Постановление от 22 декабря 2024 г. по делу № А59-1909/2021

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-1909/2021
г. Владивосток
23 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Панасюком,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу администрации Углегорского городского округа Сахалинской области,

апелляционное производство № 05АП-6433/2024

на определение от 17.09.2024

судьи Е.В.Бадмаевой

по делу № А59-1909/2021 Арбитражного суда Сахалинской области

по заявлению конкурсного управляющего Павлюченко Татьяны Владимировны

к Комитету по управлению муниципальной собственностью Углегорского городского округа, администрации Углегорского городского округа Сахалинской области

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

третье лицо: муниципальное бюджетное учреждение «Управление дорожно-транспортным хозяйством»,

в рамках дела по заявлению Управления Федеральной налоговой службы России по Сахалинской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании муниципального унитарного предприятия «Жилищнокоммунальное хозяйство Углегорского городского округа» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

в отсутствие участвующих в деле лиц,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба (далее -  ФНС России, уполномоченный орган) 14.04.2021 обратилась в суд с заявлением о признании муниципального унитарного предприятия «Жилищно-коммунальное хозяйство Углегорского городского округа» (далее - должник, МУП «ЖКХ УГО», предприятие) несостоятельным банкротом.

Решением суда от 19.09.2022 (резолютивная часть от 12.09.2022) МУП «ЖКХ УГО» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника на четыре месяца, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022 отменено решение суда от 19.09.2022 в части утверждения конкурсным управляющим должником ФИО2, вопрос в части утверждения конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) МУП «ЖКХ УГО» направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Сахалинской области.

Определением суда от 09.03.2023 конкурсным управляющим МУП «ЖКХ УГО» утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель).

Определением суда от 10.10.2024 срок конкурсного производства в отношении предприятия и полномочий конкурсного управляющего продлены на шесть месяцев, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено на 12.04.2025.

30.06.2023 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к Комитету по управлению муниципальной собственностью Углегорского городского округа (далее - Комитет) об оспаривании сделки должника, в котором просил:

- признать недействительным заявление от 02.11.2020 по снятию с регистрационного учета автогрейдера SEM 922 CATERPPILLAR LDD, VIN <***>, 2019 года выпуска, цвет – желтый, номер двигателя D9198009052, номер рамы <***>, паспорт машины RU TK 217083 (далее - автогрейдер);

- обязать Комитет возвратить в конкурсную массу должника автогрейдер.

Определением суда от 26.10.2023 к участию в споре в качестве соответчика привлечена Администрация Углегорского городского округа (далее – Администрация, апеллянт).

Определением суда от 11.04.2024 к участию в споре в качестве заинтересованного лица привлечено муниципальное бюджетное учреждение «Управление дорожно-транспортным хозяйством» (далее – учреждение, МБУ «УДТХ» УГО).

Заявитель неоднократно уточнял требование в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); согласно последнему уточнению заявитель просил признать недействительной сделку, оформленную постановлением Администрации от 19.02.2020 № 175, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с Администрации в конкурсную массу должника рыночную стоимость автогрейдера, определенную экспертом, в размере 11 375 000 руб.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.09.2024 сделка по изъятию имущества предприятия, оформленная постановлением Администрации от 19.02.2020 № 175 «О принятии в муниципальную собственность Углегорского городского округа автогрейдера и передаче его МБУ «УДТХ» УГО», признана недействительной; в порядке применения последствий недействительности сделки с Администрации в пользу должника взысканы денежные средства в сумме 11 375 000 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлина по заявлению в сумме 6 000 руб. и за проведение экспертизы в размере 10 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Администрация обратилась в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда от 17.09.2024 отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего. В обоснование апеллянт указал на то, что в рамках рассматриваемого обособленного спора конкурсным управляющим изначально заявлено требование о возвращении автогрейдера в конкурсную массу должника. По мнению апеллянта, по общим правилам пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пункта 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае недействительности сделки требованию о возмещении стоимости имущества, переданного/полученного в результате недействительной сделки, обязательно предшествует требование о возврате этого имущества в натуре, а основным признаком замены требования в натуре на требование возмещения стоимости имущества является невозможность возврата имущества вследствие его утраты и т.д. Апеллянт сообщил, что изначально заявленное конкурсным управляющим требование о приведении сторон сделки в первоначальное состояние может быть осуществлено посредством возврата имущества (автогрейдера) в натуре.

Определением апелляционного суда от 21.11.2024 жалоба Администрация принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17.12.2024.

К судебному заседанию через канцелярию суда от конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором заявитель просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание 17.12.2024 не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Как установлено судом по материалам дела, предприятие создано 06.04.2015, его учредителем является Администрация.

На основании договора от 26.12.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Техника Дальний Восток» (продавец) и предприятием (покупатель), предметом которого является передача продавцом в собственность покупателя нового автогрейдера стоимостью 12 364 806 руб., а также подписанного к данному договору акта от 27.01.2020 приема-передачи, ввода в эксплуатацию автогрейдера последний поставлен на баланс предприятия с первоначальной стоимостью 12 364 806 руб. (приказ  предприятия от 27.01.2020 № 18) и на регистрационный учет Государственной инспекцией по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Сахалинской области (на основании заявления предприятия от 28.01.2020).

В подтверждение осуществления должником оплаты автогрейдера продавцу по указанному выше договору в сумме 11 128 325,40 руб. конкурсный управляющий представил в дело копию документа о списании с расчетного счета должника названной суммы.

В дальнейшем Администрацией вынесено постановление от 19.02.2020 № 175 «О принятии в муниципальную собственность Углегорского городского округа автогрейдера и передаче его МБУ «УДТХ» УГО» (далее – Постановление № 175). Пунктами 1.1, 1.2 этого акта Комитету постановлено принять от предприятия в муниципальную собственность Углегорского городского округа автогрейдер балансовой стоимостью 12 364 806 руб., закрепить автогрейдер на праве оперативного управления за учреждением.

На основании Постановления № 175 между предприятием и Комитетом 19.02.2020 составлен акт № 1 о приеме-передаче автогрейдера. Позже на предприятии издан приказ от 27.08.2020 № 296 о снятии автогрейдера с баланса организации и 02.11.2020 подано заявление  в Государственную инспекцию по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Сахалинской области о снятии автогрейдера с учета (02.11.2020 автогрейдер снят с учета).

Ссылаясь на то, что сделка по безвозмездной передаче автогрейдера, приобретенного должником на собственные средства, в муниципальную собственность на основании Постановления № 175, осуществленная между заинтересованными лицами в период наличия у должника признаков неплатежеспособности, повлекла прекращение должником осуществления деятельности по чистке и уборке дорог в городе Углегорске и привела к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника,  конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании данной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, рассмотрев по существу заявление конкурсного управляющего, оценив представленные в дело письменные доказательства, пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых и достаточных для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд исходил из того, что спорное имущество приобретено должником за счет собственных средств, а оспариваемая сделка по изъятию Администрацией – заинтересованным по отношению к должнику лицом у последнего имущества, находившегося у него на праве собственности и использовавшегося им при осуществлении хозяйственной деятельности,  совершена безвозмездно, то есть без встречного предоставления, при наличии у должника на момент совершения сделки неисполненных обязательств перед уполномоченным органом и ПАО «Сахалинэнерго»,  чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника (далее - реестр), причинила вред кредиторам должника.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129, пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 данного Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (наличный и безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.д.).

Статьей 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность оспаривания подозрительных сделок должника.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 29.04.2021, сделка по изъятию автогрейдера у должника, оформленная Постановлением № 175, совершена 19.02.2020, данная сделка может быть признана  оспорена на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Соответствующие разъяснения приведены в пунктах 5 - 7 Постановления № 63.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Так, неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостатком денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При выяснении вопроса о наличии вышеперечисленных обстоятельств коллегией установлено следующее.

Как указано выше, автогрейдер приобретен должником по договору купли-продажи от 26.12.2019.

При рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ответчиками не представлены в дело документы о передаче Администрацией автогрейдера в ведение должника (оперативное управление/хозяйственное ведение) (суд первой инстанции в своих определениях неоднократно предлагал Администрации представить такие доказательства). Также в дело не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие предоставление Администрацией должнику денежных средств на приобретение автогрейдера (довод Администрации о том, что имущество  приобретено должником на средства субсидии, выделяемые муниципальным образованием, документального подтверждения не нашел, поскольку представленные в подтверждение этого довода соглашения, распоряжения Администрации о предоставлении должнику субсидий с относящимися к ним платежными поручениями свидетельствуют об ином целевом назначении этих субсидий: погашение задолженности за поставленное топливо, за потребленную электроэнергию, по заработной плате работникам, затраты на реализацию мероприятий с целью предупреждения банкротства, а иных документов, подтверждающих перечисление денежных средств должнику для приобретения автогрейдера не представлено).

Апеллянтом  и иными участвующими в деле лицами каких-либо доводов о несогласии с указанными выводами суда первой инстанции при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не приведено, доказательств обратному в дело не представлено.

С учетом изложенного выше, суд первой инстанции пришел к выводу, что в отношении автогрейдера,  приобретенного должником по договору купли-продажи от 26.12.2019 за счет собственных средств,  у должника возникло право собственности.

Коллегия не может согласиться с таким выводом суда первой инстанции, исходя из следующего.

На момент заключения договора купли-продажи от 26.12.2019 и до настоящего времени должник являлся и является муниципальным унитарным предприятием, учредителем которого выступила Администрация.

В соответствии с пунктом 1 статьи 113 ГК РФ унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество унитарного предприятия является неделимым и не может быть распределено по вкладам (долям, паям), в том числе между работниками предприятия.

Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Права унитарного предприятия на закрепленное за ним имущество определяются в соответствии с настоящим Кодексом и законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях (пункт 2 статьи 113 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятия» (далее - Закон № 161-ФЗ) имущество унитарного предприятия формируется за счет имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества.

Право на имущество, закрепляемое за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества, возникает с момента передачи такого имущества унитарному предприятию. Соответственно, с момента передачи имущества унитарное предприятие является его законным владельцем (пункт 2 статьи 11 Закона № 161-ФЗ).

В силу пункта 1 статьи 299 ГК РФ право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

Пунктом 2 статьи 299 ГК РФ предусмотрено, что плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении или оперативном управлении унитарного предприятия или учреждения, а также имущество, приобретенное унитарным предприятием или учреждением по договору или иным основаниям, поступают в хозяйственное ведение или оперативное управление предприятия или учреждения в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для приобретения права собственности.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 5 Постановления от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22), право хозяйственного ведения и право оперативного управления возникают на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Право хозяйственного ведения имуществом (статья 294) и право оперативного управления имуществом (статья 296) наряду с правом собственности являются вещными правами лиц, не являющихся собственниками (пункт 1 статьи 216 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 296 ГК РФ государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 114 ГК РФ унитарное предприятие, основанное на праве хозяйственного ведения, создается по решению уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления.

Таким образом, по смыслу приведенных норм права и разъяснений суда высшей инстанции имущество, приобретенное унитарным предприятием, поступает в его владение на праве хозяйственного ведения, то есть приобретенный должником по договору купли-продажи от 26.12.2019 автогрейдер на момент совершения оспоренной сделки фактически находился  в хозяйственном ведении должника.

Отсутствие в деле документов, подтверждающих передачу Администрацией автогрейдера в ведение должника (оперативное управление/хозяйственное ведение), также как и недоказанность приобретения должником автогрейдера на счет средств муниципального образования, об обратном не свидетельствует.

Вместе с тем ошибочный вывод суда первой инстанции относительно принадлежности должнику автогрейдера на праве собственности  не привел к неправильному решению. Коллегия исходит из следующего.

Унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом (пункт 5 статьи 113 ГК РФ, пункт 1 стать 7 Закона № 161-ФЗ).

В силу статьи 294 ГК РФ государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом.

Пунктом 3 статьи 299 ГК РФ установлено, что право хозяйственного ведения и право оперативного управления имуществом прекращаются по основаниям и в порядке, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия или учреждения по решению собственника.

В пункте 1 статьи 20 Закона 161-ФЗ перечислены полномочия собственника имущества унитарного предприятия, в перечень которых не включено право изымать, а также иным образом распоряжаться находящимся в хозяйственном ведении имуществом. Отсутствует такое право и в нормах ГК РФ.

Согласно абзацу 3 пункта 5 Постановления № 10/22, поскольку в федеральном законе, в частности статье 295 ГК РФ, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров необходимо учитывать, что собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия. Акты государственных органов и органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим государственным (муниципальным) предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

Таким образом, ни положения ГК РФ, ни нормы Закона № 161-ФЗ  не предоставляют собственнику имущества такого предприятия, образованного на праве хозяйственного ведения, право изымать у него это имущество, следовательно, сделки по прекращению права хозяйственного ведения являются недействительными в силу их ничтожности в соответствии со статьей 168 ГК РФ.

Следовательно, сделка по изъятию фактически из хозяйственного ведения должника автогрейдера  является недействительной, поскольку при ее совершении нарушен законодательно установленный действующим законодательством запрет.

Также из материалов дела следует, что поступивший во владение должника фактически на праве хозяйственного ведения автогрейдер Постановлением Администрации № 175 изъят у должника безвозмездно, то есть без встречного предоставления.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве в целях названного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных п. 3 данной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Судом выше установлено, что Администрация является единственным учредителем должника, что в силу статьи 19 Закона о банкротстве свидетельствует о ее заинтересованности при совершении спорных действий по изъятию у должника автогрейдера.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается апеллянтом и иными участвующими в деле лицами, на указанный момент у должника имелись неисполненные обязательства перед ФНС России (задолженность по налогам и пени по состоянию на 2019 год), ПАО «Сахалинэнерго» (задолженность по договору электроснабжения за октябрь-ноябрь 2019 года, январь-февраль 2020 года), которая включена в реестр и до настоящего времени не погашена. Также не является спорным для участвующих в деле лиц и отсутствие у должника имущества в размере, достаточном для удовлетворения требований его кредиторов, которое послужило основанием для введения процедуры банкротства (конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника).

Кроме того из материалов настоящего обособленного спора не усматривается изменение уставной деятельности предприятия либо наличия иных обстоятельств, однозначно свидетельствующих об отпадении потребности должника в спорном имущества, более того, приобретенного за счет собственных средств,  его неучастии в хозяйственной деятельности должника, определенной в уставе. Следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что изъятие автогрейдера привело также к прекращению части уставной деятельности должника.

Установленные выше обстоятельства свидетельствуют о доказанности совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: о совершении оспоренной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам (на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, недостаточности имущества и сделка совершена безвозмездно), в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов (утрачена возможность удовлетворения требований кредиторов по обязательствам должника за счет спорного имущества), другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (поскольку Администрация признана заинтересованным лицом презюмируется ее осведомленность об ущемлении интересов кредиторов должника, о признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества должника. Указанная презумпция в порядке статьи 65 АПК РФ документально не опровергнута).

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно признал сделку - действия Администрации по изъятию у должника автогрейдера, оформленную Постановлением № 175, недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт  2 статьи 167 ГК РФ).

Аналогичное правило о возврате в конкурсную массу всего, что было передано должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, либо возмещении действительной стоимости этого имущества на момент его приобретения при невозможности возврата имущества в натуре содержится в пункте 1 статьи 61.6  Закона о банкротстве.

Данные положения, рассматриваемые во взаимосвязи с иными нормами Закона о банкротстве, в том числе о недействительности сделок, совершенных должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2), направлены на защиту имущественных интересов кредиторов должника и преследуют цель приведения сторон сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Невозможность возврата имущества в натуре может иметь место не только в случаях, когда имущество физически отсутствует у неосновательно приобретшего его лица, но и в иных случаях.

Согласно материалам настоящего спора, согласно Постановлению № 175 автогрейдер  передан на праве оперативного управления учреждению. Указанное апеллянтом не опровергнуто, доказательств обратному в дело не представлено.

Поскольку в отношении спорного имущества возникло право оперативного управления у иного лица (учреждения) возврат имущества в конкурсную массу при применении последствий недействительности сделки невозможен.

Доводы Администрации о возможности возвращения спорного имущества в конкурсную массу должника не могут быть признаны обоснованными, учитывая, что автогрейдер передан в оперативное управление иного лица – учреждения, то есть имущество выбыло из фактического владения Администрации. При этом  ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции ответчиками, а также учреждением, привлеченным к участию в настоящем споре в качестве заинтересованного лица, данные  обстоятельства не оспорены, доказательств обратному не представлено. Принимая во внимание указанное, возврат имущества в натуре, на чем настаивает апеллянт, возможен лишь путем предъявления виндикационного иска к учреждению.

Законодательство допускает защиту конкурсной массы как путем предъявления арбитражным управляющим иска о признании недействительной первой сделки об отчуждении имущества должника и применении последствий ее недействительности в виде взыскания действительной стоимости отчужденного имущества с первого приобретателя (статьи 61.1 и 61.6 Закона о банкротстве), так и путем предъявления иска об истребовании этого же имущества из незаконного владения конечного приобретателя (статьи 301 и 302 ГК РФ).

Однако наличие у конкурсного управляющего права на обращение с виндикационным иском не означает наличие у него обязанности обратиться с таким иском.

В рассматриваемом споре конкурсный управляющий, действительно, первоначально заявил о применении последствий недействительности  оспоренной сделке в виде возврата автогрейдера в натуре, при этом в качестве ответчиков по спору заявитель указал Комитет и Администрацию. Вместе с тем в дальнейшем конкурсный управляющий заявил о проведении по делу судебной экспертизы с целью определения рыночной стоимости спорного имущества на момент совершения сделки, а после поступления в суд заключения эксперта заявитель уточнил требование в части последствий недействительности сделки и просил взыскать с Администрации рыночную стоимость имущества, определенную экспертом. Из материалов дела не усматривается, что конкурсным управляющим в рамках настоящего обособленного спора предъявлено виндикационное требование к учреждению и/или оспорена передача имущества в оперативное управление учреждения с требованием о применении последствий ее недействительности. Учреждение не заявлено конкурсным управляющим в качестве ответчика по спору, оно привлечено  к участию в деле по инициативе суда в качестве заинтересованного лица без определения его процессуального статуса как ответчика.

При таких обстоятельствах коллегия не усматривает противоречий законодательству в применении судом первой инстанции последствий недействительности сделки в виде взыскания с Администрации стоимости автогрейдера в сумме 11 375 000 руб., определенной по результатам проведения судебной оценочной экспертизы экспертом ООО «ОРСИ» ФИО3 (заключение эксперта от 05.08.2024). О разногласиях по действительной стоимости имущества апеллянтом и иными участвующими  в деле лицами не заявлено.

Кроме того, исходя из специфического целевого назначения автогрейдера, переданного в оперативное управление иного лица (учреждения), такое имущество используются не только в его частных интересах, но и в интересах населения, подлежащих защите со стороны государства. Поэтому отношения, связанные с обеспечением функционирования и сохранения целевого назначения указанного спорного объекта, носят публично - правовой характер. Осуществляя регулирование, законодатель, исходя из публичных целей, вправе определять, что те или иные объекты, необходимые для жизнеобеспечения населения, в процессе конкурсного производства подлежат передаче соответствующему муниципальному образованию. Как верно отметил суд первой инстанции, следует учитывать баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны - интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой - интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение их требований, включенных в соответствующий реестр.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены или изменения судебного акта не имеется. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по основаниям, изложенным выше в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 17.09.2024 по делу № А59-1909/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.


Председательствующий

Т.В. Рева


Судьи


А.В. Ветошкевич


М.Н. Гарбуз