Решение от 13 августа 2018 г. по делу № А40-85581/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-85581/18-137-594
г. Москва
14 августа 2018 г.
Резолютивная часть решения объявлена 08 августа 2018 года

Полный текст решения изготовлен 14 августа 2018 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи  Скворцовой Е.А. единолично

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в судебном заседании дело по иску ПАО «Челябинский цинковый завод» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 16.12.2002, 454008, <...>)

к ПАО «Федеральная сетевая компания Единой Энергетической Системы» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 20.08.2002, 117630, Москва, ул. Академика Челомея, д. 5А)

третье лицо – ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации 28.02.2005, 620026, <...>)

о взыскании 97 244 635 руб. 58 коп.

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности № 1495 от 27.12.2017 по 31.12.2018,

от ответчика – Несен Е.Н. по доверенности № 160-17 от 26.05.2017 сроком до 13.12.2019,

от третьего лица – не явился, 



УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен публичным акционерным обществом «Челябинский цинковый завод» (далее - ПАО «ЧЦЗ», Завод, истец) к публичному акционерному обществу «Федеральная сетевая компания Единой Энергетической Системы» (далее - ПАО «ФСК ЕЭС», сетевая компания, ответчик) о взыскании убытков в размере 97 244 635 руб. 58 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ОАО «МРСК Урала», третье лицо).

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явилось. В материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения его о месте и времени судебного заседания.

Представители истца и ответчика не возражали против рассмотрения дела в отсутствие представителя третьего лица.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуально кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Заслушав представителей сторон, изучив письменные материалы дела, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ОАО «ЧЦЗ» и ОАО «ФСК ЕЭС» (сетевая компания) заключен договор на оказание услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной электрической сети в редакции проекта договора с приложениями, направленного заявкой (офертой) ОАО «ЧЦЗ» от 29.04.2013 г. за исх. № 03Э/32/469 со сроком действия с 00 часов 00 минут 01.05.2013 г. до 24 часов 00 минут 31.12.2013, что подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2013 г. по делу № А40-76049/2013.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2013 г. по делу № А40- 76049/2013 оставлено без изменения судами вышестоящих инстанций и вступило в законную силу, в связи с чем, не подлежит доказыванию и принимается судом как установленный, тот факт, что между истцом и ответчиком подписан договор оказания услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной (общероссийской) электрической сети № 955/П-Е725 от 30.04.2013 г.

Согласно п. 1.1 договора № 955/П-Е725 от 30.04.2013 г. ответчик обязался оказывать услуги по передаче электрической энергии по ЕНЭС путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей, а потребитель обязуется оплачивать эти услуги.

В соответствии с п. 4.2 указанного договора для определения стоимости услуг учитываются принятое тарифное решение, а также физические величины: для определения стоимости услуг на содержание объектов электросетевого хозяйства, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть: до 01.07.2013 - заявленная (договорная) мощность; с 01.07.2013  - фактически потребленная мощность; в части определения стоимости нормативных технологических потерь электрической энергии (мощности) в единой национальной (общероссийской) электрической сети: отпуск электроэнергии из сети ФСК в сальдированном выражении в киловатт-часах.

Порядок определения стоимости и расчетов определен в пунктах 4.3 - 4.5 договора от 30.04.2013 г. № 955/П-Е725.

Из положений п. 8.1 договора следует, что настоящий договор вступает в силу с момента его подписания, распространяет свое действие на отношения сторон, возникшие с 01.05.2013г. и действует по 31.12.2013г.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что в результате неправомерного отказа ПАО «ФСК ЕЭС» от исполнения договора от 30.04.2013 ПАО «ЧЦЗ» причинены убытки, размер которых определяется как разница между стоимостью услуг по передаче электроэнергии, которую завод оплатил ОАО «МРСК Урала» на основании постановления суда апелляционной инстанции от 26.01.2016 по делу № А76-19024/2013, и стоимостью услуг по передаче электроэнергии, которую завод должен был оплатить ПАО «ФСК ЕЭС» при оказании последним услуг по договору от 30.04.2013.

Размер убытков истцом определен за период с января по март 2014 года и составляет 97 244 635 руб. 58 коп. указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с данным иском в суд, ссылаясь на ст.ст. 15, 393 ГК РФ, поскольку претензия № 06-08/20 от 03.02.2017 с требованием о возмещении убытков, оставлена ответчиком без удовлетворения.

Согласно ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В силу ст. 393 ГК РФ возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также их размер в соответствии со ст. 15 ГК РФ. Требуя возмещения реального ущерба и упущенной выгоды, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причиненную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, при этом в соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Таким образом, для целей взыскания убытков истцу необходимо доказать факт возникновения у него убытков, их размер, противоправность поведения ответчика (неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств) и причинно-следственную связь между такими действиями ответчика и возникновением убытков. Недоказанность хотя бы одного из названных признаков влечет за собой отказ в иске о взыскании убытков.

Однако в совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд считает, что факт и размер заявленных ко взысканию убытков, наличие вины ответчика в понесенных истцом убытков, равно, как и доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и убытками истца, истцом не доказано, в связи со следующим.

Судом установлено, что 17.06.2013 ПАО «ЧЦЗ» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением (дело № А40-76049/2013) о понуждении ПАО «ФСК ЕЭС» (ранее именовалось ОАО «ФСК ЕЭС») заключить договор на оказание услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной электрической сети со сроком действия с 0 часов 00 минут 01 мая 2013 года до 24 часов 00 минут 31 декабря 2013 года в редакции проекта договора с приложениями, направленного заявкой (офертой) от 29.04.2013 за исходящим номером № 03Э/32/469. К делу в качестве третьего лица было привлечено ОАО «МРСК Урала».

ПАО «ФСК ЕЭС» иск не признало, указав, что поскольку технологическое подключение истца осуществлено к переданному в аренду ОАО «МРСК Урала» оборудованию, отказ в заключении договора обоснован.

ОАО «МРСК Урала» требования ПАО «ЧЦЗ» также не признало, указав, что именно ОАО «МРСК Урала» в связи с получением в аренду от ПАО «ФСК ЕЭС» имущества для технологического присоединения ПАО «ЧЦЗ» является сетевой компанией, с которой у ПАО «ЧЦЗ» имеется технологическое подключение, имеется заключенный и действующий договор оказания услуг передачи электрической энергии. Данные обстоятельства установлены постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2017 по делу А40-220408/16 (абз.9 стр. 2 постановления).

Таким образом, ПАО «ФСК ЕЭС» действуя разумно и добросовестно, еще в 2013 году указывало истцу, что оно не может оказать ему услуги по передаче электроэнергии, поскольку электрические сети находятся в аренде ОАО «МРСК Урала».

Арбитражный суд города Москвы решением от 23.11.2013 по делу № А40-76049/2013 обязал открытое акционерное общество «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» (ОГРН <***>) заключить с открытым акционерным обществом «Челябинский цинковый завод» (ОГРН <***>) договор на оказание услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной электрической сети в редакции проекта договора с приложениями, направленного заявкой (офертой) ОАО «ЧЦЗ» от 29.04.2013 за исходящим номером № 03Э/32/469 со сроком действия с 0 часов 00 минут 01 мая 2013 года до 24 часов 00 минут 31 декабря 2013 года. Указанное решение оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2014.

Во исполнение решения по делу № А40-76049/2013 между ОАО «ЧЦЗ» (потребитель) и ОАО «ФСК ЕЭС» (сетевая компания) заключен договор на оказание услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной электрической сети в редакции проекта договора с приложениями, направленного заявкой (офертой) ОАО «ЧЦЗ» от 29.04.2013 за исх. № 03Э/32/469 со сроком действия с 0 часов 00 минут 01 мая 2013 года до 24 часов 00 минут 31 декабря 2013 года.

Как разъяснено в п.8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 16.02.2001 № 59 согласно п. 2 ст. 425 ГК РФ стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора аренды применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора. Таким образом, наличие в договоре названного условия не влияет на определение момента, с которого договор считается заключенным, и не изменяет срока его действия. Момент заключения договора, содержащего подобное условие, и срок его действия определяются в соответствии с общими положениями Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с п.4 ст. 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В этом случае договор считается заключенным на условиях, указанных в решении суда, с момента вступления в законную силу соответствующего решения суда.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2013 по делу № А40-76049/2013 вступило в законную силу 07.04.2014 (дата принятия постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2014 № 09АП-5319/2014-ГК по делу № А40-76049/2013), в связи с чем, договор между истцом и ответчиком не мог быть заключен ранее указанной даты.

В договоре оказания услуг по передаче электрической энергии по Единой национальной (общероссийской) электрической сети № 955/П от 30.04.2013 имеется отметка о том, что он подписан с протоколом разногласий. Протокол разногласий подписан 24.06.2014, в нем указано, что договор заключен в соответствии с решением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2013 по делу № А40-76049/2013 и в случае отмены данного решения настоящий договор будет считаться незаключенным.

Письмом от 28.08.2014 №06.081531 данный протокол разногласий направлен истцом в адрес ПАО «ФСК ЕЭС».

В силу п.1 ст. 433 ГК РФ Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Из этого следует, что Договор № 955/П был заключен 28.08.2014.

Исходя из п. 8.1 договора следует, что настоящий договор вступает в силу с момента его подписания, распространяет свое действие на отношения сторон, возникшие с 01 мая 2013 года, и действует по 31 декабря 2013 года.

Однако, ответчик не имел возможности оказать истцу услуги в период с 01.05.2013 по 31.12.2013, поскольку не владел объектами электросетевого хозяйства, к которым технологически присоединены объекты Завода, поскольку они находились в законном владении у МРСК Урала до 01.08.2014, указанный факт подтвержден истцом в исковом заявлении.

Как разъяснено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2015 № 309-ЭС15-10537 по делу № А76-24897/2013 (по спору по тому же договору с участием тех же лиц) в соответствии с пунктом 1 статьи 779, пунктом 1 статьи 781 ПК РФ, пунктом 12 Правил № 861 заказчик (потребитель) должен оплатить оказанные ему услуги исполнителю этих услуг.

Таким образом, в предмет доказывания по данному делу входит установление лица, фактически оказывавшего услугу по передаче электроэнергии. При этом подлежат установлению обстоятельства, связанные с технологическим присоединением энергопринимающих устройств Завода к объектам электросетевого хозяйства, а также лицо, владевшее этими объектами на законном основании.

К аналогичному выводу пришел Президиум Высшего Арбитражного Суда в постановлении от 12.03.2013 № 12435/12 по делу № А76-10850/2011 Арбитражного суда Челябинской области. Ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих фактическое оказание услуг по передаче электрической энергии ПАО «ФСК ЕЭС», и наличия доказательств осуществления этой деятельности территориальной сетевой организацией (ОАО «МРСК Урала») Президиум пришел к выводу о том, что последняя вправе получить плату за оказанные услуги.

Указанным постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что возможность оказывать услуги по договору оказания услуг определяется не формальным наличием договора оказанием услуг, а наличием законного владения объектами, которые технологически присоединены к устройством Завода, и через которые осуществляется оказание услуг.

Как установлено в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2016 по делу № А76-19024/2013, постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 04.05.2016 по делу № А76-19024/2013 (оставленном в силе Определением Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2016 № 309-ЭС16-10111) по делу № А76-19024/2013 возможность оказания услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов ЕНЭС иными владельцами обусловлена переходным периодом функционирования электроэнергетики (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2009 № 13083/08). Окружной суд указал, что суд апелляционной инстанции верно счел обоснованной позицию ОАО «МРСК Урала» и ПАО «ФСК ЕЭС», согласно которой передача ОАО «МРСК Урала» на законных основаниях во временное владение и пользование объектов ЕНЭС свидетельствует об отсутствии возможности ПАО «ФСК ЕЭС» оказывать услуги по передаче электрической энергии посредством поименованных в договоре аренды объектов.

Таким образом, имеющим преюдициальное значение, судебным актом установлено, что ПАО «ФСК ЕЭС» не имело возможность оказывать услуги по передаче электрической энергии посредством поименованных в договоре аренды объектов, в связи с передачей ОАО «МРСК Урала» на законных основаниях во временное владение и пользование.

Данное обстоятельство подтверждает отсутствие вины ПАО «ФСК ЕЭС» в неисполнении обязательств по заключенному через суд на предшествующее время (с 01.05.2013) договору № 955/П от 30.04.2013 (дело № А40-76049/2013), и опровергает довод истца о том, что ПАО «ФСК ЕЭС»  по собственному усмотрению решило в одностороннем порядке отказаться в январе-марте 2014 года от исполнения своих обязательств по договору от 30.04.2013 в нарушение ст.ст. 309, 310 ГК РФ.

Кроме того, согласно абзацу 6 пункта 28 «Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее - Основные положения), в отношении одного энергопринимающего устройства может быть заключен только один договор энергоснабжения. Аналогичный вывод содержится в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2016 № 09АП-46816/2016-ГК по делу № А40-58797/16.

Как указано в постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2012 по делу № А09-12103/2009, в отношении одной точки поставки энергии не может быть заключено несколько договоров.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа по делу № А76-19024/2013 от 04.05.2016 установлено, что между ОАО «МРСК Урала» (исполнитель) и ПАО «ЧЦЗ» (заказчик) 01.11.2009 заключен договор оказания услуг по передаче электроэнергии № 0820-9896 (абзац 3 страницы 5 постановления).

Из этого следует, что в отношении тех же точек поставки электроэнергии не мог одновременно действовать другой договор (между ПАО «ЧЦЗ» и ПАО «ФСК ЕЭС»), поскольку это противоречит абзацу 6 пункта 28 Основных положений.

Факт того, что ПАО «ЧЦЗ» и ПАО «ФСК ЕЭС» при заключении договора оказания услуг по передаче электрической энергии № 955/П от 30.04.2013, заключенного 24.06.2014, указали, что договор вступает в силу с момента его подписания, распространяет свое действие на отношения сторон, возникшие с 01 мая 2013г., не означает, что в спорный период указанный договор действовал в отношении спорных точек поставки, поскольку в этот же период по тем же точкам поставки существовал и исполнялся договор оказания услуг по передаче электроэнергии от 01.11.2009 № 0820-9896 между ОАО «МРСК Урала» (исполнитель) и ПАО «ЧЦЗ» (заказчик).

Действующее законодательство допускает возможность взыскания убытков только при наличии вины ответчика, наличия причинно-следственной связи между понесенными убытками и фактически оказанными услугами, наличии убытка и его размера, вызванного действиями ответчика. Аналогичный подход содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2017 № 305-ЭС17-1471 по делу № А40-25664/2016, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 5-КГ16-77.

Для применения ответственности, предусмотренной статьей 15 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление убытков и доказанность их размера, противоправность поведения, вина причинителя убытков, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя убытков и наступившими у истца неблагоприятными последствиями (убытками).

Судом установлено, что постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2016 по делу № А76-19024/2013, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 04.05.2016, а также Определением Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2016 № 309-ЭС16-101 11, установлено, что в период с мая по декабрь 2013 года услуги по передаче электрической энергии по воздушным линиям в точки поставки ВЛ-220 кВ «Шагол - Цинковая» и ВЛ-220 кВ «Цинковая - Металлургическая» фактически оказывало ОАО «МРСК Урала», а не ПАО «ФСК ЕЭС». Истец в исковом заявлении также подтвервеждает тот факт, что в период с января по март 2014 года услуги по поставке электроэнергии для него продолжало оказывать ОАО «МРСК Урала».

Заявленные исковые требования направлены на взыскание с ПАО «ФСК ЕЭС»  разницы в стоимости услуг по передаче электроэнергии за период с января по март 2014 года, обусловленной разницей в тарифах ПАО «ФСК ЕЭС» и ОАО «МРСК Урала», поскольку тариф ПАО «ФСК ЕЭС» за услуги по передаче электроэнергии значительно ниже, чем тариф ОАО «МРСК Урала».

При рассмотрении настоящего спора суд пришел к выводу, что требования истца противоречат действующему законодательству.

Рынок передачи электроэнергии является естественно-монопольной сферой, в которой отсутствует конкурентная среда. Потребитель не может выбирать сетевую компанию произвольно, по собственному желанию. Тем более, обратиться к иной сетевой компании для получения аналогичной услуги. Услуги считаются оказанными той компанией, которая в данный момент имеет технологическое присоединение сетей к электроустановкам потребителя и владеет на законном основании этими сетями.

Кроме того, суд считает, что истец не учел тот факт, что стоимость услуг по передаче электроэнергии подлежит государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46, 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования).

Как разъяснено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8748 по делу № А40-53908/2014, полномочиями по утверждению тарифа на услуги территориальных сетевых организаций наделены органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов. Субъекты электроэнергетики обязаны применять тарифы в соответствии с решениями регулирующих органов и не вправе самостоятельно их изменять. Возможность выбора тарифа на услуги по передаче электроэнергии предопределяется условиями технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителя.

Поскольку в спорный период истец имел технологическое присоединение к электроустановкам, которые на законном основании принадлежали ОАО «МРСК Урала», посредством которых Заводу оказывались услуги по передаче электрической энергии, истец обязан рассчитываться по тарифу, установленному дня ОАО «МРСК Урала», и нести бремя расходов в соответствии со стоимостью услуг, определенных исходя из указанного тарифа.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 № 3 (2015) (пункты 2, 3 раздела II Разрешение споров, возникающих из обязательственных правоотношений), при определении стоимости услуг по передаче электрической энергии потребитель услуг и сетевая организация (исполнитель услуг) не вправе самостоятельно изменять величины ставок тарифов, указанных в правовом акте, которым утвержден тариф. Указанное правовое суждение подтверждается сложившейся практикой рассмотрения аналогичных дел Верховным Судом Российской Федерации (определения от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-782, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2617, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-1689, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2485, от 19.06.2015 N 305-ЭС 15-2517, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2545, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2487. от 22.06.2015 № 305-ЭС 15-1385, от 26.10.2015 № 305-ЭС 15-8748, от 26.10.2015 № 305-ЭС 15-8068. от 08.05.2015 № 310-ЭС14-8432).

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2016 № 310-ЭС16-7069 по делу № А14-21/2015 разъяснено, что вариант тарифа, применяемый при оплате услуг по передаче электроэнергии, императивно установлен законодательством и предопределен фактическими условиями технологического присоединения сетей. Данный вывод указан также в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015 (пункты 2. 3 раздела II Разрешение споров, возникающих из обязательственных правоотношений).

В совокупности изложенного, ссылка истца на отнесение убытков в заявленном размере в виде разницы между стоимостью услуг по передаче электроэнергии, которую завод оплатил ОАО «МРСК Урала» и которую Завод должен был бы оплатить ПАО «ФСК ЕЭС» при оказании последним услуг по договору от 30.04.2013, судом отклонена, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможность и обязанность одной сетевой организации компенсировать расходы потребителя, возникшие с применением тарифа за услуги по передаче электроэнергии, оказанные другой сетевой организацией.

Это противоречит принципам тарифного регулирования Российской Федерации, а также смыслу правоприменительной практики, содержащейся в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2015 № 305-ЭС15-782, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-2617, от 19.06.2015 № 305-ЭС15-1689, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2485, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2517, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2545, от 19.06.2015 № 305-ЭС 15-2487, от 22.06.2015 № 305-ЭС 15-1385, от 26.10.2015 N 305-ЭС15-8748. от 26.10.2015 № 305-ЭС 15-8068, от 08.05.2015 № 310-ЭС14-8432).

Порядок определения размера убытков, примененный в настоящем деле истцом, не основан на нормах права. Порядок установления стоимости услуги, подлежащей государственному регулированию, предусматривает определение НВВ организации исходя из ее фактических затрат на содержание имущества, участвующего в реализации такой услуги.

Так в 2014 году имущество, с помощью которого истец получил услугу, принадлежало ОАО «МРСК Урала», и затраты на содержание данного имущества были учтены Государственным комитетом «Единый тарифный органом Челябинской области» в тарифе на передачу электрической энергии и мощности, утвержденного для ОАО «МРСК Урала». Имущество, участвовавшее в передаче электрической энергии истцу, из владения ОАО «МРСК Урала» не выбывало.

Установление судом лица, оказавшего услугу в спорный период, - ОАО «МРСК Урала» - опровергает довод истца о том, что у него была возможность получить услугу в спорный период от другого лица. Таким образом, нарушения прав истца в данном случае не допущено, действия ответчика не повлияли на хозяйственную деятельность истца.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС 15-5139 по делу № A27-18141/20I3, действия могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций.

По указанным основаниям суд приходит к выводу, что в рассматриваемой ситуации действия истца являются злоупотреблением правом. Закон не предоставляет судебную защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 ГК РФ).

В качестве нормативного обоснования взыскания убытков истец ссылается на ст. 397 ГК РФ. Согласно ст. 397 ГК РФ случае неисполнения должником обязательства изготовить и передать вещь в собственность, в хозяйственное ведение или в оперативное управление, либо передать вещь в пользование кредитору, либо выполнить для него определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

Таким образом, диспозиция статьи 397 ГК РФ предусматривает следующие условия для возмещения убытков: факт поручения кредитором выполнения обязательства третьим лицам и разумная цена поручения. Однако в настоящем споре указанные условия не соблюдены. Истец не поручал ОАО «МРСК Урала» выполнение обязательства по оказанию Заводу услуг по передаче электроэнергии. Доказательств обратного истцом в материалы дела суду не представлено.

Истец также не мог поручить третьим лицам выполнения обязательства по оказанию заводу услуг по передаче электроэнергии по разумной цене, поскольку, как разъяснено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС 15-5139 по делу № А27-18141/2013, в силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46 - 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования № 1178).

При наличии государственного регулирования деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии, учитывая, что стоимость услуг по передаче электроэнергии подлежит государственному ценовому регулированию (пункт I статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46, 48 Правил N 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования), исключена возможность истца поручить третьим лицам выполнения обязательства по оказанию услуг по передаче электроэнергии по разумной цене в соответствии со ст. 397 ГК РФ.

Таким образом, правовые основания для взыскания с ПАО «ФСК ЕЭС» убытков в период с января по март 2014 года связи с оказанием услуг истцу со стороны ОАО «МРСК Урала» отсутствуют.

Ответчик, оспаривая исковые требования, также указал, что истцом пропущен срок исковой давности, который начал исчисляться с 2013, когда истец узнал о факте поставке электроэнергии не ответчиком, а ОАО «МРСК «Урала». Между тем, в суд истец обратился только 20.04.2018, то есть, с пропуском срока исковой давности. Поскольку исковое заявление направлено в суд 20.04.2018, истцом пропущен 3-лектний срок исковой давности по периоду с 01.01.2014 по 31.04.2014.

Согласно части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с часть 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части.

Суд в рамках настоящего спора установил, что исковые требования заявлены с пропуском срока исковой давности, поскольку истцом заявлены требования о взыскании убытков, возникших в период с января по март 2014 года, иск о взыскании убытков поступил в арбитражный суд 20.04.2018, то есть после истечения срока исковой давности. 

Истцом доказательств, свидетельствующих о прерывании течения срока исковой давности, суду не предоставлено.

Исходя из вышеизложенного, арбитражный суд пришел к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворения в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которого заявил ответчик.

Судебные расходы по государственной пошлине в соответствии с нормами ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на истца в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 10, 196- 200, 1103, 1107, 395 ГК РФ, ст. ст. 4, 65, 110, 123, 124, 156, 167-171 АПК РФ, суд 



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                Е.А. Скворцова