Постановление от 6 сентября 2023 г. по делу № А40-151614/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

06.09.2023

Дело № А40-151614/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 30.08.2023

Полный текст постановления изготовлен 06.09.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Кручининои? Н.А.,

судей: Дербенева А.А., Немтиновой Е.В.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 18.10.2021,

от ФИО3 - ФИО2 по доверенности от 12.10.2022,

рассмотрев 30.08.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО4, ФИО1 и ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО4, ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инжстрой».



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2021 ООО «Инжстой» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО5.

Соответствующее сообщение было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 199 от 30.10.2021.

09.08.2022 в суд поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» и взыскании 756 259 194,14 руб., также о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» на сумму 756 259 194,14 руб. и ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Инжстрой» на сумму 756 259 194,14 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 контролирующие лица ООО «Инжстрой» ФИО4, ФИО1 и ФИО3 были привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взысканы солидарно с ответчиков в конкурсную массу ООО «Инжстрой» денежные средства в размере 443 483 832 руб., в остальной части требований конкурсному управляющему было отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 было оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ответчики обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить обжалуемые судебные акты. Ответчики в кассационных жалобах указывают, что конкурсный управляющий обязан был представить доказательства того, что ФИО1 и ФИО3 являются контролирующими должника лицами. При этом, в материалы спора были представлены лишь судебные акты по делу №A40-229328/17, которыми установлена аффилированность ООО «Инжстрой» по отношению к ООО «Интертехпроект». Суды фактически не установили наличие возможности у ФИО1 и ФИО3 распоряжаться имуществом должника, а также принимать решения, которые могли влиять на хозяйственную деятельность общества, ограничились ссылкой на решение уполномоченного органа без оценки фактов, изложенных в этом решении. При этом, наличие аффилированности не является доказательством того, что ФИО1 и ФИО3 являются контролирующими должника лицами. Также суды указали, что действия ФИО4, ФИО3 и ФИО1 привели к банкротству общества, однако, не установили вину каждого из ответчиков, не дали оценку их действиям, которые привели к банкротству должника, не проверили значимость для должника совершенных сделок. Кроме того, суды пришли к выводу о причинении вреда кредиторам на основании данных бухгалтерской отчетности ООО «Инжстрой» на 31.12.2018, вместе с тем, сделки, которые вменяются в вину ФИО4, ФИО1 и ФИО3, были совершены ООО «Инжстрой» в 2015 г. и 2016г. В апелляционной жалобе представитель ответчиков ссылался на данные бухгалтерского баланса за 2015г., 2016г. и 2017г. и указывал, что в соответствующий период должник имел возможность погасить имеющуюся задолженность и с учетом масштабов деятельности общества спорная сделка не привела к негативным последствиям для должника и/или к его банкротству. Суды данные доводы не рассмотрели и не опровергли.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 и ФИО3 поддержал доводы кассационной жалобы.

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на кассационные жалобы, который судебной коллегией приобщен к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителя ответчиков, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что судебные акты подлежат отмене в части, в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника ссылался на совершение обществом в период с 01.01.2015 по 31.12.2016 налогового правонарушения, повлекшего объективное банкротство ООО «Инжстрой».

Как установлено судами, ИФНС России № 7 по г. Москве на основании решения от 21.10.2019 № 12/РО/08 была проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.2015 по 31.12.2016, по итогам которой был составлен акт выездной проверки № 12/А/06 от 22.05.2019 и принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.10.2019 № 12/РО/08 на основании статьи 101 НК РФ в виде штрафа в размере 404 784 510 руб. 11 коп., впоследствии, требования налогового органа были включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Инжстрой» ФИО4 в период с 13.01.2015 по 24.10.2021 являлся единоличным исполнительным органом должника, а в период с 24.10.2021 по настоящее время является единственным участником (доля 100%) должника.

Также суды учитывали, что решением № 12/РО/08 от 21.10.2019 ИФНС России № 7 по г. Москве о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенным по результатам выездной налоговой проверки ООО «Инжстрой» было установлено, что ФИО3 и ФИО1 являясь в разные периоды времени руководителями и участниками ООО «Интертехпроект», ЗАО «Интертехпроект» и ООО «Интертехпроект», которые в свою очередь являлись единственными заказчиками ООО «Инжстрой», т.е. ООО «Инжстрой» являлось финансово подконтрольной им организацией, кроме того, показаниями свидетелей подтверждено, что ФИО3 и ФИО1 давали обязательные для исполнения указания ООО «Инжстрой» и оказывали влияние на деятельность ООО «Инжстрой» по заключению договоров.

В ходе проверки были установлены факты, свидетельствующие о фиктивном заключении договоров между ООО «Инжстрой» с контрагентами с целью получения необоснованной налоговой экономии в виде завышения расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации и вычетов по НДС с целью минимизации налоговых обязательств (абзац 8 страница 51 Решения).

С учетом изложенных обстоятельств, и фактов, выявленных в результате налоговой проверки, суды пришли к выводу, что ФИО3 и ФИО1 являются контролирующими должника лицами на основании пункта 3 части 4 статьи 61.10. Закона о банкротстве, поскольку извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения ООО «Инжстрой».

Также суды указали, что контроль и извлечение выгоды ФИО3 и ФИО1 подтверждается судебными актами вступившими в законную силу, в частности, согласно постановлению Арбитражного суда Московского округа от 24.12.2019 по делу № А40-229328/17 было установлено наличие внутригрупповых отношений между сторонами и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, определением Арбитражного суда г. Москвы от 31.03.2022 по делу № А40-139270/2020 было установлено, что ООО «Интертехпроект» и ООО «Инжстрой» контролируются одной группой лиц и, фактически, входят в одну группу компаний, факт аффилированности и подконтрольности ООО «Инжстрой» ФИО1 установлен и иными судебными актами.

Таким образом, суды учитывали, что должник входит в одну группу с рядом компаний, учрежденных обществом «Мокс-НЭТ», имеющих бенефициарами ФИО3 и ФИО1

Определяя размер субсидиарной ответственности, суды исходили из того, что определением от 01.02.2022 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Интертехпроект» в общем размере 312 775 362 руб. 14 коп., которое входит в одну группу компаний с ООО «Инжстрой» и в силу статьи 19 Закона о банкротстве является аффилированным к должнику лицом.

При указанных обстоятельствах, суды пришли к выводу, что в данном случае размер ответственности составит 443 483 832 руб. (756 259 194 руб. 14 коп. (требования, включенные в реестр) - 312 775 362 руб. 14 коп.).

Ссылки представителя ответчиков в апелляционной жалобе на данные бухгалтерского баланса по состоянию на 31 декабря 2015 года, на 31 декабря 2016 года, и на 31 декабря 2017 года, и что задолженность перед уполномоченным органом в конкретный период времени с учетом масштабов деятельности должника не привела к негативным последствиям для должника, а как следствие к не могло привести к его банкротству, апелляционным судом были отклонены, поскольку решением уполномоченного органа была установлена неуплата налогов (2 кв. 2015 г. - 9 557 730,00 руб., 3 кв. 2015г. - 22 391 964, 00 руб., 4 кв. 2015 г. - 30 538 662, 00 руб., 1 кв. 2016 г. - 34 936 438,00 руб., 2 кв. 2016 г. - 14 967 479 руб.), и требования налогового органа остаются непогашенными, в связи с недостаточностью имущества должника.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

Согласно Закону о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

При этом положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недеи?ствительными, если:

1) заявление о признании сделки недеи?ствительнои? не подавалось;

2) заявление о признании сделки недеи?ствительнои? подано, но судебныи? акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недеи?ствительнои? в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

Возражая против привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 указывали, что управляющим не доказано наличие состава правонарушения со стороны ответчиков, причинно-следственной связи между их противоправным поведением и наступившими последствиями (банкротством общества).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае суды такие обстоятельства не устанавливали, не исследовали и не оценивали, какие именно действия непосредственно ФИО3 и ФИО1 привели к объективному банкротству общества.

Более того, суды фактически не установили, что ФИО3 и ФИО1 являлись контролирующими должника лицами, сам по себе факт того, что подконтрольные им общества были аффилированы с должником и входили в одну группу лиц не может свидетельствовать о наличии статуса контролирующего лица у ответчиков по смыслу Закона о банкротстве.

Также суды не указали, какие именно сделки были совершены должником под влиянием ответчиков и какую выгоду из этого приобрели ФИО3 и ФИО1

Кроме того, суд округа учитывает правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2023 № 305-ЭС23-3934 (1, 2).

Так, в анализируемый уполномоченным органом в рамках выездной налоговой проверки период и вплоть до возбуждения настоящего дела о банкротстве сначала в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а затем в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержались нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по основанию невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие их виновного поведения, не отвечающего критериям добросовестности и разумности.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Для удовлетворения подобного рода исков требуется установление недобросовестных действий ответчиков, исключая влияние иных объективных причин ухудшения финансового положения должника.

Процесс доказывания того, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена неправомерными действиями ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Одна из таких презумпций доведения должника до банкротства действиями контролирующих лиц введена в действие Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 222-ФЗ), а именно пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве был дополнен абзацем пятым о том, что данное основание считается доказанным в ситуации, когда требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого должник привлечен к ответственности за налоговые правонарушения, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При этом пунктом 9 статьи 13 Закона № 222-ФЗ установлено, что положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 01.09.2016 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в связи с чем суды правомерно при рассмотрении настоящего обособленного спора руководствовались приведенной презумпцией.

Однако, указанная презумпция, как и иные изложенные в Законе о банкротстве, является опровержимой и не лишает ответчиков возможности доказывать отсутствие оснований для удовлетворения предъявленных к ним требований.

При этом, суд округа полагает, что является обоснованным привлечение к субсидиарной ответственности ФИО4, поскольку он согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Инжстрой» в период с 13.01.2015 по 24.10.2021 являлся единоличным исполнительным органом должника, а в период с 24.10.2021 по настоящее время является единственным участником (доля 100%) должника. Именно им совершались сделки положенные в основу решения налогового органа для принятия решения о привлечении к налоговой ответственности должника, а также квалифицированными как притворными сделками совершенными с единственной целью – получения необоснованной налоговой выгоды.

Однако, суд не может согласиться с выводами судов в части размера субсидиарной ответственности ФИО4

Так, в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом, в рассматриваемом случае реестр требований кредиторов окончательно не сформирован, поступают заявления кредиторов о включении требований, обстоятельства окончания расчетов с кредиторами судами не установлены.

С учетом изложенного, суд округа полагает, что судебные акты подлежат отмене в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, а также установления размера субсидиарной ответственности ФИО4, поскольку выводы судов в данной части нельзя признать обоснованными и мотивированными.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Судебная коллегия суда кассационнои? инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, а также установления размера субсидиарной ответственности ФИО4, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных деи?ствии?, установленных для рассмотрения дела в суде первои? инстанции, что невозможно в суде кассационнои? инстанции в силу его полномочии?, спор в отмененной части в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражныи? суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора в отмененной части, суду первои? инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законныи?, обоснованныи? и мотивированныи? судебныи? акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 по делу № А40-151614/2021 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, а также установления размера субсидиарной ответственности ФИО4, в отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 по делу № А40-151614/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО4– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда России?скои? Федерации в двухмесячныи? срок.


Председательствующии? – судья Н.А. Кручинина


Судьи: А.А. Дербенев


Е.В. Немтинова