Решение от 14 февраля 2020 г. по делу № А40-245841/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-245841/19-134-1877
г. Москва
14 февраля 2020 года.
Резолютивная часть решения объявлена 23 января 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 14 февраля 2020 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Титовой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании (17 – 23 января 2020 года с учетом перерыва с) дело

по исковому заявлению:

ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (Роспатент) (123995, МОСКВА НАБЕРЕЖНАЯ БЕРЕЖКОВСКАЯ, 30, 1, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 23.06.2004, ИНН: <***>)

к ответчику 1: АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «АДМИРАЛТЕЙСКИЕ ВЕРФИ» (190121, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ГОРОД, НАБЕРЕЖНАЯ РЕКИ ФОНТАНКИ, ДОМ 203, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 20.11.2008, ИНН: <***>);

к ответчику 2: ФЕДЕРАЛЬНОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ БЮДЖЕТНОМУ УЧРЕЖДЕНИЮ "ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ВОЕННОГО, СПЕЦИАЛЬНОГО И ДВОЙНОГО НАЗНАЧЕНИЯ" 121059, МОСКВА ГОРОД, НАБЕРЕЖНАЯ БЕРЕЖКОВСКАЯ, ДОМ 30, КОРПУС 1, , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.02.2003, ИНН: <***>

о признании договора от 28.02.2013 № 13-007/1 ничтожным;

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 (паспорт, доверенность № 04/32-845/11 от 14.10.2019, диплом);

от ответчика 1: ФИО3 (паспорт, доверенность № 51107/1 от 25.12.2019, диплом);

от ответчика 2: ФИО4 (паспорт, доверенность №42 от 10.10.2019, диплом);

УСТАНОВИЛ:

федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент) (далее также – истец, Роспатент) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «Адмиралтейские верфи» (далее также – ответчик 1, АО «Адмиралтейские верфи», Общество), федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральное агентство по правовой защите результатов интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения» (далее также – ответчик 2, ФГУП «ФАПРИД», Учреждение) с требованиями о признании договора от 28.02.2013 № 13-007/1 об оказании услуг и выполнении работ, заключенного между АО «Адмиралтейские верфи» и ФГУП «ФАПРИД», ничтожным (с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения исковых требований).

В судебное заседание (17 – 23 января 2020 года с учетом объявленного судом перерыва) явились представители истца и ответчиков.

В судебном заседании представитель Роспатента заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учетом уточнения.

Представитель Общества в судебном заседании в удовлетворении заявленных требований возражал, согласно доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и письменных пояснениях, заявил о пропуске Роспатентом трехлетнего срока исковой давности, установленного ст. 181 ГК РФ.

Представитель Учреждения изложила позицию по спору согласно представленным письменным пояснениям, просила удовлетворить заявленные Обществом требования.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно положениям ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Считая себя заинтересованным лицом в оспаривании сделки на оказание услуг по выполнению комплекса мероприятий по правовому, научно-техническому и экономическому анализу результатов интеллектуальной деятельности, права на которые вовлекаются в экономический и гражданско-правовой оборот при исполнении контрактных обязательств, указанных в Приложении № 1, Роспатент обратился в суд с настоящим иском.

Доводы Роспатента, со ссылкой на ст.ст. 10, 168 ГК РФ, сводятся к тому, что указанной сделкой нарушены права Роспатента, как учредителя ФГУП «ФАПРИД», а также как лица, выделившего денежные средства на погашение задолженности ФГУП «ФАПРИД», указанная сделка незаконная, поскольку между сторонами был заключен заведомо неисполнимый договор, о чем стороны были осведомлены при его заключении, следовательно, недействительная в силу своей ничтожности.

В частности, в обоснование заявленных требований Роспатент ссылается на следующие обстоятельства.

Спорный договор подписан сторонами 28.03.2013. В течение следующей недели ФГБУ «ФАПРИД» направило в адрес Заказчика письмо (исх. от 02.04.2013 № 1642/11-03), согласно которому между Заказчиком и исполнителем планировалось провести установочное совещание по вопросу оценки масштаба работы по договору.

09.04.2013 в адрес Заказчика направлено письмо (исх. от 09.04.2013 № 1857/11-03), согласно которому Исполнитель просил обеспечить допуск 4 сотрудников ФГБУ «ФАПРИД» на территорию Предприятия с целью уточнения данных о РНТД, содержащихся в конструкторской, эксплуатационной, ремонтной и технологической документации и прав на них, содержащихся в правоустанавливающих документах. Предполагаемый срок выполнения работ с 15.04.2013 по 26.04.2013.

Между тем, как полагает Роспатент, 10 дней для выполнения работ подобного масштаба явно недостаточно, о чем свидетельствует в том числе, иная переписка, подтверждающая изложенные выше факты (исх. ФГБУ «ФАПРИД» от 06.05.2013 № 2358/11-03, от 06.06.2013 № 2769/1 l-ОЗ, от 14.06.2013 № 2940/11-03, от 30.07.2013 № 3858/1 l-ОЗ, от 27.08.2013 № 4267/11-03; невозможность выполнения объема работ в установленные сроки также подтверждена вступившим в законную силу решением Останкинского районного суда г. Москвы от 21.03.2018 по делу № 02-0326/2018, а также заключением эксперта от 24.10.2019 № 294-бэ/2019.. Так, согласно выводам эксперта, изложенным на стр. 13 экспертного заключения, списочной численностью в количестве 4-х человек, работающих в отделении инвентаризации и оценки ФГБУ «ФАПРИД» и имеющих соответствующее профессиональное образование, навыки работы в сфере деятельности, связанной с инвентаризацией прав на результаты научно-технической деятельности, невозможно осуществить и исполнить работы в оговоренный срок по договору, до 30.08.2013.

Вместе с тем, по утверждению истца, зная о невозможности исполнения условий договора с АО «Адмиралтейские верфи» руководством ФГБУ «ФАПРИД» и в превышение своих должностных полномочий данный договор заключается, дополнительно по срочным трудовым договорам привлекаются физические лица, которые должны были также выполнять работы по договору. При этом, как указывает Роспатент, в нарушение своих должностных полномочий, руководством ФГБУ «ФАПРИД» результаты выполнения работ в рамках спорного договора не контролировались. В связи ненадлежащим исполнением условий спорного договора, ответчик 2 в одностороннем порядке 11.10.2012 отказался от исполнения договора и просил вернуть неотработанный аванс в размере 26 000 000 руб.

Роспатент также указывает, что по результатам обращения ФГБУ «ФАПРИД» в правоохранительные органы в части превышения должностных полномочий бывшим руководством ФГБУ «ФАПРИД» было возбуждено уголовное дело № 388721 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 201 УК РФ, постановлением от 26.05.2017 ФБУ «ФАПРИД» признано потерпевшим, 05.06.2017 бывшему генеральному директору ФГБУ «ФАПРИД» - ФИО5 было предъявлено обвинение в в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия).

Таким образом, по мнению Роспатента, бывшим руководством ФГБУ «ФАПРИД» и АО «Адмиралтейские верфи» был заключен заведомо неисполнимый договор, о чем стороны договора были осведомлены при его заключении, следовательно, заключенный договор противоречит положениям ст. 10 и ст. 168 ГК РФ, что является основанием для признания договора ничтожной сделкой.

Кроме того, Роспатент полагает, что расторжение в одностороннем порядке спорного договора наступило вследствие утери интереса АО «Адмиралтейские верфи» по результатам выполненных работ (оказанных услуг).

Так, истец указывает, что в рамках рассмотрения дела № А40-10973/2015 Арбитражным судом города Москвы в решении от 07.04.2015 было установлено, что АО «Адмиралтейские верфи» связывало выполнение условий спорного договора с обязанностью ФГБУ «ФАПРИД» изменить условия лицензионного договора от 24.12.2012 № 1-01-12-00832. Согласно приказу ФГБУ «ФАПРИД» от 08.10.2013 ФИО5 уволен с должности директора ФГБУ «ФАПРИД». ОАО «Адмиралтейские верфи» письмом от 07.10.2013 № 55/1-245 в одностороннем порядке уведомило ФГБУ «ФАПРИД» о расторжении договора от 28.12.2013 № 13-007/1 (получено ФГБУ «ФАПРИД» 11.10.2013). В ответ на указанное письмо ФГБУ «ФАПРИД» направило письмо от 11.10.2013№ 4859/11-БШ с приложением дополнительного соглашения № 1 к спорному договору. Данным дополнительным соглашением планировалось продлить срок выполнения работ по договору от 28.02.2013 до 25.11.2013. Продление сроков выполнения работ необходимо было для того, чтобы штатные сотрудники ФГБУ «ФАПРИД» выполнили работы, предусмотренные договором от 28.02.2013. Вместе с тем, Общество направленный в его адрес проект дополнительного соглашения не подписало, не направило в адрес ФГБУ «ФАПРИД» каких-либо уведомлений об отказе в продлении сроков выполнения работ.

Позднее, письмом от 30.10.2017 № 5101/11-БШ ФГБУ «ФАПРИД» в адрес ОАО «Адмиралтейские верфи» были направлены следующие документы: методика определения доли Российской Федерации в правах на результаты интеллектуальной деятельности (выписка приложена к настоящим возражениям); акты № 1; акт № 2 (часть 1); акт № 2 (часть 2); акт № 2 (часть 3); ведомости № 1,2,3 (часть 1); ведомости № 1,2,3 (часть 2); структурированный информационный массив; акт сдачи-приемки работ по 1-му и 2-му этапу по договору от 28.02.2013. При этом, Роспатент отмечает, что указанные документы подготовлены штатными сотрудниками ФГБУ «ФАПРИД», о чем свидетельствуют, в частности, подписи начальника отделения инвентаризации и оценки ФГБУ «ФАПРИД» ФИО6 (по настоящее время является сотрудником ФГБУ «ФАПРИД») и начальника отдела анализа и оценки РИД отделения инвентаризации и оценки ФГБУ «ФАПРИД» И.Г. Кучеряну (уволен по собственному желанию с 07.11.2016) на методике определения доли Российской Федерации в правах на результаты интеллектуальной деятельности. Данные материалы были приняты Обществом, в течение длительного времени находились у него, после чего были возвращены в ФГБУ «ФАПРИД» со значительными замечаниями.

По утверждению Роспатента, указанный факт свидетельствует о прекращении заинтересованности АО «Адмиралтейские верфи» в получении результата выполненных работ по спорному договору.

По мнению Роспатента, при указанных обстоятельствах договор является ничтожной сделкой, нарушает права и законные интересы истца и влечет неблагоприятные для него последствия.

Возражая доводам Роспатента, Общество указывало на то, что из содержания искового заявления не усматривается, какие права и законнее интересы истца нарушены, каким образом признание недействительным договора, стороной которого Роспатент не является, восстановит нарушенное право. Кроме того, Общество указывало, что истец в нарушение положений ст. 65 АПК РФ документально не подтвердил и не обосновал как ничтожность оспариваемой сделки, так и факт нарушения рассматриваемой сделкой его прав и законных интересов.

Доводы Учреждения (ответчика-2) сводятся к мнимости договора.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Суд, исследовав материалы дела в объеме представленных доказательств, изложенных сторонами объяснений, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно положениям ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктом 3 ст. 166 ГК РФ установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с абз. 2 п.3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

При этом под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Сделка не может быть признана недействительной по иску лица, чьи имущественные права и интересы не затрагиваются данными нарушениями, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса.

При предъявлении иска о признании сделки недействительной (ничтожной) лицо, не являющееся участником этой сделки, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о том, что его права и охраняемые законом интересы нарушены при совершении сделки и избранный им способ защиты направлен на восстановление именно его прав и интересов, что соответствует требованиям норм части 1 статьи 4, части 1 статьи 65 АПК РФ.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что Роспатент не является стороной сделки по спорному договору.

Таким образом, бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав Роспатента и причинения ему неблагоприятных последствий, возложено на истца, обратившегося в суд с требованием о признании сделки ничтожной.

Таких доказательств Роспатентом не представлено. Суд приходит к выводу, что истец не является заинтересованным лицом в оспаривании спорного договора. Роспатент не приводит аргументации, как спорный договор нарушает его права, указанное обстоятельство не доказано истцом.

Доводы Роспатента оценены судом, признаны необоснованными и несостоятельными и отклонены ввиду противоречия фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам.

Из содержания искового заявления не усматривается, какие права и законные интересы истца нарушены и каким образом признание недействительным договора, стороной которого Роспатент не является, восстановит нарушенное право истца.

Отсутствие нарушенных прав и законных интересов истца является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной.

В соответствии с п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 74 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 применительно к ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Таким образом, в бремя доказывания истца по данной категории дел входит подтверждение наличия охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной (ничтожной). При этом данный интерес должен носить явно очевидный характер.

Свою заинтересованность в оспаривании сделки Роспатент обуславливает тем, что является учредителем ФГУП «ФАПРИД», а также как лицом, выделившим денежные средства на погашение задолженности ФГУП «ФАПРИД» перед Обществом.

Наличие охраняемого законом интереса Роспатентом также материалами дела не подтверждается.

Из изложенного следует, что спорный договор не посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, а также не квалифицируется законом как ничтожная.

Кроме того, в данном случае не усматривается каким образом избранный способ защиты привел бы к восстановлению прав и законных интересов истца в случае их нарушения ответчиками.

Спорный договор соответствует требованиям действующего законодательства, в том числе нормам главы 30 ГК РФ.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что Общество и Учреждение имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступили к исполнению своих обязательств по договору, то есть, совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого договора, в связи с чем, спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

Следовательно, заявленное Роспатентом требование не направлено на восстановление какого-либо нарушенного права истца.

Поскольку доказательств, свидетельствующих о нарушении прав Роспатента спорным договором и возможности их восстановления путем предъявления настоящих исковых требований, равно как доказательств причинения ему неблагоприятных последствий заключением оспариваемого договора, истцом не представлено, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Спорный договор, доводы о мнимости которого заявляет ответчик 2, последним также в судебном порядке не оспаривался.

При этом, то обстоятельство, что договор был расторгнут Обществом в одностороннем порядке уведомлением от 07.10.2013, само по себе не может свидетельствовать о мнимости сделки.

Более того, в решении от 19.06.2015 Арбитражным судом города Москвы в рамках рассмотрения дела № А40-109350/2014 было установлено, что спорный договор был расторгнут Обществом в одностороннем порядке в соответствии с ч. 2 ст. 715 ГК РФ ввиду ненадлежащего исполнения Учреждением принятых на себя обязательств по договору, в частности суд указал: «исходя из того, что на окончательные даты выполнения работ акты сдачи-приемки не направлены, результат работы не представлен, для истца стало очевидно, что окончание работ к установленному сроку явно невозможно, он заявил об отказе от исполнения договора и возврате оплаченного, но неотработанного аванса (уведомление №55/1-245 от 07.10.2013, которое получено исполнителем 11.10.2013. Таким образом, договор прекратил свое действие 11.10.2013».

Названный односторонний отказ Общества от договора Учреждением в судебном порядке также не оспаривался.

Доводы ответчика 2 о том, что спорный договор является мнимой сделкой, не принимаются судом ввиду отсутствия доказательств совершения сделки для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Статья 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Из смысла ст. 170 ГК РФ следует, что мнимые сделки порочны (ничтожны) вследствие несоответствия оформленного волеизъявления их участников действительной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. Исполнение сделки хотя бы одной из сторон исключает мнимый характер такой сделки.

Спорный договор соответствует требованиям действующего законодательства, в том числе нормам главы 30 ГК РФ.

Исходя из доводов, которые приводятся Роспатентом в обоснование заявленных требований, суд приходит к выводу, что фактической целью оспаривания с его стороны сделки об оказании услуг является оспаривание взыскания необработанного аванса с Учреждения в пользу Общества по спорному договору. Таким образом, доводы истца направлены на переоценку обстоятельств установленных Арбитражным судом города Москвы в решении от 19.06.2015 по делу А40-109350/2014.

Учитывая вышеизложенное, у суда не имеется оснований для признания спорного договора ничтожной сделкой.


Кроме того, следует также отметить, что заключение, исполнение, расторжение договора от 28.02.2013 № 13-007/1, заключенного между ФГБУ «ФАПРИД» АО «Адмиралтейские верфи», и последующее взыскание аванса и неустойки в рамках дел № А40-109350/2014 и № А40-127425/2018, каких-либо прав и обязанностей Роспатента не затрагивает, что, в том числе установлено судебными актами, имеющими преюдициальное значение.

Так, в рамках дела № А40-109350/2014 о взыскании с Учреждения необработанного аванса по спорному договору, Роспатентом было заявлено ходатайство о привлечении Роспатента к участию в деле в качестве третьего лица мотивированное тем, что Роспатент является учредителем и собственником имущества ФГБУ «ФАПРИД» и выделяет последнему субсидии на осуществление деятельности.

Определением арбитражного суда города Москвы от 20.02.2015 № А40-109350/2014, оставленным без изменения Постановлением девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2015 в удовлетворении названного ходатайства Роспатенту отказано, при этом судами было установлено, что ни судебный акт в пользу ответчика, ни судебный акт в пользу истца (возврат аванса) каким-либо образом на права или обязанности Роспатента не повлияет, Роспатент не является стороной договора.

Ссылки Роспатента на защиту интересов Российской Федерации являются несостоятельными, поскольку каких-либо прав на денежные средства перечисленные в качестве аванса по гражданскому договору от 28.02.2013г. №13-007/1, Российская Федерация не имела, также как и к денежным средствам подлежащим уплате в качестве процентов за незаконное пользование авансом путем уклонения от его возврата.

Кроме того, Обществом заявлено о пропуске истцом трехлетнего срока исковой давности, установленного ст. 181 ГК РФ.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", далее - постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В рамках дела № А40-109350/2014 о взыскании аванса по договору от 28.02.2013 №13-007/1, Роспатентом заявлялось ходатайство о привлечении Роспатента в качестве третьего лица. Ходатайство датировано 12.02.2015 исх. № 02/25-74/07 (копия имеется в материалы настоящего дела), что свидетельствует о том, что по состоянию на 12.02.2015 Роспатент знал о заключении договора от 28.02.2013 №13-007/1 между ФГБУ «ФАПРИД» и АО «Адмиралтейские верфи», об его исполнении и расторжении.

Соответственно, срок исковой давности начал течь с 12.02.2015 и истек 12.02.2018.

Как следует из материалов дела, исковое заявление о признании сделки недействительной подано истцом в суд только 16.09.2019, что подтверждается штампом канцелярии суда о его получении.

Учитывая изложенное, срок исковой давности по заявленным в настоящем деле исковым требованиям на момент подачи иска в суд истек.

В соответствии со ст. 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Истец представленными в материалы дела доказательствами не подтвердил наличие перерыва в течении срока исковой давности.

Таким образом, настоящее исковое заявление подано истцом после истечения трехлетнего срока исковой давности, установленного законом, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Ссылки Роспатента на незаконность заключения хозяйственных договоров бывшим руководством ФГБУ «ФАПРИД» «вопреки интересам организации», противоречат Уставу ФГБУ «ФАПРИД».

Устав ФГБУ «ФАПРИД», в редакции действовавшей на момент заключения договора, утвержден Приказом Роспатента 25.11.2011 года № 134 (Приложение 8 к отзыву).

В пункте 2.4. Устава прямо предусмотрено оказание возмездных услуг юридическим и физическим лицам на основании гражданско-правовых договоров.

Пунктом 2.4.3. Устава прямо предусмотрено, что ФГБУ «ФАПРИД» на возмездной основе по гражданско-правовым договорам оказывает услуги по определению доли Российской Федерации в объеме прав на результаты интеллектуальной деятельности, используемые при производстве продукции военного и двойного назначения – что и являлось предметом оспариваемого договора.

Как следует из судебных актов по гражданскому делу № 2-756/2014, рассмотренному Дорогомиловским районным судом города Москвы и Московским городским судом (представлены в материалы дела), в период 2012-2013 года, В соответствии с уставной деятельностью ФГБУ «ФАПРИД» заключило более 12 контрактов с организациями ВПК, предметом которых являлось определение доли государства в объеме прав на результаты интеллектуальной деятельности, используемые при производстве продукции военного и двойного назначения. Таким образом, заключение оспариваемого договора не являлось исключительным случаем, а было обычным результатом хозяйственной деятельности ФГБУ «ФАПРИД».

Последующее хищение денежных средств полученных от предприятий военно-промышленного комплекса по гражданско-правовым договорам, на которое ссылается Роспатент, основанием для признания сделок мнимыми не является. В случае хищения, т.е. совершения преступления, материальный ущерб компенсируется путем предъявления к виновным лицам гражданского иска в уголовном деле.

Таким образом, Роспатентом избран ненадлежащий способ защиты права.

Кроме того, признание договора недействительным не только будет противоречить судебным актам по делу № А40-109350/2014 и по делу № А40-127425/2018, но и не приведет к возврату 26 950 000, 00 рублей ФГБУ «ФАПРИД», поскольку в силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. При этом аванс будет неосновательным обогащением, а в силу п. 1 ст. 1102, п. 2 ст. 1107 ГК РФ неосновательно обогатившееся лицо обязано не только возвратить сумму неосновательного обогащения, но и уплатить на нее проценты в порядке, предусмотренном ст. 395 ГК РФ, т.е. проценты за пользования авансом (чужими денежными средствами) в размере 7 192 255 руб. 09 коп. подлежат уплате также в любом случае.

Принимая во внимание изложенное, а также приведенные нормы права в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Расходы по уплате госпошлины распределяются судом в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167, 170-176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении одного месяца с даты его принятия.

Судья: Е.В.Титова