Постановление от 30 января 2020 г. по делу № А40-115833/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-77937/2019


Москва Дело № А40-115833/17

30 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей О.И. Шведко и М.С. Сафроновой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Главы КФХ ИП ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2019 по делу № А40-115833/17, вынесенное судьей П.А. Марковым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Главы КФХ ИП ФИО2,

об отказе в признании недействительными сделками договора дарения от 03.09.2018, договора купли-продажи от 23.05.2016 и договора купли-продажи от 21.07.2016;

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4 дов. от 30.08.2019

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2018 Индивидуальный предприниматель Родин Александр Александрович (далее – ИП Родин А.А., должник) глава крестьянского фермерского хозяйства признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Афанасьева А.З.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделками договоры купли-продажи от 23.05.2016 и 21.07.2016, заключенные между Родиным А.А. и Волыхиной Ириной Станиславовной (далее – Волыхина И.С., ответчик), а также договор дарения от 03.09.2018, заключенный между Родиным А.А. и ООО «Управляющая компания парк отдыха», применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2019 в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции, о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 612 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), для признания оспариваемых договоров недействительными сделками. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы выражает несогласие с привлечением Родиной Т.А. в качестве соответчика.

В судебном заседании представитель ФИО3 на доводы апелляционной жалобы возражал, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя ФИО3, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения оспариваемого определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 03.09.2018 между Родиным А.А. и ООО «Управляющая компания парк отдыха» заключен договор дарения, в соответствии с которым должник передал в дар земельный участок с кадастровым номером 76:11:031502:1603.

Кроме того, 23.05.2016 между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым должник продал земельный участок с кадастровым номером 76:11:030501:243 и земельный участок и расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером 76:11:030501:130, а также служебные постройки; сумма сделки составила 1 700 000 руб.

Также между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи от 21.07.2016, в соответствии с которым должник продал земельный участок с кадастровым номером 76:11:030501:236; сумма сделки составила 500 000 руб.

Конкурсный управляющий должника, полагая, что указанные договоры купли-продажи и договор дарения отвечают признакам недействительности по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2 статьи 612 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых договоров недействительными сделками.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 612 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 9 Постановления № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 612 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) было принято к производству 02.08.2017.

Таким образом, договор дарения от 03.09.2018 заключен в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 612 Закона о банкротстве. Однако, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 8 Постановления № 63, согласно которым сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 612 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что договор дарения от 03.09.2018 может быть оспорен лишь по пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Оспариваемые договоры купли-продажи от 23.05.2016 и от 21.07.2016 заключены в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника, заявляя о наличии оснований для признания оспариваемых договоров недействительными, указывает на то, что спорное имущество выбыло из собственности должника безвозмездно в период, когда он уже имел признаки неплатежеспособности, о чем ответчики не могли не знать.

Вместе с тем, как указывает конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе земельный участок с кадастровым номером 76:11:031502:1603 уже возвращен в конкурсную массу должника и находится в процессе реализации, что с учетом положений статьи 617 Закона о банкротстве свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора дарения от 03.09.2018 недействительной сделкой.

Что касается договоров купли-продажи от 23.05.2016 и от 21.07.2016, то как правильно указал суд первой инстанции конкурсным управляющим должника не представлено доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

По условиям договора купли-продажи от 21.07.2016 цена земельного участка была установлена сторонами договора - ФИО2 и ФИО3, в размере 500 000 руб.

Стоимость земельного участка с кадастровым номером 76:11:030501:243 и жилого дома с кадастровым номером 76:1 1:030501:130, а также служебных построек, отчужденных должником по договору купли-продажи от 23.05.2016, определена сторонами в размере 1 750 000 руб.

Согласно представленному отчету об оценке ООО «Ярэксперт» рыночная стоимость земельного участка с кадастровым номером 76:11:030501:236на момент отчуждения составила сумму не более 230.000 руб., земельного участка с кадастровым номером 76:11:030501:243 - не более 750.000 руб., жилого дома с кадастровым номером 76:11:030501:130 – не более 971.000 руб., служебных построек – не более 82.000 руб.

Таким образом, реализовал имеющиеся у него объекты недвижимости по цене, отличающейся в большую сторону от их рыночной стоимости.

Условиями оспариваемых договоров предусмотрено, что расчет между сторонами произведен полностью на момент подписания договоров.

При этом до заключения оспариваемых сделок ФИО3 было продано принадлежащее ей недвижимое имущество, находившееся в г. Архангельск, а вырученные средства были направлены на приобретение земельных участков и дома в г. Переславль-Залесский у ФИО2, что подтверждается свидетельством от 29.04.2014 о государственной регистрации права на квартиру однокомнатную, общей площадью 29 кв.м., <...>. кв. 81; договором купли-продажи квартиры от 06.05.2016 (квартира продана за 2.050.000 руб.); договором купли-продажи от 06.07.2016 жилого дома общей площадью 58 кв.м. и земельного участка общей площадью 900 кв.м., расположенных по адресу г. Архангельск, севернее д. Кошканица, СНТ «Масленица» линия 1, участок 4 (имущество продано за 1 490 000 руб.).

Следовательно, на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи ФИО3 располагала денежными средствами в размере, позволявшем ей приобрести у ФИО2 объекты недвижимости.

Также суд апелляционной инстанции учитывает, что из представленных в материалах дела документов следует, что в 2016 году ФИО2 обратился в Агентство недвижимости ООО «Партнер» с просьбой содействия в продаже объектов недвижимого имущества. По результатам оказанной Агентством услуги был найден покупатель – ФИО3, на указанные объекты недвижимости, при содействии Агентства, были заключены договор купли-продажи от 23.05.2016 и договор купли-продажи от 21.07.2016.

Таким образом, сделка по продаже имущества ФИО2 происходила при содействии и контроле профессионального участника рынка недвижимости, который осуществлял контроль и юридическое сопровождение, в том числе, процесс оплаты по договору.

О полном расчете по договору свидетельствует также факт государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок и отсутствие в ЕГРН сведений о регистрации залога.

Указанные обстоятельства подтверждают факт недоказанности конкурсным управляющим должника причинения оспариваемыми сделками вреда имущественным правам кредиторов.

Не представил конкурсный управляющий должника и доказательств осведомленности ФИО3 о неплатёжеспособности ФИО2 на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктом 12 Постановления № 63, при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах (неплатёжеспособности должника), во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут, с учетом всех обстоятельств дела, относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Конкурсным управляющим должника не представлено доказательств того, что ФИО3 относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

ФИО3 не является профессиональным участником рынка недвижимого имущества, приобретала недвижимость для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, с привлечением услуг агентства недвижимости, предоставила должнику равноценное возмещение по оспариваемым договорам, в связи с чем, действовала добросовестно, разумно, с требующейся условиями оборота осмотрительностью без цели причинения вреда кредиторам должника.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим должника наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 стать 612 Закона о банкротстве для признания оспариваемых сделок недействительными.

Все доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше. Ссылки заявителя апелляционной жалобы о неправомерности привлечения ФИО6 в качестве соответчика отклоняются, как не свидетельствующие о принятии неправильного по существу судебного акта.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о допущении судом первой инстанции в резолютивной части обжалуемого определения существенных опечаток, которые искажают существо судебного акта, в частности, взыскана государственная пошлина с лица, не участвующего в рассмотрении настоящего обособленного спора, в связи с чем определение Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2019 подлежит изменению.

Руководствуясь статьями 266 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2019 по делу № А40115833/17 изменить.

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Главы КФХ ИП ФИО2 – ФИО5 об оспаривании сделки должника.

Взыскать с управляющего Главы КФХ ИП ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей за рассмотрение заявления в суде первой инстанции.

Взыскать с Главы КФХ ИП ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.С. Маслов

Судьи: М.С. Сафронова

О.И. Шведко