Постановление от 29 августа 2023 г. по делу № А65-31563/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4486/2023

Дело № А65-31563/2020
г. Казань
29 августа 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 августа 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Ивановой А.Г., Коноплёвой М.В.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 07.10.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023

по делу № А65-31563/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Тафлекс» ФИО3 о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Тафлекс»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.02.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тафлекс» (далее – общество «Тафлекс», должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.04.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.10.2021 общество «Тафлекс» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. ФИО1 и ФИО4 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено производство по рассмотрению заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит принятые по делу судебные акты отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Как указывает заявитель кассационной жалобы, в материалах дела отсутствует расчет, свидетельствующий о наличии ущерба от совершенных сделок в размере 44%; оценка имущества должника проведена конкурсным управляющим на январь и сентябрь 2022 года, в то время как сделки, признанные судом недействительными, совершены в 2018-2019 гг., то есть за 3-4 года до проведенной оценки имущества; оспоренные судом 12 сделок не явились причиной объективного банкротства должника, общая сумма которых составляет 6,84% от балансовой стоимости активов общества «Тафлекс» и 4,35 % от выручки компании за 2018-2019 гг.; признание судом сделки по передаче оборудования недействительной не свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так как указанная сделка совершена в 2015 году; судами неправомерно использованы материалы выездной налоговой проверки в отношении должника, поскольку решение налогового органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения от 13.09.2021 отменено в судебном порядке (дело №А65?10455/2022).

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий, ссылаясь на законность и обоснованность принятых судебных актов, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.08.2023 произведена замена отсутствующего по уважительной причине судьи Фатхутдиновой А.Ф., ранее входившей в состав судебной коллегии по рассмотрению кассационной жалобы, на судью Коноплеву М.В., в связи с чем рассмотрение кассационной жалобы начато с самого начала.

Поскольку в порядке кассационного производства судебные акты обжалуются только ФИО1, а ФИО4 с самостоятельной кассационной жалобой в установленном порядке не обращался, у суда округа не имеется правовых оснований для проверки судебных актов в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4

В связи с этим судебные акты проверяются судом кассационной инстанции только в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Проверив законность судебных актов в обжалуемой части в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ), обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №4 по Республике Татарстан проведена выездная налоговая проверка в отношении должника по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 30.09.2019, страховых взносов за период с 01.01.2018 по 31.12.2018, по результатам которой вынесено решение от 13.09.2021 №11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе проведения налоговой проверки установлено, что должник совершил операции по перечислению фиктивным контрагентам денежных средств на общую сумму 88 808 854,27 руб. в отсутствие каких-либо реальных хозяйственных отношений с ними.

Также налоговым органом установлено, что в период совершения сделок по перечислению денежных средств фактическим руководителем общества «Тафлекс» являлся ФИО1, который отвечал за контроль всей деятельности, принятие решений по заключению различных договоров, кадровую политику, развитие стратегий в целях улучшения производственной деятельности, контроль финансово-хозяйственной деятельности организации.

Ссылаясь на то, что незаконные действия ФИО4 (директор должника в период с 27.09.2017 по 05.04.2021) и ФИО1 (фактический руководитель должника) по выводу денежных средств, установленные решением налогового органа от 13.09.2021 №11, привели к неминуемому банкротству общества «Тафлекс», конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) и исходил из наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом суд первой инстанции учел обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а именно необоснованное и экономически нецелесообразное в отсутствие встречного предоставления перечисление должником денежных средств в адрес «фирм-однодневок», в связи с чем расценил данные перечисления как вывод активов должника, что привело к объективному банкротству должника.

Судом также принято во внимание, что определениями от 21.03.2022 в рамках дела о банкротстве должника признаны недействительными перечисления денежных средств в адрес следующих организаций: ООО «АДРИАТИКА» на сумму 584 498,00 руб., ООО «Бриг» на сумму 169 500,00 руб., ООО «Висмар» на сумму 1 364 214,00 руб., ООО «Интервал» на сумму 169 000,00 руб., ООО «Крион» на сумму 595 000,00 руб., ООО «Лидер А» на сумму 2 670 590,00 руб., ООО «Мердек» на сумму 384 000,00 руб., ООО «Миракль» на сумму 755 200,00 руб., ООО «Монро» на сумму 1 209 060,00 руб., ООО «Татна» на сумму 500 000,00 руб., ООО «Татна» на сумму 500 000,00 руб., ООО «Позитив» на сумму 245 300,00 руб.

Остальные контрагенты, которым должником перечислялись денежные средства, как установил суд, исключены из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

Судом первой инстанции отмечено, что в реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 222 616 595,53 руб., из которых основной долг составляет 100 581 086,51 руб., в то время как перечислены денежные средства с расчетного счета должника на счет фирм-однодневок на общую сумму 88 808 854,27 руб., которой было бы достаточно для покрытия существенной части кредиторской задолженности должника в части основного долга.

Установив, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчиков определить невозможно, суд первой инстанции производство по заявлению в соответствующей части признал подлежащим приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1

При этом суд апелляционной инстанции, учитывая, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы решение налогового органа от 13.09.2021 №11 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения признано недействительным в судебном порядке (решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2022 по делу № А65-10455/2022), оценил представленные ФИО1 документы в обоснование доводов о реальности взаимоотношений должника с контрагентами.

По итогам оценки представленных документов суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что они не подтверждают факт реальных поставок, поскольку помимо договоров, счетов-фактур, накладных и УПД в них отсутствуют документы по приобретению контрагентами данного товара, его оплате, хранении и последующей перевозки товара должнику; контрагенты должника не могли являться реальными поставщиками, а лишь были использованы для вывода активов должника, поскольку практически все предприятия имели численность работников 1-2 человека, что исключает возможность задействовать в работе трудовые ресурсы, не имели каких - либо реальных активов, обеспечивающих свою деятельность, включая как приобретение, так и поставку товара, у большинства контрагентов в ЕГРЮЛе содержались недостоверные сведения.

Отклоняя довод ФИО1 о непричастности его к деятельности должника, суд апелляционной инстанции указал, что указанный довод опровергается собранными в ходе выездной налоговой проверки документами, в том числе показаниями работников должника, которые подтвердили фактическое осуществление руководства должником именно ФИО1

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что решение от 13.09.2021 №11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отменено по процессуальным основаниям, в то время как содержащиеся в нем выводы судами не опровергнуты.

Также судом апелляционной инстанции указано, что обстоятельства, свидетельствующие о фактическом руководстве должником ФИО1, установлены в решении налогового органа №5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.03.2021, вынесенном по итогам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении должника за период с 01.01.2016 по 31.12.2017.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что действия ответчика не привели к банкротству должника отклонены судом апелляционной инстанции.

Как отметил суд, представленные в материалы дела доказательства подтверждают вывод активов должника на значительную сумму, что привело к невозможности должником осуществлять свою деятельность и дальнейшему банкротству; с учетом стоимости отчужденного имущества ущерб от совершенных сделок составляет примерно 44% от рыночной стоимости имущества должника.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в судебных актах в обжалуемой части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно абзацу 2 пункта 3 постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно пункту 19 постановления Пленума № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума № 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ (пункт 20 постановления Пленума № 53).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив ведущую и организующую роль ФИО1 в совершении сделок, его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника и степень вовлеченности в процесс управления должником, признав его контролирующим должника лицом (фактический руководитель), учитывая совершение противоправных действий по выводу активов должника, что повлекло невозможность погашения требований кредиторов и явились причиной фактического банкротства должника, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем правомерно удовлетворили требование конкурсного управляющего.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ

Доводы заявителя кассационной жалобы о необоснованном использовании судами выводов, содержащихся в решение налогового органа №11 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения от 13.09.2021, ввиду его отмены в судебном порядке, отклоняются судом округа в силу следующего.

Из общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, следует, что решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.11.2022 по делу № А65-10455/2022, вступившим в законную силу, решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №4 по Республике Татарстан от 13.09.2021 №11 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения признано недействительным по безусловным основаниям – допущенное налоговым органом нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

При этом из судебных актов по делу № А65-10455/2022 следует, что судами не исследовались взаимоотношения между должником и его контрагентами на предмет реальности операций.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров.

Таким образом, суд апелляционной инстанции при решении вопроса о реальности взаимоотношений между должником и его контрагентами, оценивая доводы лиц, участвующих в деле, обоснованно принял во внимание материалы налоговой проверки; правила доказывания судом не нарушены.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе и дополнении к ней, тождественны доводам, которые были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, выводы судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ

Из принятых судебных актов усматривается, что все представленные в материалы дела доказательства были исследованы и оценены в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и по ним судами были сделаны соответствующие выводы. При том, что оценка какого-либо доказательства, сделанная судом не в пользу стороны, представившей это доказательства, не свидетельствует об отсутствии как таковой оценки доказательства со стороны суда.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены судебных актов в обжалуемой части и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023 по делу № А65-31563/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Н.А. Третьяков


Судьи А.Г. Иванова


М.В. Коноплёва