Постановление от 2 июня 2019 г. по делу № А40-255075/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

03.06.2019

Дело № А40-255075/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 28.05.2019

Полный текст постановления изготовлен 03.06.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей Мысака Н.Я., Голобородько В.Я.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Технолак» - представитель ФИО1, доверенность от 20.05.2019

от ФИО2 – представитель ФИО3, доверенность от 04.10.2018

рассмотрев 28.05.2019 в судебном заседании кассационные жалобы

общества с ограниченной ответственностью «Технолак» (ИНН <***>) и ФИО2

на определение от 13 декабря 2018 года

Арбитражного суда города Москвы

принятое судьей Кузнецовой Л.В.,

на постановление от 28 февраля 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями И.М. Клеандровым, В.С. Гариповым, Р.Г. Гариповым,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Технолак» ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО5, ООО «Технолак» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2017 ООО "Технолак" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производств, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6, о чем опубликована информация в газете "Коммерсантъ" N 107 от 17.06.2017.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4, поступившее в Арбитражный суд города Москвы 13.07.2018 к лицам, участвующим в рассмотрении заявления - ФИО2, ФИО5, ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2018, оставленным без изменения Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 28 февраля 2019 года, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Привлечен ФИО5, ФИО2 и общество с ограниченной ответственностью "Технолак" (ИНН <***>) солидарно к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью "Технолак" (ИНН: <***>). Приостановлено рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенными судебными актами ООО «Технолак» (ИНН <***>) и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, по результатам рассмотрения которых просили отменить судебные акты в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ООО «Технолак» (ИНН <***>) и ФИО2 соответственно, в указанной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

В качестве обоснований кассационных жалоб заявители ссылаются на нарушение судами норм материального права, а также на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела.

Отзывы от конкурсного управляющего должника ООО «Технолак» (ИНН <***>) в адрес суда кассационной инстанции, приобщены в соответствии со ст. 279 АПК РФ в материалы спора.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Как установлено судами и следует из материалов дела ФИО2 в период с 30.04.2015 по 26.02.2016 (до назначения ФИО5) занимал должность генерального директора ООО "Технолак", а также являлся мажоритарным участником ООО "Технолак" с долей участия в уставном капитале ООО "Технолак" в размере 75%.

Судом установлено, что 29.12.2015 ООО "УРАЛ-ТОРГ" переименовано в ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>), то есть было создано общество-клон должника - общество с идентичным фирменным наименованием, одним и тем же фактическим адресом и с аналогичными видами осуществляемой хозяйственной деятельности, на которую в последующем были выведены активы компании. Директором ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>) являлся ФИО2

ООО "Технолак" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) и ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>) был заключен договор от 18.03.2016 о передаче права в отношении заявки на регистрацию товарного знака ТЕХНОЛАК. Определением от 23.03.2018 Арбитражный суд города Москвы признал недействительной сделкой договор о передаче права в отношении заявки на регистрацию товарного знака от 18.03.2016, заключенный должником и ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>). В пользу нового ООО "Технолак" должником были отчуждены автомобили, при этом договорная стоимость транспортных средств была существенным образом занижена, что стало причиной оспаривания указанных сделок, совершенных в период с февраля по март 2016 года, по части 1 и части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также совершена сделка купли-продажи автомобиля VOLVO S80, 2008 года выпуска, договор купли-продажи от 14.04.2015, заключенный ООО "Технолак" и ФИО7, признан недействительным определением суда, резолютивная часть которого объявлена 08.10.2018.

ООО "Технолак" и ООО "Автосалон "ИРБИС" заключен договор поставки от 24.09.2012 № РП-08/12, на основании которого ООО "Автосалон "ИРБИС" было передано оборудование. Впоследствии, соглашением от 16.01.2016 стороны расторгли указанный договор поставки, покупатель, в пользовании которого более трех лет находился предмет купли-продажи, не оплативший поставленное оборудование, возвратил его продавцу по цене его приобретения. Указанное соглашение о расторжении договора поставки оспорено конкурсным управляющим на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом конкурсный управляющий указал, что при инвентаризации имущества должника оборудование, возвращенное покупателем, не выявлено.

Должником и ООО "Аксалта Коатинг Системс Рус" был заключен дистрибьюторский договор от 23.01.2012 N S-DPCDR-32/2012. Несмотря на то, что обязанность по оплате лежала на должнике, фактическую приемку товара осуществлял ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>), что подтверждается проставлением его реквизитов на товарных накладных.

На ООО "Технолак" (ОГРН <***>; ИНН <***>) также переводились права на взыскание дебиторской задолженности должника (договор цессии по долгу ООО "ДЮРАЛ Екатеринбург"). Договор цессии от 16.03.2016 N 5, заключенный должником и ООО "Технолак" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), договор цессии от 04.04.2016 N 21/16, заключенный должником и ООО "ДЮРАЛ Екатеринбург", признаны недействительными сделками определениями суда, резолютивная часть которых объявлена 22.01.2018.

О наличии у должника признаков неплатежеспособности свидетельствует имеющаяся задолженность по выплате заработной платы (период с июля по ноябрь 2015 года), установленная вступившими в законную силу решениями Хамовнического районного суда от 27.10.2015 по делу N 2-5195/15, от 27.07.2015 N 2-3172/15, задолженность по обязательным платежам в бюджет за 2014 - 2016 год. Задолженность по уплате обязательных платежей формируется во 2 - 4 квартале 2014 г. и увеличивается на всем протяжении 2015 года. Определением суда включены в реестр требований кредиторов должника требования уполномоченного органа в размере 9 524 621 руб. 37 коп. - основной долг (налог на добавленную стоимость), 162 826 руб. 02 коп. - пени, 81 366 руб. - штраф. Период образования задолженности 2 - 4 кварталы 2014 года, 1 - 4 кварталы 2015 года.

Решением Хамовнического районного суда города Москвы от 21.03.2016 с должника в пользу ФИО8 взыскано 12 172 818 руб. 83 коп. основного долга, 729 479 руб. 56 коп. процентов за пользование займом и 2 695 000 руб. пени. Как установлено судом, задолженность образовалась 01.06.2015 (срок возврата займа). Определением суда от 06.03.2017 указанное требование включено в реестр требований кредиторов должника. Решением Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-11456/2016 с должника в пользу ООО "Лион-Групп" взыскана задолженность в размере 2 158 366 руб. 32 коп. Период образования задолженности с 25.12.2014 по 23.01.2015 (период, в который осуществлялась поставка товара) плюс 14 дней на оплату товара с даты поставки товара. Определениями суда от 09.06.2017 и от 02.03.2018 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО8 в размере 21 900 000 руб. основного долга, 5 007 452 руб. процентов и 8 120 600 руб. неустойки, основанные на договорах займа, срок исполнения по которым наступил 31.12.2014, 30.03.2015 и 10.04.2015, а также требования ООО "УРАЛ-СБЫТ" в размере 10 554 600 руб. 87 коп. основного долга, период образования данной задолженности с 01.01.2014 по 31.12.2015.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суды исходили из установления статуса контролирующих должника лиц, а также, что имея существенную кредиторскую задолженность и неудовлетворительную структуру баланса, бывшие руководители должника ФИО2 и ФИО5 осуществляли действия по выводу активов должника на вновь созданное юридическое лицо с идентичным фирменным наименованием, а равно осуществляли иные действия по сокрытию имущества должника. Такие действия и сделки причинили существенный вред имущественным правам кредиторов.

Также судами принято во внимание, что ФИО2, осуществляя руководство должником с апреля 2015 года, ФИО5, осуществляя руководство должником с марта 2016 года, как руководители должны были знать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника и исполнить предусмотренную законом обязанность по обращению в суд с заявлением должника о признании его банкротом. Вместо этого, как указали суды, указанные лица совершали последовательные действия по выводу имущества должника.

Суды также пришли к выводу о том, что ООО «Технолак» ( ИНН <***>) является контролирующим лицом, применив положения пункта 7 Постановления Пленума № 53, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В результате согласованных действия все хозяйственные договоры были перезаключены на компанию - клон ООО "ТЕХНОЛАК", данному обществу был передан товарный знак, транспортные средства, в результате безвозмездных договоров цессий последнему также была передана ликвидная дебиторская задолженность должника. Товары, поставляемые должнику и оплачиваемые последним, фактически поступали в собственность компании-клона.

С учетом данных обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что ООО "Технолак" (ИНН: <***>) является фактически контролирующим должника лицом, получившим существенные активы должника в ущерб его интересам и в ситуации явной неплатежеспособности последнего.

Кроме того, суды в ходе рассмотрение спора посчитали правильным применение норм материального права, приведенных в ФЗ № 127-ФЗ в редакции 266-ФЗ.

Представитель заявителя кассационной жалобы ФИО2 поддержал в судебном заседании ее доводы.

Представитель конкурсного управляющего должником возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Суд округа рассматривает кассационные жалобы в пределах заявленных доводов в обжалуемой части судебных актов, в оставшейся части (о привлечении к ответственности ФИО5) законность судебных актов судов округа не проверяется.

Иные участники спора своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанции в обжалуемой части соответствуют фактическим обстоятельствам, основаны на совокупной оценке представленных доказательств, в связи с чем, оснований для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы суд округа не усматривает.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано после 01 июля 2017 года к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению положения Закона о несостоятельности (банкротстве) в редакции Федерального закона N 266-ФЗ.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности ( ст.ст. 9,10 ФЗ № 127-ФЗ в редакции 134-ФЗ).

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежал применению с учетом изменений, введенных ФЗ N 266-ФЗ.

Следовательно, вывод судов о применении положений о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" является обоснованным, однако с учетом положений норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период (ст.ст. 9,10 ФЗ №134-ФЗ).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 этого Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Таким образом, указанная норма закона устанавливала опровержимую презумпцию.

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В то же время независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд, применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Таким образом, субъектами названного вида ответственности в спорный период для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являлись также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

Учитывая, что ООО «Технолак» не являлось непосредственно ни участником (учредителем), ни руководителем должника, при разрешении вопроса о допустимости привлечения их к субсидиарной ответственности в числе прочего доказыванию подлежит отнесение их к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника или руководителя, имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью.

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Данный правовой подход отражен в Определении Верховного суда РФ от 06.08.2018 года № 308-ЭС17-6757(2,3).

Судебные акты содержат обоснованную квалификацию ООО «Технолак» (ИНН <***>) в качестве контролирующего должника лица, в связи с чем, доводы кассационной жалобы ООО «Технолак» (ИНН <***>) о том, что общество не является контролирующим должника лицом основаны на ошибочном толковании норм материального права и подлежат отклонению.

Суд округа считает, что выводы судов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Технолак» ( ИНН <***>), ФИО2 соответствуют фактическим обстоятельствам и нормам материального и процессуального права.

Доводы заявителей о несогласии с размером субсидиарной ответственности с учетом приостановления рассмотрения заявления в части определения размера не могут являться основанием для отмены судебных актов.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

В соответствии с абзацем 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Иные доводы кассационных жалоб, сводятся к несогласию с выводами судов по совершенной им оценке доказательств, что не является основанием для отмены законных судебных актов.

Переоценка доказательств не входит в полномочия суда при кассационном производстве, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Суд кассационной инстанции считает, что вопреки доводам кассационных жалоб, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, которые основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 13 декабря 2018 года в обжалуемой части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 февраля 2019 года по делу № А40-255075/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий-судья Ю.Е. Холодкова

Судьи: Н.Я. Мысак

В.Я. Голобородько