Решение от 21 октября 2024 г. по делу № А55-13215/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г. Самара, ул. Самарская, 203Б, тел. (846) 226-56-17, (846) 207-55-15

http://www.samara.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-13215/2024
21 октября 2024 года
г. Самара


Резолютивная часть решения объявлена 08 октября 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 21 октября 2024 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Батуриной Т.В.,

рассмотрев в судебном заседании 08 октября 2024 года дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Алкогольная Региональная Компания» к 1.Силаеву Руслану Николаевичу2.Плавшичу Милануо взыскании 130 283, 13 руб.

при участии в заседании

от истца – ФИО2 по доверенности от 15.01.2024,

от ответчика 1 – ФИО3 по доверенности от 21.02.2022,

от ответчика 2 – не явился, извещен

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Алкогольная Региональная Компания" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к ФИО4, к ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании 130 283, 13 руб. по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Новая телега» (ИНН <***>) , а также 4908 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал.

Ответчик ФИО5, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в судебное заседание не явился.

В материалы дела поступили ответы на запросы суда от АО «Альфа Банк» и Банк ЗЕНИТ (публичное акционерное общество), приобщены к материалам дела.

Выслушав представителя истца, а также ответчика ФИО4, изучив материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и содержания искового заявления, в период с 21.12.2019 по 30.12.2019 года на основании Договора поставки № АРК-24213/Т от 12.04.2016 года ООО «Алкогольная Региональная Компания» поставило, а ООО «Новая Телега» приняло товар на общую сумму 183 982 руб. 34 коп.

При этом сумма просроченной задолженности ООО «Новая Телега» перед ООО «Алкогольная Региональная Компания» за полученный товар составила 125 517 руб. 13 коп.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 20.07.2020 г. по делу № А55-12060/2020 удовлетворены исковые требования ООО «Алкогольная Региональная Компания» о взыскании с ООО «Новая Телега», в размере 125 517 рублей 13 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 4766 рублей.

18.02.2021 года возбуждено ИП № 37082/21/63050 на основании исполнительного листа № ФС 032804853 от 31 августа 2020 г. По состоянию на 23.11.2021 года задолженность по исполнительному производству № 37082/21/63050 - ИП от 18.02.2021 года составила 130 283 рублей 13 коп. Сумма, взысканная по ИП составила: 0 руб. В связи с п. 3 ч. 1 ст. 46, п. 3 ч. 1 ст. 47, ст. 14, ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 47, ст. 6 ФЗ «Об исполнительном производстве» УФССП по Самарской области ОСП Автозаводского района № 2 в ходе исполнения требований исполнительного документа принято решение об окончании ИП № 37082/21/63050 в связи с невозможностью взыскания денежных средств.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службой № 24 по Самарской области принято решение об исключении ООО «Новая Телега» из ЕГРЮЛ 16.11.2023..

ФИО5 с 12.07.2019 года исполнял обязанности генерального директора -единоличного исполнительного органа ООО «Новая Телега», участником ООО «Новая Телега» является ФИО4 с долей в размере 50 % уставного капитала ООО «Новая Телега».

Сообщение о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении ООО «Новая Телега» вместе с разъяснением порядка и сроков направления возражений против исключения недействующего юридического лица опубликовано в журнале "Вестник государственной регистрации".

В связи с не поступлением в регистрирующий орган в течение трех месяцев с момента публикации решения заявлений о принятии обеспечительных мер в виде запрета на осуществление определенных регистрационных действий в отношении данного юридического лица, в отсутствие препятствий, регистрирующим органом на основании решения в ЕГРЮЛ внесена запись от 16.11.2023 за ГРН 223603859450 о прекращении деятельности юридического лица ООО «Новая Телега».

Со ссылкой на п. 3.1. ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 15, 53.1, 64.2, 399 ГК РФ, истец просит привлечь ФИО5 генерального директора - единоличного исполнительного органа, участника ФИО4 имеющего 50 % уставного капитала к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Новая Телега».

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок.

Статья 9 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14- ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Кроме того лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

В силу пункта 2 статьи 15 указанного Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как указано Конституционным судом Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО6», исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Как неоднократно обращал внимание Конституционный Суд Российской Федерации, недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В п. 3.2. Постановления от 21.05.2021 № 20-П Конституционный суд Российской Федерации указал, что при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Из п. 4 Постановления от 21.05.2021 № 20-П следует, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Соответственно, лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

В данном случае в рамках рассмотрения дела № А55-12060/2020 общества с ограниченной ответственностью "Алкогольная Региональная Компания" обратилось с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью "Новая телега задолженности по договору поставки в размере 125 517 руб. 13 коп.

Решением Арбитражного суда Самарской области в виде резолютивной части в порядке ч. 1 ст. 229 АПК РФ от 20.07.2020 взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Новая телега» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Алкогольная Региональная Компания» задолженность по договору поставки № АРК-24213/Т от 12.04.2016 года в сумме 125 517 рублей 13 коп. и расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4 766 рублей.

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), должны исполняться всеми юридическими и должностными лицами, гражданами в порядке, предусмотренном главой VII Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (статья 318 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении общества с ограниченной ответственностью «Новая телега» ФИО5 с 12.07.2019 года исполнял обязанности генерального директора - участником является ФИО4. Таким образом, ответчики являются лицами, указанными в п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ.

Непринятие ФИО5 осуществлявшим функции единоличного исполнительного органа и ФИО4 как лицом имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица, мер по своевременному возврату ООО «Новая телега» денежных средств, взысканных по решению суда, нельзя назвать добросовестным, разумным и отвечающим интересам общества поведением, поскольку руководитель общества, а также единственный участник общества действуя добросовестно и разумно в условиях обычной хозяйственной деятельности, должны были предпринять все необходимые и достаточные меры по возврату ООО «Новая телега» задолженности. Между тем таких действий руководителем ФИО5 и единственным участником ФИО4 предпринято не было.

Кроме того, ФИО5, являясь директором ООО «Новая телега», имел фактическую возможность определять действия юридического лица, включая возможность представлять документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, осуществлять операции по одному или нескольким банковским счетам, то есть ответчик обязан был действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд отмечает, что в 2019-2020 года ООО «Новая телега» вело хозяйственную деятельность, например в период с 22.11.2019 по 09.12.200 по расчетному счету ООО «Новая телега», открытому в АО «Альфа-Банк», произведено операций по дебету на общую сумму 6 111 604 руб. 16 коп.

Указанное свидетельствует о наличии у ООО «Новая телега» возможности по исполнению обязательств перед истцом даже во внесудебном порядке при том, что поставка товара истцом производилась в 2019 году.

При этом суд отмечает, что ООО «Новая телега» выборочно производило оплату задолженности, в частности по процентам по кредитному договору, и договорам займа, выдавало беспроцентные займы (в частности операции от 06.10.2020 на сумму 80 000 руб., от 13.10.2020 на сумму 37 000 руб., от 26.10.2020 на сумму 73 000 руб., от 03.10.2020 на сумму 61 000 руб., от 10.11.2020 на сумму 21 500 руб., от 16.11.2020 на сумму 25 000 руб., от 30.11.2020 на сумму 21 000 руб.), то есть непосредственно перед фактическим прекращением деятельности.

Указанное поведение ООО «Новая телега» по выдаче беспроцентных займов непосредственно перед прекращением деятельности, при наличии кредиторской задолженности, в частности перед истцом в сумме, ниже суммы займов, выданных обществом, не свидетельствует о добросовестном поведении.

При этом отчетность ООО «Новая телега» представлена только за 2019 год, за 2020 год отчетность не представлялась, что усматривается из сведений сервиса «Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности» (https://bo.nalog.ru/organizations-card/3913487).

Фактическое прекращение какой-либо деятельности, не представление налоговому органу бухгалтерской отчётности, относится к неразумным и недобросовестным действиям. В случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

При этом суд отмечает, что возбуждение производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Новая телега» (дело № А55-3621/2022) было инициировано по заявлению самого ФИО4 (определение о возбуждении производства по делу от 10.02.2022) на основании договора поручительства ФИО4 с АО «Альфа-Банк», в связи с тем, что ФИО4 были исполнены обязательства по оплате задолженности за ООО «Новая Телега».

При этом процедура банкротства по делу № А55-3621/2022 не возбуждалось, производство по делу было прекращено на основании того, что ФИО4 отказывается от финансирования процедуры банкротства, что отражено в определении Арбитражного суда Самарской области от 25.05.2022 по делу № А55-3621/2022.

Таким образом дело о банкротстве инициировано ФИО4 формально, без намерения ее проведения, предоставления возможности кредиторам общества подать заявления о включении в реестр требований кредиторов, проверки, в частности конкурсным управляющим, совершенных сделок обществом.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, бремя доказывания невозможности исполнения судебного акта в данном случае лежит на ответчиках.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Таким образом, незаконное бездействие ФИО5 и ФИО4 выразившееся в непогашении задолженности перед истцом и в несовершении действий по инициированию процедуры банкротства ООО «Новая телега», признается арбитражным судом недобросовестным, неразумным и является основанием для возложения на их обязанности по возмещению истцу убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков.

На ответчиках, контролирующих должника, лежит бремя опровержения указанных обстоятельств, а именно опровержения наличия связи между из бездействием, приведшим к исключению ООО «Новая телега» из ЕГРЮЛ и убытками истца.

Соответственно, в рамках рассмотрения настоящего спора судом, ответчики, в силу изложенных выше разъяснений высшей судебной инстанции, несли процессуальную обязанность опровергнуть доводы истца, представить доказательства отсутствия какой-либо связи между их действиями (бездействием) и причинением истцу убытков.

При этом суд отмечает, что ответчиками не представлено никаких доказательств разумности и добросовестности их поведения.

Кроме того ФИО4 не представлено доказательств наличия объективных препятствий по осуществлению контроля за деятельностью ООО «Новая телега» и объективной невозможности принятия решения о ликвидации общества, подачи заявления о несостоятельности (банкротстве).

При этом ООО «Новая телега» имело реальную возможность исполнения своих обязательств перед истцом.

Доводы ответчика о том, что истец не принял меры по исполнению судебного акта судом отклоняются, поскольку именно на ООО «Новая телега» лежала обязанность по исполнению принятых на себя обязательств. При этом ответчик неверно распределяет бремя доказывания по настоящему спору, поскольку именно на нем лежит, в соответствии с Постановлением Конституционного суд от 21.05.2021 № 20-П обязанность по доказыванию добросовестности и разумности своих действий, принятию всех мер по погашению обязательств перед истцом.

Кроме того пассивное поведение ФИО5, не представляющего каких-либо пояснений по делу при его надлежащем извещении о рассмотрении дела, не может представлять ему каких-либо преференций по сравнению с положением, в котором бы ответчик находился в случае участия в рассмотрении спора.

В противном случае легализуется поведение такого лица, являющееся злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), нарушается принцип состязательности (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принятие судом правильного судебного акта в таких условиях представляется затруднительным.

Согласно части 1 статьи 64, статьям 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Правовая позиция об этом сформулирована в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12.

Принцип диспозитивности, характерный для гражданских правоотношений, распространяет свое действие и на процессуальные отношения; в арбитражном процессе диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорных правоотношений, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что требование общества с ограниченной ответственностью «Алкогольная Региональная Компания» о взыскании в солидарном порядке с ФИО4 и ФИО5 130 283 руб. 13 коп. убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Новая Телега» является обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчиков.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать в солидарном порядке с ФИО4 (паспорт <...>) и ФИО5 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Алкогольная Региональная Компания» (ИНН <***>) 130 283 руб. 13 коп. убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Новая Телега» (ИНН <***>), а также 4 908 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.


Судья


/
ФИО1