Постановление от 2 ноября 2018 г. по делу № А21-1150/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


02 ноября 2018 года

Дело №

А21-1150/2017



Резолютивная часть постановления объявлена 30.10.2018

Полный текст постановления изготовлен 02.11.2018


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Колесниковой С.Г., Тарасюка И.М.,

рассмотрев 30.10.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Лобкова Дениса Анатольевича на определение Арбитражного суда Калининградской области от 03.04.2018 (судья Емельянова Н.В.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2018 (судьи Масенкова И.В., Глазков Е.Г., Зайцева Е.К.) по делу № А21-1150/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 05.06.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «МДП-Авто», место нахождения: 236000, Калининград, Советский пр., д. 49, ОГРН 1063905007682, ИНН 3904073618 (далее - Общество), введено наблюдение, временным управляющим утвержден Ковалев Анатолий Владимирович.

Решением от 20.11.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Хуцишвили Георгий Бегларович.

Лобков Денис Анатольевич 18.07.2017 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Общества требования в размере 19 281 000 руб., возникшего из договоров займа.

Определением от 03.04.2018, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2018, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Лобков Д.А. просит отменить определение от 03.04.2018 и постановление от 09.07.2018 и принять новый судебный акт - об удовлетворении его заявления в полном объеме.

Податель жалобы указывает на то, что суды необоснованно возложили на него бремя доказывания того, что правоотношения между ним и Обществом по выдаче займа не носят корпоративного характера, поскольку заинтересованными лицами не представлено доказательств обратного, а только указано на то, что Лобков Д.А. является участником Общества.

Кроме того, податель жалобы считает необоснованной ссылку судов на разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), в отношении займа, предоставленного Лобковым Д.А. Обществу по договору от 02.07.2016, поскольку денежные средства были перечислены на банковский счет должника, что подтверждается платежными поручениями и чеками-ордерами.

Лобков Д.А. также полагает необоснованным вывод судов о том, что после заключения первого договора займа от 10.08.2015 № 1/2015 остальные договоры заключались при наличии не исполненных должником по нему обязательств.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий Обществом и конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «КЛЕОМА» просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 АПК РФ, то есть исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены судебного акта, установленных частью 4 статьи 288 АПК РФ.

Как установлено судами, единственным учредителем должника с долей участия в размере 50% является Лобков Д.А., остальные 50% принадлежат самому Обществу.

Между Лобковым Д.А. (займодавец) и должником (заемщик) заключены три договора беспроцентного займа от 10.08.2015 № 1/2015 (далее - Договор займа 1), от 26.10.2015 № 2015-10-26 (далее - Договор займа 2) и от 02.07.2016 (далее - Договор займа 3) на суммы 3 375 000 руб., 9 256 000 руб. и 6 750 000 руб. соответственно.

В подтверждение передачи денежных средств по Договору займа 1 представлены квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.08.2015 № 190, от 28.08.2015 № 194 и от 14.09.2015 № 198; по Договору займа 2 - квитанции к приходному кассовому ордеру от 26.10.2015 № 211, от 27.11.2015 № 217, от 25.12.2015 № 220; по Договору займа 3 - платежное поручение от 04.07.2016 № 116, чек-ордер от 14.07.2016, платежное поручение от 15.07.2016 № 246850, чек-ордер от 18.07.2016, платежное поручение от 19.07.2016 № 30536, чек-ордер от 07.09.2016.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление Лобкова Д.А. о включении требования в реестр, пришел к выводам, что Лобковым Д.А. не доказано наличие у него финансовой возможности для предоставления займа в указанном размере, а также что отношения между Лобковым Д.А. и Обществом обусловлены внутрикорпоративными правоотношениями, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции о том, что отношения между Обществом и Лобковым Д.А. по предоставлению займа вытекают из корпоративных правоотношений и, соответственно, требования последнего не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

С учетом названного суд апелляционной инстанции указал на отсутствие необходимости установления источников, за счет которых был предоставлен заем.

Изучив материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным Федеральным законом.

Согласно пункту 26 Постановления № 35 в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В данном случае заявленное Лобковым Д.А. требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договоров займа.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ по своей правовой природе договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег заимодавцем заемщику.

В силу пункта 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы.

В то же время согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Действительно, денежные средства по Договору займа 3 были перечислены на расчетный счет Общества, что подтверждается представленными платежными поручениями, однако указанное не освобождает Лобкова Д.А. от необходимости предоставить доказательства того, что у него имелась финансовая возможность для предоставления Обществу заемных денежных средств по Договорам займа 1 и 2 .

В данном случае суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлено доказательств наличия финансовой возможности для предоставления Обществу денежных средств в указанном размере.

Как установлено судом первой инстанции, доход Лобкова Д.А. как работника за 2014 год составил 70 000 руб., за 2015 год - 120 000 руб., сведения за 2016 год не представлены.

При этом Договор займа 1 предусматривал выдачу займа в размере 3 375 000 руб., а Договор займа 2 - 9 256 000 руб.

Суд кассационной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о недоказанности фактического предоставления займа по Договорам займа 1 и 2.

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что отношения должника и Лобкова Д.А. носят корпоративный характер.

Как установлено судами по Договору займа 3 денежные средства перечислены на расчетный счет должника тремя платежами с указанием в качестве назначений «взнос учредителя по договору займа от 02.07.2016».

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договоры займа 2 и 3 заключались при наличии не исполненных должником обязательств по Договору займа 1, то есть очевидном отсутствии у должника возможности рассчитаться по ранее принятым на себя обязательствам.

Однако согласно пункту 1.1 Договора займа 1 срок возврата займа - 31.12.2016. Таким образом, Договоры займа 2 и 3 заключены до истечения срока исполнения должником обязательств по Договору займа 1.

В то же время указанное не повлекло принятие неправосудного судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением в том числе учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, по смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанного на договоре займа требования участника следует определить природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем.

В частности, суд в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ может установить притворность договора займа в ситуации, когда заем используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. В таком случае к требованию участника общества как вытекающему из факта участия подлежит применению абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве.

Действительно, тот факт, что займодавец является участником должника, сам по себе не свидетельствует о том, что требования по возврату суммы займа вытекают из факта такого участия для целей применения законодательства о банкротстве.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Доводы Лобкова Д.А. о неправильном распределении судами бремени доказывания основаны на неверном толковании норм права. Вопреки доводам кассационной жалобы, именно Лобков Д.А. с учетом того, что он являлся единственным участником Общества, должен был доказать разумные экономические мотивы привлечения займа от аффилированного лица и обосновать предоставление финансирования на нерыночных условиях (беспроцентного займа).

Лобков Д.А. ссылается на то, что им представлены доказательства расходования заемных денежных средств на нужды Общества, а именно на заработную плату работникам и топливо.

Поскольку случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В данном случае суды, учитывая, что Лобковым Д.А. не доказано наличие разумных экономических мотивов выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях, пришли к обоснованному выводу, что требование Лобкова Д.А. следует признать вытекающим из факта его участия в Обществе.

Поскольку такие требования в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве не подлежат включению в реестр требований кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении заявления Лобкова Д.А. о включении его требования в реестр требований кредиторов Общества.

Доводы, указанные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых определения и постановления.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 03.04.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2018 по делу № А21-1150/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу Лобкова Дениса Анатольевича - без удовлетворения.



Председательствующий


В.В. Мирошниченко


Судьи


С.Г. Колесникова

И.М. Тарасюк