Решение от 22 ноября 2018 г. по делу № А06-7315/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ

414014, г. Астрахань, пр. Губернатора Анатолия Гужвина, д. 6

Тел/факс (8512) 48-23-23, E-mail: astrahan.info@arbitr.ru

http://astrahan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А06-7315/2018
г. Астрахань
22 ноября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 ноября 2018 года

Полный текст решения изготовлен 22 ноября 2018 года

Арбитражный суд Астраханской области

в составе: судьи Бочарниковой Г.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело заявлению ПАО "Астраханский порт"

к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Астраханской области

о признании недействительным предписания №12/1 от 17.04.2018 года

при участии:

от заявителя: ФИО2 представитель по доверенности № б/н от 14.08.2018 года

от заинтересованного лица: не явился, извещен.

Исполнительный директор ПАО "Астраханский порт" ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением к Департаменту федеральной службы по надзору в сфере природопользования по ЮФО в лице Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Астраханской области о признании недействительным предписания №12/1 от 17.04.2018 года.

В судебном заседании 17 октября 2018 года представитель заявителя заявил ходатайство об уточнении заявленных требований в части заявителя и заинтересованного лица, указав, что заявителем по делу является ПАО Астраханский порт, а заинтересованным лицом - Управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Астраханской области, вынесшее оспариваемое предписание.

Судом заявленное ходатайство удовлетворено.

Представитель заинтересованного лица в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Информация о движении дела размещена на официальном интернет-сайте Арбитражного суда Астраханской области: http://astrahan.arbitr.ru.

Судебное заседание в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проводится в отсутствие представителя заинтересованного лица.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования, и просил суд признать недействительным предписание №12/1 от 17.04.2018 года.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Из материалов дела следует, что «17» апреля 2018 г. в по результатам проверки, проведенной Управлением Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Астраханской области в период с «21» марта 2018 г. по «17» апреля 2018 г. в отношении законного представителя юридического лица ПАО «Астраханский порт» было вынесено предписание № 12/1 об устранении нарушения природоохранного законодательства.

Данным предписанием на заявителя возложена обязанность произвести следующие действия (устранить следующие нарушения):

- выполнить требования законодательства об обязательности проведения государственной экологической экспертизы документов, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность ПАО «Астраханский порт» в срок до 13.05.2019 года.

Согласно указанному предписанию законный представитель ПАО «Астраханский порт» ФИО3 должен направить информацию о выполнении требования законодательства об обязательности проведения государственной экологической экспертизы документов, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность ПАО «Астраханский порт» до 13.05.2019 года (с документами, подтверждающими выполнение предписания).

Заявитель, не согласившись с выданным ему административным органом предписанием, обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы лиц, участвующих в деле и представленные в материалы дела доказательства, суд считает оспариваемое по делу предписание подлежащим признанию недействительным, в силу следующего.

Статьей 198 АП К РФ предусмотрено право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органом местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно п.4 ст. 200 АП К РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом, в соответствии с п. 5 ст. 200 АП К РФ с учетом п. 1 ст. 65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

На основании приказа Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Астраханской области (далее по тексту управление Росприроднадзора по Астраханской области) от 13.03.2018 г. № 142 в период с 21.03.2018 г. по 17.04.2018 г. в отношении ПАО «Астраханский порт» проведена внеплановая выездная проверка, в результате которой выявлено несоблюдение данной организацией федерального законодательства об экологической экспертизе, проведение которой, по мнению государственного контролирующего органа, необходимо в связи с осуществлением деятельности во внутренних морских водах - в акватории морского порта Астрахань, так как отсутствие положительного заключения государственной экологической экспертизы влечет нарушение статьи 34 Федерального закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации».

В целях устранения данного нарушения управлением Росприроднадзора по Астраханской области юридическому лицу - ПА О «Астраханский порт» выдано обязательное для исполнения предписание № 12/1 от 17.04.2018 г. «Об устранении нарушения законодательства в области охраны окружающей среды и нарушений природоохранных требований», согласно которого в срок до 13.05.2019 общество обязано: «Выполнить требования законодательства об обязательности проведения государственной экологической экспертизы документов, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность ПА О «Астраханский порт» во внутренних морских водах РФ».

ПАО «Астраханский порт» осуществляет погрузо-разгрузочные работы на территории 4 причалов по адресу: <...>. Основным видом деятельности общества является транспортная обработка грузов (52.24), кроме того, обществом осуществляется хранение грузов.

В целях осуществления хозяйственной деятельности ПАО «Астраханский порт» в установленном порядке по договору № 140 от 01.10.2015 г. с собственником имущества (учреждением Росимущества) ФГУП «ФТ-Центр» арендуется недвижимое имущество - причалы. До указанного договора аренды использование причалов осуществлялось на основании договора аренды № Д-АН 04/12 от 09.04.2012 г.

До 2012 года пользование причалами осуществлялось на основании договора безвозмездного пользования имуществом № 406 от 22.11.1999 г.

Причалы порта построены и введены в эксплуатацию в 1972 году, что также указано в Техническом паспорте объекта, оформленном Астраханским филиалом ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ». Отношения в области экологической экспертизы регулируется Федеральным законом от 23.11.1995 N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе".

Данный закон направлен на реализацию права граждан Российской Федерации на благоприятную окружающую среду посредством предупреждения негативных воздействий хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду. Под экологической экспертизой понимается установление соответствия намечаемой хозяйственной и иной деятельности экологическим требованиям и определение допустимости реализации объекта экологической экспертизы в целях предупреждения возможных неблагоприятных воздействий этой деятельности на окружающую природную среду и связанных с ними социальных, экологических и иных последствий реализации объекта экологической экспертизы (статья 1 Закона N 174-ФЗ).

Статья 30 названного Закона N 174-ФЗ определяет виды нарушений законодательства Российской Федерации об экологической экспертизе.

Пунктами 1, 6 названной статьи Закона к таким нарушениям отнесено непредставление документации на экологическую экспертизу, а также при реализации объекта экологической экспертизы без положительного заключения государственной экологической экспертизы, является нарушениями законодательства Российской Федерации об экологической экспертизе.

На основании статьи 11 Закона, объектами государственной экологической экспертизы федерального уровня являются объекты государственной экологической экспертизы, указанные в Федеральном законе "О континентальном шельфе Российской Федерации", Федеральном законе "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", Федеральном законе "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации". Общие положения, определяющие, в том числе объекты проводимой экологической экспертизы, определены в статье 34 Федерального закона от 31.07.1998 N 155-ФЗ "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации".

В соответствии с пунктом 2 статьи 34 Закона N 155-ФЗ государственной экологической экспертизе подлежат все виды документов и (или) документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность во внутренних морских водах и в территориальном море. Все виды хозяйственной и иной деятельности во внутренних морских водах и в территориальном море могут осуществляться только при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы, проводимой за счет пользователя природными ресурсами внутренних морских вод и территориального моря.

На положениях пункта 2 ст. 34 Закона № 155-ФЗ Управление Росприроднадзора по Астраханской области основывало свои выводы, положенные в основу оспариваемого предписания, полагая, что проведение экологической экспертизы необходимо для соблюдения установленных экологических требований к осуществляемым видам деятельности во внутренних морских водах Российской Федерации.

Вместе с тем, пунктом 3 и пунктом 4 ст. 34 Закона N 155-ФЗ предусмотрено две категории (группы) объектов государственной экологической экспертизы: проекты федеральных программ, другие документы и (или) документация, имеющие отношение к региональному геологическому изучению, геологическому изучению, разведке и добыче минеральных ресурсов внутренних морских вод и территориального моря, рыболовству, созданию, эксплуатации, использованию искусственных островов, установок, сооружений, прокладке подводных кабелей, трубопроводов, проведению буровых работ, захоронению грунта, извлеченного при проведении дноуглубительных работ, во внутренних морских водах и в территориальном море, а также обосновывающие другие виды планируемой хозяйственной и иной деятельности, а также обосновывающие другие виды планируемой хозяйственной и иной деятельности во внутренних морских водах и в территориальном море (пункт 3 статьи 34 Закона N 155-ФЗ); план предупреждения и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов, предусмотренный статьей 16.1 Закона N 155-ФЗ (пункт 4 статьи 34 Закона N 155-ФЗ).

Таким образом, организации, осуществляющие погрузочно-разгрузочную деятельность, не являются субъектами деятельности, перечисленной в пунктах 3 и 4 ст. 34 Закона N 155 -ФЗ. Погрузочно-разгрузочные работы являются частью функционирования существующих морских портов. Экологическая оценка указанных работ осуществляется при проектировании, строительстве, реконструкции, расширении и техническом перевооружении морских портов. Императивное требование о проведении экологической экспертизы применительно к виду осуществляемой обществом деятельности в законе не предусмотрено.

Эксплуатация причала с целью осуществления погрузочно-разгрузочных работ является частью функционирования существующего с 1970-х годов порта.

Экологическая оценка указанных работ осуществлялась при проектировании, строительстве данного объекта градостроительной деятельности. Реконструкция, расширение и техническое перевооружение, модернизация порта не осуществлялась, что подтверждается результатом проверки управления РПН.

Кроме того, деятельность нашего предприятия получила положительную оценку об отсутствии опасности как для окружающей среды, так и для среды обитания, условий проживания человека, в форме утверждения разработанной проектной природоохранной документации. разрешительной документации природопользования, имеющейся в настоящее время у ПАО «Астраханский порт», сведения о которой в управлении Росприроднадзора по Астраханской области также имеются: разрешение на выбросы вредных веществ в атмосферный воздух, положительное санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии деятельности государственным санитарным норма и правилам, экспертное заключение о соответствии санитарным норма и правилам и т.п.

Кроме того, в силу статьи 3 ФЗ "Об экологической экспертизе" одним из основных принципов экологической экспертизы является обязательность ее проведения до принятия решения о реализации объекта экологической экспертизы, что нашло развитие в пункте 6 статьи 30 данного закона, устанавливающем, что нарушением законодательства об экологической экспертизе является реализация объекта экологической экспертизы без положительного заключения государственной экологической экспертизы.

Таким образом, вывод управления Росприроднадзора по Астраханской области о необходимости проведения государственной экологической экспертизы является незаконным, не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку деятельность организации не является намечаемой, осуществляется непрерывно; сам производственный объект (порт, причал, склады) был запроектирован, построен и введен в эксплуатацию задолго до введение в действие законодательства об экологической экспертизе - Федерального закона от 23.11.1995 г. «Об экологической экспертизе». Федерального закона от 31.07.1998 г. «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации».

Соответственно, вышеперечисленные законы в части проведения ГЭЭ в отношении объектов, введенных в эксплуатацию до их принятия, не имею т ретроактивного действия, не могут распространяться на деятельность нашей организации, так как в силу ст. 54 Конституции РФ закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет; никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением.

К примеру, согласно ст. 37 ФЗ «Об экологической экспертизе» настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, то есть с 23.11.1995 г. Также, в соответствии со ст. 42 Федерального закона от 31.07.1998 г. «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» данный Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, то есть с 31.07.1998 г. Таким образом, вышеперечисленные Федеральные законы не распространяют своего действия на правоотношения, возникшие до их введения в действие. Напротив, обоснованность заявленных требований подтверждается положениями части 6 ст. 49 Градостроительного кодекса РФ, которые прямо указывают на необходимость проведения государственной экологической экспертизы проектной документации объектов, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять во внутренних морских водах, в территориальном море Российской Федерации.

С данными выводами согласуются и нормы «Положения о порядке проведения государственной экологической экспертизы», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 11 июня 1996 г. № 698, предусматривающие, что (п.4) обязательным условием принятия материалов на государственную экологическую экспертизу является наличие в них (в составе разделов объекта экспертизы или в виде приложений) данных по оценке воздействия на окружающую природную среду намечаемой хозяйственной и иной деятельности и экологическому обоснованию допустимости ее реализации; (п. 15) экспертная комиссия определяет соответствие намечаемой деятельности требованиям, установленным нормативными правовыми актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации по вопросам охраны окружающей природной среды; полноту выявления масштабов прогнозируемого воздействия на окружающую природную среду в результате осуществления намечаемой деятельности и экологическую обоснованность допустимости ее реализации; (п.20) положительное заключение, подготовленное экспертной комиссией, должно содержать выводы о соответствии намечаемой деятельности экологическим требованиям, установленным законодательством Российской Федерации в области охраны окружающей природной среды; о допустимости намечаемого воздействия на окружающую природную среду; о возможности реализации объекта экспертизы.

Сама экологическая экспертиза также основывается на принципах презумпции потенциальной экологической опасности любой намечаемой хозяйственной деятельности и обязательности проведения ГЭЭ до принятия решений о реализации объекта экологической экспертизы, что согласуется с всеобщей презумпции потенциальной экологической опасности любой намечаемой хозяйственной и иной деятельности, закрепленной в ст. 3 ФЗ «Об охране окружающей среды».

Из положений ст. 34 Федерального закона «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне РФ» применяемого к рассматриваемой ситуации буквально следует, что объектами ГЭЭ является документация, обосновывающая виды планируемой хозяйственной и иной деятельности во внутренних морских водах. Исходя из системного анализа указанных норм следует, что ГЭЭ должна проводиться в отношении документации, обосновывающей намечаемую или планируемую деятельность, но никак не деятельность на стадии её осуществления (текущую хозяйственную деятельность), что свидетельствует об отсутствии необходимости проведения экологической экспертизы каких-либо документов, обосновывающих деятельность ПАО «Астраханский порт» после ее реализации в установленном законом порядке.

Аналогичные требования предусмотрены и в п. 1.4 «Инструкции по экологическому обоснованию хозяйственной и иной деятельности», утв. Приказом Минприроды РФ от 29 декабря 1995 года N 539, предусматривающей, что экологическое обоснование хозяйственной и иной деятельности в документации осуществляется для оценки экологической опасности намечаемых мероприятий, своевременного учета экологических, социальных и экономических последствий воздействия планируемых объектов на окружающую среду.

Таким образом, обязанность проведения ГЭЭ возникла бы у ПАО «Астраханский порт» только на проектную документацию при реконструкции, перевооружении порта, и само по себе осуществление погрузо-разгрузочных работ на причале не является объектом ГЭЭ. Обоснование планируемой деятельности осуществлялось на стадии проектирования, строительства причала, которым устанавливалось соответствие принятых технических решений требованиям природоохранного законодательства, а также была обоснована возможность осуществления намечаемой деятельности и предусмотрены все природоохранные мероприятия, существовавшие на момент проектирования, строительства и ввода в эксплуатацию объекта, правообладателем которого в настоящее время является ПАО «Астраханский порт».

Из положений ст. 3 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ от 07.03.2001 №24-ФЗ и п.9 «Технического регламента о безопасности объектов внутреннего водного транспорта» (утв. Постановлением Правительства РФ от 12.08.2010 N 623) следует, что причал - это гидротехническое сооружение, имеющее устройства для безопасного подхода судов и предназначенное для безопасной стоянки судов, их загрузки, разгрузки и обслуживания, а также посадки пассажиров на суда и высадки их с судов. Следовательно, погрузочно-разгрузочные работы являются лишь частью функционирования причальных сооружений, и не единственной деятельностью организации, в то время как ГЭЭ проводится в отношении всей планируемой деятельности, до принятия решения о реализации объекта экологической экспертизы. Несмотря на нахождение ПАО «Астраханский порт» в границах морского порта Астрахань, из системного толкования вышеперечисленных норм законодательства следует, что целью проведения государственной экологической экспертизы является защита морской среды и сохранение природных ресурсов внутренних морских вод и территориального моря; проведение государственной экологической экспертизы обязательно только для осуществления хозяйственной деятельности в условиях морской среды.

Однако, из ответа Астраханского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды - Филиала ФГБУ «Северо-Кавказского УГМС» от 19.06.2018 на обращение ОО О «Альфа-порт» следует, что государственный мониторинг водного объекта р. Волга осуществляется на четырех речных постах ГП Астраханского ЦГМС. Речной гидрологический пост расположен на левом берегу реки Волга в черте г. Астрахани (район Дворца Бракосочетания), в 0,1 км от истока пр. Кутум. Морские гидрологические посты расположены на взморье в с. Тишково, в с. Вышка, и на острове Искусственный. При осуществлении гидрометеорологических наблюдений для рек используется Методика наблюдения ГП «Наставление гидрометеорологическим станциям и постам. Выпуск 6. Гидрометеорологические наблюдения и работы на больших и средних река». Для морских вод используется иная методика- МГП «Наставление гидрометеорологическим станциям и постам. Выпуск 9. Гидрометеорологические наблюдения на морских станциях и постах». Используемый нами водный объект - «река Волга» имеет иной код водохозяйственного участка - 11.01.00.025, нежели код водохозяйственного участка «Каспийское море» - 07020010015099000000010.

В соответствии с п. 2.1 Правил рыболовства Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Минсельхоза РФ от 18.11.2014 № 453 и Приложением № 1 к Правилам рыболовства, река Волга на территории г. Астрахани и Астраханской области относится к Южному рыбохозяйственному району Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна.

В Приложении № 1 к Правилам дано определение Дельты реки Волга - устье реки с рукавами, протоками, ериками, озерами и ильменями. Дельта реки Волга заканчивается в месте впадения ее рукавов и проток в Каспийское море, а именно в его прибрежную мелководную часть или авандельту («раскаты»). Согласно Приложения № 1 к Правилам рыболовства авандельта - это прибрежная мелководная часть Каспийского моря до 2-х метровой изобаты, которая граничит с Дельтой реки Волга и включает систему морских заливов - култуков и островов. В акватории авандельты ведётся прибрежное рыболовство. Таким образом, территория г. Астрахани граничит с акваторией реки Волга в ее Дельтовой части (устьевым протоком) и не является Каспийским морем.

Согласно статье 1 Федерального закона от 31 июля 1998 года № 155- ФЗ « О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» внутренние морские воды Российской Федерации - воды, расположенные в сторону берега от исходящей линии, от которых отмеряется ширина территориального моря Российской Федерации.

Таким образом, законодатель указывает море не только, как ориентир, по которому определяются наиболее удаленные точки в пространстве, но и как конкретный водный объект, который играет самостоятельную роль при определении статуса вод того или иного порта Российской Федерации. Определяя статус портов Российской Федерации, а именно их отнесение к внутренним морским водам Российской Федерации, принимается во внимание статус самого водного объекта, на котором указанный порт располагается.

В силу положений статьи 1 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации, данный закон регулирует отношения, возникающие между организациями внутреннего водного транспорта Российской Федерации, грузополучателями, пассажирами и другими физическими и (или) юридическим лицами при осуществлении судоходства на внутренних водных путях Российской Федерации, и определяет их права, обязанности и ответственность.

Понятие внутренних водных путей дано в абзаце 3 статьи 3 Указанного Кодекса, согласно которому внутренние водные пути Российской Федерации - это естественные или искусственно созданные федеральные пути сообщения, обозначенные навигационными знаками или иным способом и используемые в целях судоходства. Перечень внутренних водных путей утверждается Правительством Российской Федерации, который является исчерпывающим.

В соответствии с Распоряжением Правительства Российской Федерации от 19 декабря 2002 года № 1800-р « Об утверждении перечня внутренних водных путей Российской Федерации» в перечень внутренних водных путей Российской Федерации, река Волга относится к внутренних водным путям Российской Федерации. Морской порт Астрахань включает в себя акваторию реки Волга, что предусмотрено вышеуказанным Распоряжением Правительства Российской Федерации, а также Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 74.

Таким образом, расположение участка акватории ПАО «Астраханский порт» во внутренних водных путях, не свидетельствует о нахождении предприятия во внутренних морских водах и об использовании морских вод и деятельности в морской среде, на охрану которой направлено действие вышеперечисленных законов.

Кроме того, статус морского порта РФ дает любому порту РФ, получившему его, право принимать иностранные морские суда, т.е. расширяет судопроходимость порта, что влечет дополнительное экономическое развитие и никак не связано с изменением состояния самого водного объекта, его химического состава и иных морфологических, биохимических, химических признаков. О том, что в пользовании порта находится река Волга, а не морские воды, и также об отсутствии обязанности для проведения государственной экологической экспертизы свидетельствует и решение собственника водных ресурсов - Нижне-Волжского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов от 21.02.2008 г. № 020, которым на срок 10 лет предоставлена акватория данная акватория без каких-либо условий о проведении ГЭЭ.

Статьей 15 ч. 4 Конституции РФ установлено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В этой связи, подлежит применению в рассматриваемых правоотношениях Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.11.2010 N 27 (ред. от 31.10.2017), из которого следует, что при определении понятий и границ внутренних морских вод, территориального моря, континентального шельфа, исключительной экономической зоны и открытого моря следует руководствоваться соответствующими положениями федеральных законов от 31 июля 1998 г. N 155-ФЗ "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации", от 30 ноября 1995 г. N 187-ФЗ"0 континентальном шельфе Российской Федерации", от 17 декабря 1998 г. N" 191-ФЗ "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации" и Конвенции по морскому праву.

Применяя положения вышеназванных федеральных законов и (или) Конвенции по морскому праву, Конвенции об открытом море от 29 апреля 1958 г., необходимо иметь в виду, что международными договорами Российской Федерации может быть предусмотрен иной правовой режим морских пространств (статья 311 Конвенции по морскому праву).

Из положений Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование от 06 июля 1998 г., Соглашения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о разграничении сопредельных участков дна Каспийского моря от 23 сентября 2002 г., Соглашения между Российской Федерацией, Азербайджанской Республикой и Республикой Казахстан о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря от 14 мая 2003 г.. Декларации Азербайджанской Республики, Исламской Республики Иран, Республики Казахстан, Российской Федерации и Туркменистана от 16 октября 2007 г.. Договора об основах взаимоотношений и принципах сотрудничества между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран от 12 марта 2001 г. следует, что в отношении Каспийского моря положения Конвенции по морскому праву, предусматривающие, в частности, право прибрежного государства на внутренние воды, территориальное море, континентальный шельф и исключительную экономическую зону, не действуют. Российская Федерация в качестве государства - продолжателя СССР (пункт 3 статьи 1 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации") реализует свои права и обязанности по Договору о торговле и мореплавании между СССР и Ираном от 25 марта 1940 г., из которого следует, что каждая из Договаривающихся Сторон сохраняет за судами своего флага право на ловлю рыбы в водах, омывающих ее берега, до пределов 10 морских миль. В абзаце 3 пункта 7 данного Постановления Пленума ВС РФ прямо указано, что Каспийское море не является внутренними морскими водами.

При таких обстоятельствах, полагаем, что в совокупности приведенных доводов, требования управления Росприроднадзора по Астраханской области, изложенные в оспариваемом предписании, о проведении ГЭЭ в отношении деятельности уже существующего объекта, не оказывающего какого-либо воздействия на морскую среду, на морские воды, расположенного на реке Волга, то есть на водном объекте, являющимся внутренними водными путями, а не внутренними морскими водами, при наличии вступивших в законную силу судебных решения Трусовского районного суда г. Астрахани от 25.05.2018 г. об отмене постановления административного органа о привлечении порта к административной ответственности по ст. 8.4 КоАП РФ (оставлено без изменения Астраханским областным судом), решения Арбитражного суда Астраханской области по делу А06-4070/2018 от 03.07.2018 г. о признании представления управления РПН недействительным.

Данный вывод основывается также на сложившейся судебной практике с 2011 года по данной категории спора ( Определение Верховного суда РФ № 306-КГ16-6083, Определение Верховного суда РФ № 308-КГ14-3160, Решение Астраханского областного суда от 21.07.2017 года по делу № 21-220/2017, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2011 г. по делу N А56-44020/2010, Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 21.04.2011 г. N ВАС4718/11 в передаче дела в Президиум для пересмотра данного постановления отказано).

При данных обстоятельствах, оспариваемое по делу предписание противоречит фактическим обстоятельствам дела, действующему законодательству и нарушает материальные права заявителя по делу.

В связи с чем, оспариваемое предписание подлежит признанию недействительным.

В связи с удовлетворением заявленного требования, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ с Управления федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Астраханской области в пользу заявителя подлежит взысканию госпошлина за подачу заявления по делу в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 167 – 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным предписание Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Астраханской области от 17 апреля 2018 года по делу №12/1.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) по Астраханской области в пользу ПАО «Астраханский порт» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Астраханской области.

Информация о движении дела может быть получена на официальном интернет – сайте Арбитражного суда Астраханской области: http://astrahan.arbitr.ru».

Судья

Г.Н. Бочарникова