны к управлению должником, учитывая, что в основе заявленных требований лежит корпоративный конфликт, одна из сторон которого инициировала дело о банкротстве должника, принимая во внимание вышеприведенные разъяснения о недопустимости использования  механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров, суды правильно констатировали отсутствие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Данные выводы судов являются правильными, сделаны в соответствии с верным применением норм процессуального и материального права, оснований не согласиться с ними у суда округа не имеется.

Доводы управляющего, связанные с непередачей ФИО2 имущества и документации, судом округа не принимаются как направленные на преодоление установленных в рамках иных обособленных споров фактических обстоятельств и сделанных судами выводов (статьи 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кассационная жалоба не содержит доводов, которые не были рассмотрены судами нижестоящих инстанций и оценены ими в пределах своей компетенции, равно как и доводов, свидетельствующих о существенном нарушении судами норм материального или процессуального права при рассмотрении спора. Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 28.12.2023 по делу № А50-16057/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фауна» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                             О.Н. Пирская


Судьи                                                                          К.А. Савицкая


                                                                                     В.Ю. Калугин