Постановление от 2 февраля 2024 г. по делу № А32-48287/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-48287/2020
г. Краснодар
02 февраля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе:

председательствующего судьи Конопатова В.В., судей Илюшникова С.М., ФИО1, при ведении протокола помощником судьи Накиб А.А., при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3, доверенность от 28.09.2023 (до и после перерыва), представителя индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5, доверенность от 17.11.2023 (до перерыва), представителя конкурсного управляющего ФИО6 – ФИО7, доверенность от 22.01.2024, (после перерыва), в отсутствие в судебном заседании иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО2 и индивидуального предпринимателя ФИО4 (в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2023 по делу № А32-48287/2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи самоходной машины от 20.06.2018, заключенного должником и ФИО8, договора купли-продажи самоходной машины от 21.06.2018, заключенного ФИО8 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная Строительная Компания», установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) «Межрегиональная Строительная Компания» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной цепочки сделок: договора купли-продажи от 20.06.2018 экскаватора-погрузчика Caterpillar 434F, 2014 года выпуска, заводской номер CAT0434FPLDH00605 (далее – самоходная машина), заключенного должником и ФИО8, договора купли-продажи от 21.06.2018 самоходной машины, заключенного ФИО8 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделок (уточненные требования).

Определением от 11.10.2022 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО2

Определением от 11.08.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением апелляционного суда от 02.10.2023 определение от 11.08.2023 отменено, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными как единая сделка, совершенная с имуществом должника, договор купли-продажи самоходной машины от 20.06.2018, заключенный должником и ФИО8, а также договор купли-продажи самоходной машины от 21.06.2018, заключенный ФИО8 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника самоходную машину.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе.

По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции не уведомил его надлежащим образом о предстоящем судебном заседании, в связи с чем, у него не было возможности предоставить отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО6 ФИО2 также указывает на то, что в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие финансовую возможность приобретения самоходной машины по стоимости, указанной в расписке. Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что суды не исследовали доказательства, которые бы свидетельствовали об аффилированности ФИО2 и должника, либо ФИО2 и ФИО8

Индивидуальный предприниматель ФИО4 в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) также обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

По мнению подателя жалобы, указанные судебные акты приняты о его правах и обязанностях, поскольку он является залогодержателем возвращенного в конкурсную массу имущества.

Определением суда округа от 19.12.2023 судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб отложено на 18.01.2024.

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО4 поддержали доводы, изложенные в своих кассационных жалобах.

Представитель ФИО2 также пояснил, что о продаже самоходной машины ответчик узнал из объявления, опубликованного на сайте «Авито», в соответствии с которым стоимость спорного имущества составляла 3 300 тыс. рублей. После поиска указанного объявления ФИО2 связался с ФИО8, путем переговоров цена снижена до 3 100 тыс. рублей, получение денежных средств ФИО8 в указанном размере подтверждено распиской.

Определением суда кассационной инстанции от 18.01.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 25.01.2024.

После объявления перерыва представитель ФИО2 поддержал ранее изложенную позицию, представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Кодекса, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Как видно из материалов дела, определением от 09.11.2020 принято заявление о признании должника банкротом.

Решением от 06.12.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

20 июня 2018 года должник и ФИО8 заключили договор купли-продажи самоходной машины по цене 1 млн рублей.

21 июня 2018 года ФИО8 и ФИО2 заключили договор купли-продажи самоходной машины по цене 1 100 тыс. рублей.

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными последовательно заключенных сделок, полагая, что отчуждение должником имущества по заниженной стоимости в отсутствие доказательств оплаты договора, реализация самоходной машины ФИО8 на следующий день ФИО2 свидетельствуют о том, что в преддверии банкротства произведен вывод активов должника путем совершения цепочки сделок.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей и проверив в соответствии со статьей 286 Кодекса правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 названной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в течение трех лет до принятия заявления о признании его несостоятельным (банкротом) в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: первое - на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; второе – имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответствующие разъяснения приведены в пунктах 5 - 7 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63).

В целях определения рыночной стоимости спорной самоходной машины суд первой инстанции определением от 11.10.2022 по обособленному спору назначил судебную оценочную экспертизу.

Согласно заключению эксперта от 18.11.2022 № Э02-35/013 рыночная стоимость спорного экскаватора по состоянию на 20.06.2018 составила 3 589 080 рублей.

Как видно из материалов дела, ФИО2 представил в материалы дела расписку, подписанную ФИО8, о том, что им получены денежные средства за спорный экскаватор-погрузчик в размере 3 100 тыс. рублей.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 суд первой инстанции указал, что управляющим не доказано существенное занижение цены, аффилированность сторон, наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, осведомлённости ответчика о названной цели. Судом также проанализированы доказательства, свидетельствующие о финансовой возможности ФИО2 заплатить 3 100 тыс. рублей за спорное имущество.

Отменяя определение суда первой инстанции и признавая цепочку сделок недействительной суд апелляционной инстанции указал, что в данном случае поведение сторон оспариваемых сделок являлось недобросовестным, поскольку было направлено на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного возмещения. Признавая договоры недействительными на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) суд апелляционной инстанции исходил из того, что по ним отчуждено ликвидное имущество, данное имущество ответчиками не оплачено, рыночная стоимость существенно занижена, доходы ФИО2 заведомо не позволяли произвести оплату приобретенной самоходной машины.

Между тем судами не учтено следующее.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления № 63 – требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях – вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее – бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Ссылка ФИО2 на его добросовестность могла исключить удовлетворение требования о признании недействительным договора купли-продажи от 21.06.2018 и истребования имущества именно у этого ответчика. Но данное обстоятельство не влияет на действительность договора купли-продажи от 20.06.2018 и возможность применения предусмотренных статьей 167 Гражданского кодекса, и статьей 61.6 Закона о банкротстве последствий его недействительности, в том числе в виде взыскания стоимости полученного по сделке имущества.

Действительно, отсутствие аффилированности между ФИО2 и должником исключает возможность согласования ими общей цели вывода имущества должника, что является квалифицирующим признаком притворности цепочки сделок, направленных на вывод имущества должника, позволяющим применить к спорным правоотношениям положения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса, как это следует из правовой позиции, сформулированной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, и разъяснений пункта 88 постановления № 25.

Из разъяснений пункта 87 постановления № 25 усматривается, что определяющим признаком недействительности сделки по пункту 2 статьи 170 Закона о банкротстве является согласованность намерений всех ее участников на совершение сделки на иных условиях, нежели указана в тексте соответствующего соглашения.

Суд апелляционной инстанции, указав на то, что в результате оспариваемых сделок от 20.06.2018 и 21.06.2018 произошло последовательное безвозмездное отчуждение спорной самоходной машины должника, сделки направлены на вывод активов должника, сокрытие имущества должника от обращения взыскания и придание данным сделкам видимости добросовестного приобретения, не установил, какая конкретно сделка прикрывалась в рассматриваемом случае, тогда как данное обстоятельство является существенным для установления существа прикрываемой сделки.

Конкретных обстоятельств, которые позволили бы поставить под сомнение достоверность расписки ФИО8 в получении 3 100 тыс. рублей за спорную технику, в частности, аффилированности между должником, ФИО8 и ФИО2, апелляционный суд не установил.

Переоценка судом апелляционной инстанции выводов суда первой инстанции относительно финансовой возможности ФИО2 в полном объеме оплатить спорное имущество в отсутствие доказательств наличия между должником, ФИО8 и ФИО2 заинтересованности, не может являться единственным основанием для признания сделки недействительной.

При этом, судом апелляционной инстанции не дана оценка представленным в материалы обособленного спора ФИО2 доказательствам об использовании после заключения оспариваемого договора от 21.06.2018 спорной самоходной машины в предпринимательской деятельности.

Апелляционным судом также не исследованы существенные для спора обстоятельства, касающиеся приобретения экскаватора-погрузчика, а именно: из каких источников ФИО2 узнал о продаже, для каких целей приобрел спорное имущество, а также в связи с чем указанное имущество ему могло быть отчуждено безвозмездно.

Таким образом, вывод о недействительности (ничтожности) совершенной цепочки сделок по отчуждению имущества должника в пользу ФИО2 в отсутствие установления судами прикрываемой сделки и оценки ее на соответствие нормам Гражданского кодекса и Закона о банкротстве, основан на неполном установлении всех значительных обстоятельств по обособленному спору.

В свою очередь, суд первой инстанции, приняв уточнение требований конкурсного управляющего, пришел к выводу о том, что изменен лишь объем требований. В действительности же, уточняя заявленные требования, конкурсный управляющий просил признать недействительной цепочку сделок по отчуждению самоходной машины на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса, а не только по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Однако судом первой инстанции применительно к указанным положениям Гражданского кодекса сделки не проверялись, оценка заявленным управляющим доводам не давалась.

Суд первой инстанции при рассмотрении вопроса о недействительности сделок ограничился обсуждением каждой из сделок как самостоятельной и в отрыве от остальных, не оценив их в совокупности; не проверил и не оценил доводы управляющего, касающиеся всей цепочки передачи спорной самоходной машины, цели должника и экономического эффекта для должника от вступления в спорные правоотношения.

При таких обстоятельствах принятые по делу судебные акты не могут быть признаны обоснованными.

В связи с изложенным, определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда на основании частей 1, 3 статьи 288 Кодекса подлежат отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

При новом рассмотрении суду следует установить все обстоятельства, имеющие значение для квалификации оспариваемых сделок, оценить представленные в материалы дела доказательства в их совокупности с учетом позиции лиц, участвующих в деле, в порядке статьи 71 Кодекса и принять по делу законный и обоснованный судебный акт, не допустив нарушения норм материального и процессуального права.

В свою очередь, производство по кассационной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО4 подлежит прекращению ввиду следующего.

Согласно статье 42 Кодекса лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным названным Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – постановление № 12) при применении статей 257, 272, 272.1 Кодекса арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных названным Кодексом. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт.

В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Согласно пункту 25 постановления № 12 в случае, когда после рассмотрения апелляционной жалобы и принятия по результатам ее рассмотрения постановления суд апелляционной инстанции принял к своему производству апелляционную жалобу лица, участвующего в деле и подавшего жалобу в срок, установленный процессуальным законодательством, либо лица, не привлеченного к участию в деле, права и обязанности которого затронуты обжалуемым судебным актом (статья 42 Кодекса), такую жалобу следует рассматривать применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Если при рассмотрении соответствующей жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции установит, что заявитель является лицом, не привлеченным к участию в деле, о правах и об обязанностях которого приняты судебные акты по делу, то ранее принятые постановление арбитражного суда апелляционной инстанции и решение суда первой инстанции подлежат отмене и арбитражный суд апелляционной инстанции переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – постановление № 13) судам необходимо иметь в виду, что обращение в суд кассационной инстанции для обжалования вступивших в законную силу судебных актов возможно, если лицами, указанными в части 1 статьи 273 Кодекса, были исчерпаны иные установленные названным Законом способы обжалования судебных актов до дня их вступления в законную силу.

Поскольку ФИО4 не реализовал право апелляционного обжалования по правилам рассмотрения заявления о пересмотре по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, производство по его кассационной жалобе подлежит прекращению применительно к пункту 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьей 188, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

производство по кассационной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО4 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2023 по делу № А32-48287/2020 прекратить.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.08.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2023 по делу № А32-48287/2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление в части прекращения производства по кассационной жалобе может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в порядке, предусмотренном статьями 188, 291 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В остальной части постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья В.В. Конопатов


Судьи С.М. Илюшников


ФИО1